Ищейка. Книга смерти. Глава 1 и 2
Опубликовано в разделе: Творчество » Проза

Глава первая
ЭММА РЕЙН
 

Бывают истории, которые возникают из ниоткуда, переворачивают жизнь раз и навсегда, оставляя недоумевать, когда же именно мы допустили ошибку, приведшую нас в день настоящий. Эта история совсем не похожа на них.
Она началась двадцатого сентября две тысячи четырнадцатого года. Худощавая шатенка Эмма Рейн, скрестив в лодыжках длинные ноги,  сидела в красном кожаном кресле и, неторопливо пила чай из крохотной чашечки, время от времени ставя ее на фарфоровое блюдце, чтобы перелистнуть очередную страницу книги. В обычное время Эмма не расставалась с огромной синей кружкой, краешек которой был весьма заметно сколот, но в данную минуту, находясь в комнате, в которой даже воздух был наполнен ароматом расточительной роскоши, она откровенно наслаждалась эстетикой самого действа, чувствуя себя, если уж не королевой английской, то хотя бы герцогиней. 
Старинные немецкие часы, стоящие у горящего камина, пробили пять. Их бой  заставил Эмму вздрогнуть, и чай самым подлым образом пролился на светлую замшу брюк. Возможно, хотя и маловероятно, Эмма успела бы справиться с последствиями собственной неуклюжести, однако в эту же самую минуту, если ни секунду, дверь в комнату распахнулась, и в нее вошли двое мужчин.
Мистер Броуди был невысоким седым стариком с блестящей залысиной на макушке и длинными аккуратными усами. Лицо его было округлым, румяным, а блестящие голубые глаза под густыми бровями выдавали в нем добряка. Мистер Броуди двигался суетливо и быстро, при ходьбе заметно раскачиваясь из стороны в сторону. 
Его спутник был полной противоположностью. Высокий, удивительно худой, он двигался степенно и осторожно, точно каждый шаг отнимал у него силы. Кожей он был смугл, хотя его черты выдавали в нем славянское происхождение, волосы спускались ниже мочек ушей, обрамляя узкое морщинистое лицо. Его можно было бы счесть привлекательным, если бы не колючий пристальный взгляд, который он не сводил с Эммы с той самой минуты, как вошел в двери. Отставив чайную пару в сторону, она несколько неуклюже поднялась с кресла.
- Мисс Рейн, - мистер Броуди протянул ей ладонь для рукопожатия, - Мне жаль, что вам пришлось ждать.
- Не стоит, - неторопливо ответила Эмма, прекрасно зная, что при волнении начинает нелепо тараторить, проглатывая окончания слов. А волнение ее было велико.
Мистер Броуди и мистер  Уинтегроув по праву считались первыми людьми в маленьком городке Туин-Фолс  штат Айдахо. Не было ни одного учреждения в городе, история которого не была бы связана с этими двумя джентльменами. Одни носили их фамилии в своих названиях, другие появились на свет благодаря их протекции либо на их деньги. 
Удивительнее всего во всей этой ситуации было то, что мистер Уинтегроув, тот самый, что теперь не сводил с Эммы пристального взгляда, приходился родным братом ее матери. Назвать его дядюшкой у Эммы не повернулся бы язык, не говоря уж о том, как бы исказилось его лицо, позволь племянница подобную фамильярность. 
Еще в начале семидесятых мистер Уинтегроув, будучи двадцатилетним юношей, со скандалом покинул родной дом в Чикаго, вернувшись лишь на похороны отца. До этого дня Эмма даже не подозревала, что у нее есть дядюшка, а потому не сразу поняла, отчего мать стала еще бледнее, чем прежде, и, оборвав соболезнующего на полуслове, направилась к незнакомцу. 
Сказать, что между Эммой и Уинтергровом сложились хоть  какие-то отношения, значит бесстыдно соврать. За те пять дней, что он прожил в доме сестры, дядя не сказал Эмме ни слова, вовсе не замечая ее присутствие, и, спустя какое-то время после его отъезда, она перестала о нем вспоминать, точно Уинтегроув никогда и не появлялся в ее жизни. И так бы продолжалось впредь, если бы не страшная ссора с матерью, которая вынудила Эмму, сложив свои вещи в сумку, громко хлопнуть дверью родительского дома. 
Повод был ничтожным - куда лучше потратить те деньги, что лежали в трастовом фонде. Родители настаивали на оплате за обучение в медшколе, Эмме же хотелось нормальную машину и поездку в Город Ангелов. Про медшколу она и вовсе слышать не хотела, но матушка вбила в свою голову, что лишь эта деятельность подходит для ее дочери. 
Слово за слово, Эмма забросила вещи в старый пикап отца и покинула город. Друзья, пользуясь летней свободой, разъехались по курортам, и не было ни одного человека, который бы смог ее приютить. Так три недели она слонялась по мотелям, отчаянно пытаясь продержаться до того времени, когда подруга Мелани вернется из Нью-Йорка, когда ее нашел мистер Уинтегроув. 
До сих пор Эмма недоумевала, каким же образом ему это удалось, но уже на следующий день они приехали в Туин-Фолс. Уинтегроув даже не предложил племяннице вернуться к родителям, уверенный в том, что проживание в его доме покажется ей куда более привлекательной возможностью.
Дом дяди в прошлом был лютеранской церковью и, прежде чем Эмма вошла внутрь, она была уверена, что странный родственник решил бороться с ее самоволием посредством молитв и песнопений. Впрочем, даже это удивление не шло ни в какое сравнение с тем чувством, которое она испытала, войдя внутрь. 
Дядя жил на широкую ногу. Во всех помещениях лежали искусные ковры, стены украшали многочисленные картины, которые, как Эмма узнала многим позже, все как одна являлись подлинниками эпохи барокко. Несмотря на то, что в комнатах стены были скрыты темными деревянными панелями, в них было уютно благодаря каминам, которые разжигали практически каждый день. 
Для приемов еды была отведена отдельная просторная столовая, стол в которой накрывался строго в отведенное время. Ровно в шесть часов утра, через час после пробуждения дяди, в дом входила миссис Долорес Доминго, экономка, а спустя еще пятнадцать минут мистер Базиль Биже, повар. В семь часов стол накрывался белой накрахмаленной скатертью и серебряными приборами, которые миссис Доминго была обязана чистить каждый вечер. 
В семь ноль две начинался завтрак. Пытаясь не заснуть, Эмма без аппетита съедала свою порцию. Хотя они с Уинтергровом сидели за одним столом, Эмма его не видела - дядю загораживал лист газеты, которую он неторопливо пролистывал за приемом пищи. Оживлялся он лишь тогда, когда в столовую заходила миссис Доминго, а следом за ней появлялся маленький гладкошерстный любимец Уинтегроува белоснежный французский бульдог по имени Буч. 
О, что это был за противный пес, честное слово! Трудно было представить более мерзкое существо, но дядя преображался, стоило его любимцу попроситься на руки. После завтрака Уинтегроув исчезал, появляясь только к полуночи, а Эмма была предоставлена самой себе.
Все изменилось, когда Уинтегроув попросил племянницу о помощи. Просьба показалась ей до ужаса нелепой - отыскать его старого приятеля, который уже пять дней числился в полиции пропавшим без вести. Как человек, не знающий города и не имеющий в нем знакомых, может сделать то, с чем не справились органы правопорядка, Эмма не знала. Но дядя был настойчив,  уверяя, что лишний человек в поисках никогда не помешает, а Эмме  все равно нечем заняться. 
Как ни странно, это обреченное на провал предприятие оказалось успешным. Пропавший нашелся на второй же день в соседнем городе Кимберли, куда его насильно отвезла дочь, уверенная в том, что отец бросит пить, если все время будет у нее под носом. 
Дядя поблагодарил за работу и дал новую. Так постепенно свободные дни окончательно исчезли из  календаря Эммы. Отчего-то ей играючи удавалось то, с чем не справлялся никто другой. Возможно, люди охотнее доверяли гражданскому лицу, чем полиции, возможно, все дело в  интуиции, на которую Эмма полагалась куда больше, чем на факты, позволяя той направлять себя  самыми странными путями. 
Люди начали обращаться к Эмме за помощью. И дело не ограничивалось одним лишь Туин-Фолсом, как и не ограничивалось пропавшими без вести. Эмма Рейн искала сбежавших из дома псов, потерянные вещи, даже информацию в архивах. Комната, в которой она проживала, превратилась в рабочий кабинет, утратив прежнюю роскошную обстановку. Вся ее жизнь теперь крутилась между компьютером, кофеваркой, чайником и микроволновкой - поиски всегда вызывали в Эмме азарт, который пробуждал аппетит. 
Дядя редко обращался  к племяннице за помощью, но сегодня попросил уделить время ему и его партнеру мистеру Броуди, считая эту встречу официальной. 
С мистером Броуди Эмма виделась всего лишь раз, в тот день, когда дядюшка привез ее к себе. Уинтегроув никогда не упоминал в разговорах имя друга. Впрочем, на счет их отношений у Эммы были большие подозрения - на втором этаже, прямо напротив комнаты дяди, находилась комната Броуди, в которой за эти два года он ни разу не оставался, хотя миссис Доминго каждый раз тщательно ее убирала. 
Да и горожане чаще говорили о них как о нераздельном тандеме, не представляя одного без другого. И вот теперь оба этих мужчины сидели на диване прямо напротив нее, и Эмма не имела ни малейшего понятия, о чем будет  разговор.
- Мисс Рейн...
- Эмма, - машинально поправила она и тотчас осеклась, поймав на себе раздраженный взгляд дяди. 
- Эмма, - расплылся между тем в улыбке мистер Броуди. – Деточка, Уильям рассказывал о твоих способностях. Они поразительны! Я не встречал столь успешного и столь молодого детектива за всю свою жизнь.
Эмма с трудом сдержала смешок. Броуди откровенно льстил ее самолюбию – назвать себя детективом даже в собственных мыслях Эмма никак не могла. Да, Уинтегроув сделал ей корочки, но Эмма относилась к своему занятию крайне несерьезно, считая его скорее хобби, чем работой.
- Дорогая моя, у меня к тебе будет большая просьба. Видишь ли, совсем недавно я обнаружил серьезную пропажу. Мой покойный батюшка, да будет его покой нерушимым, владел изумительной, редкой коллекцией книг, некоторые из которых были старше самого этого города. Я, признаюсь честно, не столь увлечен как он, а потому даже не заметил, что одна из книг исчезла.
- И когда это случилось?
- Не знаю, - развел он руками. – Библиотека отца находится на чердаке моего дома, а я слишком стар, чтобы подниматься туда. Но вчера мой кот, тот еще пройдоха, каким-то непостижимым образом забрался наверх, и мне пришлось подниматься за ним, чтобы он, не дай бог, ничего не испортил. Вот тогда я и увидел, что на полке слишком много свободного места. 
- И как называется эта книга? – Эмма открыла блокнот.
- У нее нет названия. Книга рукописная, ее составляли мои предки. Но ее легко заметить, - она в толстом кожаном переплете, квадратная, с кованными железными уголками. Да и толщиной дюйма четыре, не меньше. Эта книга очень важна для меня, и я боюсь даже подумать, что может случиться, окажись она не в тех руках.  
- Что же в ней особенного?
- Видишь ли, - начал было мистер Броуди, но был тотчас остановлен дядюшкой, чьи глаза-угольки вспыхнули негодованием.
- А это имеет значение? - довольно мягко произнес он, но Эмма видела, что Уинтегроув крайне раздражен. 
- С чего мне стоит начать? - уточнила она, подчиняясь молчаливому приказу дяди. 
- Я уже все подготовил, - просиял мистер Броуди. Он поспешно обогнул стол и вытащил из его ящичка небольшой листочек бумаги. - Скорее всего, она теперь у мисс Филлипс. Она всегда хотела завладеть книгой, и имела весьма... противоречивую натуру. Мне совсем не хочется пересекаться с этой леди. Но, думаю, если ты скажешь, что приехала от меня, она устыдится содеянного и отдаст украденное.
Эмма снова перевела взгляд на дядюшку. Что-то во всей этой истории было смущающим. С тем же успехом Броуди мог попросить дядю съездить за ней, да любого, кто работает на него. С другой стороны, вполне может быть, что отправить племянницу за книгой, было для Уинтегроува всего лишь способом остаться в поместье с Броуди. Что же, в любом случае вариантов у Эммы было не много. Взяв лист из рук мистера Броуди,  она бросила взгляд на адрес. 
- Я уже к вечеру могла бы добраться до книги и, переночевав в мотеле, вернуться обратно.
- Эмма, мне не интересно, как быстро ты сможешь это сделать. Главное, чтобы книга оказалась у меня.
Эмма молча кивнула и, не зная, что еще добавить, попрощалась, направляясь к себе в комнату собирать вещи. Сумка для подобных поездок у нее была наготове, Эмма только и бросила телефон и бутылку воды. 
Как и всегда, начиная новое дело, она стянула волосы в высокий конский хвост и собрала его в пучок, заколов карандашом. А вот из одежды неизменным выбором Эммы стали джинсы, футболка и синяя куртка с кучей удобных карманов. Вынув из коробки серые кроссовки, Эмма переобулась и поспешно покинула дом.    
Гудинг находился на северо-западе от Туин-Фолс, и дорога до него заняла три с половиной часа. Приоткрыв окно, Эмма с наслаждением вдыхала сырой осенний воздух, наполненный запахом прелой травы. Вдалеке виднелись фермерские дома, пасущиеся стада и высокие стога сена. Эмма всей душой наслаждалась поездкой, и когда последний луч солнца скрылся за далекой линией горизонта, не смогла сдержать вздоха - вечер был прекрасен. Окно пришлось закрыть – быстро похолодало.
К тому времени, когда она прибыла по указанному адресу, на улице царила ночь. Дом мисс Филлипс был одноэтажным и таким крохотным, что, не имей адреса, Эмма точно проехала бы мимо, не веря, что у такого высокопоставленного человека, как мистер Броуди могут быть общие дела с обитательницей покосившегося домика. Заперев машину, она не без робости вошла во внутренний дворик, думая, как бы не нарваться на собаку, но, очевидно, у мисс Филлипс ее попросту не было. На стук никто не открывал. Эмма постучалась еще раз, опасаясь, что старушка уже заснула, и будет не рада, что ее разбудили, но ее волнения оказались напрасны. Послышались поспешные шаги, и дверь отворилась. 
На пороге стояла моложавая брюнетка, закутанная в толстую разноцветную шаль из толстой пряжи. На глазах ее криво сидели очки, волосы были всклокочены  и собраны в нелепый хвост на затылке.  
- Добрый вечер, - улыбнулась Эмма. – Я ищу мисс Филлипс. Меня прислал Малкольм Броуди.
Глаза женщины расширились. Окинув Эмму внимательным взглядом, она прикрыла дверь. Девушка растерялась. Стоит ли пройти в дом или же это намек на то, что следует уйти? В нерешительности она продолжала стоять на пороге, когда дверь отворилась снова.  
- Вот, - мисс Филлипс довольно грубо сунула книгу в руки Эммы. Лицо ее было искажено злостью – Не знаю, чем он тебя купил, но скоро ты об этом пожалеешь, - она захлопнула дверь прямо перед носом Эммы. Она едва успела отпрянуть. Кроссовок сорвался с верхней ступеньки, и Эмма упала, больно ударившись о землю. Как назло после вчерашнего дождя та по-прежнему была влажной, и на джинсах остался темный след.
- Превосходно! – пробурчала под нос Эмма, поднимаясь. Колено неприятно ныло, старая травма мениска в очередной раз дала о себе знать. Подняв книгу, она похромала к машине, и, забросив потрепанный томик на заднее сидение, плюхнулась за руль, горя желанием убраться как можно дальше от неприветливого дома. Былое хорошее настроение моментально испарилось, и в неразборчивом бормотании радиодиктора Эмма добралась до мотеля.
За время своего побега от родителей, она успела пожить во многих подобных заведениях, но это, судя по внешнему виду, должно был оказаться худшим из всех.
- Номер для одного. Эмма Рейн, - улыбнулась она парню за стойкой, бросая двадцатку. Тот смерил ее равнодушным взглядом и, не проронив ни слова, протянул ключ. 
- Спасибо, - поблагодарила Эмма, чувствуя себя крайне неловко, но парень все так же молчал. Пожав плечами, она направилась в номер. К ее удивлению, тот оказался не так ужасен, как она рисовала себе в воображении, и, включив телевизор, Эмма направилась в ванную –  она не переносила тишину.
Под горячими струями воды она почувствовала себя гораздо лучше. Даже боль в колене, казалось, стала немного тише. Оставалось только надеяться, что к утру она вовсе исчезнет. Убедившись, что синяка нет,  Эмма обернула полотенце вокруг тела и вновь подумала о неприветливой мисс Филлипс. 
Что могло быть общего у нее и мистера Броуди? Ее странный вид, невнятные речи, заброшенный вид дома выдавали в мисс Филлипс человека замкнутого и нелюдимого, живущего в своем особом мирке. Эмма была готова спорить на все, что угодно, что в недрах покосившегося домика обитает кошка, единственное существо, с которым общается мисс Филлипс. 
Дома, в Чикаго, на их улице жила дама, как две капли годы своим внешним видом и поведением похожая на мисс Филлипс. Из дома она выходила лишь для того, чтобы поесть на кухне для бедных, после чего, без конца оглядываясь по сторонам, поспешно возвращалась обратно. О том, что ее не стало, соседи узнали лишь по отвратительному запаху, доносившемуся из-за закрытых дверей. Отчего умерла старая леди, куда делись ее многочисленные кошки, и кем она была до переезда в этот дом, соседи так никогда и не узнали. В квартиру въехала новая семья, нехитрый скарб погибшей вынесли на помойку, и о старушке все забыли. Интересно, как живется новым соседям в этой квартире? Эмме не довелось этого узнать - старая леди умерла как раз накануне ее отъезда из отчего дома.
Хотя к чему подобные мысли? Дело сделано, а это главное. Эмма стянула с волос резинку и направилась обратно в комнату, в надежде, что в мотеле все-таки подключено кабельное телевидение. Но ее мечтам не суждено было сбыться.
- Что  можно так долго делать в душе?
Эмма в ужасе застыла на месте. От ее рук разом отхлынула кровь, они точно занемели, зато сердце колотилось так быстро, будто хотело вырваться из груди. На кровати, прямо поверх снятой Эммой одежды, вольготно растянулся незнакомец. Выглядел он при этом совершенно невозмутимо, точно ему и полагалось здесь находиться. Заложив за голову руки, он с интересом окинул Эмму пристальным взглядом, и нахально улыбнулся.
- Кто ты? - с дрожью в голосе пробормотала Эмма, пятясь спиной к двери ванной. Ей хватало ума понимать, что в одиночку она попросту не справится с крепким незнакомцем, а шум потасовки и крики о помощи в мотеле столь же привычны, как звук проезжающих мимо автомобилей. Ей никто не поспешит на помощь. Было отчего прийти в ужас.
- Потише, - поморщился парень, лениво поднимаясь с кровати, - Меня не нужно бояться. Меня зовут Шеймас, раз тебя это так интересует. И я пришёл с миром. Все, чего я хочу, поговорить с тобой.
- Тогда тебе лучше уйти. Сейчас же. А не то я позову полицию.
- Валяй - он развел руками, - не смею мешать. Только боюсь, что на деле ты хочешь этого меньше, чем на словах. Ты так со мной не можешь поступить. Видишь ли, мне просто необходимо, чтобы ты меня выслушала, поэтому я слегка подстраховался, - он запустил пальцы в нагрудный карман и вытащил из него высушенную веточку какого-то растения. Эмма с удивлением узнала в нем мелиссу.
- Тебе лучше уйти, - снова повторила она, переводя взгляд с мелиссы на парня. Было ясно, как божий день, что перед ней очередной сумасшедший. Не слишком ли для одного дня? Кто мог подумать, что поездка в соседний город за книгой может обернуться такой проблемой.
А где книга? Эмма бросила взгляд за спину непрошенного гостя, но среди скомканной одежды ее не было видно. Поборов страх, она обогнула кровать, надеясь, что ее просто подводит зрение, но книга и в самом деле пропала. Проклятие! И что она скажет Броуди? Что она нашла фолиант, а затем его украл какой-то пьяный оборванец, невесть как проникший в комнату мотеля? Уже сейчас Эмма видела, как вытягивается лицо дядюшки, а его взгляд становится ледяным.
- Как ты сюда вошел? - спросила она, внезапно понимая, что дверь в номер была заперта с момента ее прихода, и в ней по-прежнему торчит ключ.
- У меня свои методы, - довольно улыбнулся парень, точно Эмма только что сделала ему комплимент. - Я же говорю, мне очень нужно с тобой переговорить.
- Должно быть, подкупил портье, - не слушая его, продолжала Эмма.
- Да никого я не подкупал! - весело отозвался сумасшедший.
- Окно?
- Ну, до этого я еще не дорос, - хмыкнул он, - Я просто хотел поговорить с тобой о книге.
- Я тоже, - Эмма понизила тон. Парень не делал ни малейшей попытки напасть на нее, и, кажется, еще сохранил капли рассудка. - Ты зачем ее взял? Хотя я, признаться, не вижу ее в твоих руках. Где она? Ты ее выкинул из окна, не так ли?
Парень довольно загоготал.
- И зачем же мне это делать, милая леди? - отсмеявшись, спросил он. - Я всего лишь ее спрятал.
- И зачем же вам ее прятать? - в тон ему спросила Эмма. 
- Я хотел, чтобы ты ее нашла, - как само собой разумеющееся произнес парень.
Гнев комом подступил к горлу Эммы. Терпение ее подходило к концу, но как избавиться от сумасшедшего, который был вдвое шире ее в плечах и на голову выше, она попросту не знала. 
- Если я ее найду, ты наконец-то уйдешь?
- Можно и так поступить, - после секунды размышлений кивнул тот. - Так что? Где книга?
- В прикроватной тумбочке у окна, - не задумываясь, ответила Эмма. Парень довольно улыбнулся, а затем, оттеснив ее в сторону, направился в указанном направлении. Только этого она и ждала!
Изо всех сил толкнув его в спину, Эмма схватила с кровати одежду и кинулась к двери. Парень, громко ругаясь, уже поднимался с пола, когда ключ, наконец-то провернулся в замке, и Эмма выскочила из номера.
- На помощь! - во всю силу легких закричала она, но никто не отозвался. Пол коридора был серым от грязи, то и дело наступая на что-то липкое, Эмма босиком мчалась вперед, но и парень не отставал. Впереди оставался лишь лестничный проем и вот оно долгожданное спасение, но сумасшедший уже догнал ее. 
Крепкие руки вцепились в локоть Эммы, и она почувствовала, как камнем летит вниз. Закричав от страха, Эмма приготовилась к удару, но проходили мгновения, а она все еще продолжала падать и падать и падать. В ушах нарастал свист, точно вой вьюги, и, наконец, все стихло, а под ногами вновь очутился твердый пол. Открыв глаза, Эмма вновь вскрикнула, на этот раз от удивления - она была явно не в гостинице. Вот только где?



Глава вторая
УБЕЖИЩЕ


Они стояли посреди просторной гостиной. В мраморном камине ярко пытал огонь, едва слышно потрескивали поленья. Комната выглядела так, словно дом принадлежал богатому английскому джентльмену, испытывающему тоску по временам своего безоблачного детства. Стены скрывали деревянные панели, пол был устлан красным персидским ковром. Рядом с камином возвышались диван и старомодные кресла, возле них антикварный стол, на котором тускло поблескивал серебряный поднос с графином и рюмками, чуть поодаль лежал портсигар. У окна, задернутого тяжелыми гардинами, стояло фортепиано, а  над диваном висел огромный портрет старика в массивной золотой раме. Старик недобро поглядывал на пришельцев, точно одно их нахождение в этой комнате наносило ему тяжёлое оскорбление.
- Что происходит? - слабым голосом произнесла Эмма, оглядываясь по сторонам. Она ничего не могла понять. Как она здесь оказала?
Шеймас сочувственно смотрел на неё, однако не торопился с ответом. У него под мышкой была зажата книга мистера Броуди.
- Где мы? 
- Мы называем это место убежищем, - ответил Шеймас. - Прости за все это, но ты попросту не оставила мне шанса. Не хотел, чтобы нам пришлось начинать разговор именно отсюда. Прошу, присаживайся. Ах, нет, подожди, - он склонился и вытащил из-под подушки дивана тонкий кинжал. - Ролланд всегда разбрасывает свои вещи где вздумается. Теперь можешь садиться.
Эмма покорно опустилась. Она была настолько растеряна всем происходящим, что могла теперь лишь подчиняться. Может, падая, она ударилась не только коленом, но и головой? Неудивительно, что после горячего душа у неё начались галлюцинации.
- С чего бы начать, - пробормотал себе под нос Шеймас, ни к кому конкретно не обращаясь. - Обычно этим занимается Монгрелл. Ох, и устроит же она мне головомойку. 
Шеймас замолчал. Он смотрел на Эмму с той же растерянность, с которой она смотрела на него.
- Хорошо. Итак, Эмма... Думаю, тебя удивило, как мы оказались тут... Да что же это я... Итак, - он тяжело вздохнул. - Думаю, ты уже заметила, что у тебя есть дар, который отличает тебя от других людей? - выпалил Шеймас одним духом и улыбнулся собственному успеху. - Ты вроде бы как обладаешь шестым чувством, так его называют, - улыбка погасла на его лице так же быстро, как и появилась. Эмма смотрела на него все тем же непонимающим взглядом. - Пошли, кое-что покажу. Это без толку вести пустые разговоры.
Он поднялся с кресла и протянул руку девушке. Та настороженно на него взглянула, однако руку приняла.
- И накинь пока это, - он снял с плеч пиджак. - Монгрелл и без того меня прибьет, а если увидит тебя в полотенце, то смерть моя будет долгой и мучительной.
Эмма кивнула. Надев пиджак, она запахнула его и скрестила руки на груди, не давая полам разойтись. Она находилась в странном оцепенении, и Шеймас не сводил с неё непонимающего взгляда.
- Бог ты мой, - всплеснул он руками, - Мелисса! Я совсем про неё забыл. Неудивительно, что ты как зомби. Секундочку, - он запустил пальцы в нагрудный карман пиджака и ловко извлек из него засушенную веточку. - Через пятнадцать минут все пройдёт. Может оно и к лучшему? Пойдём быстрее.
Шеймас схватил Эмму за руку и потянул следом сейчас собой. Они миновали целую анфиладу коридоров и холлов, прежде чем Шеймас остановился возле одной из дверей.
- Прошу.
Они вошли внутрь и оцепенение, прежде сковывающее Эмму, треснуло точно яичная скорлупа. Они стояли наверху лестницы, а под ней начинался огромный зал уставленный сотнями, нет, тысячами стеллажей с книгами. Помещение было настолько огромным, что в него с лёгкостью поместились бы несколько кафедральных соборов. Сколько бы Эмма ни всматривалась вдаль, она не видела его окончания.
Ноги её подкосились и она непременно бы упала с лестницы, не подхватил её Шеймас.
- Я держу тебя. Такое бывает, когда проходит успокаивающий эффект. Давай, присядем.
Он осторожно усадил её на ступеньках и устроился рядом.
- Твоя интуиция не просто обычное чувство, - сказал он, поворачиваясь к ней лицом. - Она гораздо сильнее, чем у других людей. Это дар, которым обладают немногие. Ты - ищейка. Хотя слово ищейка это всего лишь жаргонное название. Правильнее сказать интуит или сенсорик. Римляне называли таких как вы сенсуэтами, но разве такое выговоришь? 
- Я ничего не понимаю, - вымученно пробормотала Эмма. Она была страшно испугана и испытывала детское желание разрыдаться и плакать до тех пор, пока кто-нибудь не появится и не вернет её обратно домой в спокойствие и безопасность.
- Шеймас, - донесся до них укоряющий голос. Обернувшись, Эмма увидела еще одного юношу. Как бы ни велико было ее потрясение, она невольно залюбовалась им. Стоящий перед ней был высокого роста и худощавым. Он казался полной противоположностью Шеймаса. 
Тот напоминал крепко сложенного работягу, этого же юношу можно было легко представить в окружении членов палаты лордов или на приеме ее величества. Золотистые волосы были аккуратно расчесаны и уложены на косой пробор, руки ухоженные, на мизинце перстень печатка. Одет он был весьма необычно — старомодный коричневый пиджак, жилет с золотой цепочкой карманных часов, белоснежный платок-галстук.  От него пахло дождем и туманом, несмотря на то, что вечер был теплым и ясным. 
- Скрел! Ты вернулся? – лицо Шеймаса просияло. Он порывисто поднялся на ноги, и, хлопнув пришельца по плечу, с облегчением вздохнул. – Ты ведь можешь все объяснить мисс Рейн? Красноречие никогда не было моей сильной стороной.
Золотая бровь вошедшего выгнулась дугой.
- Дорогой мой Шеймас, разве ты вообще способен помолчать? Неужели твой единственный талант оставил тебя?
Шеймас скорчил рожицу и поспешно вышел из комнаты, оставляя Эмму на попечение приятелю. Тот тяжело вздохнул и повернулся к девушке.
- Прошу прощение за своего друга. Боюсь, Шеймас порой чересчур порывист. Мое имя Феликс. Мисс Рейн, если я не ошибаюсь. Эмма Рейн?
- Да, - кивнула Эмма, удивляясь, что юноша знает ее. Незнакомец между тем расстегнул пиджак и уселся рядом с ней. Если близость болтуна Шеймаса ее ничуть не смущала, то теперь Эмма ощутила, как ее щеки наливаются румянцем. Бросив на нее внимательный взгляд, Феликс отодвинулся.
- Понимаю, как вы сейчас напуганы. Даю вам слово, что вы находитесь в безопасности. Все, что я вас попрошу, выслушать меня. Затем, если вы захотите, мы поможем вам вернуться обратно в дом дяди. Вы позволите мне всем вам объяснить?
Эмма кивнула, все еще с трудом собирая мысли воедино.
Феликс благодарно улыбнулся.
- Думаю, Шеймас еще ничего не успел вам рассказать. Что же, придется начать с самого начала. Это долгая история, мисс Рейн, так что устраивайтесь поудобнее.
С самой зари человечества люди пытались познать мир, окружающий их, а познав, возвыситься над ним. Они создавали богов, точно так, как бог некогда создал их, поклонялись ему, возводили культ. Они верили, что некоторым предметам характерны особые свойства, особая сила, если хотите, и их вера, вера миллионов душ,  наделяла их таковыми. 
Вы, несомненно, слышали о дельфийских оракулах и египетских жрецах. Они обладали знаниями, которые кажутся современному человеку смешными и надуманными, не более, чем уловкой, для подчинения примитивных умов, но они не были обманщиками. Они на самом деле имели особую силу, забытую в веках. Но их сила не ушла, а знания были сохранены. 
Посмотрите, – он протянул руку, указывая на бесконечные ряды  книг, - все эти книги хранят их мудрость. Они не утеряны, наоборот, были спасены. Люди, имеющие особый дар могут прочесть их, высвободить скрытые в них силы. Если вам будет интересно, я покажу вам свитки из александрийской библиотеки  и Либерии .  Там, на крайнем стеллаже, собраны книги Древнего Египта, начиная с самой первой Книги мертвых. Верования сменяли друг друга, на их осколках рождались религии, и наши знания росли. Многие пытались использовать крохи этих сил, но не всем они доступны.
На протяжении веков среди обычных людей были и те, кому самим рождением давалась над ними власть. Порой они жили и умирали, даже не догадываясь о своей особенности. Дар пробуждался в них по неясной причине, и сводил многих в могилу. Особенно это касалось таких как вы, ищеек. Сила вашей интуиции так велика, что, отринув прочь доводы рассудка, вы с головой погружались в пучину, уверенные в собственной правоте и неуязвимости. Мне доводилось видеть, как ищейки лишались всего, проигрывая в карты, погибали, соглашаясь на глупые вызовы и уверенные в собственном успехе. А сколько достойных людей было застрелено на дуэлях? Скольким королям довелось почувствовать вкус яда на своих губах, а воинам сложить головы в битвах? Ваш дар, безусловно, силен, но он не безграничен. Трудно понять, где сила сменяется самонадеянностью.  Мы называем вас ищейками, потому что вы все время в поисках верного пути.
Что касается нашего красноречивого друга Шеймаса, он владеет иной силой. Шеймас - временщик. Звучит отвратительно, знаю, мне это напоминает эпоху фаворитов, но единственное альтернативное название слишком длинное, чтобы его постоянно использовать.  Человек, идущий сквозь толщу веков. Шеймас легко сменяет одну эпоху на другую. Ему это так же просто, как нам с вами отправиться на автомобиле в соседний город. Он так же способен брать с собой и других людей, как это было с вами. Место, где мы сейчас находимся, существует вне времени и пространства. Оно не принадлежит ни одному веку и его невозможно найти на карте. Это особые силы, благодаря которым оно не может быть найдено или уничтожено. Не существует в мире ничего, что бы могло ему угрожать. Это плод усилий многих колдунов.
Да, Эмма, - он улыбнулся, - боюсь, что они и в самом деле существуют. Один из них находится сейчас прямо перед вами. Наша сила кроется в нас самих. Нам не нужны ни волшебные палочки, ни шляпы, ни... Право, не знаю, что еще. Нам дан дар понимать языки, на которых уже не говорят,  знания, о которых мы не всегда догадываемся сами. Мелисса, которая была в пиджаке Найджела, не просто веточка засушенного растения. На языке цветов, мелисса означает "спокойствие, взаимопонимание". Мне всего только и требовалось, чтобы разбудить скрытую в ней силу. Как видите, я читаю не только латынь и санскрит. Когда возникает необходимость, я могу прочесть что угодно, от туманных посланий на звездном небе до судьбы человека, написанной на его ладони. Эти силы спят до определенного момента, и пробуждаются во мне лишь тогда, когда в них есть острая необходимость.
- Мистер ... Эм...
- Скрелтон, мисс Рейн. Но вы можете звать меня по имени.
- Да, - машинально произнесла Эмма. – Так вот... Все, что вы рассказываете, интересно, даже, несмотря на то, что я по-прежнему уверена, что просто ударилась головой и сейчас у меня галлюцинации. И все же... Причем тут я? Чего вы от меня хотите?
- Видите ли, мисс Рейн, мы не просто так находимся в этом месте и знаем друг о друге. На протяжении многих тысячелетий все наши усилия сводятся к тому, чтобы найти и доставить в убежище книги с особыми знаниями. Если они попадут не в те руки, это может привести к самым страшным событиям.
- Разве кто-нибудь кроме... колдунов может их прочесть?
- Видите ли, на протяжении всего времени немало таких, как мы, стали отступниками. Дар проявляется у самых разных людей, и не все из них достойны подобной участи. Как правило, у ищеек он передается по крови, во временщиках рождается под действием определенных условий, скажем, если человек сильно напуган, или невиновным приговорен к казни. Колдунам он открывается перед смертью, и тогда крошечное мгновение жизни растягивается для них на долгие годы. Угадать, в ком он проснется невозможно. Многие, обретшие силу решают ее использовать к собственной выгоде. Разумеется, таким как они нет места в убежище, и они изгоняются. Ваш дядя из таких людей.
- Дядя? Уинтегроув? 
- Как, по-вашему, он вас нашел? Впрочем, здесь не совсем его заслуга. Леди, которую вы встретили сегодня ночью, тоже ищейка.
- Мисс Филлипс? – удивилась Эмма, с отвращением вспоминая неряшливую женщину. Неужели у них может быть что-то общее?
- Она, мистер Уинтегроув и мистер Броуди некогда были едины, точно семья. Они тоже искали книги, но не для того, чтобы защитить их, но чтобы использовать их силу. К счастью, хранитель вовремя это понял. Уинтегроув и его окружение попались, когда пытались продать вывезенные из Александрии свитки некому коллекционеру. Их с позором изгнали, но, насколько мне известно, они не оставили своих попыток. Мисс Филлипс, к ее чести, отказалась им помогать, когда поняла, как далеко они могут зайти в своем желании обладать великой силой. Тогда Уинтегроув и обратил свое внимание на вас.
В год, когда скончался ваш дед, насколько мне известно, он впервые за долгое время посетил свою родню. Иногда, правда очень редко, дар ищейки можно передать. Для этого нужен сильный колдун, к счастью Уинтегроува таким и был его компаньон Броуди. В тот год в доме на вашей улице поселилась старая леди. 
- Кажется, я понимаю о ком вы...
Феликс кивнул.
- Она предчувствовала свой конец. Мы не знаем. Кем была эта женщина, но ясно одно - использовать свой дар она уже не могла, должно быть ее колдун и временщик покинули этот мир, и теперь она влачила жалкое существование. До вашего семнадцатого дня рождения, а это возраст, когда в человеке просыпается дар ищейки, было еще пять лет. Совсем немало, для такой старой леди. Броуди провел все необходимые ритуалы, и, когда ее не стало, вы унаследовали ее силу. 
Тогда вас и нашел ваш любезный дядюшка. Думаю, он хотел заменить вами мисс Филлипс. Эта поездка была проверкой. Книгу, которую вас попросили забрать, может увидеть только человек, обладающий силой. Она из особого фонда убежища, и в отличие от многих, ее неспособен увидеть простой смертный.  Нам повезло найти вас прежде, чем вы вернулись к Уинтегроуву. Без ищейки это было крайне затруднительно.
- Мистер Скрелтон, простите мне мой вопрос, но зачем я все же здесь? Вы хотите использовать мой дар? Видите ли у меня совершенно нет никакого желания прибегать к нему или становиться частью этого мира.
Феликса ничуть не смутили ее слова.
- Я понимаю вас, - серьезно сказал он. – Но боюсь, мисс Рейн, это было решено за вас. Вы не в силах избавиться от своей силы. Только смерть освобождает от нее. Так или иначе, она проявит себя, а, оказавшись пленницей Уинтегроува, вы будете вынуждены пойти неверным путем. Мы не можем вас принуждать, вы вольны сами выбрать свою судьбу, но знайте, опасность исходит не только от вашего дяди. Существа, о которых вы читали в мифах и легендах так же реальны, как и все остальное. Они тоже ищут книги, и порой в своих поисках используют ищеек. Такой судьбы не пожелаешь и врагу. Вы не представляете, каким мукам подвергается человек, оказавшийся в их плену. И оттуда нет спасения. Я понимаю, это сложное решение, но его необходимо сделать и как можно скорее. Сегодня вы останетесь под нашей защитой, а завтра... Что же, если вы решите вернуться к Уинтегроуву, мы не сможем вам помешать. 
Феликс поднялся на ноги, и Эмма удивилась той грацией, с какой он двигался. Она никогда не знала подобных людей. Может сила оставила на нем этот отпечаток?
Открыв дверь, он кого-то позвал, Эмма не расслышала его слов, и тут же, точно все это время стояла за дверью, в библиотеку вошла невысокая худая девушка, густая челка которой закрывала половину ее лица.
- Это Люси, - представил ее Феликс. – Она позаботится о вас, мисс Рейн. А теперь прошу меня извинить.
- Прошу вас, мисс, – поторопила ее Люси, и Эмма осторожно поднялась на ноги. Колено все еще болело, а голова неприятно кружилась. Должно быть, мелисса Шеймаса не до конца утратила свои свойства. 
Вместе они вышли из библиотеки и направились дальше по коридору. Несколько раз он сворачивал, и вскоре Эмма окончательно потеряла представление, где они находятся. Люси отворила одну из сотен дверей и они вошли внутрь. 
Это была небольшая спальня. В ней тоже, как и в гостиной горел камин. Мебели здесь было совсем немного, но она была очень добротной из резного красного дерева. Это были огромная кровать под балдахином, высокий платяной шкаф и письменный стол с придвинутым к нему стулом. На противоположной от кровати стене висело зеркало. 
- Позвольте, я вам помогу, мисс, - Люси подошла к шкафу и отворила его. Эмма с удивлением заметила висящие в нем вещи. Они были точно из разных эпох. Платье с кринолином соседствовало с джинсами, на верхней полке лежала искусная шляпка с цветами, а рядом берет. Ничуть не удивляясь такому соседству, Люси извлекла вешалку с простым платьем, вроде которого Эмма носила дома, и коробку с туфлями. Примерив их, Эмма страшно удивилась, обнаружив, что они сидят в пору.
- Они заговорены, - пояснила Люси, перехватив ее взгляд. Мисс Аманда мастер бытовых превращений. 
- Она тоже колдунья?
- Нет, - Люси неожиданно хихикнула. – Она, как и я, существо.
- Существо? – непонимающе переспросила Эмма. 
- Получеловек-полудемон, - охотно пояснила Люси. Она отвела в сторону густую челку и Эмма невольно вскрикнула. Лоб и скулы Люси покрывала золотая чешуя, вверх от висков поднимались крохотные рожки, а правый глаз был черным, точно смола. 
- Простите, - только и прошептала Эмма, но Люси только усмехнулась.
- Что вы, мисс. Таких, как я, тотчас убивают. Но леди Монгрелл была к нам с Амандой великодушна и дала приют в убежище. Она даже перед остальными хранителями нас защитила. Если бы они только знали, что Аманда способна к простому колдовству, была бы страшная беда.
- А кто такая леди Монгрелл?
- Она хранитель убежища. Мистер Скрелтон, наверное, уже пояснил вам, что убежище находится вне времени и пространства? Точно так же оно находится сразу же во всех временах. Прямо сейчас в этой комнате, на этом самом месте может стоять кто-то еще, но в своем времени. Понимаете?
- Нет, - честно ответила Эмма. 
- Это сложно объяснить. В убежище существуют все времена разом. И в каждом есть своя тройка, свой хранитель. Когда случается большая беда, они могут объединяться, но на моей памяти такого не было ни разу за последние двадцать лет.
Эмма смешалась. На вид Люси была ее ровесницей. Как же она могла помнить последние двадцать лет?
- Я существо, мисс Рейн, - охотно пояснила она, перехватив взгляд девушки. - Для нас время течет иначе.
- А мистер Скрелтон и Шеймас?
- Они люди. Мистеру Шеймасу семнадцать, как было мистеру Феликсу на момент его смерти. 
- Смерти? – окончательно растерялась Эмма. 
- Колдунами становятся тогда, когда душа готова отделиться от тела. Я не знаток, мисс Рейн, но что-то происходит, и колдун оказывается здесь, в убежище. Эта сила непонятна для нас самих. Они становятся частью тройки, а затем возвращаются в свое время и умирают.
- Какой кошмар.
- Да, - грустно согласилась Люси. – Иногда им даются годы и десятилетия, а иногда они исчезают практически сразу. До того, как здесь очутился мистер Скрелтон, у нас был колдуном мистер Веллингтон. Ему и было отведено что три дня, за которые он ничего не успел толком сделать, разве что наложил чары на оружие и исчез. Мистер Шеймас просто с ума сходил. Между колдуном и временщиком создается особая связь, и, когда он раз за разом терял напарника, то сильно страдал. Слава богу, мистер Скрелтон задержался надолго, а теперь мы нашли и вас. Кто знает, может быть впереди еще годы и годы. 
Мистер Скрелтон такой хороший и такой несчастный. Помню, каким он у нас появился – весь мокрый, заледеневший, белый точно полотно. Долго не мог прийти в себя и так никому и не рассказал, что с ним случилось. Даже мистеру Шеймасу ни слова, а друг от друга у них секретов нет. Страшно даже представить, что когда-нибудь он вернется обратно и умрет. Ох, да что же это я, мисс? Пора спускаться к ужину. Давайте, переодевайтесь поскорее, и я вас провожу. Леди Монгрелл не терпится с вами познакомиться. 




Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}


Поделитесь со своими друзьями в социальных сетях

|

Автор: Энди Багира | 20 июня 2017 | Просмотров: 298 | Комментариев: 0




Информация
Посетители, находящиеся в группе Путники, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


Наверх