Сад воронов. Часть 2. Глава 11
Опубликовано в разделе: Творчество » Проза
   34. АЛЬДО
 

Сад воронов. Часть 2. Глава 11




Альдо Креллинг никогда в жизни не жаловался на свою незавидную участь. С ранних лет он привык к тому, что отличается от других, а потому, не желая вызывать на лицах окружающих очередные жалостливые гримасы, он старательно скрывал свою боль и дискомфорт.
 В детстве, когда болезнь была куда серьезнее, он часто не мог самостоятельно перевернуться. Эту обязанность возложили на сиделку и та, не то от слабого ума, не то от собственной лени однажды решила пренебречь работой. Когда это стало известно принцессе Домере, матери Альдо, бок и бедро принца были фиолетовыми от пролежней. На вопросы матери, почему он не требовал перевернуть его или не сказал о происходящем ей, он лишь недоуменно вскинул брови и честно ответил, что раз озвучивал просьбу, но она осталась без ответа.
С возрастом властвовать над собственными чувствами ему стало ещё легче, но теперь от былой выдержки ничего не осталось. Альдо не мог дождаться минуты, когда снова поднимется на борт корабля, и тот отвезет их с Сангридой и Сагратом в Равнину. Яркий солнечный свет жег его кожу, от благовоний кружилась голова, а пища вызывала тошноту. Альдо казалось, что сам воздух Нерелиссы отравлен гнилостными парами, и он лишается остатков сил.
Ему даже пришлось просить помощи у Исабел, единственной, в чьей преданности и в чьём молчании он был абсолютно уверен. Та провела весь вечер, помогая ему разминать болящие мышцы и натирая волосы и кожу розовым маслом - единственный запах которого мог перебить вонь сандала.
То, что слуги немедленно разнесут слух о его компании по всему замку, он ничуть не сомневался. И вправду, когда на следующий день он спустился в комнату Сангриды, она уже все знала.
- Ты решил отнять у меня камеристку? - со смешком спросила она, приподнимаясь на подушках. Отец Тобиас все ещё не позволял ей вставать, хотя было ясно, что угроза миновала. Альдо склонился над кроватью и осторожно её поцеловал, точно любое его движение могло нанести ей непоправимый вред.
- У меня просто разыгралась мигрень, - отозвался он, присаживаясь рядом, - Исабел была единственной, о ком я подумал в эту минуту. Старуха Невия совсем меня оставила, все убегает на базар искупает ткани и приправы. Вот уж не думал, что я так щедро плачу ей сейчас работу.
Сангрида рассмеялась.
- Ты уходишь от темы. 
- Ты ревнуешь? - поддразнил её Альдо.
- Ещё как. Девушки в гареме только и говорят о морнийском принце и его пленительном взгляде.
- Они мечтают и об отце Тобиасе.
Гидеон как всегда ворвался в покои Сангриды без стука. - Кроме евнухов, они видят лишь меня и Себастиана. Уверен, даже Крыс нашёл бы себе поклонниц, окажись он здесь.
- Гидеон, - расплылась в улыбке Сангрида. Альдо очень хотелось верить, что причиной, вызвавшей ее, был их сын, завернутый в лучший золотой шелк. Гидеон осторожно передал его матери и коснулся её волос поцелуем.
- Саграт крепчает с каждым днём. В нем кровь Талтосов, иначе и быть не могло. 
В этом была весомая доля истины - и в самом деле Саграт прибавил в весе и теперь мало чем отличался от любого другого новорожденного ребёнка. Не считая ног.
- Отец Тобиас придёт?
- Да. Он хочет поговорить с вами.
Не успел Альдо ни о чем его спросить, как дверь снова распахнулась, и вошёл сам отец Тобиас.
- Вы уже тут, - улыбнулся он. - Я с добрыми вестями. Во-первых, я не вижу больше причин удерживать госпожу в постели. Во-вторых, думаю, я нашёл лучший способ справиться с недугом принца.
- Правда? - глаза Сангриды наполнились восторгом, она крепко сжала руку Альдо и тот ободряюще ей кивнул.
- Принц достаточно окреп для того, чтобы дать ему маковое молоко. Когда он заснет, я сломаю кости там, где они неверно сформировались, и зафиксирую ноги правильно с помощью стального каркаса. Кость срастется как нам нужно, а затем, до тех пор, пока он не войдёт в юношеский возраст, при помощи натяжения каркаса, мы сможем регулировать правильный рост костей.
Альдо пораженно молчал. Он в ужасе взирал на отца Тобиаса, не веря, что божий человек мог предложить такую варварскую жестокость. Да и по отношению к кому? К младенцу королевской крови.
- У него не разовьется зависимость от макового молока? - раздался тихий голос Сангриды. - Если я все правильно понимаю, ему придётся принимать его и после операции?
- Что?! - Альдо опешил. Он в ужасе смотрел на жену, не стесняясь даже присутствия Чёрного принца. - Ты и в самом деле хочешь подвергнуть нашего сына такой жестокости?! 
- Мы оставим вас, - поспешно сказал отец Тобиас. Гидеон согласно кивнул и, забрав Саграта из рук матери, вышел следом за священником.
- Ты должен доверять мнению отца Тобиаса, - в наступившей тишине настойчиво сказала Сангрида. - Нерелийские лекари лучшие в мире. Отец Тобиас был лекарем в армии Аластера, он много раз спасал ему жизнь, а потом посвятил себя богу и стал лечить всех страждущих при храме. Может, это божье провидение, что Саграт родился в Нерелиссе.
- Божье провидение? - привычная выдержка изменила Альдо. - Сангрида ты в своём уме?! Тебя столкнули с лестницы, ты едва не умерла, а наш сын родился на два месяца раньше положенного срока! В этом божье провидение?!
- Почему ты так злишься?
- Мне нужно это объяснять? Я ни разу не видел сына с того дня, как он родился! Гидеон держит его в своих покоях и находит отговорки каждый раз, как я прошу его увидеть! Я ему не отец. Талтос назвал его наследником, он качает его в своих объятиях, а моё слово ничего не значит. Мне даже не позволили выбрать ему имя!
- Тебе не нравится имя нашего сына?
- Нет! Он - наследник Равнины и Морно, он - Креллинг, он не может носить имя нерий. Смею тебе напомнить, ты Айана Пеллар. Вспомни, кто мы и какой жизнью живём. Мне кажется, ты это успела забыть. Ты ведешь себя так, будто это сын Сангриды и Гидеона. И у меня к тебе лишь один вопрос - ты намереваешься вернуться домой? 
- Конечно, что мне остаётся?
 С губ Альдо сорвался горький смешок. Он покачал головой, точно пытаясь отогнать от себя услышанное. Наконец, справившись со своими чувствами, он поднял на неё взгляд.
- Если тебе больше не нужна наша семья, я не стану тебя принуждать к возвращению. Ты можешь остаться в гареме и стать женой Гидеона. Ты родишь ему здоровых сыновей, но этого калеку я заберу с собой. Потому что это мой калека, мой сын, и мне не важно, сможет ли он сидеть в седле или сражаться с врагами. Я сделаю все, что смогу для его выздоровления, но я никогда и никому не дам ломать ему кости. Я не позволю причинить ему такую боль. Я сделаю это, Сангрида, даже если Гидеон попытается мне помешать. 
Грудь Альдо тяжело вздымалась. Никогда в жизни он не был так разозлен и решителен. Если бы в эту минуту ему бы возразил Чёрный принц, вполне вероятно, что его легенда оборвалась бы раз и навсегда.
- Я не думала, что с твоей стороны все выглядит именно так, - растерянно пробормотала она. - Я тоже лишена возможности быть с Сагратом.
- И причиной тому болезнь. Меня же лишили радости отцовства по вине Талтоса. Мне все чаще кажется, что в тот день на Круглой площади мы оба совершили жестокую ошибку. Ты не должна была становиться королевой пеллийцев, а я твоим мужем.
Сангрида пораженно уставилась на Альдо. Она смотрела на него так, точно он дал ей пощёчину.
- Ты ведь не серьёзно?
- Не знаю. Нет, конечно, - он тяжело вздохнул и вновь опустился рядом с ней. - Мы оба проживаем жизни, к которым не были готовы. Ты вынуждена скрывать свою истинную сущность, а мне долгие годы приходится приспосабливаться к желаниям и потребностям других. Я должен быть королём Равнины, не ущемляя при этом интересы родного Морно, лоббировать интересы Крыса и не идти на конфликт с собственной совестью, быть тебе хорошим мужем и преданным другом, зная, что ты любишь другого. А теперь я ещё лишён возможности держать на руках своего первенца, слышать его плач и видеть, как он вздрагивает во сне.
- Я не знала, что ты так несчастлив.
- Я счастлив с тобой, Сангрида. Вопрос лишь в том, счастлива ли ты со мной.
Альдо не решился задать его напрямую. Он боялся услышать неискренность в словах Сангриды. Вместо этого он почтительно поклонился и вышел из гарема. Его переполняли горестные чувства. Совсем не так он представлял день её выздоровления. Да и все, что происходило с ним в последние месяцы, казалось невозможным страшным сном, от которого ему никак не удавалось проснуться. Куда исчезло то счастье, что яркой искрой согревало его сердце все эти годы? Как странно было осознавать, что Сангрида, нежная, заботливая Сангрида, одна кровь и плоть с Чёрным принцем. Что в ней дух Талтосов и там, где прежде Альдо видел лишь ласку и любовь, есть место холодной решимости и жестокости.
- Мой король?
Исабел спешила ему навстречу. Она была крайне встревожена, и сердце Альдо сжалось в невольном испуге.
- Что случилось? - негромко спросил он, увлекая её в сторону неприметной арки.
- Я шла к вам в комнату, - немного волнуясь, начала Исабел, - хотела узнать, прошла ли ваша мигрень, когда меня кто-то толкнул. Точнее я успела лишь увидеть чью-то фигуру и почувствовать толчок в спину. Он схватил меня за руку, будто помогая удержаться, и вложил в неё записку для вас, - она протянула Альдо крохотный кусочек бумаги.
«Если вы хотите спасти себя и свою семью, приходите в сад в начале шестого».
- Почему ты решила, что записка для меня?
- У меня нет семьи, - просто ответила Исабел. - Из всех родных у меня остался лишь один дядя, но никто не рискнет покуситься на его жизнь. Его армия превосходит численностью вашу, и он сам способен убить самого опасного врага. Предупреждение предназначено вам.
Альдо не сводил взгляда с бумаги, точно пытаясь увидеть скрытую в ней подсказку. Проходящие мимо стражи окинули их с Исабел пристальными взглядами, но Альдо даже не заметил этого.
- Исабел, - задумчиво сказал он, - ты, случайно, не узнала того, кто дал тебе это?
- Нет, - виновато отозвалась она. - Мне жаль, Альдо, но я для этого слишком сильно испугалась. Вспомнила, что случилось с госпожой.
- Не вини себя, - Альдо успокаивающе коснулся её плеча, - я и не надеялся, что ты узнала этого человека. Вечером все станет известно.
- Вы же не собираетесь идти на встречу?!
- А что мне остаётся? Если бы Гидеон хотел меня убить, то придумал бы что-нибудь более изощренное. Да и действует он открыто. Не думаю, что мне на самом деле грозит какая-то беда.
- Вы не должны так рисковать собой! Нет, прошу вас! Альдо, пожалуйста, одумайтесь!
- Я искренне ценю твою заботу о нашей семье, - улыбнулся Альдо, - но я должен это сделать. Тебе не о чем волноваться.
- Я всегда волнуюсь за вас.
- Тогда займи себя делами. Завтра мы покинем остров. Корабль готов в любую минуту отойти от берега, займись сбором вещей. И вот ещё, - он протянул руку к бархатному мешочку, неизменно висящим у него на поясе, и извлек из неё золото, - думаю, у тебя не было времени, как остальные, посетить местный базар. Выбери отрез самой красивой ткани, какую увидишь, и в Равнине портные сошьют для тебя платье, достойное камер-фрейлины королевы.
- Альдо, это излишне, - вспыхнула румянцем Исабел и Альдо улыбнулся. Впервые за весь день он ощутил удовольствие от того, что делает.
Расставшись с Исабел, он отправился проверить остальных слуг и отдать распоряжения. Ничто больше не удерживало их в Нерелиссе, и ему не терпелось покинуть проклятый остров. Дела настолько захватили Альдо, что он едва не опоздал на встречу с осведомителем, и страшно волновался из-за того, что ему приходится искать обходные пути в сад, так, чтобы ничей любопытствующий взгляд не заметил его.
После того, как Гидеон повелел уничтожить висячие сады, для дворца расчистили территорию прежних владений главного министра. Его скромный дворец был разрушен, а на его месте выкопали пруд. Что касается сада, то Гидеон велел оставить его в прежнем виде. 
Альдо долгое время кружил среди деревьев. Он пытался понять, где именно рискнет появиться осведомитель, но сад был в равной степени заросшим, и ожидать встречи можно было где угодно. Он уже отчаялся кого-то встретить, когда его глаза различили неясное движение. Альдо огляделся, не следит ли кто сейчас ним, и бросился следом за тенью.
Незнакомец стоял на достаточном расстоянии, когда остановил его жестом. Лицо его было скрыто под капюшоном походного плаща и Альдо не мог его как следует рассмотреть.
- Прошу, оставайтесь на вашем месте, - проговорил он. Голос мужчины показался Альдо незнакомым. - Я сильно рисковал, приходя сюда и у меня совсем мало времени.
- Я вас слушаю.
- Я получил информацию, что на вас и вашу жену готовится покушение.
- Гидеон никогда не покусится на жизнь Айаны.
- Речь не о нем. Речь о Королевской равнине. Вам нельзя возвращаться обратно домой.
- Это нелепость. Кто может желать нам смерти?
- Я не знаю, - признался мужчина. - Поверьте, это правда, как бы сомнительно она ни звучала. 
- Хорошо, я вас услышал, - произнёс Альдо, но незнакомец перебил его.
- Вы не поверили мне. Но, прошу вас, ответьте самому себе, все ли довольны вашим правлением и  браком с госпожой. Я знаю, вам невыносимо находиться в Нерелиссе, этот город проклят одним присутствием Чёрного принца, но вы родом из Морно. Навестите свою семью, настало время, и тем самым вы спасетесь. Морно - ваше лучшее решение.
- Благодарю, - равнодушно ответил Альдо. Он развязал тесемки денежного мешочка и бросил его говорившему. - Вот, возьмите золото за свои услуги, и больше не беспокойте меня и мою супругу. Прошу прощения.
И, развернувшись, Альдо решительно направился прочь из сада. Его голова пухла от мыслей. То, что осведомитель был кем-то подослан, он ничуть не сомневался. Но кем? Крысом? Но Альдо был удобен ему в качестве марионетки. По всему выходило, что посланник служил Гидеону. Кто как ни он желал, чтобы Сангрида задержалась в Нерелиссе. Ради этого он смирился бы и с присутствием Альдо. Он и теперь лишил его всего - сына, власти, доверия жены. Он вычеркнул его из повседневной жизни, точно Альдо и вовсе не было во дворце. И Сангрида это позволила. Впрочем, он сам это допустил.
Ноги сами несли его в покои Гидеона, напрасны были попытки гвардейцев преградить ему путь на ярус владыки - Альдо завладел такой гнев, какого он никогда прежде не знал. Король был в ярости, и она разжигала в его душе угасшее было чувство собственного величия. 
Но Гидеона нигде не было. На мгновение застыв в нерешительности, Альдо бросился в гарем. Ещё прежде, чем двери в покои Сангриды распахнулись, он понял, что в комнате происходит что-то кошмарное. Из-за дверей разносился ужасающий детский плач. Ворвавшись в комнату, Альдо застыл от ужаса, с его губ сорвался яростный вопль.
Ножка Саграта была крепко зафиксирована металлическими трубками, сжимавшими её с двух сторон. Внешняя заканчивалась подмышкой и на руке младенца виднелась красная полоса ссадины. Худенькое тело плотно зафиксировали бинты, а отец Тобиас тем временем пальцами прощупывал сустав второй ноги.
- Прочь! - Альдо коршуном бросился на священника. Тот отлетел к стене прежде, чем успел что-либо сообразить.
- Не трогай Саграта! - вскочила с постели Сангрида. - Его сейчас нельзя брать на руки, пока отец Тобиас не закончил!
- Закончил?!  Разве я не говорил тебе, чтобы ты даже не смела думать о том, чтобы ломать ноги нашему сыну?! 
- Тебе стоит успокоиться, - Гидеон угрожающе коснулся плеча Альдо, оттесняя его от сёстры, но тот окончательно потерял голову. Со всей злостью, которая скопилась в его душе за время, проведённое в Нерелиссе, он ударил Гидеона в лицо. Тот ошеломленно отшатнулся, прижимая ладони к носу, из которого тотчас хлынула кровь. Глаза Гидеона сверкали от охватившего его бешенства, он подступил к Альдо, уже обнажившему свой меч.
- Нет! - бросилась между ними Сангрида. Её руки уперлись в грудь дрожащего от гнева Гидеона. - Перестаньте, вы оба! 
- Твой муж зашёл слишком далеко!
- Мы можем закончить это прямо сейчас! - меч Альдо по-прежнему был нацелен прямо в лицо Чёрному принцу. Он тяжело дышал, но взгляд его был полон решительности.
Гидеон усмехнулся. Он схватил лезвие голыми ладонями и, смеясь, отбросил меч на пол. Альдо пораженно замер. Его растерянность немало позабавила Чёрного принца. Одарив Альдо презрительным взглядом, он поцеловал Сангриду в щеку и, утирая окровавленные ладони, вышел из комнаты.
- Я подожду за дверью, - с поклоном сообщил отец Тобиас и быстрым шагом покинул супругов. Саграт надрывался в пронзительном плаче, и лишь его крик нарушал звенящую тишину, повисшую в воздухе.
- Зачем? - только и спросил Альдо. Внезапно на него навалилась слабость, какая прежде была вечной спутницей его дней. Не в силах устоять на ногах, он осторожно опустился на кровать рядом с сыном. Тот на мгновение затих, внимательно глядя на отца, точно мог его разглядеть. Альдо впервые увидел, как сильно сын похож на него самого, те же тонкие нос и губы, тёмные волосы, уши. Лишь глаза были как у Сангриды - зелёные, пристальные, глаза Талтосов. 
- В Нерелиссе лучшие лекари. Он не запомнить, что с ним произошло, но его будущее будет спасено. Неужели ты, прошедший через боль и насмешки, не понимаешь, что его ожидает? Неужели не хочешь избавить сына от этих мук?
- Причиняя ещё большие? Нет, я не хотел этого. В Морно многие дети страдают от той же беды, но наши лекари никому не ломают ноги. Они решают эти проблемы при помощи простых стяжек и распорок. К тому времени, когда ребёнок начинает ходить, он становится абсолютно здоров.
- Но с тобой это не сработало, - жестоко ответила Сангрида. Альдо в изумлении уставился на неё, не веря услышанному.
- Ты жалеешь, что я его отец? Ты бы хотела, чтобы он был от Гидеона?
- Боже, нет, конечно! - Сангрида рассмеялась. - Как тебе в голову пришло подобное? Гидеон - мой брат, я люблю его безмерно. Это правда. Но тебя я люблю не меньше. И я счастлива оттого, что мой сын вырастет таким человеком, как ты, что он часть тебя. Я люблю Гидеона, я знаю его лучше, чем кто-либо в этом мире, и я знаю, что скрывается за его грехами. Но будь я посторонним человеком, я бы испытывала лишь страх и презрение. И мне больно оттого, что люди воспринимают его именно так, что они не могут увидеть его моими глазами. И, если бы моего сына ожидала бы подобная участь, это было бы куда страшнее, чем проблемы с ногами, - она коснулась ладонью щеки Альдо, и тот притянул её к своим губам. - Я люблю тебя, Альдо, и мне жаль, что тебе пришлось в этом усомниться. Приезд сюда стал для меня тяжёлым испытанием, я не была к этому готова. 
- Я велел подготовить корабль. Мы уплывем завтра. Пора вернуться домой.
- Ты же понимаешь, что прежде мы должны ещё раз подвергнуть его этому мучению, - она посмотрела на сына. - Знаешь, я совсем не чувствую себя его матерью. Я вообще ничего не чувствую кроме страшной усталости. Я все время думаю о будущем, как воспитать его, кого пригласить в наставники. Я достойна самого жёсткого порицания.
- Ты пережила серьёзное потрясение, - решительно возразил Альдо. Он как никогда понимал, сейчас Сангриде нужна его поддержка и уверенность, даже если он сам их не испытывает вовсе. - Когда мы вернёмся в Равнину, маковое молоко выйдет из твоего тела и все изменится к лучшему. Мы вновь будем счастливы. Втроём. А сейчас нужно со всем этим покончить.
Отец Тобиас явился по первому зову. Альдо ощущал страшный стыд, малодушно оставляя сына в руках святого отца, но сейчас он должен был в первую очередь позаботиться о Сангриде. Придерживая её за талию, он вывел её прочь из гарема и вместе, рука в руке, они медленно прошлись по дворцу. Они почти не говорили, но близость друг друга сама по себе излечивала раны нанесённые подозрениями и страхами. Остановившись на галерее, с которой открывался завораживающий вид на засыпающий город, Сангрида склонила голову на плечо Альдо, и он бережно обхватил её за талию. Так они простояли долгое время, наслаждаясь тишиной и спокойствием ночной Нерелиссы. Лишь когда ветер стал совсем холодным, они сошли обратно на ярус и направились в покои Сангриды.
Саграт уже спал. Обе его ножки были плотно зафиксированы. Рядом с ним сидели кормилица и отец Тобиас.
- Как он? - тихо спросил Альдо, боясь разбудить сына.
- Он перенес муки достойно наследнику престола. Теперь остаётся ждать и следить за тем, чтобы не поднялась температура. Я проведу первые месяцы при дворе и буду лично следить за состоянием принца.
- Месяцы? - изумленно повторил Альдо. - У нас нет месяцев. Завтра мы отплываем в Равнину.
- При всем моём прочтении, господин, это невозможно. Вашему сыну нужен особо тщательный присмотр.
- Тогда вы отправитесь с нами. Я думал, качка не опасна для младенца, наоборот, от нее его сон станет лишь крепче.
- Не в качке дело. Здоровье принца оставляет желать лучшего. Сейчас же он и вовсе может тяжело отреагировать на лечение. Мне понадобятся все запасы трав, какие есть и помощь опытных лекарей. Многие травы, которые я использую, растут лишь на Острове, и применять их можно в считанные часы после того, как они были сорваны. 
Альдо повернулся к Сангриде. Во взгляде его было отчаяние, и её сердце сжалось от жалости к нему. Прежде она и представить не могла, каких сил требует от него нахождение в Нерелиссе. Она радовалась возвращению домой, не замечая, как страдает Альдо.
- Ты должна остаться, - тихо проговорил он, придавая голосу куда большую уверенность, чем та, которую он испытывал. - Наш визит слишком затянулся, я обязан вернуться в Мраморный город, им этим ничто не сделаешь. Ты же пока присмотришь за нашим сыном.
- Нет.
- Нет? Сангрида, пойми, страна не может терпеть столь длительное отсутствие короля. Я не сомневаюсь, что Крыс позаботиться о ней лучшим образом, но у нас есть ответственность перед народом.
- Мы вернёмся вместе. Я поеду с тобой.
- Но... - Альдо осекся. Он переводил взгляд с Сангриды на сына, не в силах понять, как она может даже думать о таком. Конечно, ему нестерпимо хотелось, чтобы она поплыла с ним, но он и представить не мог, чтобы оставить сына совсем одного в чужой стране.
- Гидеон и отец Тобиас позаботятся о Саграте самым лучшим образом. Здесь он будет в безопасности. Я же должна быть рядом с тобой и нашим народом. Если я останусь, неизменно пойдут сплетни, и мы уже никогда не верхнем к себе того отношения, которое завоевали таким трудом. У нас нет другого выхода. Пусть меня считают плохой матерью, но никто не посмеет усомниться в том, что Саграт твой сын. Если я останусь в Нерелиссе после того, как Гидеон назвал его своим наследником, наш сын потеряет право на корону. Не будет объединения Морно и Равнины, не будет мира в стране. Я должна уехать.
- Сангрида...
- Альдо, прошу тебя, - её голос дрогнул. - Если ты будешь настаивать, я дрогну. Не надо. Я не должна оставаться здесь одна. 
Она не могла говорить откровенно при отце Тобиаса, но Альдо понял её страхи. Альдо не был соперником Гидеону, Чёрный принц всегда получал все, чего желал, но его присутствие в Нерелиссе было тонкой преградой между Сангридой и владыкой. И Сангрида, обессиленная душевно и физически не могла подвергаться ещё и его атакам.
- Хорошо, - отрезал Альдо. - Завтра мы отплываем
Склонившись над сыном, он благословляюще коснулся поцелуем его лба и поспешно вышел прочь из комнаты, боясь, что Сангрида увидит слёзы в его глазах.




Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}


Поделитесь со своими друзьями в социальных сетях

|

Автор: Энди Багира | 9 июня 2018 | Просмотров: 86 | Комментариев: 0




Информация
Посетители, находящиеся в группе Путники, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


{last_post_on_forum}
» DreamWorlds: Перезагрузка
» Почему они так похожи?
» Vulpes Purpura
» Лиэнистая флудилка
» Фантастические картины М. Mariarty
» Я хочу открыть вам тайну...
» Герда замёрзла...
» Навстречу солнцу
» Просто будь собой.
» А как это было?
» Вышитые драконы
» Сад воронов. Часть 2. Глава 9
» Сад воронов. Часть 2. Глава 10
» Сад воронов. Часть 2. Глава 11
» Подбери Аватарку
Наверх