Другая сторона луны. Глава III "In pleno"
Глава III
«In pleno (1) »

«Everyday takes figuring out how to live,
Sometimes it feels like a mistake,
Sometimes it's a winner's parade,
Delight and angers,
I guess that's the way it's supposed to be...»
In Flames «Delight And Angers»

***
Переход по безлюдной долине, разделяющей Аквилиум и Чуаньханьский горный хребет, через который в дальнейшем предстояло перебраться, на пути нашего следования в имперскую столицу, завершился быстро и без заметных затруднений.
Что не удивительно. Я всегда говорила: чем больше в существах разума, тем они опаснее. Ну что, скажите, могли нам сделать хищные йети? Ну, повылезали из берлоги, грозно поревели, потрясти когтями… Но, стоило им ощутить силовое превосходство чужаков, выразившееся в возмутительно быстром устранении двух из пяти снежных чудовищ, как оставшиеся невредимыми члены стаи, к счастью для них, выполнили непозволительную для их биологического подвида умственную операцию, результатом которой выступило весьма мудрое суждение о том, что такой обед им явно не по зубам и поспешили ретироваться обратно в уютную и безопасную нору. В сокращённом составе, голодные, но - живые и вполне этим довольные. Так называемое же существо «разумное», по моему глубочайшему убеждению, способно примириться с непоборимой мощью только в случае, если таковая исходит от него самого. Иначе, остаётся ждать либо с восторгом превозносимого летописцами, полного бездумной бравады столкновения «до последней капли крови (2) », либо занудного притворства, направленного, в конце концов, лишь на то, как бы поточнее и повернее послать стрелу в спину более сильного противника. Так что, если у вас будет выбор с кем сражаться, смело предпочитайте безмозглых монстров галантным красавцам. Воняют, глаз не радуют, зато ваша шкура точно будет целее.
Cолнце ярко вспыхнуло, опалив голубые вершины, и бросилось стремительно исчезать за горным массивом. Как это метафорично, подумалось мне. Блеснуть, как разящая сталь… Тьфу ты, снова я за свои готические аллегории, будто и без них не тошно! Ладно, попробуем ещё раз: просто блеснуть и скрыться во тьме. Как-то через чур пресно звучит, не находите? Тем не менее, этот красочный кордианский закат, сам того не желая, наглядно проиллюстрировал мне: как это – быть смертной. Прожить быстро, но ярко. Существам же по природе своей «не живым и не мёртвым» одновременно - суждено прозябать во тьме. Ну, не то, чтобы уж прямо прозябать, тут я, пожалуй, в силу присущего моей молодости радикализма суждений, выразилась не обоснованно жёстко, но отдаться страсти, отключив рассудок, позволить себе раствориться в счастье, позабыв подозрения и ужасы бытия… - этого и многого другого бессмертные лишены. Увы и ах! Никакой романтики: несмотря на видные физические преимущества – мир написан для вампира серыми красками. С добавлением частых мазков кровавой тушью... Да, знаю - я неисправима. И что-то слишком уж подвержена декадентскому настроению в последние дни.
Ну, да возвратимся к настоящему. Сумерки застали нас у подножья гор. Пробираться узкой обледенелой тропой, окаймлявшей ощерившиеся острыми, как зубы дракона, провалы и, коварно замаскированные ветками и позёмкой, бездонные расщелины, было чистым самоубийством. Точнее уж сказать «кондоровредительством», не всем же посчастливилось обладать ночным зрением. А изменить счёт взаимных спасений в свою пользу, который пока установился в состоянии «ничья», путём героического вытаскивания спутника из пропасти – это слишком, даже для нездорового вампирского самолюбия. Так что вот вам и «польза» от физических преимуществ.
На ночлег решили расположиться в небольшом вертикальном углублении в скале. Нечто среднем, между маленькой студёной пещеркой и большой выщербленной. Но, кого волнует холод – пусть сам и возится с костром - не зря же тащили охапку хвороста через всю пустынь: из последней, оставшейся много миль позади, рощицы! От раздражающих снежных хлопьев укрытие также защищало, и в недрах своих никаких опасных жильцов не содержало, так что оба члена вынужденного тандема остались довольны.
Когда игривое пламя наконец занялось, Децимус, закатал рукав и, вытащив из сумки острую палочку и небольшой пузырёк с чёрным красителем, начал нахально присваивать себе очередной статус. Фальшивый знак триариев, почти что выручивший нас в злосчастной таверне, смылся с его кожи, в прямом смысле слова, вместе с засохшей кровью. Спасибо Аквилиуму с его девственными водными объектами, а не то прямо беда была бы для убийц и вампиров! Так, и кем он теперь будет? Может, сразу командиром манипулы (3) ?
- Скорость твоего служебного роста начинает меня пугать…
Не поднимая взгляда, он продолжал аккуратно выводить затейливые линии узора:
- Остальные – настоящие. А на каторге, - тут мужчина невесело усмехнулся, - и не такие навыки приобретаются.
- Угу. Например, живописи.
Оттенок голоса, каким наёмник ответил на мой неуместный сарказм, заставил проклясть собственную непомерную язвительность. Чернее окружающей нас ночи и тяжелее нависших над головами скал - был этот голос. А будто ножом рубленые, с противоестественной отстранённостью произносимые фразы, только подчёркивали боль его воспоминаний.
- Был там один художник, совсем ещё мальчишка. Изобразил императора в «неподобающем образе», вот и поплатился. Научил меня растирать минералы в порошок, для получения краски и подделывать татуировки. Сказал, что однажды это спасёт мне жизнь. Так и вышло. Сам он не продержался и года в каменоломне. Охранник перерубил ему хребет хлыстом, когда парень не смог работать от истощения... – Выдержав недолгую паузу, Децимус тем же холодным тоном добавил, - Когда сбежал, я ему об этом напомнил.
Хоть моя совесть и предпочитает навещать свою протеже не чаще одного раза в год – пытать центуриона сейчас, по поводу его прошлого – я не смогла. Завывание поднимающейся над плато вьюги только усиливало грызущую неловкость воцарившейся тишины, её сковывающий эффект. Надеюсь, к утру ветер утихнет. Непогода не может длиться вечно. Лишь скорбь живущих не подвластна времени. А пока, под пронзительный плач метели, хотелось только одного - молчать. Бывают минуты, когда и матёрым волкам приходится свернуться клубочком, как беззубым волчатам, и тихонько скулить, скребя стёсанными во многих драках когтями по невидимой, нерушимой преграде. Той, что не может быть разрушена. Главное, чтобы это не вошло в привычку.
Как рассветёт, par nobile fratrum (IV) предстояло пройти перевал и спуститься в долину, входящую в состав провинции, которая, как вы вероятно уже поняли по названию отделявших её гор, населялась преимущественно гномами. Не поняли? Что, совсем ничего не знаете о гномах? Тогда позднее всё сами увидите и поймёте, а пока, для затравки, перечислю стандартный набор понятий, помогающий дать абстрактное представление об этом народе: чай; рис; они есть почти во всех мирах и всего их очень много; роста маленького, неестественно плодовиты и также неестественно трудолюбивы, а также… отличаются чрезвычайной любовью к своим древним гномьим боевым искусствам. Последнее хоть и могло внушать некоторые опасения, но они с лихвой компенсировались надеждой, что окружающие провинцию горы, хоть на время нашего в ней пребывания, задержат наступление снеговых туч.
Весь прошедший день погода стояла морозная и не по-осеннему ясная. Но, несравнимо больше холода, меня до самых сумерек донимал нестерпимо сверкающий на солнце снежный покров. Чтобы хоть как-нибудь нивелировать ослепляющий эффект чувствительных к подобному безобразию глаз, пришлось до самого заката трусить волком. К явному облегчению кондора, ибо в звериной ипостаси особенно не поболтаешь. И, как ни странно, и к моей – меняя две ноги на четыре лапы, я не полностью, но во многом добровольно отдавала своё сознание под власть первородных инстинктов, избегая разрушительного самоанализа.
В общем, до всех дошло, что я терпеть не могу снег. Так было всегда, сколько я себя помнила. Не спрашивайте почему. Дело даже не в том, что он создаёт лживую иллюзию чистоты, под которой мирно ждёт своего часа никуда не исчезавшая грязь. Просто не люблю зиму и всё тут. В конце концов, имею я право на некоторые слабости?! Кое-кто, кстати, вообще зубы коллекционирует и не переживает по этому поводу.
На это раз ничего не стесняло обоняния, так что бесшумное появление змея – не стало для меня сюрпризом.
- Располагайся, Клеранс, чувствуй себя как дома! – Просияла я, плеснув руками, словно самая радушная хозяйка, на всю округу славящегося своим гостеприимством, дома. Впрочем, последнее пожелание для островитянина всегда излишне. - Ещё раз бросишь нас - удавлю, мразь ползучая, - Завершила я приветствие всё той же ласковой трелью .
- Я искренне испрашиваю вашего прощения, леди Орбан, но, чем я мог быть вам полезен под градом серебряных стрел и столь массивной магии?
А ведь верно говорит. Абсолютно ничем. Тут уж: «кто успел – тот и съел». Иначе говоря, кому повезло – тот и выжил. Моим друзьям не повезло. И, как бы не было обидно и горько - не его в этом вина.
Но нарушение соглашения на лицо.
- С тебя должок. Будешь идти с нами, не задавая вопросов, пока в твоём присутствии не отпадёт надобность. И перестань называть меня леди!
- Как пожелаете. Общение с вами, бальзам для моего истосковавшегося по дому сердца, моя леди. – Обольстительная улыбка изогнула тонкие губы. Так питон смотрит на мышку, что намеревается съесть на обед. Врёшь, я покрупнее и поклыкастей буду. И, искренне надеюсь, он не решил, что я на него запала! Большинство дам, тех, что не слепые, покрутили бы пальцем у виска, но от одной только этой мысли меня натурально передёрнуло.
Галантно поклонившись мне, и сдержанно кивнув - кондору, что тот и вовсе предпочёл проигнорировать, бреталец скинул заплечную сумку и несколько мгновений грел длинные тонкие пальцы над огнём. Забавно, во мне сочетается безжизненная плоть вампира и горячая кровь волка, а нём – всё наоборот: нормальное тело человека преспокойно уживается с хладнокровной рептилией. Боги-боги, всегда хотелось спросить, что такое вы потребляете из своих кубков, там, наверху?..
Сосредоточенно позачаровывав своим неземным обаянием неотзывчивое пламя, Клеранс, с воистину джентльменским достоинством, прислонился к дальней стенке грота, накинув на себя ажурное покрывало высокомерной скуки.
Как и позднее, когда мне случалось за ним наблюдать, в тот раз я впервые увидела странное зрелище: как в моменты отдыха светловолосый островитянин впадает в задумчивость. Густые прямые брови чуточку сдвигались – единственное проявление эмоций, а немигающий взгляд прорывался сквозь саму материю этого бренного мира, который, будто уже давным-давно побросал свои штандарты к его ногам Рэйзора. Если случалось в такие моменты попасть в поле его зрения Рейзора, казалось, что он смотрит внутрь тебя и видит там то, о наличии чего в себе сама не подозреваешь. Местами волшебство рассеивалось, и, скинув оцепенение, он вдруг взрывался беспричинной весёлостью, заставив окружающих нервно вздрагивать, и выдавал какую-нибудь абсурдную шутку, которую, как правило, никто кроме нас двоих, урождённых акреонцев, понять был не в состоянии. Но это его ничуть не смущало. Как, впрочем, и ничего в этой жизни…
Единственным облаком, бросающим тень на цветущую долину установившегося между нами нейтралитета, было стойкое ощущение того, что, точно также, он переодически наблюдает за мной. Это чувство холодило спину, словно ожидание летящей стрелы. Что рано или поздно она будет пущена, я не сомневалась. Оставалось только быть готовой и ждать: когда же ты мне её пошлёшь, Клеранс? Или она уже в пути?...
Хмурому кондору наш белокурый спутник был явно не по нутру, но, надо отдать ему должное, загадочный центурион открыто почти не выказывал своего неприятия моего соотечественника. Непроизвольно сравнивая характеры этих двух выдающихся воинов, я отметила интересное различие между ними. В Дэцимусе, как и в Клерансе, определёно присутствовали те же невозмутимость и самообладание, спокойствие, сдержанность и стойкая уверенность в себе и правильности своих поступков… Но дух его, несмотря на сомнительные занятия, светился благородством, а, обладающий сходными качествами Клеранс … обходительный Клеренс пах смертью. Нет, вовсе не трупной вонью, как вы могли подумать, мой нюх акреонского волка улавливал он него ту непередаваемую палитру, какую, наверное, должна издавать пустота. Это было даже не ощущение опасности, щекочущее нервы, это была сама госпожа Неотвратимая Погибель. Только в мужском роде, крайне симпатичная и хорошо воспитанная. Странно, но даже от Вирага не исходило такой удушающей угрозы. Хотя, если задуматься, ослеплённая любовью идиотка, коей я в прошлом являлась, могла её и не распознать в полной мере. Для чего тогда, спросите, я позволила бесприютному собирателю клыков, живому свидетельству моих грехов, присоединиться к нашему небольшому временному братству, а не решила проблему его существования раз и навсегда? Всё просто. Убить змея – значило бы признать за собой страх, что он нёс, а мне, надо признаться, порядком осточертело кого-либо бояться! Перебороть себя или признать поражение. А ещё, быть может, я интуитивно винила себя в его трагедии, наверняка сыгравшей не последнюю роль в развитии столь совершенной подлости натуры и становлении его пагубных наклонностей. А если капнуть ещё глубже, то, возможно, я просто видела в нём себя. ТО, чем, в конце концов, могла бы стать, не ворвись однажды в мою жизнь маленькая рыжеволосая волшебница.
Воссоздав в памяти образ Ли, я завернулась в плащ – не для тепла, резко захотелось уюта, и пока была моя очередь дежурить бодрствуя, вспоминала последние часы общения с друзьями, предварившие трагедию…
***
Моего появления с ТАКОЙ добычей явно никто не ожидал. Крепитесь, ребята, вы ещё о грядущем визите обаятельнейшего змеиноглазого чудака не знаете…
- Дэна, ты же вроде на охоту собиралась? – Осторожно начал Джани.
- Вот и… поохотилась, - вздохнула я в ответ, одновременно сгружая на землю тяжёлое тело своего спасителя.
- Вообще-то, пожелание насчёт «кого-нибудь крупнее зайца» не следовало понимать столь буквально, - протянула Лидия напряжённо.
Вместо того, чтобы оправдываться, я занялась подробным физиономическим анализом «дичи». Подробно рассмотреть его до этого, мне постоянно мешали: сначала бешеный темп схватки, а затем неуютный взгляд Клеранса.
Бескрылый кондор не был красив, в привычном смысле этого понятия. Не западающее в память, невыразительное лицо, лишённое гармоничного совершенства расположения черт. Но определённо, имелось в его внешности что-то привлекательное, хоть и суровое, включающее в себя, не столь явное, как у Клеранса или Джани, обаяние. Это была красота не лучезарного бога, а надёжного, как каменная стена, испытанного битвами и закалённого лишениями, воина. Именно таких мужчин смышлёные молодые девушки охотно выбирают в мужья, предпочтя их надменным красавцам, и, как правило, редко жалеют о своём выборе. Если только упомянутая стена, не оказывается однажды тюремной камерой или пыточным казематом…
Тёмные, почти чёрные, по-солдатски коротко остриженные волосы соединялись через виски с, идущей вдоль линии крутых скул и мощной челюсти, жёсткой щетиной, покрывавшей также и пространство над верхней губой. Скорее всего, тоже бездомный странник – имеет возможность лишь временами поддерживать внешность в порядке. Не все же такие, как змееныш, будут каждый день с маниакальной настойчивостью бриться, находясь в дороге. Приглядевшись, я обнаружила, что у растительности нижний части лица – ещё одно важное назначение, а именно – скрывать многочисленные белёсые шрамы, которыми было буквально испещрена его кожа, потемневшая, явно под более жарким, нежели местное, солнцем. Эльпароанский загар.
Наверное, я слишком увлеклась, ибо, только подняв взгляд на друзей, увидела, как тонкий рот тролля исказился рассерженным криком:
– Во имя небес! Что ты творишь, женщина?!! – К своим южным фразеологическим оборотам Джани прибегал, только когда был крайне взволнован. За «ошибочное творение всевышних» я его однажды уже взгрела, но на этот раз беспокойство тролля было обоснованным, и я решила воздержаться от кары. Пока.
- Не беспокойся, жрать его я не собираюсь. Просто подбираю и выхаживаю раненых на досуге. – Почему-то, сопроводившее объяснение невинное хлопанье глазками - никого не убедило.
- И давно это у тебя? – Словно уточняя поставленный диагноз, осклабился «доктор Бэла».
- Представь, как с вами связалась! И ранила его НЕ я. – Уточнила с нажимом, во избежание грядущих ложных обвинений.
- А кто? – Это уже просто ни в какие ворота!
- Ну а мне откуда знать?! Я похожа на пророка?!!
- Не богохульствуй. Да и что ты вообще о нём знаешь?!
- Кроме внешних признаков – ничего. Мы и парой незнакомых слов с трудом перекинулись, как он упал.
- То есть, людям достаточно провести в твоей компании несколько мгновений, чтоб схлопотать себе обморок? – Попытался кисло пошутить Джани, но, наткнувшись на мою свирепеющую физиономию, благоразумно умолк.
- И что за… внешние признаки? – Ли поспешила отвести огонь от любимого.
- Он – военный. Бывший, по крайней мере. А знаки на его теле, говорят, что дослужился в кондорианской армии… Не делай страшные глаза, Джани, всё верно, мы действительно очутились в благодатном мире крылатых расистов. Так вот, дорос до звания центуриона, после чего был наказан гражданской смертью и отправлен пожизненно в лагерь, откуда как-то улизнул в Эльпаро, где, вероятно, получил лицензию и исполнял соответствующие ей обязанности. Я так полагаю, кто-то из заказанных типов его и подпотрошил…
– Верна своему вкусу… - удручённо констатировала подруга.
- Ну, а ещё он пытался спасти мне жизнь. Хотя это так, мелочи.
- Пытался? От кого? – После получения вестей о географии фактического места нашего пребывания, тролль будто даже успокоился. Будучи закоренелым фаталистом от носков сапог до самых кончиков острых ушей, он гораздо более болезненно относился к неизвестности, чем к самой суровой правде.
- Ерунда, дружеская резня с неожиданно встреченным соотечественником, сам знаешь, как это бывает. Фактически-то спас, но, сразу после этого выбыл из благородной миссии, ввиду резко ухудшившегося самочувствия.
- Многообещающее начало… - С намёком улыбнулась Ли, вероятно, вспомнив нашу с ней встречу, первые минуты которой аналогично были проведены ею в бессознательном состоянии. Впрочем, моей «заслуги» в том не было.
- Да что, в конце концов, вас обоих не устраивает?! То, что я не собираюсь его есть, или то, что неблагодарно не оставила в лесу, где бы это с радостью сделали дикие звери? – Иногда мне кажется, что с демонами общаться проще, чем с людьми. Хотя бы точно знаешь, что они от тебя хотят.
- А поточнее насчёт соотечественника можно?.. – спохватился было тролль, но умолк, так как плод разногласий начал приходить в себя.
- Салами? Намастур? Бондьере?... - Я перебрала с десяток приветствий, включая кондорианское, пока не вспомнила про метку убийцы. - Грэсиас?
- Грэсиас пасо, – Откликнулся на эльпароанском наречии, но с явным акцентом крылатого народа. Так я и думала, что родная речь, по причине воспоминаний о лагерном времяпровождении, не звучит для него более услаждающей слух музыкой, - Все языки знаешь?
Ага, шутим значит. Мне это нравится.
- Нет, я не маг и не такой полиглот, как тролль.
- Конечно, ты у нас схватываешь чужую речь исключительно при непосредственном, живом общении, - Проворчал Джани. А бойко-то как проворчал! Будто и не называл в своё время несложный, но весьма удобный эльпароанский диалект - «примитивным набором звуков». Хотя, помнится, тролли все языки, кроме собственного, считают примитивными.
- А вот ругаться умею действительно на всех! – Предостерегающе зыкнула я в сторону друга и, снова посмотрев на кондора, как бы между делом, произнесла, - Кстати, спасибо тебе за… содействие. – Вот видите, не подавилась благодарностью. Стараниями Ли, прогресс налицо.
- Спасибо за то, что остановила кровь... – Не поднимаясь, незнакомец поморщился, поведя лопаткой, но, ощутив, что рана почти затянулась, с недоумением воззрился на меня, - Всё-таки магия?
- Почти. – Две мои крайности состоят в том, что с одинаковой лёгкостью я и рублю правду-матку, и немного её недоговариваю. В исключительных случаях, не брезгую и отъявленной ложью, но пока такой необходимости не стояло. - А теперь, когда обмен признательностями завершён: кто ты такой, разжалованный воин Империи?
Взгляд, колючий, как кончик стилета, в один миг заблестевший ядом недоверия, стрельнул из-под сведённых углом бровей, чем лишний раз укрепил мои подозрения насчёт нерадужного прошлого этого кондора. Примечательно, что к своему грозному оружию он не потянулся, что могло значить одно из двух: либо он доверчивый простофиля, либо, даже безоружный, способен голыми руками отстоять свою жизнь в неравном бою. Второе – более вероятно.
Не дождавшись ответа, я снова заговорила:
- Не переживай, мы все тут все вроде как злостные нелегалы. А то, как ты уложил моего «убивца» и следы на теле говорят красноречивее формы. Уж извини, герой, в поисках причин обморока, мне довелось их увидеть.
- Моё имя - Дэцимус Маенас Фортис, – Осознав, что мне легче ответить, чем объяснять, почему этого ему делать не хочется, с расстановкой произнёс мужчина. Я отметила, как услышав представление, Джани странно прищурился. – Остальное - ты сама знаешь. – И он устало прикрыл глаза, показывая, что расспрос окончен.
Нет уж, моя стоянка – мои правила.
- И что ты такое сотворил, за что лишился крыльев, Дэцимус?
Глубокий вздох.
- Тебе нравится, когда до тебя докапываются? – не раскрывая глаз, невозмутимо поинтересовался он.
- Терпеть не могу. – Ответила я абсолютно честно.
- Тогда, наверное, логично предположить, что и другим это не нравится?
Дерзкий. Удивляет, как вообще до центуриона дослужился. Готова поставить, проблемы с субординацией у него, я думаю, были далеко не на последнем месте.
- Никогда об этом не думала. Но, спасибо тебе, поразмышляю на досуге.
Проклятье, а ведь чуть не забыла!
- Внимание! - Удовлетворяю твою просьбу, Джани. - Небольшая информация для старых друзей и … неопределившихся, - криво улыбнулась я Дэцимусу, - по округе ползает маньяк-одиночка, который, кстати, скоро к нам должен присоединиться, имеющий ко мне стародавние, но весьма обоснованные претензии. Так что, если никто не желает, чтобы я вдруг начала шепелявить много раньше времени – привыкаем пока дружно звать меня Шарлин Орбан. Возможно, немного сумбурное объяснение, но сначала запомните ответы – вопросы будете задавать потом, когда выберемся из этой чёртовой Кордии.
Многозначно переглянувшись с подругой, Джани вдруг выдал:
- Как мы и думали: повышенная агрессивность, депрессия, изменённое состояние сознания, а вот и до мании преследования добрались. Надеюсь, последнее, это у вас не наследственное, княгиня.
Ещё как наследственное, я бы даже сказала – огромные такие «алименты» с процентами, доставшиеся мне от моего великовозрастного супруга… Но тут до меня дошло, на что он в комплексе намекает. Совсем уже любовная лихорадка мозг выжрала, что ли?!!
- Я – в полном порядке!!! Не более сумасшедшая, чем обычно. – Правда, от вида крови и правда чуть жестоко не съагрессивничала, но лучше пока об этом умолчать. - Спасибо за заботу, но, верьте, друзья, она – излишня! И не надо окружать меня эманациями осторожности, Ли, я твою магию чую, если ты не забыла, и она мне всё обоняние сбивает.
Знала бы я, чем всё закончится, не позволила бы себе такой резкости…
- Только не в Кордии. Осторожность здесь – это всё, что способно сохранить жизнь невольным пришельцам. – Внезапно распахнул глаза центурион.
- А насколько неосторожно мы поступаем, ведя неформальные разговоры с падшим кондором? – вцепился в него взглядом Джани.
Глядя прямо в затуманившиеся очи тролля, Дэцимус сказал, как ножом полоснул:
- Весьма опрометчиво.
Ага, значит Джани пытался использовать гипноз, на что наш гость, как ни удивительно, не поддался. Что значит, что для простого смертного – у него чрезвычайно сильная воля. И это следует для себя отметить.
- Расскажи нам подробнее о своём мире, - попросила я. Из этого-то что тайну делать?
Но ответил мне уже знакомый, зловещий своей музыкальностью, голос. Ответил на неплохом эльпароанском, что меня немало удивило. Утончённый бреталец, хоть и с «заскоком», и этот мир-рассадник вселенского криминала – как-то не вставали в один ряд у меня в голове, при всём на то желании. Приближаясь к нам, с ленивой грацией лавируя среди кустов, Клеранс как нельзя более напоминал свою вторую ипостась. Не меньшей угрозой веяло и от рассказа оборотня о месте, где мы все оказались:
- Просторный, с низким числом коренного населения, мир, славящийся благоприятным климатом и плодородной почвой. Многие народы издревле имели в Кордии свои поселения. Не враждующие обособленные города, а именно поселения, открытые для свободного прохода и связанные прочными дипломатическими, торговыми и даже семейными связями. Но… Прошу меня простить, забыл, как будет это слово… - Гладкое лицо озарила очаровательная, почти мальчишеская улыбка, - когда становится очень много людей…
- Перенаселение? – подсказала Ли.
- Вы оказали мне огромную любезность, дорогая моя. Именно. Перенаселение, истощение ресурсов вызвали голод. Многие умирали, вспыхивали конфликты, но решения проблемы никто не видел. И в среде правителей и ранее далеко не мирных кондоров, вызрела идея, до сих пор являющаяся идеологией этого мира. Если устранить самую непредсказуемую расу, трудности с пропитанием, да и все остальные беды, исчезнут. Идея в общем-то, не новая. У каждого народа – своя «священная война»… - явный кивок в сторону тролля.
Да и мне это кое-что напоминает… Одно весомое отличие – на Акреоне само понятие единой власти – абсурдно, да и боязнь света накладывает своё вето на захватнические аппетиты моих сородичей. Дьявол! А ведь однажды, я была полна решимости устранить эти трудности с пути Акреонских бессмертных с помощью Огня Прародителей (V) , под своим контролем, разумеется. Но, кто знает, к какому бы пиршеству тьмы могла привести эта моя нереализованная задумка?!
- «Непредсказуемая раса» - эта, судя по всему, ликантропы, - я сочла уместным внести некоторую ясность в витиеватое повествование Рэйзора.
- Невероятно, - опешила Ли, - Гены оборотничества крайне редко передаются по наследству. А ещё реже – через укус. Сколько же нежити должно было быть в Кордии, чтобы её уничтожение могло снизить плотность населения?
- Умная девочка, - без всякого выражения эмоций похвалил Рэйзор. Я ясно ощутила, как незатейливый комплемент, сорвавшийся с его бескровных губ, заставил даже храброго Джани внутренне напрячься, будто произнесена угроза. – Но дело в другом. Многие народы, терзаемые опасениями, как бы ни стать следующими козлами отпущения – покинули Кордию, не дожидаясь возможной расправы. Остались те, кому не куда было бежать. И те, кому уйти не дали, включая полукровок и представителей смешанных браков. И, как это зачастую бывает, найдя «виноватых», под сильным диктатом харизматичных лидеров, коренной народ Кордии сплотился. Экономика поднялась, военная мощь сделала так и вовсе невероятный скачок. Даже собственные колонии основали в других порабощённых мирах. Но… какой ценой, да, кондор? – неожиданно хлестнул он глазами в сторону Дэцимуса, - Воистину, Ubi salitudinem faciunt, pacem appellant (VI) !
Мужчина молчал, пронзая недавнего противника полным ненависти взглядом. А уязвлённый поражением оборотень, явно наслаждаясь игрой с огнём, продолжал сжимать кольца:
- Храбрые солдаты Кордии! Несчастные фанатики. Им нечего не стоит безоружными броситься в бой против превосходящего силой противника… и закидать камнями старуху…
- Но о таком будущем мы мечтали. – С нетерпеливо звенящим металлом в голосе прорычал Дэцимус, но, к моему облегчению, больше никак на провокацию не поддался.
А они определённо стоят друг друга.
- Я надеялся, всё это преувеличение. – Явно разгадав мои опасения, тяжело вздохнул Джани, - Может всё-таки представишь нам гостя, Шарлин?
Хвалю, не забыл предупреждения.
- Клеранс Рэйзор, охотник на вампиров. Ах, да, - пояснила, повернувшись к кондору, - к слову, я вроде как - вампир. – Пока обойдёмся без уточнений.
В общем, перед тем как заступаться за симпатичную дамочку в кишащей монстрами глухой чаще – хорошенько подумайте: какого демона она вообще там забыла одна одинёшенька? Или ей терять уже нечего, так что стоит ли стараться? Или же – она сама монстр – и тогда, возможно, бояться придётся вам…

***
- Ты пила мою кровь?! – взревел мужчина.
- Одну каплю для снятия вербального барьера. – К счастью, присутствовавший при том Клеранс не понял, что я его чуть не растерзала. Потому, перешла от оправданий к наступлению, - C голоду подыхала – не стала бы от тебя питаться! Такой дозы порядочности внутрь мне не вынести. А ребята подтвердят, что осушаю только очень плохих, серьёзно разозливших меня парней. Кроме того, у нас ещё пол вялено эльфа в мешке завалялось, никак доесть не можем… - Иногда вовремя (и к месту) произнесённая шутка позволяет понизить напряжение. Увы, только шутки у меня все очень специфические. От этой, например, ухмыльнулся один только Клеранс.
Ладно, зайдём с другой стороны:
- Твоя рана затянулась, потому что, кроме того, чтоб попробовать твоей крови, я дала тебе каплю своей. Если общее состояние не смертельное, то в малых дозах, это как… змеиный яд, - за неимением лучшего ввернула я порядком избитое за сегодняшний день сравнение, - срабатывает лучше любого лекарства.
- А учитывая, что Шарлин ещё и оборотень - мощнейшее регенеративное средство, - подал голос не в меру просвещённый Рейзор.
Ну кто его, гада ползучего, просил?!
- Спасибо, Клеранс, - поморщилась я. Только контакт начала налаживать, надо было сказать кондору, что его кровь смешалась с кровью презираемой здесь нежити. Хотя, если вспомнить чудовищные шрамы от отрубленных крылья… может и у него она не так уж чиста?
- Если ты оборотень, тем более, тебе и твоим друзьям, - последнее слово будто выплюнул, царапнув взглядом по змею, - лучше покинуть этот мир как можно скорее.
- Да мы бы с радостью! Только вот сказывается некоторая нехватка в средствах передвижения. Кстати, а с чего это у кондора такая толерантность к «низшим» расам?
- Наёмные убийцы вообще ко всем одинаково толерантны. Профессиональная черта. – С вызовом встрял Джани, охранительным жестом обнимая Ли за плечи, - Дэцимус Бесстрашный, так ведь? Даже в Нормандии (VII) слышали о тебе. Люди говорят, ты – лучший.
- Люди вообще много чего говорят. – Всё ещё слегка пошатываясь, но уже достаточно уверенно держась на ногах, наёмник поднялся с земли и привычным движением поправил перевязь с мечом. Не грошовая демонстрация силы, а жест, говорящий: спасибо за гостеприимство, но мне пора. И вообще - вы меня достали.
Жаль. Они бы с Клерансом здорово уравновешивали крайности друг друга.
- Ни на кого из вас ко мне заказов не поступало. – Он с точностью понял суть тролличьих опасений.
Ещё одно очко в его пользу. За сообразительность.
- В Кордии работаю на себя. Раздобыть кристаллы можете попытаться в ближайшем селении, это полтора дня пешего пути на запад. Только не вламывайтесь туда всей толпой. Лучше вообще пусть идёт одна колдунья, к человеку меньше всего возникнет вопросов. И, по возможности, не попадайтесь на глаза парням в военном обмундировании. Если хотите жить. Счастливо убраться от сюда.
Меня снова охватила тревога. Теперь уже почти осязаемая, она не просто явилась изматывать нервы, но практически орала мне в уши, что я ни за что на свете, ни в коем случае не должна сейчас его отпускать. Но если кто-то из духов, которому в наказание назначили быть ответственным за моё благополучие, и услышал сии экстренные раздумья: как задержать кондора? - то с подоспевшей помощью он явно перестарался….
В нашу сторону что-то летело, причём с огромной скоростью и от этого «чего-то» шёл колдовской шлейф смертельной, разрушительной мощи.
- Все на землю!!! – заорала я.
Упав животом на утоптанную почву, я подняла голову и увидела, как кондор, остановленный моим криком в пяти шагах от надоедливой компании, которую так и не успел покинуть, молниеносно присел, на всякий случай ещё и уйдя кувырком в сторону от возможного удара. Гигантское, будто выкованное из водяного пара, фантомное лезвие с лёгкостью срезало на уровне шести футов толстые стволы деревьев, и одновременно мне по носу ударила шуршащая горечь боевой магии. Айр, причём немалой силы и опыта. Только чудом никого из нас не раздавило обрушившейся сверху массой спиленной древесины. Вершина высохшей осинки, с опасно обломанными острыми ветками, приземлилась в паре дюймов от моего затылка и пропорола влажный дёрн, как утыканная гвоздями булава великана. Не верьте в предрассудки, будто вампиры недолюбливают осину. Плевать на сорт дерева, вот расплескать свои мозги днём на полотне местного ландшафта - вот этого действительно стоит опасаться. Раздался новый оглушительный грохот и нас осыпало комьями земли вперемежку с прелыми листьями. Вслед за чем слух уловил приближающийся лай собак и воинственные крики людей. Мирно засыпавшее в преддверии зимы тело земли разрывалось от взрывов, в голове трещало, мешая сообразить в какую сторону лучше скрыться. Те, кто пытался застать нас в врасплох, ошеломив таким изобретательным нападением – справились с задачей на «отлично».
Надеясь получить хоть какие-то пояснения относительно происходящего в тот момент локального апокалипсиса, я ползком подобралась к Дэцимусу, единственному из нас местному уроженцу. Понятно, что дела хреновые, но вот насколько? Ли и прикрывающий её собой Джани, остались позади. Девушка дотянулась до своей сумки с магическими артефактами с явным намерением устроить тёплый приём коллеге по ведовству. Клеранс испарился, будто его каким заклинанием растворило в воздухе. Я даже точно знала, как оно называется, но решила, что лишняя порция нецензурной брани положения оставшихся не исправит. Глаза слезились, и горло саднило от взметнувшейся в воздух пыли с примесью какой-то едкой дряни. Почему-то от неё во рту оставался жгучий металлический привкус... Серебра, как выяснилось позже.
- Забыл сказать, лес полон ловушек на нежить. Вероятно, кто-то из вас задел одну из них, и на сигнал пришли ликвидаторы.
Ликвидаторы. Ёмкое слово. Мигом даёт полное представление о заготовленных по вашу душу гадостях.
- Извини за наглость, - я закашлялась, - но у тебя самого лишнего кристалла нет? Можно хоть в Эльпаро, без проблем!
- Нет. Я не планировал возвращаться. – Прищуренные глаза скользили в поисках врагов. Зажатый в руке кинжал ждал, когда же его отправят в полёт при появления первой же живой цели.
Взрывы прекратились, и в резко свалившейся тишине я могла слышать как медленно оседают вниз сухие листочки, опережаемые продолжающими осыпаться мелкими веточками. Вытащив трезубцы, с мрачным предвкушением присоединилась к операции «встреча». Почему-то перед неминуемым наступлением опасности всегда тянет говорить шёпотом. Можно подумать, для врага всё ещё представляет секрет место нашего расположения…
- И что же у тебя здесь за дело, что потребовался лишь билет в один конец? – прошептала я наёмнику.
Наверное, стрессовая ситуация способствует проявлению неестественного доверия, а может, его просто раздражало чрезмерное любопытство ненормальной нежити, которое с одинаковым упорством лезло из меня независимо от обстоятельств.
- Император Кордии. – Без тени юмора ответил мужчина.
Издав дующий свист, спресованный из воздуха молот, пульсирующий напряжением от вложенной в него силы, рассыпаясь метостазами голубых искр, пронесся над нашими головами и врезался в то самое место, где залегли мои друзья... Я не успела даже закричать. Взрывной волной нас с кондором отбросило на много ярдов друг от друга. А что было дальше – вы уже знаете.

***
Метель… испускающая из своей воронкообразной ледяной глотки не то детский плач, не то волчий вой…. Не мудрено, что стоило мне наконец сдать пост и провалиться под такой аккомпанемент в беспокойную дрёму, первым, что приснилось - был снег. Бескрайняя пелена равнины уходящая за горизонт, и на границе видимости растворяющаяся в небе, чёрном как краска из склянки Децимуса. Пейзаж похожий на долину, по которой мы шли накануне. За исключением того, что долина была лесной. Снег наполнял облака, покрывал землю и кружил в воздухе… И этот снег этот принадлежал не небесному ведомству Кордии...
Зимой на Акреоне становится темнее. Хотя, казалось бы, куда уж больше? Низкие тучи ещё плотнее сгущаются, и над моим миром воцаряется ночь длиной в четверть годового цикла. От влажности каждая оставшаяся на поверхности травинка, каждая мельчайшая веточка кустарника, даже стволы деревьев - облеплены колючей бахромой инея и на фоне небесной черноты, с помощью вампирского зрения, смотрятся как драгоценные кораллы в потаённых океанских глубинах.
В это время года свободные люди живут запасами, сделанными за сезон работ в полях и почти не покидают своих укреплённых городов-убежищ. И правильно, зимой для вампиров не существует ограничения в виде светлого времени суток, а абсолютная темнота и пронизывающий холод не доставляют бессмертным существам ни капельки неудобства. Кровь крепостных крестьян утоляет их голод в пределах необходимости, и между двумя враждующими расами на короткий промежуток времени устанавливается ничтожное подобие негласного «перемирия».
Но есть среди вампиров и те, которые предпочитают питаться гораздо менее гуманным и намного более опасным способом.
Этим тёмным зимним днём князь Аргнеш вышел на охоту с новоиспечённой супругой. Человеческий отряд во главе со своим правителем, защищаемый полусотней воинов рискнул совершить переход из своей родной цитадели в соседнюю, дабы решить какие-то неотложные политические вопросы. Глупцы. Что действительно нельзя отложить до наступления лучших времён – так это миг собственной кончины. Он всегда неминуем. Особенно, если нарваться на двух высокородных вампиров, жаждущих крови.
Битва закончилась, и глухая тишина, прерываемая лишь симфонией звуков человеческой агонии, повисла над засыпанной снегом чащей. Я склонилась над ещё живым, но тяжело раненым и до безумия напуганным человеком. Адреналин, страх, дыхание приближающейся смерти, обдающее его шею, имели в своём сочетании приятный вкус. Прокусив ярёмную вену, с наслаждением сделала несколько тягучих глотков. Наверное, мой муж прав: кровь, взятая силой, во многом выигрывает у отданной рабами «добровольно». На мой взгляд, конечно, не стоило убивать их всех: утолить голод можно было гораздо меньшим количеством жизней, не впадая в подобное расточительство. Но сказать это своему хозяину я бы не решилась даже под пыткой. Ещё не один десяток лет пройдёт, перед тем, как я хоть отдалённо начну понимать мотивы его поступков. Но чтобы их прожить – перечить ему сейчас, далеко не лучшая идея.
Когда пульс жертвы перестал биться, я поднялась, вытерла солёные губы тыльной стороной ладони и задрала голову навстречу черному бархату неба. С него мне на лицо опускались снежинки. Коснувшись холодной кожи, они не таяли, словно ложились на мраморное изваяние. Было что-то волнующее в их танце. Острым зрением я различала блеск каждой грани неповторимых кристаллов, выкованных природными Мастерами Стихий из податливых капель дождя, закалённых холодом в заоблачной кузнице. Так, по крайней мере, верят люди. Наивная легенда. Я взлетала за облака на своей мыши – ничего такого там нет. Но наивность не лишает её своеобразной красоты. Кружение пушинок обрело какую-то необыкновенную гармонию, будто упорядоченное усилиями менестрелей и правилами танца, синхронное движение вальсирующих на балу пар. И танцевали они почему-то под звуки колыбельной. Я не знала ни одной колыбельной, и, как и во всех моих соплеменниках, творческая жилка, способная породить даже примитивное четверостишие, у меня отсутствовала напрочь. Но в мозгу сами собой всплыли неуклюжие слова, и я тихо напела их вслух:
На крышу дома ложится снег
В твоей кроватке - угрозы нет.
А мир, в который ты лишь вошла -
В объятьях страха и полон зла.
В углу с мышонком играет мышь,
Под вой чудовищ ты мирно спишь…
Я не заметила его появления. Сложно привыкнуть к такой скорости. Секунду назад его не было в пределах видимости и вот зелёные глаза впились в меня с недоверием и гневом. За что?!
- Откуда ты её знаешь?! – требовательно прорычал Вираг мне в лицо. У него с подбородка всё ещё стекала кровь последней жертвы. Я чувствовала её резкий возбуждающий запах. Железные пальцы держали мне подбородок, и я боялась даже моргнуть, не то чтобы пошевелиться. В ярости он был на многое способен…
- Что?... – Будто со стороны я услышала свой бледный, почти лишившийся самообладания, но полный искреннего непонимания, голос.
- Колыбельная, что ты пела. Откуда – знаешь – эти - слова? – С расстановкой процедил вампир. До ужаса спокойно, но вместе с тем ясно давая понять, что терпение его на пределе. После того, как он ТАК с кем-то говорил, этот нечастный вскоре начинал клясть миг своего рождения. Чёрные зрачки глаз опасно расширились. Очень-очень нехороший признак…
- Я… Я не знаю! – «Содержательный» ответ, но ничего не поделаешь, единственный, - Просто… пришли на ум… когда смотрела на снег…– оправдывалась я, то и дело сбиваясь. Вираг молчал, и я решилась на дерзость, чтобы хоть немного прояснить причину его недовольства. Если повезёт, это то, что может меня спасти. Если нет – мгновенно убить. – Почему ты сердишься?...
- ОТКУДА?! – повторил он с хищным рёвом, от чего у меня чуть не подогнулись колени. Колоссальным усилием воли, я заставила себя стоять прямо, руки опущены по бокам, взглядом доказывая, что мне нечего скрывать или стыдиться.
Согласно одной из многочисленных жестоких баек, ходящих вокруг правителя нашего клана, когда-то, одна из его любовниц попыталась склонить Вирага к браку, соврав, что беременна. На что князь распорол ей моаром живот со словами» № И как теперь ты сможешь мне лгать?» И я была склонна верить этим россказням.
Ему не обязательно дробить мне челюсть. Достаточно одного его желания, брошенного в сердцах ментального приказа – и мой труп составит компанию убитым нами сегодня людям. Даже защищаться не придётся, мой разум подчиниться безграничной власти сюзерена быстрее, чем руки смогут взяться за оружие. Хотя, даже если бы и успели – «новорожденной», точнее, недавно обращённой (с точки зрения людей – умершей), никогда не сразить вампира его ранга и мощи. Моего создателя.
- Клянусь! Я не знаю! - Я старалась быть убедительной, по прозвучало это в таком тоне, будто я его умоляю. Хотя, так ведь оно и было.
Больше ответить мужу мне было нечего. Я совершенно не могла объяснить, как появились эти строчки в моём сознании, и тем более не понимала его грубую реакцию на безобидный стишок. В такие моменты, я его боялась до дрожи в груди, словно какая-то жалкая смертная. Можно было лишь надеяться, чтобы он усмирил свой неоправданный гнев. Отвратительнейшее чувство беспомощности, унижения страхом, сковывающим крепче моаровых оков…
Никогда не прощу его за это.
Резко отпустив, он отошёл на шаг назад и окинул потрясённую меня внимательным взглядом, будто впервые увидел.
- Так это действительно ты… - Это был не вопрос, а утверждение. Знать бы ещё, что оно значит.
«Конечно я, кто же ещё» - пронеслось в мыслях, вперемежку с неверием в то, что допрос закончен и финальные выводы в его извращённом древнем, как этот лес, разуме, сделаны мою пользу.
- Кровь не лжёт… - продолжал он.
И всё-таки язык мой - враг мой!.. Реанимировав в спешном порядке чувство гордости, пребывающее в глубоком обмороке, и послав куда подальше и так имеющееся у меня в дефиците ощущение самосохранения, со вскипевшей внутри обидой, я выдала ему в лицо почти со злостью:
- «Кровь не лжёт» - ты уже говорил это во время обряда. Что всё это значит?!
Вопреки запоздавшему раскаянию, он не вскипел и не обратил меня в прах на месте. Просто промолчал и улыбнулся своей красивой обольстительной улыбкой. Будто сбылась его самая заветная мечта. Ну, просто любящий супруг и вообще - милейшей души… вампир. Тьфу, глупо-то как звучит! Может быть, эта белобрысая стерва Изабелла, его вторая жена, права, и у нашего правителя случаются временами приступы «старческого маразма»? Сколько ему уже лет: тысяча? Или он так стар, что я своим убогим умом даже не могу себе этого вообразить?
Но с тех пор князь больше не смеялся над «противоестественным для аристократки высшего ранга» желанием младшей жены присутствовать на его тактических совещаниях с лейтенантами, а Лоранду было поручено приложить все старания для обучения меня искусству боя.
Изабелла почти всю личную свиту перебила от ярости. Приятнейшая часть неприятного воспоминания.
Усмирив оставшееся неудовлетворённым любопытство, позже я поражалась, как тогда, и за всё последующее время нашей совместной жизни, он так и не убил меня за проявления подобной непростительной смелости? Теперь-то я знаю, что именно эта неразумная бунтарская искорка больше всего его во мне и привлекала.
Полное подчинение – сродни финальной точки умирания. Смирение трупа перед лицом могильного тления. Непокорность сокрытая – это почти та же подлость, ведущая, в конце концов, к предательству. Открытое неповиновение – пускай и в столь жалких дозах – это сама жизнь, во всей её абсурдной привлекательности.
Наводящий ужас на весь Акреон, сеющий смерть и разрушения, непобедимый Вираг Аргнеш – зачастую, сам того не осознавая, всегда тянулся к жизни. И так как, из-за своего происхождения, не имел ни малейшего шанса по-настоящему ощутить её вкуса, желал того, что мог себе позволить – обладания. Но жизнь, также как и те, в ком она находит пристанище, настолько же притягательна, насколько и непредсказуема.
Со временем я научилась хитроумно имитировать слепое подчинение, когда это было необходимо, умело скрывать неуместную непокорность и, то прятать, то оборачивать в выгоду своё природное неповиновение.
«Почему ты меня не отпускаешь, любовь моя?» – пробуждаясь, протянула я сонным шёпотом.
Открыв глаза, увидела, что метель стихла. Ранний рассвет холодного аметистового оттенка обещал ясный день без намёка на снег.

***
«Как леденцы» - возникло сравнение, стоило мне издалека увидеть симметричные и яркие, многоярусные крыши деревянных построек. Так дома пограничной деревни условно-автономной провинции Ци-Хонсу, приветствовали нас, словно дружелюбные улыбки гномов, преимущественно её населявших. А мы ведь даже не до конца ещё спустились в долину.
Преодолев неприступный, на первый взгляд, перевал, по ничем не приметной, но удобной и короткой тропе, известной Дэцимусу ещё со времён военной службы, наёмный убийца, вольный садист и дама без определённых занятий (не путать с «легкого поведения»!) – ступили на историческую землю маленького народа. Ныне пребывающую под протекторатом кондоров.
Смекалистые гномы вовремя сообразили относиться к новому режиму с «пониманием и содействием», за что получали от кондоров что-то вроде суверенитета, читай: «Какая разница, какой там император нами официально правит, лишь бы не обижал, и жить давал спокойно». Как результат, патрульные отряды встречались в Ци-Хонсу редко, комендантского часа не было и в помине, и даже кандидат на должность магистрата (VIII) назначался с согласия старейшин деревень. Вот, даже название всей провинции, составляющих её населённых пунктов и окружающих географических объектов - носили яркий этнический оттенок, а не получили возвышенно-кондорийское звучание, с неизменным окончанием на «-ум». Извечное «разделяй и властвуй» и тут нашло своё применение. Однако, профилактические рейды военных по жилым домам, в поисках укрываемых в подвалах ненавистных ликантропов, никто не отменял. Так же, как и мгновенных расправ с гномами, у которых обнаруживалась лояльность к нежити. О судьбе последних, схваченных в солнечной провинции, думать не хотелось. Так что для нас с Клерансом видимая идиллия была обманчивой.
- Обогнём вдоль гор, там преимущественно сады. Сезон сбора урожая уже закончился, так что местных на Фруктовых Холмах мало. И военные редко патрулируют - среди голых деревьев врагам особо не спрятаться. - Безоговорочным тоном командира сообщил Дэцимус. Центурион недобитый.
- «Редко патрулируют». Также, как в той Аквилиумской таверне?
Моё язвительное уточнение было пропущено как не несущий смысловой нагрузки пустозвонный бабий лепет. Кондор всё уже авторитетно, по-мужски, всё рассудил и теперь шагал в арьергарде, по ухоженной песчаной дорожке, бокового ответвления ведущего в деревню основного тракта.
Я встала как вкопанная:
- Ты не ответил на мой вопрос. – С разом воскрешённой, после полных неудобств мытарств по окрестным мирам, властной, княжеской интонацией, это прозвучало настоящим обвинением.
- Это был вопрос? - Наёмник тоже остановился, и повернулся ко мне. Крутые скулы свело гримасой суровости, - Я решил - очередная недовольная реплика.
- Могу я узнать, что такого случилось в Аквилиуме? – встрял Клеранс.
- Шарлин пытается припомнить ситуацию, в которую, как она считает, мы попали по моей неосмотрительности, хотя, ничего бы не случилось, если бы она сама вела себя не как неуравновешенная нежить.
- Я не ослышалась, - поглядела я на Клеранса, - этот солдафон, только что назвал меня «неуравновешенной нежитью»?
- Боюсь что так, моя леди. – С притворным сожалением подтвердил змей, как бы между делом отступая на пол шага назад.
- Никогда, не называй меня «неуравновешенной нежитью», кондор, - почти прошипела я. Будь я наполовину рептилией, а не волком, наверное, во время этой речи истекла бы ядом. - Верхняя губа инстинктивно поползла вверх и я знала, что стали видны клыки. Терпеть не могу этого вампирского пафоса, но временами привычки всё же берут своё. – Потому что, когда меня называют, мать твою, «неуравновешенной нежитью», я начинаю нервничать. А когда «неуравновешенная нежить» нервничает, она поступает ровно согласно тому, как её назвали. Как ты думаешь, как, Клеранс?
- Ммм… неуравновешенно? – предположил бреталец.
- Именно. Перегрызает глотку тому, кто её так назвал! – Последнее слово я почти прорычала. На самом деле, прибегать к столь радикальным мерам мне совсем не хотелось. Но пусть бы он только двинулся, позвоночник, если повезёт, я бы ему не сломала, остальное – как-нибудь заживёт.
Молчание, сковавшее нас с центурионом, разве что не играло грозовыми зарницами. И сверкавшее в голубом небе полуденное солнышко ничуть не смягчало атмосферу противостояния.
- Я так понимаю, та пресловутая спорная ситуация имела некоторые сложности в её разрешении? – обратился змей уже к кондору. Я-то думала, это мне придётся выполнять роль посредника между двумя мужчинами, а оказалось, посредник, в лице сверх тактичного и дипломатичного Рэйзора, оказался нужен нам с Дэцимусом.
- Да. – Не сводя с меня колющего взгляда, ответил наёмник.
- Я была избита, устала, расстроена, чувствовала себя - хреновей некуда, кругом – толпа ублюдков, желающих моей крови, короче - обстоятельства, как он сам признал, сложились не в нашу пользу, просто аховые, а этот умник считает, что мне не следовало позволять себе проявления праведного гнева!
- Постой! Я не сказал, что ситуация «аховая»!
- Ты подтвердил, что она «сложная». Как ещё мне это интерпретировать?!
- «Сложная» – значит «разобраться непросто», но можно, если держать себя в руках или хотя бы приложить к этому некоторые усилия. А не безвыходная «полная задница»! Если у тебя проблемы с оценкой понятий, не могу помочь, - Децимус теотрально развёл руками.
Я сделала глубокий вздох, набираясь сил для новой атаки.
- Если боевой центурион, а не какой-нибудь грёбаный начальник дворцовой стражи, соглашается, что ситуация, сложная - я принимаю это как feta compli (IX) , простите мне мой кондорианский! Так что это не у меня проблемы с оценкой понятий, а у тебя – с их формулированием!
Всё. Будь я чуточку помоложе и полегкомысленней, позволила бы себе победно топнуть ножкой. Коалиция акреонских оборотней, общепризнанных во вселенной чемпионов словесных баталий, на голову разбила самопровозглашённого милитаристского диктатора.
- Раз мы все немного запутались в своих притязаниях, - улыбаясь, протянул Клеранс, - не самое ли время найти компромисс?
- Короче, чего ты хочешь? – бросил мне Децимус.
- Я хочу идти через селение. – Напряжение, что залило мышцы всего тело, отпустило, и теперь я снова чувствовала себя легко и непринуждённо.
Вид у наёмника был такой, будто я сказала, что мы с Клерансом собираемся сейчас перекинуться и в таком виде двинуться по главной деревенской дороге, а ему предлагается следовать за нами, распевая во всю глотку лагерные песенки.
- Нас наверняка уже ищут, а ты предлагаешь следовать самым оживлённым маршрутом?! Я даже…. не знаю как выразить в каком я восторге от твоего плана!
- Ищут - брутального мужика в шрамах в паре с бледной брюнеткой. Если в деревню войдём мы с Клерансом, на меня никто и толики внимания не обратит. Это не самоедство, я просто предвижу неизбежное и констатирую очевидное. Ты – можешь параллельно двигаться огородами, как того хочешь. Но не надо больше таким приказным тоном говорить, ЧТО - МНЕ - ДЕЛАТЬ, договорились?
- Пунктик по этому поводу, да?
- Да. – Без смущения, я согласно пожала плечами. Поживи этот самоуверенный мужик не с какой-нибудь покорной кондорианской матроной, а с бессмертной стервой, которая могла бы щелчком пальцев остановить его дыхание, и у него бы он появился. Или нет. Демон его разберёт, был ли он вообще женат! Чем больше я о нём узнавала, тем больше сомневалась в правильности своей оценке данной противоречивой личности.
- В деревню. Зачем? – только и смог обречённо вымолвить Фортис.
- Мне нужно оружие, Децимус. Твой нож конечно хорош, но я привыкла носить с собой заточенного металла хотя бы на одну единицу больше. И запасная одежда. Эта туника до сих пор воняет тухлыми яйцами, а не только женщина, но и магическое существо с чертовски чутким обонянием!
Это правда. Лесной гейзер, в котором мы отмывались от вражеской крови после Аквилиумского «приключения» в корчме, как и все подобные источники - далеко не розами пах.
- Встречаемся у окраины селения, на границе с лесом. Не позднее начала заката. Если тебя и твоего слуги к тому времени не будет на месте, дальше я иду один.
И это меня он нарёк неуравновешенной!...
Зря змеёныша так обозвал. Клеранс не шелохнулся, но тут же обрёл свои вертикальные зрачки и очень внимательно посмотрел на Дэцимуса. Долго так посмотрел, нехорошо… Будто говорил, что если и существуют на свете вещи, которые могут обратить его каменную сдержанность в необузданную ярость, то это была одна из них.
- Он мне не слуга, Децимус.
- Ах да, просто он хотел снести тебе голову, я забыл.
Вот в чём дело: с каких-то пор акт умышленного лишения жизни другого человека - шокирует наёмного убийцу. Куда катится мир?
Схватив Рэйзора за кисть, я потянула его за собой от греха подальше. Точнее, подальше от кондора. Не знаю, что я буду делать, когда обоим надоест притворяться и они, наконец, сцепятся? Клеранс меня настораживал, как настораживал бы любой выходец с Акреона. Но, некоторым образом, я была перед ним виновата, хоть он того и не знает. А Децимуса я пока просто отчаянно не понимала, но подсознательно испытывала к нему необъяснимую симпатию, хотя, учитывая его явно патриархальный склад мышления и род занятий – не должна была бы. О, мужчины, сколько же от них проблем!
Чуть попридержавшись, я с некоторой претензией шепнула кондору прямо в покрытый шрамами и тёмной щетиной подбородок. Для пущего убеждения хотелось бы смотреть в глаза, но роста не хватило:
- Зачем ты его провоцируешь?!
В ответ лоб мне обожгло горячим дыханием:
- Зачем ты его вообще с нами взяла?!
- Я намекала о такой возможности, а ты не был явно против…
- Но и «за» открыто не голосовал.
Тоже мне, демократ нашёлся…
- Он пригодится, я уверена. Ты же сам видел, как он нас помирил.
- Скажи ты сразу, чего хочешь, и мы бы не ссорились.
- Конечно, не веди ты себя как единовластный полководец!
- Я и есть полководец, Шарлин. До мозга костей. Так же как и ты, можешь сколько угодно грязно ругаться, якшаться с опасными парнями – навсегда останешься княгиней.
Запомнил всё-таки, что обронил Джани. Так, он меня за утончённую, нервную барышню считает?! Как-нибудь я его просвещу, что он ещё не оперился, когда я командовала армией самого влиятельного вампирского клана. Хотя, мог бы и сообразить - барышни не вырывают врагам сердца, получая от этого настоящее мстительное удовольствие!
Но кое-что интересное я всё-таки от него услышала. Нет, не обо мне. О нём. Воин и убийца. Себя он зовёт воином, и поступает зачастую соответственно. Но почему тогда выбрал Эльпаро с его порядками?... Для неминуемого допроса мне это нечаянное признание весьма пригодится.
Перед тем, как отпустить восвояси, Децимус крепко, почти до боли, взял меня за запястье:
– Знаю, что говорю банальность и глупость, но: будь осторожна.
Вырвав из предостерегающего захвата правую руку, я отсалютовала ему, изобразив левой ладонью шлем легионера, накрыв её макушку.
- Как обычно, центурион!
- Очень обнадёживает. - Отвернувшись, проворчал он и уверенно зашагал прочь по своей тропинке.
А я поспешила догнать Клеранса на главной дороге. Как я и ожидала, снег лежал на земле не сплошным настилом, а одинокими дряблыми комками, как плесень на чёрном дереве. Не очень живописно, зато глаза не болят и настроение не портится от этой приторной сахарной белизны...
***
Деньги, деньги, деньги… Одна из самых незаменимых и проблемных сторон нашей жизни. Когда запросто добываешь себе пишу охотой и нет нужды блистать на светских приёмах – наслаждаешься свободой и вроде как не особо ощущаешь их надобность. Но вот стоит лишиться чего-то существенного в материальном плане (например, всего своего оружия), как начинаешь с тоской вспоминать о временах, когда стоило спуститься в принадлежащее тебе хранилище - и тем сразу решить проблему с любой необходимой суммой.
У странницы, бывшей когда-то самой богатой женщиной Акреона, в данный момент в наличии было десять золотых монет, надёжно спрятанных за голенищем сапога. Моя честная доля за выигранный пронырливым троллем спор – сможет ли его бледная подруга (разумеется - я, на свою невесту Джани бы никогда не поставил), побороть доверчивого степного варвара в поединке на руках. Великан был… удивлён позорным поражением, но если что неладное и заподозрил, цену пари всё же выплатил. Надеюсь, на достойный клинок и приличную одежду хватит. Интересно, если намекнуть, что всё это требуется на убийство императора, гномы скидку не сделают?
Стоило войти в деревню, у меня зарябило в глазах. В каждой резной детали, в исполненных с подчеркнутой искусственностью фасадах зданий, в изобилии применялся цвет. Такой вот национальный колорит. Природный цвет дерева, излюбленного здесь строительного материала, был начисто замаскирован свежим, нарядным блеском ярких красок. Цвет пестрил на ало-красных поверхностях стен и столбов, в узорах на сине-зелёных карнизах, балках и консолях, на жёлтых глазурованных черепицах кровли, многократно усиливаясь бликами солнца. Затейливые комбинации скатной и вогнутой формы кровель, поднимающихся над широкими выносами, отличались при том геометрической простотой, подчеркивали величественность зданий, сверкая под голубым небом. Необузданная фантазия, сдерживаемая гармонией линий, в архитектуре построек, даже далеко не самого важного ранга – неизменная отличительная черта гномьих селений, в каком бы мире они не располагались.
По просторной, ещё не успевшей превратиться от снега в грязное месиво, дороге, как назойливые муравьи, сновали гномы. Средний рост самых высоких из представителей этого народа едва доходил мне до ключиц. Клерансу так вообще полагалось ощущать себя эльфом среди троллей. На нас с любопытством косились, но, получив встречный взгляд, быстро отварачивались. Люди, также как и кондоры, были нередкими гостями в гномьих провинциях и особого подозрения нам вызывать не полагалось.
Обнаружив подходящую лавчонку, я отправила Рейзора на разведку, а сама вошла внутрь.

Кондорианского продавец не знал. По крайней мере, лжи я не почувствовала. А я, так сложилось, совершенно не знала гномьего. Пускать кровь улыбчивому коротышке средь бела дня в месте, куда в любой момент могут войти другие посетители – не лучший вариант. Если не успею сделать всё незаметно, поднимеся крик, а убивать никого мне не хотелось. Наверное, чрезмерно жизнерадостная расцветка домов оказывала свой странный эффект. Кроме того, отсутствие акцента у человека, свободно говорящего на одном из самых сложных языков вселенной – было бы, по меньшей мере, подозрительно.
- Чань сиа шей ноооу? – скороговоркой поинтересовался улыбчивый гном за прилавком. Узкие глазки-полосочки при этом закосели ещё больше, так что человечек стал похож на смазанный маслом жёлтый колобок кукурузного теста, который передержали в печи до образования трещин.
Расплывшись в ответной улыбке, я потрясла кистью, зажимающей призрачную рукоять, затем согнула предплечье, наглядно продемонстрировав желательную длину клинка, чем в общих чертах обозначила предмет моего интереса, а в завершении - провела указательным пальцем себе по шее, дабы окончательно отмести все сомнения в назначении того, что собираюсь купить.
- Симара джие-ей! – обрадовался продавец.
Я ожидала увидеть традиционную катану, заранее сожалея, что на легендарное произведение гномьих мастеров у меня средств явно не достаточно, а покупать дешёвку – только себя и врагов не уважать. Но, рядом с добротными кожаных ножнами, из услужливо развёрнутой передо мной тряпицы, хищно блеснуло… настоящее эльпароанское мачете. Вот тебе и местный колорит… Межмировая интеграция и всё тут. Увесистое, мощное лезвие, узкое у рукояти, расходилось в стороны, достигнув максимальной ширины на расстоянии в три четверти от своей длины, и затем резко сходилось в острый кончик. Таким даже слабо размахнёшься – и череп желающего тебе зла мерзавца разлетится на две половинки как яблоко. Отличное оружие. Вот только, откуда оно здесь?
Сложнейшими манипуляциями, которые могут понять только те, кто раскрепощён настолько, что позволяет себе путешествовать по чужим землям, не зная ни слова на используемых там языках, мне сообщили, что мачете в лавку сегодня утром сбыл солдат, участвующий в казни преступника-иномирянина.
Ещё один эльпароанец, попавшийся на исполнении заказа? Да что у них, конференция убийц в Кордии запланирована, что ли?! Что ж, не повезло ему, а может и поделом. Это было всё, чем я мысленно удостоила неизвестного мне наёмника. Но мачете купила.
В другой лавке мне неожиданно приглянулась национальная гномья одежда - кимоно. Штаны и верх с запахом. Мужской вариант, но мне не привыкать. Сметливая продавщица взялась оперативно помочь клиентке с решением проблемы чрезмерного роста, так что уже минут через пятнадцать я имела возможность посмотреть на себя, правда, слегка согнувшись, в напольное зеркало. Увиденное оставило меня в состоянии, близком к удовлетворению. Кимоно было сшито из глянцевито-чёрной, почти прохладной на ощупь, гладкой ткани - что-то вроде плотного шёлка. Не сковывало движений, и сидело так, что в нём я снова почувствовала себя княгиней, а не бродяжкой. И выглядела соответственно. Есть типы женской внешности, которые, надень на них хоть старый дырявый мешок, они и в нём будут смотреться соблазнительно и по-царственному грациозно. А есть те, кому для того, чтобы все их достоинства были замечены, необходимо достойное обрамление. Это я. И пока никто не убедил меня в обратном – с мешком я повременю. Благо, денег, оставшихся после покупки мачете, на подобную роскошь вполне хватило.
Я уже собиралась уходить, расплатившись за обновку, как почувствовала что-то не ладное. Будто кто-то зашёл в лавку, минуя предупреждающую трель дверного колокольчика, и остался незамеченным. Да и вообще, вряд ли утверждал себя пользованием общепринятым входом. Узкоглазая гномиха издала рычащий хрип и застыла, как марионетка, поводья которой внезапно бросил кукловод. Полное живой мимики, пухлое лицо стало неестественной маской, а тёмные щёлочки-глаза засветились красным светом.
- Прислали шишку покрупнее? – Я не эксперт в демонологии, но если демон смог завладеть плотью смертного существа, это кое-что да говорит о его силе.
- Угодала, - губы маленькой женщины издали глухое урчание. Интонаций в нём не было, только хриплый животный тембр.
- Как тебя зовут?
- А тебе не всё ли равно, вампиррр?
- Абсолютно, просто хотела в кои-то веки побыть вежливой. - Может тогда быстрее отцепитесь…
- Я - Сэрсик. Тот, Кто Служит Равновесию.
- Фигово служишь Сэрсик. Миры-то всё равно катаются из стороны в сторону!
- Ровно настолько, насколько вы их и катаете.
Где-то подобный ответ я уже слышала…
- Тогда зачем ты нужен, кроме того, как захватывать тело этой бедной женщины?
-Заключать сделки, допустиммм.
- Выкрутился.
- А как жжже.
- Я уже сказала, что сделки не будет, пока я не смогу знать всего, чего от меня потребуется.
- Никто не знает Всего…
- И потому никто не живёт вечно.
- А ты жжаждешь жжжить вечно? – В бесцветном шуршании звуков проскользнуло удивление.
- Нет. Но я также не хочу давать обещаний, которые, возможно, буду не в состоянии выполнить.
- Тогда просто откажжжешься - и каждая сторона останется при своём. Никаких штрафффных.
Подобное заявление меня, признаться, малость шокировало.
- Клянёшься словом Тьмы?
- Словом равновесссия. – Значит боги в курсе сделанного мне предложения. Вот только, хорошо это или плохо? Ерунда! Как говорится, что мне терять, кроме загробной пустоты?
- И каковы тогда мои действия?
- Владелец ножжжичка, что ты приобрела, отведёт тебя на место назззначения.
- Эльпароанец? – Я очень хотела верить, что поняла не правильно, - Так его же казнили?
- Ещщщё нет, - ухмыльнулась самодовольная тварь, - До этого момента у тебя ровно пять минут.
***
Опущу момент, в который я неслась как ужаленная целым пчелиным роем, по переулкам, пролегшим среди цветастых домов, ощерившихся фигурками длиннотелых усатых драконов, сожалея, что не имею возможности перекинуться в волка, дабы бежать на четырёх лапах. Я не некромант, поднимать зомби не умею, так что, для того, чтобы прогоревший на задании убийца из мира солнца и беззакония, смог отвести меня до места моего «заказа», придётся его выручать. Не знаю как, но придётся.
Площадь, где должна была совершиться экзекуция, я нашла по запаху нетерпеливого ожидания и лёгкого будоражащего волнения, который всегда в обилии выплёскивает толпа, собирающаяся развлечься, глазея на казнь.
На эшафоте, удерживаемый цепями и четырьмя нехилыми кондорами, по два с каждой стороны, возвышался коренной Эльпароанец… Не пришлый иномирянин, как Децимус и многие ему подобные, а самый настоящее дитя мира, облюбованного преступниками всей вселенной. Точнее уж детина – ибо был он покрытым буграми мышц, громилой ростом шести с половиной футов, а шириной – не меньше пяти.
Мир, где много веков смешивались самые разнообразные народности, породил в результате свой «собственный» народ – в чьих жилах текла смесь стольких кровей, что даже у вампира бы желудок свело. И в тоже время перепутать их с кем бы то ни было – являлось задачей не из лёгких.
Коричневая лысина сверкала на солнце, забавно сочетаясь с тонкой, смолисто чёрной бородкой, заплетённой в косичку. Для полноты картины - в косичку по всей длине была вплетена яркая малиновая ленточка, а на её конце в качестве заколки-привески болтался миниатюрный черепок, принадлежавший некогда какому-то миниатюрному эльпароанскому грызуну…
Я слышала, на его родине принято подобным образом украшать быков, которых потом закалывают для развлечения среди многотысячной толпы зрителей. Этого -собирались заколоть на арене правосудия прямо сейчас, чего мне предстояло не допустить. Два ряда кордианских лучников окружали площадь. Даже если они вооружены не серебром, интенсивное солнце связывало руки мне и моей фантазии.
- Леди Шарлин? – Я была так увлечена лихорадочным планирование диверсии, что не заметила, как сзади приблизился Клеранс.
Мысль о том, как он меня нашёл, ведь мы договаривались встретиться в конце торговой улицы, в двух кварталах от сюда, была отметена, стоило мне оглядеться и заметить, что мы с вездесущим змеем возвышаемся среди низкорослых гномов, как два дуба на ромашковом поле.
Тем временем, сторона обвинения вдохновенно зачитывала приговор:
- Покушение на жизнь императорского легата, наместника провинции Ци-Хонсу, убийство пяти его телохранителей…
- А он мне уже нравится… - шепнула я Клерансу.
- Может я присяду, а? Список обещает быть долгим! – Громом в ясную погоду разнесся с эшафота насмешливый бас. На языке кондоров он говорил с невыносимым акцентом. Что меня удивило. Нет, не мой абсолютный слух. Просто людям с его типом внешности обычно без надобности оттачивать произношение. Даже осваивать чужую речь можно не напрягаться. Те, к кому они обратятся, их всё равно поймут. Если захотят жить, конечно.
- Этого уже достаточно, чтобы отрубить твою голову не один десяток раз, грязный эльпароанец! – Прокричал прокурор. Но после звучного голоса казнимого его слова прозвучали цыплячьим писком. И пурпурная мантия, струящаяся по белоснежным крыльям, ни позолоченный лавровый венок на лбу - не добавляла солидности. Гномы вокруг нас это отметили и сдержанно, не приведи боги, чтобы кто заметил, захихикали.
- Увы, я смогу быть с вами лишь до первого раза, Ха-Ха! И не сломайте топорик!
Теперь те из гномов, кто понимал кондорианский, хохотали почти в открытую. Всё-таки неприязнь к оккупантам даёт о себе знать. Имперский прокурор сделал нетерпеливый жест палачу начинать.
- Клеранс, то что я сейчас скажу, покажется тебе несусветной дурью, может, так оно и есть. Но мы должны вытащить этого шутника от туда.
Змей не ответил, лишь оценивающе поглядел по сторонам. Ну же, соображай, Клеранс! Леди Шарлин нужна твоя светлая, в смысле мозгов, голова.
- Задача непростая, моя леди.
Будь это не так, не стала бы спрашивать совета у психа. Но в нестандартной ситуации и мыслить требуется нестандартно.
- Ладно, что бы ты предпринял, если, скажем, он бы был вампиром, с редчайшей формой клыков? И единственным способом до них добраться – было бы отбить его живым у кондоров?
- А это может быть идеей.
- Что? – не поняла я.
- Зависит от того, сколько им известно о вампирах…
На меня постепенно снисходило понимание его идеи:
- А точнее, о способах, как их убить.
И о том, как мы умеем блефовать. Если этот безумный план сработает, и мы отсюда выберемся, то за этого гораподобного «попутчика» Децимус нас точно убьёт.


Сноски:
(I)В полном составе (кондр.)
(II) Что физически не возможно. Практикой доказано: невозможность продолжать схватку наступает после гораздо меньшей кровопотери…
(III) Боевая единица кордианской аримии, состоящая из двух центурий (сотен).
(IV) Достойной парочке (кондр.)
(V) Имеются ввиду события, положившие начало роману «Светоч Финеи»
(VI)Там, где они создают пустыню, они называют это миром (кондр.)
(VII)Страна эльфов, откуда только что прибыли друзья.
(VIII)Наместник провинции.
(IX) Совершившийся факт (кондр.)

Обещанные изменения:

"... - Что ты делаешь? – изумился Клеранс.
Я поднесла к губам палец, смоченный кровью мужчины, дабы иметь возможность после пообщаться с ним не только на языке жестов. И тут случилось то, что уже очень давно со мной не происходило? и я склонна была считать, что уже и не произойдёт. От странного вкуса его крови меня словно молнией ударило. Всегда прекрасно владея инстинктами, я никогда не позволяла голоду лишить меня власти над собственным телом. А сейчас в ушах у меня застучало биение его сердца, сознание моё помутнело, я ощутила непреодолимое желание припасть к ране и выпить этого кондора до дна. Убить. Призвав на помощь весь свой самоконтроль, я осталась на месте. Я высший вампир, дженви, свет меня подери! Хоть и, как говорится, сама себя сделавшая. Они не убивают на инстинктах как… животные. Стоп. А кто я ещё? Правильно, ликантроп. Самый настоящий зверь. Но с тех пор как очнулась эта моя первичная сущность, она лишь уравновешивала вторую, полученную от укуса вампира. Сила духа и ценности чести благородного зверя против подлости и тёмной мощи бессмертного и бездушного убийцы. Неужели второй всё же одерживает верх?
Внешне эта внутренняя борьба с сидящим глубоко внутри меня чудовищем выразилось лишь в том, что я крепко сжала кулаки. Настолько крепко, что оставила ногтями на ладонях полулунные порезы. Подождав пару мгновение, пока они исчезнут – демонстрировать Клерансу слабость было совершенно неприемлемо - торопливо прокусила клыками кожу на левом запястье и, сделав глубокий глоток, чтобы привести себя в чувства, влила багровую каплю на край уродливой раны пребывающего без сознания и в счастливом неведении по поводу моей жажды, мужчина. Сразу после этого мы услышали звук срастающихся тканей. Ещё немного - и серьёзное повреждение от стрелы должно полностью зажить. А пока минут пять лучше его не трогать, чтоб не мешать регенеративному процессу.
- Жест благодарности? – С удивлением предположил Клеранс.
- А почему бы и нет? – Я старалась говорить ровно, даже насмешливо. Не знаю, получилось ли.
Произошедшее не на шутку меня напугало. Как говорится, сон в руку. Раньше я думала лишь о том, как защитить своих друзей от внешней угрозы. А теперь встаёт вопрос: смогу ли я защитить их от себя? Или всё дело в крови кондоров, может в ней какая-то специфическая составляющая? Вроде генов, что отвечают за особенности внешнего облика того или иного народа? Они сильны как оборотни и у них крылья. Не в этом ли дело? Хочется верить.
- Он много лет убивал таких, как мы. – Рэйзор всё никак не оставлял попыток меня образумить...."






Любовь. Марина и Дрейк (часть 2)

Читать далее
Легенда о Нарциссе

Читать далее
Волшебные девушки. Часть 2


Читать далее

Автор поста
Родника {user-xf-profit}
Создан 28-11-2009, 14:42


0


2

Оцените пост



Рандомный пост


  Нырнуть в портал!  

Популярное



ОММЕНТАРИИ





  1.       ashitaka ashihoro
    Путник
    #1 Ответить
    Написано 28 ноября 2009 16:34

    чай; рис; они есть почти во всех мирах и всего их очень много; роста маленького, неестественно плодовиты и также неестественно трудолюбивы
    - китайцы, угадала? bj супер!!!


  2.       Родника
    Путник
    #2 Ответить
    Написано 28 ноября 2009 21:02

    Догадка верна на 100%! :)))



Добавление комментария


Наверх