Сад воронов. Часть 2. Глава 7
Опубликовано в разделе: Творчество » Проза
30. АЙАНА
 

Сад воронов. Часть 2. Глава 7

 



Едва ли можно было выбрать менее подходящий день для путешествия, чем тот, в который советник Крыс в сопровождении свиты выехал обратно в Мраморный город. Дороги совершенно размокли от дождя, который не прекращался ни на четверть часа, ветер крепчал, и, казалось, разгулу стихии не будет конца.
Лишь одному человеку не было ни до чего дела. Прислонившись лбом к раме экипажа, Айана вглядывалась в размытый пейзаж за окном, радуясь долгожданному возвращению домой. Казалось, ничто в этом мире не способно её расстроить. Впервые за долгое время Айана не ощущала ни голода, ни страха, ни сосущего желудок голода. На её ногах были тёплые ботинки, мягкие из-за толстой прослойки овчины. Ощущение это было странным - Айана давно привыкла ходить босиком. Ногам её был привычнее холод, и от тепла косточки весьма ощутимо ломило. 
- Вы не устали, госпожа?
Томас сидел рядом с ней и с тем же вниманием, с каким Айана встречала каждый новый виток дороги, вглядывался в саму Айану. 
- Нет, - тихо отозвалась она. Томас был приставлен к ней в качестве охраны и прислуги разом. Айана не знала, как следует к нему относиться, а потому их общение было неровным. Порой, решив, что Томас шпион Крыса, Айана замыкалась в себе и на все его вопросы отвечала односложно и с большой неохотой. Порой, забывшись, говорила то, что иные предпочли бы утаить, видя в спутнике напоминание о прошлой блистательной жизни.
Что касается Делии, ей пришлось остаться в Клодасе. После недолгих увещеваний Айана уверилась, что для девочки это самое безопасное место, и никто даже не подумает, что она в старом владении Крыса, а не под присмотром вдов. Сердце Айаны отнюдь не болело из-за расставания с дочерью. Напротив, уверившись, что ей ничего не грозит, Айана ощутила облегчение - она понятия не имела, как ухаживать за ребёнком. Детские капризы  приводили её в замешательство и гнев. Хныканье выводило из себя, и она с трудом удерживалась от того, чтобы не надавать Делии пощечин. Ребёнок же, лишенный привычного окружения и ласки вдов, был вдвойне беспокойнее и взбалмошней. В Айане она не видела матери, лишь незнакомку, смотревшую на неё как на мерзкое насекомое.
- Вы скучаете по Вайсу? - нарушая тишину, спросил Томас. Айана перевела недоуменный взгляд на Томаса. - Я понимаю, вы были там несчастной, но, долго проживая на одном месте, невольно привыкаешь к нему.
- Я хотела бы забыть обо всем, что там произошло, как о страшном сне. Забыть людей и дома, южное наречье и вид из окон лачуги, где умирала от голода и болезни. 
- Простите, - смущённо пролепетал Томас. - Я не хотел вас ранить.
- Вам бы это не удалось. Я знала побои и насилие. Каждый день моё достоинство втаптывали в грязь. Хотя грязь теперь куда чище меня.
- Это в прошлом. Вы станете королевой равнины.
- Вы знаете о цене? - изогнула бровь Айана. Томас покачал головой. - Я стану лишь приложением к Крысу, в чью пользу отрекусь от престола. И в этот раз я буду ублажать в постели только его. Каково это сменить Червя на Крыса?
Она истерически захохотала. Томас в ужасе ожидал, когда стихнет её истерика.
- Представляете, как я низко пала? Он даже не попытался овладеть мною, хотя у него не раз была такая возможность. Боится моей дурной болезни и велит служанкам докладывать ему после каждого подмывания. А они все разглядывают, разве что свечи не подносят. Вас тоже сейчас этим ко мне приставили? Может быть, мне стоит забрать юбку прямо сейчас?
Айана и в самом деле подхватила подол, но Томас схватил её за руки. Произошедшая в ней перемена привела его в ужас. Только что Айана безмятежно вглядывалась вдаль, улыбаясь своим мыслям и вдруг в вспышке гнева пытается сорвать с себя одежду. Он не был готов ни к чему подобному. Будучи лакеем Митридата, он лишь издали наблюдал за третьей дочерью короля, очарованный её миловидным личиком и ласковой улыбкой. Теперь же она казалась безумной, и Томас мог лишь гадать, болезнь послужила тому причиной или Айана всегда была не в себе.
- Госпожа, - стараясь, чтобы его голос прозвучал как можно спокойнее, Томас отпустил руки Айаны и поднял на нее взгляд. - Я не ваш тюремщик. Мое желание лишь одно — безопасно доставить вас в столицу, не вызывая ненужного любопытства. Если вы позволите, я стану служить вам, как прежде служил вашему отцу.
Айана некоторое время молча взирала на него, а затем покорно кивнула.
- Вам сложно представить, через что я прошла, - горько произнесла она, вновь отворачиваясь к окну и пряча взгляд от слуги. - Мужчину невозможно подвергнуть таким унижениям, изначально вы куда сильнее нас. Вы не знаете, что такое быть оскверненной таким, как Червь.
- Не знаю. Но вы должны постараться отрешиться от произошедшего с вами. Как бы тяжело это ни было. Если вы пожелаете, я принесу вам голову Червя и любого, кого вы назовете.
- И даже Лестера? - усмехнулась Айана. Томас оставил ее вопрос без ответа. Долгое время они ехали в полной тишине. Наконец, когда Томас начал погружаться в дрему, Айана повернулась к нему.
- Вы были женаты? - с любопытством спросила она.
- Нет, госпожа. Вся моя юность прошла в услужении вашему отцу. Теперь я служу советнику Холгеру.
- Вы больше не лакей. Разве гвардейцам запрещено заводить семьи?
- Нет.
- Это будет мой третий брак. Сперва я была замужем за Дованом Талтосом. О, знали бы вы, как он был хорош собой. Я не ценила его, ревновала к тем юношам, которыми он всегда был окружен. Я хотела быть ему женой во всех смыслах, но его усилия удовлетворить мое желание, не имели результата. И все же он был добр ко мне и старался как мог сделать наш брак счастливым. Тогда я этого не понимала, а когда научилась его любить, Черный принц убил Дована.
- Черный принц? - изумился Томас, но Айана точно не услышала его вопроса.
- Я часто думаю, какой стала бы моя жизнь, не случись этого, останься Дован в живых. Я была бы его королевой, матерью его детей. Он был умен и решителен, он бы уничтожил Гидеона, и над нами не нависла бы эта черная туча. Но он считал мальчишку всего лишь вздорным бастардом, он не верил слухам о нем и угрозе своему правлению. Каким бы был мир, сир Томас, если бы не пресеклась одна лишь эта жизнь? Кем бы мы были?
- Я не знаю, госпожа.
- Моим вторым мужем был его младший брат, Лестер Талтос. Я сама выбрала себе его в мужья, уверенная, что с ним обрету величие. Он тоже был хорош собой и даже наградил меня ребенком. Но когда Черный принц взошел на престол, мой муж продал меня в бордель и заставил отказаться от дочери. Я была единственным, чем он мог расплатиться — я ходила к мяснику, который отдавал нам шкуру и жир, к лекарю, который зашил рану Лестера, когда тот спьяну упал с лестницы. Даже его последний слуга мог делать со мной что угодно, потому что носил нам еду и был единственным напоминанием для Лестера о том, кем он родился. Если я не делала то, чего хотел Червь, Лестер избивал меня до потери сознания, а когда я приходила в себя, то вновь отдавал Червю.
И вот теперь, сир Томас, я выхожу замуж в третий раз. Он не Талтос, он не красив и он совсем не тот, кого бы выбрал мой отец или я сама. И я задаюсь вопросом — что теперь меня ожидает. Чем еще я могу расплатиться? И чего ожидать от Черного принца, когда он обо всем узнает?
- Вам не стоит бояться, госпожа. Вы пережили так много, что теперь вас ничто и никто не сломит. И, если вы примите мою клятву, то я стану вашим слугой. 
- Вы служите Крысу.
- Только оттого, что не мог служить самозванке, зная, кто истинная дочь Пелларов. Я предан вашей династии, и вы последняя из дочерей Митридата.
Айана едва заметно кивнула и вновь отвернулась к окну, за которым уже трудно удавалось что-то разглядеть в сумраке сгущающегося вечера.
Они остановились на ночь на постоялом дворе. Имя Крыса было известно каждому в Королевской равнине. А потому не было ничего удивительного в том, что хозяин задолго до их появления отказывал в постое каждому, кто заглядывал в его заведение. 
Слуги Крыса остались в Клодасе, и Айана с тоской смотрела на неумелые попытки жены хозяина услужить ей. Толстая деревенская баба никогда прежде не видела столь благородной госпожи и больше пялилась на нее, чем помогала. 
- Иди, - в конце концов, не выдержав, отослала ее Айана. После пережитого ею в Вайсе она терпеть не могла, когда на нее пялились, ища в каждом пристальном взгляде укоризну.
- Вы быстро возвращаетесь к прежней жизни.
Вздрогнув, Айана увидела Крыса, стоящего возле двери, куда секундой раньше протиснулась женщина.
- Я могу справиться сама, - холодно отозвалась она, пытаясь нащупать на спине завязки платья. Крыс усмехнулся и подошел к ней. Его прикосновения были неприятны Айане, но она сдержалась, когда его ледяные пальцы легли на ее кожу.
- Вы должны снова быть Айаной Пеллар, - пропел он ей на ухо, ловко расправляясь с завязками своими узловатыми пальцами. - Вы должны дать миру то, что он желает увидеть. Королеву, столь очевидно величественную, что Сангрида Талтос, та чье имя они упоминают в ночных молитвах, покажется им грубой деревенщиной. Неужели, раздвигая ноги перед Лестером и позволяя Червю запускать в себя пальцы, вы не мечтали возвыситься так высоко над ними, что они растворились в вашей тени? Вы заплатили великую цену, пришло время взять желаемое.
- Мне достались вы, - она обернулась и гневно воззрилась на Крыса. - Я всего лишь дорога, по которой вы пройдете к престолу. Я все еще лежу в пыли и грязи.
- Так идите рядом со мной.
Айана вновь отвернулась, позволяя Крысу продолжить начатое.
- Вы поселитесь в розовом павильоне как фаворитка короля Альдо, и получите пару слуг и охрану.
- Тюремщиков, вы хотите сказать.
Крыс улыбнулся. Он мягко провёл пальцами по её руке и сжал ее ладонь.
- Я не заслуживаю ваших слов, госпожа. Все чего я хочу, помочь вам вернуться в Белый дворец. Мои амбиции высоки, это правда, но я никогда не смогу нанести вред члену своей семьи ради их достижения. Ваш отец даровал мне жизнь. Он позволил мне быть рядом с ним в столице и жить в достатке. Неужели вы считаете, что я это забыл? Что после всего стану угрозой его дочери? Если это так, то мы с вами можем расстаться прямо сейчас. Можете забрать все деньги, что мы везем в Мраморный город, лошадей, экипаж, все, на что падет взгляд, и раствориться в Равнине. Я не стану вас искать. Вы будете свободны от прошлого и того будущего, которое я вам предлагаю.
- Вы и правда оставить меня в покое? - недоверчиво спросила Айана. Она пристально вглядывалась в лицо Крыса, точно пытаясь прочесть истину в выражении его серых глаз.
- Я сделаю для вас то же, что сделал для меня Митридат. Вы даже можете занять мой дом в Клодасе. Это было бы весьма символично, не находите? И все же я не сомневаюсь в том, что вы примите правильное решение. Вы не просто его дочь, вы наследница династии. Вы не можете не желать власти, как безумец не может не слышать голоса. Править для вас все равно, что дышать. Не потому ли вы согласились на брак с наследником Дованом, даже зная слухи о его предпочтениях? Не потому ли отдались Лестеру, когда он предложил вам вернуться к прежней жизни и вновь быть в центре двора?
- Я была бы совсем глупа,  если бы не выучила столь жестокие уроки, - отрезала Айана. Показалось ей или в глазах Крыса и в самом деле вспыхнуло восхищение? Впрочем, советник как никто другой умел скрывать свои чувства.
- Вы здесь, - невозмутимо произнёс он, - Мы оба знаем, что это значит. А теперь я оставлю вас. Надеюсь, вы проведете ночь более приятную, чем я.
Он направился к двери, но, когда его нога уже перешагнула порог, Айана его окликнула.
- Почему вас ожидает неприятная ночь? - не справившись с любопытством спросила она, на что советник откровенно усмехнулся.
- Ваше возвращение сопряжено со многими трудностями. Нужно решить их все прежде, чем мы открыто выступим. Многие решения болезненны, но власть не терпит слабости. Но не мне рассказывать вам об этом.
Айана кивнула. Крыс повернулся спиной, но она вновь окликнула его.
- Эдвард!
Советник медленно обернулся. Лицо его исказила мука. Звучание собственного имени причиняло невыразимую боль, а слышать его в устах кого-либо помимо Сангриды, было нестерпимо. 
- Прошу вас, не обманите меня, - тихо произнесла девушка. Крыс едва заметно кивнул, и, не поднимая на неё взгляда, вышел из комнаты, плотно затворяя за собой двери.
На следующее утро Крыс был непривычно молчалив. Все то время, пока остальные завтракали, он с мрачным видом стоял напротив камина в общем зале. Казалось, он вовсе не замечает обращенных на него взглядов и громких голосов за спиной. Он даже не стал дожидаться, когда Айана и Томас сядут в экипаж и первым выехал со двора.
- Вы не знаете, что с ним? - спросила Айана, глядя из окна в тёмную фигуру Крыса. Дождь снова безжалостно поливал путников ледяной водой, и разглядеть выражение лица Крыса сквозь плачущие окна было невозможно.
- Думаю, он просто напуган, - предположил Томас. - После стольких лет выйти из тени и предстать под взгляды всего мира сможет не каждый. К тому же он сильно привязан к госпоже Сангриде.
- Какая она? - вопрос сорвался с губ Айаны, и она тотчас пожалела о сказанном, не уверенная в том, что хочет услышать ответ. Проще было вспоминать о маленькой нерии, когда та была глупой девчонкой, смеющейся над каждым словом своих старших братьев.
- Она хорошая королева, госпожа. И её действительно любят. Она строит храмы, кормит бедняков и заботится о сиротах. Каждый, с кем обошлись дурно, обращается к госпоже и никому она не отказывает в своём заступничестве. 
Айана окончательно сникла. Она прекрасно знала, что не сможет соперничать в этом с Сангридой. Дочери из народа было просто завоевать любовь черни, но Айана привыкла к тому, чтобы чернь любила её и заботилась о каждой её нужде. Она не понимала, как сумеет вытеснить Сангриду из их сердец.
Даже с Лестером это не вышло. Талтос знал, что его сестра взошла на престол Равнины, и это всегда приносило ему огромное удовольствие. Прежде, чем ко двору прибыл Чёрный принц, Лестер был возлюбленным братом маленькой нерии. Став вторым после Гидеона, тот ничуть не охладел в своих чувствах к сестре, охотно отзываясь на любую её просьбу и с удовольствием проводя своё время в её компании. Айана часто думала о том, что не только борьба за престол разделила двух братьев. Чёрный принц ревновал Сангриду к Лестеру, хотя у того никогда не было к ней иных чувств, чем братских.  
- Госпожа, - позвал её Томас, - вам не о чем беспокоиться. Когда пеллийцы узнают, что все это время ими правила самозванка, их любовь обратится ненавистью. Они не простят обмана,  а все её нынешние добродетели станут объяснять не добрым сердцем, а желанием оправдать себя в глазах бога. Будьте милосердны и правьте ими, как правил ваш отец и они полюбят вас всем сердцем.
- Вы не задумывались о том, что меня могут узнать? - Айана наконец озвучила вопрос больше других пугающий её. - Четыре года я была шлюхой, через мою постель прошли сотни мужчин, и многие из них были пеллийцами.
- Простите мне мою дерзость, госпожа, но даже сейчас, когда вы не взошли на престол, я более не вижу в вас ту изнеможенную бедную женщину, которая встретилась мне в Красных пашнях.
- А мой голос? - усмехнулась она. Томас ответил ей грустной улыбкой.
- Неужели вы полагаете, что советник даст вам слово перед чернью? Госпожа моя, я ничуть не сомневаюсь, что ваша жизнь переменится к лучшему и советник будет благоволить к вам. Но я не сомневаюсь и в том, что, обретя власть, он непременно задвинет вас на второй план. Впрочем, насколько я могу судить по своему опыту, самое безопасное место у престола - в его тени.
- Я только и держусь тени, - вздохнула Айана. Она вновь отвернулась к окну, не желая еще больше бередить старые раны. Проще не замечать Томаса вовсе, чем воскрешать оставленную за спиной жизнь.

- Дован, Айана, вы заставили себя ждать.
- Прости, отец, - улыбнулся наследник, провожая супругу на ее место за столом, - Я показывал Айане «Буревестник», и мы забыли о времени.
- Это моя вина, владыка, - поспешила вмешаться в разговор Айана. - Мне никогда прежде не доводилось видеть столь прекрасное судно.
- Твой восторг понятен, - польщено улыбнулся Аластер. - Это корабль владыки и нет более быстроходного и более роскошного корабля в мире. Когда-нибудь мы всей семьей навестим Пелларов в Мраморном городе, и ты убедишься, что «Буревестнику» нет равных. Жаль покидать вас, когда все мои дети собрались за одним столом, но у меня слишком много дел, не терпящих отлагательств. Оставлю вас.
- Тебе понравилась верфь? - тотчас спросила Айану Сангрида, едва владыка вышел из зала. - А в Мраморном городе есть такая?
- Мраморный город стоит на берегу реки, - тотчас отозвался Гидеон. - Она недостаточно глубокая, чтобы по ней шли торговые суда, поэтому редкий корабль может войти в ее устье, и верфи в Мраморном городе нет.
- Наш кузен знает все о твоем доме, - усмехнулся Дован, щедро наливая себе вино. Слугам он не доверял столь ответственное задание.
- Я читал о походе Диглана Белобородого, - пояснил Гидеон. Его голос оставался спокойным, но от Айаны не укрылся гнев, который у него вызвал Дован. Гидеон не терпел насмешек.
- Это было четыреста лет назад. Старая история, неужели тебе никто о ней не рассказывал?
- Рассказывал и не раз. Но людям свойственно искажать истину.
- Что там искажать? Потерпел поражение, сбежал в Нерелиссу где и погиб от ран. Скукота.
- Он избрал верную тактику, и если бы не предательство его слуги, Диглан взял бы Мраморный город и наша династия правила бы в Королевской равнине.
Дован даже не удосужился опровергнуть его слова. Айана упорно избегала смотреть в глаза мальчишке — ей было неприятно, как он говорит о ее доме. В словах Гидеона было нечто большее, чем сожаление об ошибках прошлого, в них таилась угроза. Услышал ли ее Дован. А Лестер, привычно молчавший в присутствии братьев? Она бросила взгляд на Талтосов, но их больше интересовало вино, чем слова мальчишки. И тут она увидела нечто такое. Что заставило ее сердце дрогнуть. Малышка Сангрида с восторженным блеском в глазах смотрела на вороненка. Айана могла бы поклясться, что она улыбается Гидеону, который благодарно сжал ее ладонь. 
Как можно быть столь глупой? Равнина теперь союзник Нерелиссы, их с Дованом брак доказательство тому, а эта глупая девчонка разве что в ладоши не хлопает в ответ на пустые разговоры своего кузена. Айана едва зубами не скрипела от раздражения. Какое счастье, что мальчишка всего лишь храмовый ворон. Скоро Аластер наиграется с племянником и отошлет его обратно в храм. 
- Давайте не станем продолжать этот разговор, - нарушил тишину мягкий голос Лестера. - Едва ли он приятен Айане.
- Кажется, она теперь Талтос, - дерзко возразил вороненок. - Не так ли, госпожа? С кем вы будете, если корабли Черного острова вновь войдут в Черную смерть?
- Со своей семьей, - холодно отозвалась она. - А теперь я бы хотела поесть без разговоров о политике. Дован, ты обещал мне рассказать о Вдовьем доле. Это правда, что они убивают мужчин и готовят их на огне?

- Госпожа?
Голос Томаса вырвал Айану из оков сна. Ей понадобилось время, чтобы образ знакомой комнаты развеялся перед ее глазами. Сон был так реалистичен, что она была готова вновь увидеть белоснежные залы нерелийского дворца и Дована, спящего рядом с ней. Вместо этого перед ней возник Томас, чье лицо едва освещал тусклый утренний свет.
- Что? - сонно пробормотала Айана, пытаясь удобнее усесться. После ночи в экипаже ее спину страшно ломило — весь предыдущий путь они на ночь непременно останавливались на постоялых домах или в домах верных короне слуг. Теперь же, вблизи от столицы, такая роскошь была им непозволительна. Крыс запретил даже смотреть в окна, и те были завешаны плотными шторами.
- Мы подъезжаем.
Улыбнувшись, Томас немного отодвинул в сторону штору со своей стороны, и в открывшейся тонкой полоске света Айана увидела громаду Белого дворца. Сердце ее исступленно забилось в груди, она не сдержала смешка. Могла ли она представить, что когда-нибудь вернется сюда вновь? Увидит родной дом, стены, в которых родилась и в которых была так счастлива?
- Вы рады вернуться? - улыбнулся Томас, не сводя взгляда с ее просиявшего лица. Айана только и смогла, что кивнуть.
Мимо них проплыл Белый дворец, за ним Малый, а затем все закрыли собой деревья. Томас опустил штору и спустя минуту тряски по неровным парковым дорожкам, экипаж остановился. Дверь отворилась и Айана увидела Крыса.
- Госпожа моя, мы прибыли, - он протянул ей руку, и Айана вышла во двор. Высокие деревья укрывали их от любопытствующих взглядов, но теперь, зимой, листвы на них не было, и Айану тотчас окружили гвардейцы, поторапливая как можно скорее войти в розовый павильон.
Здесь было все приготовлено к ее приезду. Вдоль главной лестницы выстроились слуги, в комнатах стояли скромные букеты зимних цветов, в камине приветливо горел огонь.
- Располагайтесь, госпожа, - произнес Крыс, заходя следом за ней. - Если вам что-то понадобится, мне немедленно обо всем сообщат. Мы перенесли сюда часть вещей, прежде принадлежавших вам.
- Благодарю. Я бы хотела увидеть могилу матери.
- Это невозможно. Должно быть, вы не понимаете, сколь сейчас опасно ваше положение, и мой долг напомнить вам об этом. Вам не стоит никуда выходить из этих стен. Я бы так же не советовал подходить вам к окнам. Ваши гвардейцы не пропустят никого к розовому павильону. И все же стоит лишний раз перестраховаться.
- Вы хотите сказать, что я здесь пленница?! - она с ужасом взирала на Крыса. Томас, стоящий за спиной советника едва заметно, точно предостерегая ее, покачал головой.
- Моя дорогая, - тонкие губы Крыса расплылись в улыбке. Он подошел к Айане и взял ее ладони в свои. - Вы самое драгоценное сокровище Мраморного города и мы должны оберегать вас от каждого, чей взгляд падет на вас, - он коснулся губами ее пальцев и уже более повелительно произнес. - Меня ожидают дела, так что я оставлю вас. И помните, госпожа — когда вы в следующий раз выйдите во двор, вы будете в шаге от престола. 




Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Энди Багира | 13 мая 2018 | Просмотров: 792 | Комментариев: 0




Информация
Посетители, находящиеся в группе Путники, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


Наверх