Ищейка. Книга смерти. Глава 6
Опубликовано в разделе: Творчество » Проза

Глава шестая
ОЧЕНЬ ДОЛГАЯ НОЧЬ
 

И вновь Эмма оказалась в мрачной ванной убежища. Терзающая её боль была столь мучительной, что она с трудом понимала, что происходит вокруг. Голоса людей сливались в один сплошной гул, она то и дело смеживала веки, но милосердная тьма не внимала её беззвучным мольбам, и Эмма оставалась в сознании.
- Господи, что произошло?! - в ванную с перекошенным от ужаса лицом ворвалась Ида. Руки ее мелко дрожали, голос срывался на крик, - Я видела, как Шеймас и Найджел уносили Ролланда в комнату. Эмма?! - только теперь она увидела распластавшееся на полу тело девушки. Кожа её побагровела от ожогов, платье обуглилось, и Феликс  безуспешно пытался справиться с завязками корсета, которые, расплавившись, намертво спеклись с тканью.
- Она жива?! Феликс, что произошло? 
- Ида, сейчас не время! - резко оборвал её юноша. - Найди ножницы,  нужно избавить её от корсета, Эмма и без того с трудом дышит. Люси, - громко крикнул он, увидев в конце коридора силуэт служанки, - лёд, как можно больше льда!
Та мгновенно исчезла. Ида уже возвратилась из его спальни с ножницами и принялась срезать остатки платья. Пока она этим занималась, Феликс открыл кран с холодной водой. Ванная медленно набиралась, а сам он получил короткую передышку. Опершись руками на фаянсовый борт ванны, он прикрыл глаза.  Феликс с трудом стоял на ногах, отдав все силы на спасение Эммы и Ролланда из-под пылающего занавеса. Хотя прошло всего несколько секунд, перед тем, как он колдовством откинул его в зал, одежда несчастных уже загорелась. 
Эмма была в полубессознательном состоянии, к счастью она не понимала происходящего. Ролланд же едва держался на ногах, пытаясь стоять самостоятельно. От боли он не смел открыть рта и лишь молча указал на белую змею, все ещё извивающуюся в сжатой руке Эммы. Предчувствие не подвело девушку - сколько бы змея ни пыталась прокусить перчатку и вырваться из кулака Эммы, ей это не удавалось. Наложив на пойманного демона замораживающие чары, Феликс подхватил Эмму на руки и бросился к Шеймасу, который тотчас их переместил. Оказавшись в убежище, он велел Аманде запереть змею в подвале и бросился в ванную. Он был настолько испуган состоянием Эммы, что не замечал ни собственных ожогов, ни слабости.
- Мистер Феликс?
- Высыпь лёд в воду, Люси, и позаботься о Ролланде. Ида, тебе тоже лучше приглядеть за остальными. Я справлюсь.
Ида бросила на него взволнованный взгляд. Ей совсем не хотелось оставлять Эмму и Феликса, который был белее мела, но сейчас её присутствие было необходимо в лазарете. Ролланд выглядел просто ужасно, да и Шеймасу с Найджелом нужно было помочь. Сами они ни за что не подумают позаботиться о себе.
- Иди, - поторопил её Феликс, и хранительница быстрым шагом покинула ванну. Теперь они остались с Эммой вдвоём. Закрыв кран, Феликс вновь поднял её на руки и осторожно опустил в воду. Тонкая ткань сорочки тотчас облепила тело, и он отвел взгляд,  впервые радуясь тусклому свечному свету. Опустившись на колени, он коснулся ладонью ледяной воды и принялся бормотать слова заклинания. Ресницы Эммы слабо трепетали, она была так слаба, что даже не ощущала холода, чему Феликс был рад. Однако ему приходилось то и дело обрывать себя на полуслове - Эмма раз за разом сползала под воду, не в силах справиться со своей слабостью. 
Поддавшись порыву, Феликс сорвал с себя мундир и, обхватив руками бесчувственное тело Эммы, опустился в воду позади нее. Прикосновение ледяной воды, как и всегда вызвало у него шок. На мгновение он забыл, как дышать, паника подступила к горлу, сердце забилось так быстро, точно ему угрожала смертельная опасность.
- Раз... Два... Три... – прошептал юноша, с трудом выравнивая дыхание. – Раз... Два...
Из горла Эммы вырвался вымученный стон. Забыв о собственном страхе, Феликс снова опустил руки в воду и, сосредоточившись на чарах, прикрыл глаза. Он сам не знал, сколько прошло времени, когда Эмма открыла глаза.
Она с трудом понимала, что происходит. последнее, что сохранила ее память, был пылающий занавес, приближающиеся языки пламени и странное трепыхание в ладони. Затем наступала тьма. Он не помнила, ни как они оказались в убежище, не как ее принесли в ванну. Увидев за собой Феликса, она страшно смутилась.
- Что?..
- Тише, Эмма, - он мягко коснулся ладонью ее пылающего лица, - все уже в порядке. Вода излечила ожоги, но понадобится еще много времени, чтобы оправиться полностью.
Как бы ни была смущена девушка, от ее внимания не ускользнул ни слабый голос Феликса, ни ужасающая бледность его лица.
- А ты? Ты в порядке?
- У меня почти не осталось сил, но я поправлюсь, - он осторожно сел и их лица оказались в каких-то дюймах, друг от друга. Дыхание колдуна было тяжелым, прерывистым. Мгновение он не сводил с нее пристального взгляда, а затем, поднялся из воды и спустился на пол. 
Сняв с крючка банный халат, он протянул его Эмме.
- Тебе нужно отдохнуть. Дверь моей спальни напротив. Я не потревожу тебя, сейчас нужно позаботиться о других.
И, прежде чем Эмма смогла хоть что-то ему ответить, Феликс неровной походкой вышел в коридор, оставляя за собой потеки воды.
Когда Эмма пришла в себя во второй раз, за окном уже было темно. Девушка с трудом припоминала, как переоделась в теплый халат и добралась до комнаты колдуна. Она заснула прямо поверх одеяла. 
В темноте ей померещилось какое-то движение.
- Кто здесь? Феликс?
- Нет, это Найджел, - раздался тихий низкий голос. Вспыхнул свет ночника, и Эмма увидела перед собой обожженное лицо воина. – Люси не смогла прийти, они с Амандой все еще возятся с Ролландом, а Ида сейчас у Феликса. Он тоже не в лучшем виде.
- Но ведь они поправятся? – взволнованно спросила Эмма.
- Конечно, - поспешил успокоить ее Найджел. – Ролланду доводилось попадать и не в такие переделки, а Феликсу только и нужно, что сухая одежда, сон и травы. Кстати,  это тебе, - он протянул ей кружку, которую Эмма до этого не заметила. 
- Зелье ищейки? – с отвращением пробормотала она. Найджел весело усмехнулся.
- Нет, всего лишь лекарственный сбор. Он поможет тебе быстрее поправиться и успокоит нервы. Я сам выращиваю травы в саду убежища, а Феликс заговаривает их. 
- Я думала, вы не можете выйти за стены хранилища.
- А мы и не выходим. Это зимний сад. Если хочешь, я покажу тебе его, когда ты поправишься. 
- Было бы неплохо, - улыбнулась Эмма, и, приняв из рук Найджела кружку с дымящимся настоем, осторожно пригубила его. Как ни странно, вкус был очень приятным, и она с удовольствием все выпила, ощущая, как тепло настоя распространяется по всему телу. 
- То, что ты сделала в опере, просто невероятно, - с чувством произнес Найджел. – Не думал, что это вообще возможно.
- О чем ты?
- О демоне. Ты схватила его, когда он превратился в змею, и не дала уйти, хотя это едва не стоило тебе жизни. Сейчас он заперт в подвальной камере и уже оттуда не вырвется. Ида считает, что это один из высших демонов. Не понимаю, как ты с ним справилась. 
- Я ничего не помню, – удрученно произнесла Эмма. – Как вы вообще сумели вытащить меня из-под занавеса?
- Феликс. К тому же Ролланд успел тебя прикрыть, так что все обошлось.
- Он точно в порядке? 
- Скоро будет. Ему помогли Феликс и Аманда. Завтра утром все вы уже будете в порядке. К тому же нас ожидает приятная беседа с демоном. Не думаю, что кто-то захочет такое пропустить.
- Ну, да, - пробормотала Эмма, прекрасно осознавая, что ей отнюдь не хочется присутствовать при этом. 
Найджел вышел, и Эмма забралась под одеяло, в надежде снова заснуть. Несмотря на горячий напиток и теплый халат, она все еще ощущала страшный холод. Удивительно, ведь ее едва спасли из пламени. Однако сон не шёл. Поднявшись с постели, она выглянула в окно, но не увидела ничего, кроме чёрного тумана. 
Неожиданно для самой себя Эмма ощутила желание навестить Ролланда и Феликса. Интуиция, которой она начинала доверять все больше и больше, подсказала ей, что она без труда найдёт дорогу в их комнаты. Поправив халат, Эмма бесшумно открыла дверь и вышла в коридор.
Здесь, как и накануне, тускло горели газовые рожки. Пустые чёрные окна больше не внушали ей страх, и Эмма даже не ускорила шаг, проходя мимо них. Дойдя до оружейной, она на мгновение остановилась, прислушиваясь к внутренним ощущениям, а затем направилась дальше, к последней двери перед поворотом. 
Из-за двери разносилось негромкое ритмичное постукивание. Стоило Эмме постучать, как оно тотчас стихло, и голос Ролланда велел входить.
Спальня воина в точности повторяла её собственную с той лишь разницей, что была сильно захламлена самыми невероятными вещами, начиная от средневековых доспехов и заканчивая мотоциклетным шлемом. Сам хозяин лежал в кровати. Судя по крохотному мячику, зажатому в его ладони,  именно с ним он развлекался до прихода Эммы. Увидев её на своём пороге, Ролланд приподнялся на локтях и усмехнулся.
- А Шеймас обозвал меня кретином, когда я объяснил ему, что бросился под занавес в надежде на твою любовь и ласку. Если захотела помочь с ожогами, наши колдуны меня уже подлатали, но мы можем поиграть в медсестру и больного. Я даже могу очень натурально постонать.
Эмма в ответ только рассмеялась. Она уже поняла, что не стоит воспринимать слова Ролланда хоть сколько-нибудь  всерьёз. Закрыв за собой дверь, она пересекла спальню и опустилась рядом с ним на кровати.
- Под одеялом теплее.
- Думаю, после сегодняшнего нам не скоро доведется замерзнуть. Я хотела узнать, как ты. Найджел сказал, что ты пытался меня спасти. И я...
- Только не надо меня благодарить, - отмахнулся Ролланд. - Ничего такого я не сделал.
- Ещё как сделал. Если я могу что-нибудь для тебя сделать...
- Можешь, - перебил её юноша. - Успокойся этого психа.
- Феликса? - не поняла Эмма. Ролланд рассмеялся.
- Видишь, тебе и дня хватило, чтобы во всем разобраться. Кажется, вы нашли общий язык, так что скажи этому ненормальному, чтобы он перестал бросаться на людей.
Эмма ничего на это не ответила. Она и представить не могла, чтобы Феликс с кем-то был резок, он всегда был так сдержан. Впрочем, когда она спросила о доме, он отреагировал на это весьма болезненно.
- Думаю, я зайду к нему прямо сейчас, - сказала она. - Вижу, ты и в самом деле в порядке, так что не стану тебе мешать, - она коснулась ладонью плеча Ролланда, и тут случилось то, чего она совсем не ожидала.
Вместо комнаты перед ней возникло иное помещение. Это было похоже на видение, как когда она находилась в памяти Феликса, но на это раз она была в своём собственном теле, а все вокруг было тусклым, как в сумерки, лишенным настоящих цветов. Комната, в которой она находилась, была абсолютно пуста, не считая висящего на стенах холодного оружия. 
- Эмма, - позвал её чей-то голос. Он доносился точно издалека, и она не сразу поняла, откуда он идёт. Обернувшись, она увидела Ролланда. Он был в одних спортивных штанах, его тело и волосы блестели от пота, в руках он сжимал короткий меч. Грудь его тяжело вздымалась,  он выглядел чрезвычайно раздраженным. 
- Ролланд?
- Ты не понимаешь, что делаешь! - он отшвырнул меч в сторону. - Ты губишь себя! И из-за кого? Он - ничто! Он - покойник, его не воскресить. Такие, как он, приходят и уходят, но мы остаёмся. Мы с тобой, - он подошёл так близко, что Эмма смогла различить, как бьётся вена на его шее. Он сжал её ладонь и прижал её к своей груди. - Я здесь и я живой. Но, если ты пойдёшь на сделку с дьяволом, я уйду навсегда. Выбирай, Эмма.
- Эмма! Эмма! Что с тобой?
Ролланд из настоящего смотрел на неё испуганным непонимающим взглядом. С трудом переводя дыхание, Эмма молча поднялась с кровати и вышла в коридор. Её била мелкая дрожь. Что это было? Это не воспоминание, так, может быть, она видела будущее. Но как такое возможно?
Охваченная ужасом, она бросилась прочь, петляя по тёмным коридорам. Ею овладел такой ужас, что она с трудом могла переводить дыхание.
- Эмма?
Это был Феликс. Он стоял в конце коридора и с недоумением вглядывался в неё.
- Я услышал, как вы бежали. Что случилось?
- Я... - Эмма задыхалась. - У меня...
- Успокойтесь, - юноша неторопливо подошёл к ней, точно боясь испугать ее ещё больше. - Пойдёмте, я отведу вас обратно в спальню. У меня в ней спрятана бутылка хорошего бренди, думаю, оно вам сейчас не повредит.
- Я думала, что вы снова предложите зелье, - с трудом ворочая языком, отозвалась Эмма. Феликс негромко рассмеялся. Что бы там ни говорил Ролланд, колдун, кажется, пребывал в добром расположении духа. 
Как оказалось, его спальня была всего в нескольких шагах и, усадив Эмму в кресло у камина, Феликс достал из шкафа бутылку бренди и бокал. Налив немного на самое дно, он протянул бокал Эмме и та послушно его осушила. Крепкий напиток тотчас обжег рот и горло, огнём упал в желудок и девушка закашлялась.
- Сейчас станет легче, - пообещал Феликс. Убрав бокал и бутылку обратно в шкаф, он пододвинул стул от письменного стола к камину и сел напротив Эммы. - Могу ли я спросить, что вас так напугало?
- Я пошла проведать Ролланда. Сама не знаю, почему я захотела это сделать прямо сейчас. Это было как наваждение. Мы поговорили, а когда прощались, я коснулась его, и у меня возникло видение. Но я видела не его воспоминания, нет. Думаю, это было будущее. Все было тусклым, серым и нечетким. И звуки долетали совсем глухо.
- Эмма, признаться, я не нахожусь с ответом. Порой ищейки обладают более широким даром, чем обостренная интуиция и способность проникать в чужие воспоминания, в поисках информации. Но все же видеть будущее... Конечно, с помощью зелий можно добиться подобного эффекта, но напиток, который передал вам Найджел, был всего лишь укрепляющим составом. Я завтра же поищу об этом в библиотеке. Если позволите, что вы увидели?
- Мы с Ролландом спорили, - все тем же бесцветным голосом отозвалась Эмма. - Думаю из-за вас. Ролланд убеждал меня, что я не должна вас спасать.
Феликс оцепенел. Он не сводил с Эммы ошеломленного взгляда и, почувствовав это, она повернулась.
- Ролланд был прав, - дрожащим хриплым голосом произнёс он. - Вы никогда не должны меня спасать. Запомните это. Если вы и вправду видели своё будущее, то я запрещаю вам делать то, что вы задумали.
- Почему вы говорите со мной в таком тоне? - рассердилась Эмма. - Вы сами спасли мне жизнь. Так почему...
- Потому что у меня нет жизни, - тихо произнёс Феликс. - Я мёртв уже больше века.
- Но вы же здесь!
- Ненадолго. Рано или поздно я вернусь туда, откуда пришёл, и круг времени замкнется. 
- Но мистер Броуди тоже колдун, а он жив и здоров уже много лет.
- Это не имеет значения, - упрямо отозвался юноша. Показалось Эмме или его лицо и в самом деле побледнело? - Эмма, то, что я здесь, это неправильно. Что я? Дух, привидение? Я не знаю. Мне понятно лишь одно - чем бы я ни был, я богопротивное существо. Живой мертвец, обладающий некой тёмной силой. Идель, полагаю, уже рассказала вам, что я способен на то, что не содержится ни в одной из библиотечных книг, на нечто столь тёмное и могущественное, что оно вполне может содержаться в книги смерти. Это идёт из моей души. Вот что я, Эмма. Я не заслуживаю ни милосердия, ни любви, ни спасения. 
Эмма выслушала его молча. В глазах Феликса была такая боль, что сердце её сжалось от невыносимой жалости.
- Я тоже не знаю, кто вы, но сегодня вы спасли меня от страшной смерти. Едва ли столь тёмное существо, о котором вы мне сейчас говорили, способно на подобное. И когда я погружалась в ваши воспоминания, я не чувствовала ни злобы ни тьмы, только боль и страх.
- Вам не понять, - покачал головой юноша. - Вы ведь слышали те голоса, вызывающие о помощи? Но почему только меня услышал бог? Почему дал это существование и наделил тёмным даром?
- У меня нет ответов на эти вопросы. Быть может, только с помощью этих сил, возможно, совершить что-то великое. А что касается остальных людей, то, кто знает, не была ли им тоже дарована жизнь. Быть может они, как и вы, обрели силы и наслаждаются своим нынешним положением. Мы никогда не найдём всех ответов на свои вопросы, и это не зависит от того, человек ты, колдун или демон. Быть может мне тоже полагалось много лет назад умереть от болезни или попасть под машину, но в какой-то момент бог передумал и пожалел меня. Может, я тоже живу в долг.
Феликс поднял на неё взгляд. Боль в его глазах сменилась недоверчивой надеждой. Он машинально перебирал пальцами бахрому халата, точно пытаясь прийти к какому-то соглашению со своей совестью. Слова Эммы достигли своей цели, уверенность Феликса в увечности собственной души поколебалась. Но вместо облегчения к своему удивлению он ощутил в желудке холодок ужаса. Куда проще было держаться ото всех на расстоянии, за исключением, пожалуй, Шеймаса. Он и без того потерял всех кого любил и знал прежде, не хватало ещё и в этой жизни понести утрату. 
Феликс не мог и не хотел признаться даже самому себе, что он уже давно привязался ко всем обитателям убежища. Даже к Ролланду, который был его полной противоположностью. Сегодня, когда их с Эммой накрыл горящий занавес, Феликс едва не лишился рассудка от страха. В эту минуту он мог думать только о том, как бы вытащить их из-под огня. Он даже не заметил, куда делись демон и существо.
Но ещё более страшным стало бы признание, что он увлёкся Эммой. Когда она только появилась в убежище, она ничуть не привлекла его внимание. Да, она была хорошенькой, но не более того. Но что-то пошло не так, как он ожидал. Эмма прорвалась в воспоминания, которые он накрепко заблокировал в своей памяти. Она разделила их, сделалась сопричастной к тому ужасу, который ему довелось отстрочить. Она поняла его, не стала атаковать любопытствующими вопросами и сохранила увиденное в тайне. И, пытаясь понять её намерения, Феликс заметил то, на что прежде не обратил внимание. 
Эмма куда больше походила на человека из его времени, чем кто-либо ещё из убежища. Увидев её в австрийском платье, он испытал потрясение. Он точно вернулся домой после долгого отсутствия. И как же страшно было её потерять. Феликс не вспомнил ни о Ролланде, ни о Шеймасе, ни о ком. Он отдал все свои силы, чтобы спасти Эмму и, выйдя из ванной, тотчас свалился на пол, не в силах даже подняться. Его нашёл Найджел, и лишь после третьей кружки укрепляющего настоя, Феликс сумел подлатать раны Ролланда и добраться до ближайшей пустующей спальни.
И вот теперь Эмма сидит рядом с ним и говорит вещи, в которые ему так отчаянно хочется поверить. И видение, или что это было, говорит о том, что она решится его спасти. А вот этого он не допустит. Как, впрочем, и не допустит ответных чувств. Эмма достойна любви того, кто никогда её не покинет. Он не позволит ей привязаться к себе, чтобы потом горевать из-за его ухода. Почти ненавидя себя, Феликс поднялся на ноги.
- Вы ошибаетесь, мисс Рейн. Вам не дано проникнуть в мои чувства, вы не можете понять, сколь привлекательна для меня та тьма, из которой я черпаю силы. Вам не нужно тратить своё время и силы на моё спасение - я не хочу спасаться. А теперь, если вы не против, я очень устал.
- Да, конечно, - рассеянно произнесла Эмма, пораженная его словами. Она поднялась на ноги и, пошатываясь, не то от слабости, не тот бренди, подошла к двери.
- Ролланд хотел, чтобы я попросила вас быть с ним помягче.
Феликс позволил себе усмешку, представляя, как на самом деле звучала просьба воина.
- Я буду с ним мягче, если он станет беспрекословно выполнять все мои указания по лечению. Доброй ночи.
Закрыв за Эммой дверь, он ещё очень долго стоял у камина, бездумно глядя на языки огня, которые сегодня натворили так много бед.
На следующее утро он проснулся намного раньше остальных и ещё долго лежал в кровати, воскрешая в памяти вчерашний разговор с Эммой. Нельзя допустить, чтобы он возобновился. Он был слишком слабым, слишком уставшим, чтобы сразу оборвать ее. Нельзя было так открываться, категорически нельзя.
Поднявшись, Феликс запоздало сообразил, что вся его одежда находится в спальне, где сейчас спит Эмма. Конечно,  можно было сходить в реквизиторскую, однако Феликс не был уверен, что она открыта, да и ходить по коридору в одном халате ему отнюдь не хотелось.
Открыв шкаф, Феликс на мгновение в нерешительности застыл, а затем начал переодеваться.
В столовой уже сидел Шеймас и читал свежую газету. На секунду оторвавшись от новостей, он поприветствовал друга кивком головы, но тут же вновь поднял на него взгляд и отложил газету в сторону.
- Бог мой, Скрел. Неслабо тебя зацепила Эмма.
- О чем ты? 
- О твоём виде, - не скрывая усмешки, ответил временщик.
- Я просто ночевал в гостевой спальне. Это не имеет никакого отношения к мисс Рейн.
- Разумеется. Скрел, с тех пор, как я тебя знаю, ты ни разу не надевал свитер. 
От необходимости оправдываться, Феликса спасло появление Иды. От неё тоже не ускользнул необычный вид юноши, но в отличие от Шеймаса она предпочла промолчать. Сразу же за ней в столовую вошли все остальные. Эмма выглядела изнеможенной, но на её коже не осталось ни следа, напоминавшего о вчерашнем пожаре. Ролланд же был вынужден опираться на плечо Найджела. Остановившись прежде, чем преодолеть высокий порог, воин бросил на присутствующих взгляд и, разумеется, задержал своё внимание на Феликсе.
- Святые небеса. Кажется, пока мы с Эммой горели, наш колдун перегрелся.
Феликс не нашёлся с ответом. Он уже раскаялся в том, что не проверил реквизиторскую. К тому же он ощущал на себе взгляд Эммы, и ему совсем не хотелось встречаться с ней глазами. И все же он не мог не услышать её слов.
- Мне кажется, мистеру Скрелтону свитер к лицу.
- Ну, если леди так считает, я умываю руки, - хохотнул Ролланд и тяжело опустился на своё место. Аманда тотчас принялась нагружать его тарелку жаренным беконом. От Эммы не укрылась обеспокоенность на её красивом лице. Кажется, она была неравнодушна к нему.
- После завтрака я намереваюсь спуститься в подвалы, - слабым голосом произнесла Ида. Она была очень бледной, точно всю ночь провела в бодрствовании. - Найджел, ты бы мог составить мне компанию? И ты, Феликс, если достаточно для этого поправился.
- Мы все пойдём, - вместо него ответил Ролланд. - Ида, в чем дело? Ты никогда не боялась говорить с демонами, тем более что он в серебряной клетке.
Хранительница со стуком опустила чашку обратно на блюдце.
- Вчера, после всего произошедшего мне никак не удавалось уснуть, и я решила потратить время с толком и выяснить, что это за демон. Я несколько раз пересмотрела все книги, думала, что ошиблась.
- И кто же? - нетерпеливо спросил Шеймас.
- Боюсь это Гадес.
Новость произвела на юношей сильнейшее впечатление. Ролланд и Шеймас разом заговорили, Найджел потрясенно замер. Феликс так сильно сжал в пальцах чайную ложку, что она согнулась точно фольга, и Эмма поразилась его силе. На неё саму это известие не произвело ровным счётом никакого впечатления. Имя демона было для неё пустым звуком. В ожидании пояснений она повернулась к Иде, но заговорил Феликс.
- Гадес не просто высший демон, он один из троих великих богов, - впервые за утро он поднял на девушку взгляд. - Он известен под разными именами - Гадес, Плутон, Аид. Некогда он был богом смерти.
- Многие воины погибли, сражаясь с ним, - мрачно добавил Найджел. - Его ни разу не удавалось пленить, тем более так, голыми руками, - его голос сошёл на нет, и он пристально вгляделся в лицо Эммы. - Как тебе удалось?
- Я просто поймала змею.
Эмме совсем не нравилось, как на неё смотрели юноши. Даже Ида и та не сводила с неё пристального взгляда.
- Это не объяснение.
- Значит, все дело в перчатках или ещё в чем-то. 
- Да, может быть, - неуверенно произнесла Ида. - В убежище много вещей с необычными свойствами. Но мы уже не узнаем правды. Все, что осталось от твоей одежды мы сожгли. - Феликс, думаешь, решётка сдержит его?
Пока они обсуждали меры предосторожности, Эмма целиком погрузилась в собственные мысли. Во второй раз она совершала нечто такое, на что, по мнению окружающих, не была способно. Хотя в убежище Эмма ощущала себя так,  словно наконец-то нашла своё место, дар все ещё немного её пугал. И теперь к нему ещё и добавились способности, о которых никто не имел ни малейшего понятия. Было из-за чего волноваться.
- Ну раз так, чего тянуть? - произнёс Найджел, и Эмма точно очнулась ото сна. С ужасом она поняла, что все направляются в подвал, и никто даже не подумал о том, что она предпочла бы остаться. Последней поднявшись из-за стола, она пристроилась возле Шеймаса, а когда они спустились вниз по винтовой лестнице, и вовсе укрылась за широкой спиной воинов.
Подвал, в котором они очутились, тускло освещался естественным светом, едва проникавшим сквозь окна-бойницы. Он был абсолютно пустым, не считая просторной сверкающей клетки, внутри которой стоял высокий человек и внимательно разглядывая вошедших. Хотя на нем все ещё было странное чёрное одеяние, напоминавшее разом и удлинённое бархатное пальто со стоящим воротником и одеяние священника, кожа его больше не сияла графитом и золотом, его невозможно было отличить от обычного человека.
- Гадес, - коротко произнёс Роллан.
Демон улыбнулся. Он был безукоризненно красив, но за его улыбкой скрывалась угроза и Эмма с трудом поборола желание сбежать.
- Вижу тебе известно моё имя, воин, - его низкий голос чуть заметно вибрировал, точно отраженное от стен эхом. - А кто ты? Впрочем, я вижу твоё прошлое. Ты дитя золотой эпохи, обманувший время. А кто рядом с тобой? Ещё один воин, - он перевёл взгляд на Найджела,- временщик и рядом с ним колдун, - он уставился на Феликса. - Я вижу клеймо смерти на твоей душе, оно ещё не пылает пламенем, но уже краснеет.
- Довольно, - резко оборвала его Ида. Если бы Эмма не видела собственными глазами, она бы в жизни не поверила, что спокойный голос хранительницы может звучать так властно. Гадес изумленно повернулся и впервые в его светлых глазах вспыхнул интерес.
- Kali ouranous ,  - произнёс он и улыбнулся, - в тебе течёт греческая кровь. Я чувствую её биение. И эти бедра могут принадлежать только гречанке. Если подумать,  многих женщин, подобных тебе, я некогда знал. Они становились матерям великих героев.
Ида вспыхнула от смущения и подалась к клетке. Пытаясь её остановить, Найджел сделал шаг в сторону, и Эмма оказалась лицом к лицу с Гадесом. Его глаза расширились от удивления. Он попытался что-то произнести, но слова сорвались с его губ неясным шепотом.
- Невероятно, - пробормотал он. 
- Что? Что ты увидел? Ты знаешь, кто она? - Феликс вышел вперёд. Теперь их с Гадесом разделял какой-то шаг. - Говори!
Эмма скорее почувствовала, чем поняла, он вновь использует силу, принуждая демона говорить правду. Тот сильно побледнел, лоб его покрылся испариной, но с губ Гадеса не сорвалось ни слова. Феликс выставил перед собой ладонь, отчего в комнате тотчас стало гораздо темнее и душно. Демон рухнул на колени. 
- Феликс!
Тьма развелась, а воздух вновь стал прохладным. Феликс обернулся на зов Иды, и Эмма увидела - радужка его глаз стала совершенно чёрной. С секунду он внимательно вглядывался в лицо женщины, точно зверь, решающий следует ли атаковать жертву, а затем моргнул, и его глаза вновь стали обычного синего цвета.
- Он не может сказать. Что-то невероятно могущественное блокирует его волю. Ида,  я не знаю, как с этим справиться. Я никогда не сталкивался с подобными силами, - он поднял взгляд на Эмму. - Боюсь, мы не можем узнать, что ты такое.




Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}


Поделитесь со своими друзьями в социальных сетях

|

Автор: Энди Багира | 19 июля 2017 | Просмотров: 449 | Комментариев: 0




Информация
Посетители, находящиеся в группе Путники, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


Наверх