И будет Завтра.
Опубликовано в разделе: Творчество » Проза

Часть 1.
 

В истории огромного города Мегасити было много событий, но особое внимание стоит уделить всего нескольким из них: трём попыткам смены власти и чудовищному пожару 2245 года, унёсшему жизни почти пяти тысяч жителей. Причины пожара так и остались невыясненными, откровенно говоря, их никто особо и не искал. А со временем всё плохое забывается, особенно если городские власти прилагают к этому все усилия. Безмолвными памятниками тех времён остались лишь выгоревшие кварталы, отсечённые от остального города бетонными стенами, да те немногие, что остались в живых при пожаре. 

Кто-нибудь встречался с вирусом в "Сети"?

Да, наверняка. А вот встречались ли вы с вирусом, который имеет собственный интеллект, смотрит на тебя с экрана информационной панели и разговаривает с тобой механическим голосом? Вряд ли! Вот точно так же решили и двое подростков: Ганзель и Греттель (родители их — большие поклонники классики).

В городе сверхтехнологий водитель-таксист был такой же редкостью, как и привычная нам с вами бумажная газета. Этим вечером его пассажирами были двое детей. Выглядели они достаточно ухоженно, хотя и не по возрасту серьёзными, и водитель не стал вдаваться в расспросы, зачем им понадобилось ехать на нижние уровни Мегасити. Почти всю дорогу оба подростка молчали, глядя в окно на проплывающие пейзажи мегаполиса. Место, куда завернуло такси, выглядело, словно после бомбёжки: обгоревшие остовы домов, искорёженные металлические конструкции. На фоне этого девочка с волосами цвета спелого каштана и на удивление зелёными глазами, очень по-деловому копошащаяся в своей миниатюрной сумочке в поисках кредитной карточки, выглядела как роскошный цветок, распустившийся в давно умершем саду. Её спутник был темноволос, но глаза были того же цвета. Он внимательно наблюдал за действиями своей спутницы, и, выждав по его мнению достаточно времени, что-то тихо у неё спросил. Девочка отрицательно покачала головой. Мальчик тяжело вздохнул и, резко развернувшись, направился к дожидавшейся их машине. Вид у него был такой, что бедного водителя прошиб холодный пот, от которого фирменная рубашка моментально промокла насквозь и стала неприятно липнуть к телу.

— Прошу прощения, сэр, — голос у мальчика был надтреснутый, с легкой хрипотцой, и так не вязался с внешностью.

— Что-то не так? — водитель в этот момент был готов получить любой ответ и даже простить отсутствие денег.

— Прошу прощения, не могли бы вы взять наличные? — слегка замялся мальчик.

Получив утвердительный ответ, он расплатился с водителем, которому только профессиональная гордость не позволила радостно подпрыгивать на кресле от снятия невероятного напряжения.

 

Эти двое пассажиров запоздалого такси — брат и сестра — несмотря на свой юный возраст (обоим было примерно по десять-двенадцать лет), были круглыми сиротами. Судьба подарила им шанс выжить в чудовищном пожаре, уничтожившем почти четверть города, но при этом забрала родителей, похоронив все самые светлые воспоминания под грудой обугленных остатков жилищ. Первые несколько недель после трагедии дети провели в специализированном интернате, пока программа пыталась найти подходящих опекунов. Но, как ни странно, ей это не удавалось. Сложно представить что-то похожее в городе, где руководство имело почти полную информацию обо всех своих жителях. Единственным разумным оправданием сбоя автоматизированной системы подбора замещающих семей могло послужить лишь полное отсутствие информации на потенциальных подопечных. Дети решили не дожидаться исправления контролирующей программы, а взять своё будущее в собственные руки. Не желая оставаться в городе, причинившем им боль потери близких, они решили поселиться на окраинах Мегасити, в давно заброшенных исследовательских комплексах. Похожих кварталов на нижних уровнях города было более чем достаточно.

 

Город, непрерывно растущий вверх, устремлённый к звёздам пиками небоскрёбов, давно уже не замечал тех, кто влачил своё существование у его ног, в оставленных за ненадобностью цехах, складах, комплексах разорившихся компаний. Искалеченные временем здания смотрели на пустынные, грязные улицы чёрными, мёртвыми глазницами выбитых окон, порывы ветра трепали остатки рекламных плакатов, завывали в пустых помещениях. Сюда не отваживались спускаться без серьёзной причины даже, казалось бы, неустрашимые служители закона. Более подходящего места для различных криминальных элементов, беглецов, фанатиков и просто нищих было сложно представить. Единственное, что действительно удивляло — это наличие в этих кварталах электричества и вездесущей Сети.

 

Первое время детям было сложно привыкнуть к суровым будням этого крайне негостеприимного места, но среди разношерстного сброда нашлись и хорошие люди, готовые поделиться тем немногим, что у них было.

Как бы это глупо ни звучало, но у детишек была мечта, которую любой здравомыслящий человек смело назвал бы безумной — они хотели создать "машину времени", чтобы вернуться назад и спасти родителей. Амбициозный план, не так ли? И все бы ничего, если бы не решимость, с которой они принялись за её реализацию. Среди бездомных, нищих, больных и убогих, в общем, тех, кому не нашлось места в сверкающем всеми огнями городе, были специалисты различных направлений. Те, кому и так уже нечего было терять, узнав о мечтах подростков, сначала долго и с недоверием слушали, но, увидев решительность и стремление, некоторые всё же решили помочь.

Среди таких бездомных был и Гаррет. Высокий, седоволосый, рано состарившийся мужчина с живыми карими глазами на суровом морщинистом лице когда-то был инженером-робототехником, программистом и электриком от бога. Предприятие, на котором он когда-то трудился, разорилось, и его способности перестали быть востребованными в новом мире. Результатом стало затяжное пьянство. Выброшенный на обочину жизни, спившийся и забытый, он оказался на задворках Мегасити. Собственно, именно Гаррету и обязаны Ганзель и Греттель знакомством с ещё несколькими бездомными с весьма внушительными познаниями в различных областях инженерии. С необходимым оборудованием, которое, казалось, невозможно достать, разобрались быстро: оказалось, всё можно было найти на свалках или выменять у чёрных торговцев из нижних ярусов города. То, что было невозможно выменять или купить, решили изготовить самостоятельно, благо специалисты были. А инструменты достать не так уж и сложно, даже для бездомного без гроша за душой, правда, нужно было знать, где искать и у кого спрашивать, но это уже мелочи.

 

Время шло, Ганзель и Греттель оказались не только целеустремлёнными, но и талантливыми учениками. Они за малый отрезок времени усвоили всё, что им показывали и рассказывали списанные со счетов специалисты, более того — научились зарабатывать деньги, применяя полученные знания. Если бы кто-нибудь из ведущих специалистов Мегасити поинтересовался у них о возможностях моделирования киберсознания или попросил изобразить макет виртуальной сети, то даже для себя узнал много нового.

Помимо этого, оба подростка практически в совершенстве научились пользоваться Сетью. Мастерство обращения заключалось в том, что выход в пространство Сети из незарегистрированного терминала был, мягко говоря, проблематичен, а по факту его просто тут же отслеживали программы, и к незадачливому пользователю выезжал киберпатруль. Ганзель с Греттель же, усвоив уроки своих новых знакомых, научились переписывать протоколы защиты, чем вводили в заблуждение охранно-сигнализирующие программы. Правда, бесследно этот трюк не прошёл.

В один прекрасный момент на мониторах импровизированной лаборатории в одном из помещений медицинского комплекса появился виртуальный глаз. Да-да, вы не ослышались, именно глаз. Он осмотрел лабораторию, подмигнул находящимся там людям и исчез с мониторов, чем вызвал бурную реакцию у всех присутствующих. А на следующий день появился опять и не просто посмотрел на происходящее, но ещё и заговорил, виртуальным ртом, который занял всё пространство соседнего монитора. Паника, вызванная такими сбоями оборудования, была вполне понятна, ведь владелец этих самых виртуальных органов без проблем проломил защиту серверов, а её писали в прошлом одни из лучших специалистов, которых только можно найти. Даже вечно невозмутимый Гаррет был не на шутку встревожен. Всеобщей паники не разделяла разве что Греттель, которая успела подружиться с говорящим глазом или смотрящим ртом, это уже называйте как хотите, и довольно долго убеждала остальных, что никакой опасности в этих сбоях у компьютеров нет и даже наоборот.

 

Прошло несколько лет. Наши юные герои отправились грызть гранит науки в школу, расположенную в кварталах, не пострадавших от пожара. Даже в трущобах были дети. С подачи благотворительных организаций в таких районах открывали хоть не большие, но всё же школы. Гаррет, который, казалось, заново обрёл смысл жизни, повстречав Ганзеля и Греттель, делал всё возможное, чтобы вырастить из них достойных людей, а для этого им требовалось образование. Дети такому решению старика сопротивлялись, как могли, но воля Гаррета была непреклонна.

Сам же он проводил почти всё свободное время, собирая информацию о возможности постройки небольшого реактора, энергии которого хватило бы для питания машины, которую общими усилиями пытались собрать. Говорящий глаз периодически появлялся на терминалах, что-то спрашивал, подкидывал идеи, чертежи и так же бесследно исчезал. Правда, в один из дней Гаррет задержался в серверной дольше обычного. Появление на терминале информационной панели сначала глаза, а затем и механического голоса, верного его спутника, не стало сюрпризом. Сюрпризом стали вопросы, которые этот самый виртуальный орган начал задавать. Через какое-то время, когда лимит вопросов, по-видимому, был исчерпан, на терминалах стали появляться документы, чертежи, смоделированные конструкции. В общем, информация крайне полезная, для поиска или обработки которой Гаррету и остальным потребовались бы годы, да и оборудование, которым они располагали, не позволяло обработать такое количество информации. Глаз, удовлетворённый тем, что выдал необходимые сведения, довольно подмигнул и уже собирался исчезнуть, как вдруг ненадолго задержался, и, как бы между делом, предупредил, что, возможно, в ближайшем будущем сможет посмотреть на их работу поближе и повнимательней. После чего, как и обычно, растворился в темных глубинах Сети.

Ранним утром следующего дня, шум прибывшего грузовика не на шутку встревожил Гаррета. Водитель огромной махины с заводскими лаготипами выглядел растерянно, особенно если учесть место, куда ему пришлось доставлять груз. Ещё больше он растерялся, когда из ворот сильно потрёпанного временем медицинского комплекса к нему вышел довольно бодрый старик, чтобы узнать цель прибытия.

— Доброе утро сэр, чем могу служить? — поинтересовался Гаррет, не спеша подходить к топтавшемуся на месте водителю. Голос старика очень подходил его внешности и был таким же морщинистым и сухим.

— Доброе, сэр, — оживился водитель, хотя и продолжал со всё возрастающим подозрением оглядываться по сторонам. — У меня здесь посылка… Но мне кажется, меня разыграли, — продолжал водила, поминутно теребя в руках электронный планшет с накладными.

— Позволите? — протянул руку к планшету подошедший старик.

Мужчина с некоторой неохотой отдал документы, но в его глазах читалось облегчение. Гаррет пролистал накладные за несколько минут, и по мере просмотра его брови поднимались все выше и выше.

— Нет, это не розыгрыш, весь ваш груз вы доставили точно по адресу, — наконец, заговорил старик после просмотра документации.

— Но… — начал было водитель, обводя взглядом территорию комплекса.

— Сверхсекретные эксперименты! — отрезал Гаррет, чем и поставил точку в дискуссии.

С этого дня грузовики с оборудованием стали приходить каждый день. Все участники постройки "машины" были удивлены таким количеством несомненно дорогого оборудования, пока Гаррет не рассказал об их разговоре с виртуальным глазом. Это в какой-то мере упорядочило в понимании всё происходящее.

 

Ну да отложим пока рассказ о Ганзеле и Греттель и обратим своё внимание на виртуальные органы, а именно нас интересует говорящий глаз! Без всяких сомнений, за такими выходками скрывался первоклассный хакер, способный в момент проламывать любую защиту, свободно путешествовать по бескрайним просторам Сети и, как следствие, очень заинтересоваться парочкой терминалов, которые время от времени появлялись и исчезали, причем не оставляя следов. Для такого специалиста не составило труда отследить местоположение загадочных линков пользователей. За подобные вещи можно было крепко получить от киберполиции, но это при условии, что поймают. Так рисковать решались немногие. Наказанием за подобные деяния являлось принудительное перемоделирование личности, а это приравнивалось к смерти: от человека оставалась только оболочка, сознание стиралось начисто. А коллега-хакер в этом подконтрольном полиции городе был желанным другом. Примерно так и выглядело появление на лабораторных терминалах говорящего глаза.

 

Но это всего лишь предыстория, а вот кто скрывается за этим виртуальным глазом? Технически назвать его владельца человеком нельзя, для этого нужно как минимум иметь физическое тело и доступ к терминалам Сети. Наш случай был исключением: говорящий глаз, механический голос, сбои в работе программ — все эти особенности принадлежали виртуальному разуму. Нет, не искусственному интеллекту, как вы подумали, а именно разуму. Всемирная паутина хранит множество тайн, и одной из них был этот самый разум, настоящий, живой, думающий и самообучающийся.

Многие религиозные конфессии верят в реинкарнацию, здесь же имело место быть не переселение душ, а переселение разума. Случилось это в результате эксперимента, и при том достаточно удачного. Десять лет назад, когда Мегасити поднимался из руин гражданского восстания, в городе находилась девушка. Трудно представить более мучительное состояние, чем невозможность двигаться, а именно в таком состоянии она и пребывала последние полгода, парализованная в результате специальной операции по подрыву здания, в котором предположительно находился штаб зачинщиков беспорядков. Чудо, что она вообще осталась в живых, ведь многие из её коллеги официально считались погибшими.

 

Катрин, именно так звали несчастную, была одним из лидеров движения сопротивления установке виртуального разума, контролирующего все общественные нормы в городе. Собственно, из-за этого и начались беспорядки. Правительство быстро и без малейшей жалости подавило их. Мегасити был гигантским исследовательским центром новых технологий, а его жители — подопытными мышками. Но парализованное тело не мешало работать голове, и эта голова обдумывала план, как обойти досадную неприятность, связанную с потерей возможности двигаться. И однажды Катрин осенила идея, насколько радикальная, настолько и опасная: перенести своё сознание туда, где ей никто не сможет помешать или найти её следы, перенести свое сознание в Сеть.

Гигантская инфраструктура всемирной паутины — что может быть лучше и удобнее, ведь одна из мудростей гласит: темней всего под фонарём! Именно в Сети она могла изучить все особенности новейших серверов Мегасити, узнать их слабые места, по возможности переписать или вовсе вывести из строя кибермозг города. Совершать диверсии, не подвергаясь опасности быть пойманной, ведь ей не нужен терминал для выхода в Сеть, она сама будет её частью. Те немногие оставшиеся в живых, узнав о плане, решили, что паралич повредил рассудок Катрин, но настойчивость девушки не знала пределов. В результате удалось уговорить некоторых из них заняться подготовкой грандиозно-безумного плана. Сама Катрин в больничной палате была фактически под арестом. Хотя ей и разрешали пользоваться Сетью, но вместе с тем и тотально отслеживали все действия и перемещения. Хотя для опытного хакера не составило больших проблем связаться с нужными людьми и передать подробности плана. Дальше оставалось надеяться только на опыт и способности тех, вместе с кем долгое время она пыталась бороться с системой.

 

Ожидание продлилось почти три месяца, оправдать такую задержку можно несколькими вещами: во-первых, никто и никогда не рисковал сделать что-то похожее с живым человеком, во-вторых, сама Катрин не имела возможности принять участия в подготовке. Ну и в-третьих, ей не так часто давали пользоваться терминалами Сети, и время пользования было весьма ограничено. Само же переселение мало того, что было трудоемким и небезопасным процессом, по расчетам оно должно было занять довольно много времени. Поэтому одному из коллег Катрин предстояло проникнуть в медицинский центр в ночную смену под видом работника и обеспечить бесперебойный доступ Катрин к Сети. Проблема была лишь в охране. Несмотря на то, что девушка была парализована, им предписывалось проверять её состояние регулярно. Выход из сложившейся ситуации был радикальным: имитация комы или смерти. Правда смерть пациента была крайне нежелательна, на показатели приборов обязательно прибегут ночные работники, а вслед за этим начнутся экстренные вызовы профессоров и попытка реанимации, а это гарантированная нехватка времени. Так что кома была в самый раз. Подробности всей операции были безвозвратно утеряны, но если уж время от времени в различных уголках Мегасити происходили хакерские атаки и взломы банков данных, то можно заключить, что план увенчался успехом. Главный подозреваемый в попытке взлома и уничтожения кибернетического разума Мегасити умерла, не приходя в сознание, после двух месяцев комы. Суд по её делу так и не состоялся.

 

Несколько лет странствий по сети, изучение доступных особенностей и скрытых возможностей инфраструктуры, информации, планов по разработкам правительственных и частных организаций сделали Катрин одним из самых опасных кибернетических разумов планеты. Правда, ей так и не удалось осуществить свой замысел по уничтожению киберразума Мегасити. Люди, с которыми она когда-то была знакома в реальном мире, коллеги по сопротивлению один за другим погибали, попадали в тюрьмы или пропадали без вести, заводить же новых знакомых Катрин не решалась. Можно сказать, что ей хватало общения в виртуальных чатах, возможности посмотреть на реальную жизнь с экранов по всему миру. Но было одно жгучее желание — ей до физической боли хотелось прогуляться по ночной улице, почувствовать на лице морской бриз, прикоснуться к настоящей воде. Вкус пищи, запах цветов и ещё тысячи вещей, которые невозможно было передать при помощи, казалось бы, такой всемогущей Сети. И, как чудо, появляются двое с грандиозной и безумной мечтой, настолько невероятной, что в неё сложно поверить. Вместе с тем, эта мечта была крайне увлекательна, а главное, они в неё верили и всеми силами пытались осуществить. Это настолько захватило Катрин, что она подробнее решила узнать о возможностях такой машины и способах реализации идеи. С немалым удивлением она выяснила, что много лет назад военные одного государства пытались построить нечто похожее. Техника тех лет и того государства сильно отставала от возможностей Мегасити, но, тем не менее, они осуществили задуманное. Так же в Сети упоминалось, что государство прекратило своё существование в результате вооружённого конфликта, в ходе которого и была утрачена построенная установка вместе с теми, кто занимался её изготовлением. Но в архивах отыскались чертежи, которыми Катрин и поделилась с Гарретом. Ну, и напоследок, подделав различные протоколы и переписав маршруты поставок, обеспечила доставку наиболее необходимых материалов и оборудования.

 

Но на этом история принимает уже новый оборот. Катрин захотелось увидеть машину самой, а заодно вернуть утерянные с годами чувства. И это стало её единственной и главной целью. Помня о хрупкости человеческой плоти, Катрин решила обеспечить себя настолько неразрушимым телом, насколько это вообще было возможно. Исходя из известного выражения о том, что револьвером и ласковым словом можно добиться больше, чем просто ласковым словом, и была выбрана будущая внешность. Имея незаурядный интеллект и внешнюю привлекательность, можно было добиться гораздо большего, чем будучи обычной, ни чем не примечательной частью толпы.

Одновременно просчитывая все возможные варианты по приобретению необходимых материалов, биопараметры, размеры и функциональные возможности, выстраивая модель, она искала возможные варианты, где можно было собрать всю конструкцию в единое целое. Задача оказалась не из лёгких даже для хакера экстра-класса и постоянного жителя Сети.

 

Но нет ничего невозможного. Месяц поисков дал свои результаты. Необходимые материалы были обнаружены. Но вот завладеть ими оказалось куда сложнее, чем просто найти. Почти все они были в военных исследовательских или экспериментальных центрах и находились под строжайшим учётом и контролем. А некоторые мирно лежали на экспериментальных же складах, просто потому что ещё не было придумано, как именно их можно использовать на благо вооружённых сил. И всё же Катрин ухитрилась обойти и эти проблемы, но для нестандартной операции требовался и нестандартный подход, требовавший подготовки. Например, для получения сверхсекретного минерала была собрана команда кибернетических грызунов — выбор не случайный, ибо крыса в природе крайне находчивое, живучее и проворное существо.

 

Не обошлось и без курьёзных моментов: несколько человек, отвечающих за проведение сверхсекретных испытаний одного очень радиоактивного металла, готовы были поклясться на чём угодно, что робот-оператор сошёл с ума. Собрав несколько наиболее радиоактивных образцов, просто взял и расплавил стены! После чего, сделав пару кругов по базе и проплавив еще несколько перегородок исследовательского центра, исчез в неизвестном направлении.

Попытки найти сумасшедшего робота с крайне опасным грузом провалились, он как будто испарился. Единственным подтверждением слов бедолаг были расплавленные стены, да стойкий радиационный фон.

Другим похожим случаем был эксперимент по тесту минерала, особенностью которого была возможность самовосстановления после критических повреждений. Как оказалось впоследствии, это было не единственной его особенностью, но о этом будущий владелец узнал позднее.

Трое лаборантов, проводивших тесты, заметили, как в помещение через вентиляционные отдушины просочилось несколько крыс, которые целенаправленно двинулись к испытательным стендам. С присущей только им наглостью, не обращая внимания на людей, перепрыгнув через ограждение, грызуны забрались на стенды и с ещё большей наглостью стали растаскивать или глотать минералы, предназначенные для испытания. На этом фокусы не закончились. Сожрав больше половины представленных минералов, крысы, сильно потяжелевшие, но не утратившие ни наглости, ни скорости передвижения, направились к выходу.

Лаборанты, очнувшиеся от шока и пытавшиеся остановить грызунов, были сильно покусаны, охрана тоже не смогла их задержать. Бодрым маршем наши четвероногие похитители добрались до другой лаборатории с испытательным комплексом, состоящим из последовательно соединённых цистерн с серной кислотой и другими едкими жидкостями.

Материалы, пропускаемые через цистерны, исследовались на предмет устойчивости к едким средам и выводились через систему фильтров в подвальном помещении в гигантское хранилище отходов. Крысы дружным строем забрались по кабелям на одну из цистерн, в верхней части которой находилась горловина для загрузки материалов, и так же дружно попрыгали в гостеприимные объятия содержимого.

Все, кто наблюдал за происходящим, мысленно попрощались с грызунами. НО! Хлюпнувшиеся в серную кислоту грызуны не только не начали распадаться на части или ещё каким-то образом поддаваться воздействию едкой жидкости, вместо этого, бодро заработав лапками, отправились к следующей цистерне, из неё к третьей и так далее, пока не исчезли в патрубках фильтра.

Сам по себе не вписывавшийся в здравый ум факт, что какой-то биологический объект не только выживет в настолько неблагоприятной среде, но еще и сможет в ней функционировать, тянул на Нобелевскую премию, если, конечно, удастся отловить животных. Тем временем из подвала вовсю били тревогу. Фильтры были уничтожены, и содержимое цистерн свободно лилось в бункер с отходами, обеспечив сотрудников центра большими хлопотами. Крысы же благополучно скрылись с места диверсии, оставив после себя видеозапись со своим дерзким побегом.

 

Тем временем всё необходимое было собрано на одном из подпольных цехов Синдиката, по производству киборгов. Подобные цеха размещались в закрытых районах города. Ими, как правило, пользовались не только террористы и сам Синдикат, но и различные чиновники: облечённые властью никогда не брезговали решать свои проблемы самыми грязными методами. В цехе собирались различные модификации киборгов, от высококлассных убийц до проституток. Но цех, имеющий такой разнообразный спектр возможностей имел и существенный минус: любой желающий сможет изготовить здесь всё, что ему понадобится, если хоть немного знаком с системой протоколирования машинного кода и знает, кто и когда сменяется на посту, по одной просто причине: огромная площадь, занимаемая оборудованием, обслуживалась роботами. Люди здесь были только в качестве контролёров и следили за правильным выполнением программ, и было таких людей всего двое на весь цех .

Катрин это прекрасно знала и, загрузив в центральный компьютер разработанную программу по сборке кибернетического организма, наблюдала за ходом её выполнения. А смотреть было на что: из привезённого металла послушные машины, следуя программе, делали сплавы, впоследствии служившие материалом для изготовления частей скелета. Другие машины собирали конструкцию в единое целое. Процесс напоминал игру в детский конструктор — разница была только в том, что дети не играют с частями человеческого тела, пускай даже и не настоящими. Готовый скелет переезжал из одного цеха в другой, приобретая мышцы, сухожилия, различные имплантанты, среди которых был и кристалл, благополучно ушедший из лаборатории с помощью крыс. Последняя стадия была особенно увлекательна, практически готовое тело в "центрифуге" должно было приобрести кожный покров.

 

Великое таинство началось не совсем так, как запланировала Катрин. Технолог, который по плану должен был выйти в ночь, благополучно ушел в запой, вместо него на смену вышел молодой и любопытный парнишка. Каково же было его удивление, когда в одну из "центрифуг" роботы погрузили тело, отличавшееся конструкцией от своих предшественников. Дальше интереснее: по мере появления кожи на "заготовке" становилось понятно, что это не рядовой киборг, слишком уж он специфичен… Но не будем пока отвлекаться от созерцания величайшего из возможных таинств — рождения, пусть и не человека, но существа.

Высокая и стройная, с безупречной фигурой, волосами настолько тёмными и густыми, что отливали синевой, а главное — затейливой, роскошной татуировкой, покрывавшей всю правую руку, плечо и игриво захватившей часть шеи.

Готовый кибернетический организм притягивал взгляд. Роботы-техники извлекли из "центрифуги" готовое тело так же безучастно, как и погрузили в неё, и укатили в только им известном направлении. Технолог же после увиденного пребывал в состоянии шока несколько минут, после чего в нарушение всех инструкций решил узнать, кому понадобилось создавать такого необычного киборга? К своему удивлению и досаде, парень не нашел не только спецификаций, по которым создавался увиденный им шедевр, но и не обнаружил даже подтверждения, что нечто похожее когда-либо вообще существовало. В довершение ко всему, камера, призванная фиксировать все происходящее на фабрике, тоже не записала момента завершения производства изделия. Выводов было два: либо это был сверхсекретный заказ Синдиката или правительства, либо всё это приснилось.

 

Тем временем, готовое изделие доставили в небольшой центр по моделированию личности. Катрин ждала этого момента с нетерпением. Переселение сознания, с учетом современных технологий, заняло всего несколько часов. Имея в виду возможности нового тела, а также опыт, приобретённый в Сети, Катрин решила перемоделировать часть своего сознания для возможности самообучения в будущем, это и заняло большую часть времени при перенесении сознания.

По окончании всех процедур, из небольшого центра своими ногами вышла девушка. Держалась она довольно неуверенно, как будто только научилась стоять на ногах, одежда тоже была не обычной: белый медицинский халат без обуви. Но неуверенность в движениях и странность облачения компенсировала счастливая улыбка, достойная красоваться на обложке какого-нибудь глянцевого журнала. В серых глазах вновь рождённой Катрин всеми цветами радуги играл огромный мегаполис — Мегасити. И было в этих глазах счастье от приобретения желанной возможности свободно перемещаться вне мира Сети, были искорки от предвкушения будущих свершений, и где-то в глубине бездонных серых глаз полыхал холодный огонь ненависти к этому месту.

 

Прошло не так много времени с момента последнего появления электронного глаза на терминалах — всего несколько месяцев. Оборудование и материалы продолжали поступать, и, благодаря этому, а особенно чертежам, работы по постройке машины значительно ускорились. В один хмурый вечер, когда Ганзель и Греттель занимались изучением дисциплин, преподаваемых в школе, под наставничеством седого Гаррета, в дверь их убежища постучали. Эффект этот стук произвёл странный: дети переглянулись между собой и вопросительно уставились на Гаррета, тот же практически рефлекторно вытащил из наплечной кобуры старинный револьвер (он вообще не доверял новомодным моделям, но с оружием не расставался, кажется, даже во сне — на отшибе Мегасити было совсем не безопасно). Повторный, более настойчивый стук убедил всех присутствующих, что пришли именно к ним и адресом не ошиблись. Гаррет, бесшумно перемещаясь, взялся за ручку двери, взвёл курок револьвера (в наступившей тишине звук был похож на хлопок петарды) и рывком открыл дверь. За дверью он готов был увидеть кого угодно: киберпатруль, панков, собратьев по несчастью — бездомных бродяг, но никак не ожидал встретить красивую, сероглазую, улыбающуюся голливудской улыбкой девицу. Её, кажется, даже не смущал наставленный ствол револьвера, а взгляд пронизывал насквозь и был острым и холодным, как лезвие хорошо заточенного ножа. У её ног кружком сидело несколько здоровенных крыс, что, кажется, тоже не беспокоило гостью. Тишину, повисшую в результате затянувшейся паузы, нарушил визитёр:

— Позволите войти?

 

Всё же Гаррет оказался прав — запоздалую гостью совершенно не волновало направленное на неё оружие.

Голос у девушки был мягким и приятным, но это ощущение обманчиво, и Гаррет это знал, в нём как будто отражался весь её характер. Он мог звучать ласково и мягко, если нужно было кого-то уговорить, или же был жесток и несгибаем, если требовалось отдать приказ или потребовать выполнения какого-то действия. Гаррет встречал таких людей: это были очень харизматичные, но в тоже время и крайне опасные люди.

 

Не проронив ни слова, Гаррет отошёл в сторону, одновременно убирая оружие. Девушка не заставила себя долго ждать и шагнула в освещённый проём, но, прежде чем она это сделала, самая здоровая крыса с победоносным видом продефилировала в помещение. После того, как гостья перешагнула порог, оставшиеся на улице крысы с хозяйским видом последовали за ней. Эта картина настолько забавно смотрелась, что Греттель не смогла удержаться от того, чтобы не захихикать, чем привлекла внимание одной из крыс, которая с потрясающей ловкостью и скоростью устремилась к подростку и в считанные мгновения уже оказалась на руках у девочки, блаженно растянувшись колбаской, брюхом кверху и с высунутым языком. От неожиданности Греттель даже не успела испугаться, а после таких действий четвероногого визитёра просто расхохоталась, не удержался даже Гаррет, чьё суровое лицо осветилось белозубой улыбкой. Напряжение, появившееся в результате появления незваной гостьи, растаяло само собой, в большей степени из-за наличия трёх мохнатых, наглых как броневики зверей, которые успели облазить всё помещение. Но и появившаяся девушка, похоже, не чувствовала себя в руинах бывшего медицинского комплекса хоть как-то стеснённо, будто она давно и хорошо знала планировку и расстановку оборудования. Правда, она не торопилась объяснять цель своего визита.

Гаррет, Ганзель и Греттель внимательно следили за перемещениями своей гостьи, которая с неподдельным интересом рассматривала помещение. Тишину изредка нарушали писки крысы на руках у Греттель, которая все время барахталась, дрыгала лапками, особенно когда ей чесали пузо, и, довольно жмурясь, активно махала лишённым растительности хвостом. Кстати о крысах. Гаррет сразу заметил в их поведении некоторые особенности: например, они не пытались скрыться от людей или что-нибудь стащить, что для крыс было нехарактерно. Вывод напрашивался сам собой — это были не живые представители своего семейства.

 

Наконец, удовлетворив своё любопытство, девушка позволила себе объяснить цель своего визита. Рассказ был лаконичен и невероятен по всем статьям. Но, если уж она стояла тут и очаровательно улыбалась, значит, был если и не полностью, то частично правдой. Так же гостья, назвавшаяся Катрин, изъявила желание помочь в постройке машины, над которой трудились собравшиеся здесь люди, хотя и не сказала, зачем ей это нужно. С некоторой осторожностью, но всё же Гаррет и дети приняли нового жильца, а Греттель просто подпрыгивала от счастья, ведь ей позволили оставить себе понравившегося ей грызуна. Крыса, похоже, тоже была довольна таким решением и везде ходила за своей новой хозяйкой.

Катрин же не только нашла общий язык со всеми, кто помогал в работе, но и быстро подружилась с Гарретом. С появлением этой удивительной девушки работа пошла быстрее. Окружающих не покидало ощущение, что она уже знает, как должна выглядеть машина, какие узлы и агрегаты должны стоять и в каких местах требуется повышенное внимание при постройке. Катрин охотно разговаривала на любые темы, но старательно избегала упоминания о приобретении своего кибернетического тела. Помимо помощи в постройки, она успевала позаниматься и с детворой. Ганзель всё ещё с подозрением и недоверием относился к ней, зато Греттель, после разрешения, касающегося крысы, была без ума от новой знакомой.

 

Несмотря на всё выше сказанное, Катрин была строгим и требовательным учителем, не давая поблажек в освоении необходимых предметов. Это неминуемо сказалось на успеваемости в школе. В один из вечеров, после школы Ганзель принёс записку, адресованную родителям учащихся. Краткий её смысл сводился к тому, что они, то есть родители, вызывались в школу для проведения собеседования о переводе детей в более "специализированный" класс. Потому как учителя в обычном классе не знали, как отвечать на вопросы, задаваемые детьми. Катрин с Гарретом, внимательно перечитав записку, сначала сурово осмотрели уткнувших носы в пол детей, а затем от всей души расхохотались.

Со стороны это могло показаться грубым или неправильным, но удержаться от такого они не могли. Оба подростка, хлюпая носами, обиженно смотрели на весело смеющихся взрослых, но после того, как им объяснили, что ничего плохо в записке нет, или, вернее, всё даже очень хорошо, дети повеселели, а через некоторое время помещение залил звонкий детский смех.

 

В школу на родительское собрание решила пойти Катрин, назвавшись старшей сестрой. Утром следующего дня из дверей ветхого комплекса появилась девушка, взглянув на которою, вряд ли можно было подумать, что она живёт в одном из самых опасных мест Мегасити.

Причиной тому был её наряд. Для такого особенного случая Катрин сменила свои повседневные рваные джинсы, кроссовки и растянутый свитер (которые к слову нисколько не портили впечатления о фигуре) на изящное, лёгкое платье и туфельки. Роскошные тёмные волосы были собраны в конский хвост. Так могли выглядеть, разве что, девушки из верхних уровней города, различные фотомодели, чьи голограммы украшали город, или управляющие борделями. Общее представление слегка портила татуировка, но только слегка.

 

Собрание проводила директор школы: маленькая полная дама неопределённого возраста с крошечными глазками за толстыми стеклами древних очков (она наотрез отказывалась проводить всяческие операции по коррекции зрения). В комнате, предназначенной для собрания, уже находилось несколько человек, а точнее четыре женщины и трое мужчин, вполголоса переговаривающихся между собой. Ожидание последнего участника мероприятия затянулось, что крайне раздражало директрису, ярую сторонницу пунктуальности. Она уже успела придумать пару — тройку наказаний для нерадивых родителей и их чад. Скрип открывающейся двери прервал размышления. Все, кто находился в помещении, синхронно повернулись на звук, уж как-то по-особенному он прозвучал. И не ошиблись — на пороге стояло воплощение страшнейших женских кошмаров и вожделения всех мужчин: сногсшибательная девушка с очаровательной улыбкой. Вряд ли присутствующие могли поверить, что под столь привлекательной внешностью скрывался холодный, расчетливый, жесткий и крайне опасный представитель изгоев общества. Во всем её облике было что-то… непередаваемое… Она сразу не понравилась директору, необъяснимая антипатия, словно мириады игл пронзила тело.

— Прошу прошения за опоздание, — мягкий голос с нотками иронии прорезал повисшую тишину, словно горячий нож сливочное масло.

С той же очаровательной улыбкой девушка представилась старшей сестрой учащихся: Ганзеля и Греттель.

 

Мягкий голос, внешняя привлекательность и какая-то особая манера держаться внушали безотчетное желание повеноваться. Все находящиеся в комнате, не скрывая интереса, рассматривали Катрин, мужчины смотрели с восхищением, словно увидели идеал женщины, богиню. Присутствующие женщины — с плохо скрываемой враждебностью, ведь им было крайне сложно конкурировать с ней, не только внешностью, но и манерой держаться. Правда, все, включая директрису, моментально отводили глаза, стоило им попасть под взгляд бездонных серых глаз, имеющих неприятную особенность рассматривать окружающий мир, словно через прицел винтовки.

 

Собрание закончилось быстрее, чем планировалось, решения, касающиеся детей, тоже приняли быстро. И в большей степени из-за этой девицы, назвавшейся сестрой учащихся. В обсуждении предложений дирекции она не спрашивала или просила, она ставила перед фактом, и оспаривать эти факты почему-то не хотелось никому. В завершении собрания, Катрин подарила самую любезную улыбку, на которую только была способна, всем находящимся в комнате, чем заставила забегать по взмокшим спинам стадо восторженных мурашек (это касалось мужской половины), женская аудитория побледнела от нахлынувшей ненависти. Директор раз и навсегда зареклась вызывать в школу родителей Ганзеля и Греттель, дабы не встречаться снова с этой… она несколько минут пыталась найти подходящее слово, но на ум приходили только отборные ругательства больше подходившие портовым грузчикам.

 

Полтора года с появления Катрин пролетели незаметно, за это время машина была практически закончена. Ганзель и Греттель, стараниями девушки, могли окончить школу с блеском, если бы не наставления Гаррета по поводу того, что не следует выделяться.

И вот настал долгожданный момент, машина по искривлению пространства и времени была закончена. Пока подростки были в школе, Гаррет и Катрин решили провести испытания. В качестве испытателя решила выступить сама Катрин. Как ни пытался её отговорить Гаррет, упрямству этой сероглазой сорвиголовы не было предела. Решено было не превышать времени пребывания в параллельной вселенной несколькими минутами. Настроив программу и запустив машину, Катрин шагнула в освещённый овал портала.

Для Гаррета время превратилось в медленно тянущийся кошмар, секунды стали минутами, минуты — часами, часы — бесконечностью. Катрин отсутствовала полтора часа, всё время Гаррет не находил себе места, но каково же было его облегчение, когда портал машины снова осветился бледно-фиолетовым, и из него вышел… Нет, это не было человеком. Изодранная в клочья одежда, то, что ещё хоть издалека можно было принять за её остатки было обуглено, тело с ног до головы покрыто сажей, грязью, кровью. В руках Это сжимало здоровенный десантный нож, почерневший от запёкшейся крови. Гаррет рефлекторно выхватил оружие и медленно двинулся в направлении существа, появившегося из портала. Незваный гость стоял на месте как вкопанный и, кажется, даже не дышал. Не доходя десятка шагов, Гаррет охрипшим голосом окрикнул Это, реакция не заставила себя ждать, но была совсем не той, что ожидал старик. Существо подняло голову, сделало глубокий вдох и медленно опустилось на колени, а затем повернуло голову в том направлении, откуда прозвучал окрик и уставилось на Гаррета бездонным серыми глазами! Зрение Гаррета затуманилось, по щеке покатилась скупая слеза, руки перестали повиноваться, пальцы сами разжались, выронив оружие, которое с оглушительным стуком хлопнулось о бетонный пол. И время, казалось, остановило свой бесконечный бег, всего на мгновение, но оно превратилось в вечность. Гаррет, не раздумывая больше ни секунды, подхватил на руки Катрин, застыл на месте, не зная, что делать. Из оцепенения его вывел тихий, но такой знакомый голос, а слова растерзали тишину похлеще мутанта из Заргезейских подводных рудников:

— Я дома!

 

Катрин провела в душе почти три часа, и Гаррет терпеливо дожидался, хотя и настаивал сначала на посещении медицинского блока. Сероглазая проигнорировала это, но заявила, что готова съесть слона, что фактически служило руководством к действию для старика. Обед, рассчитанный на троих, был уничтожен практически мгновенно. Катрин не торопилась рассказывать, что же случилось, Гаррет не настаивал. Осушив третий кофейник, Катрин заговорила, и по мере рассказа Гаррет мрачнел. Оказалось, что время в параллельных вселенных течёт по-другому, если здесь проходит десять минут, то в параллельной сутки, выходит, что Катрин пробыла на другой стороне больше недели! За это время она успела увидеть всё, что считала нужным, прогуляться по прошлому и узнать, что же будет, доведи она свой план по уничтожению кибермозга, управляющего городом, до логического завершения, успела побывать в сущем аду — результате своих действий, и утвердиться в том, что нужно впредь быть более осмотрительными в принятии решений. А ещё она точно знала, что машина, которую они построили — зло! И это зло нужно уничтожить, без раздумий и промедлений.

 

Но они опоздали. Ганзель и Греттель вернулись из школы немного раньше и услышали большую часть рассказа Катрин. Особенно забеспокоился Ганзель. Как старший брат и активный инициатор постройки машины, узнав, что собираются сделать с ЕГО машиной, решил немедленно ей воспользоваться, пока ещё была такая возможность, Греттель пыталась отговорить брата, но без особого успеха. Гаррет и Катрин поняли, что опоздали, когда из операционного зала, где была установлена машина, стало отчётливо слышно работу силовых узлов. Было ещё не поздно предотвратить беду, и оба сорвались с мест, дабы остановить взбунтовавшихся детей. Они опоздали всего на доли секунды, Катрин, влетевшая смерчем в помещение, успела заметить шагнувшего в портал Ганзеля, наполненные страхом глаза Греттель, которую брат тащил за руку. Обдумывать план действий было непозволительной роскошью, время играло против них.

Катрин приняла решение быстро и без лишних колебаний, схватив оставленный на контейнерах после своего похода нож. Взмахнула им на прощание Гаррету, который как раз ввалился в зал, и шагнула в освещённый провал портала. Тройная нагрузка на силовые цепи не прошла даром, с громким треском стали вылетать управляющие схемы, большая часть силовых кабелей просто испарилась, не выдержав нагрузки и машина, которую так долго строили и так недолго использовали, за секунды превратилась в бесполезный хлам. Но она успела сделать то, что предначертано судьбой, успела отправить в другую реальность троих. Дальнейшая история будет зависеть только от их решений, а их результат покажет наступившее завтра...



  • 0

Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}


Поделитесь со своими друзьями в социальных сетях

|

Автор: xDoomGuardx | 14 июля 2016 | Просмотров: 809 | Комментариев: 1




#1 Пишет: Пользователь offline николайnb (14 июля 2016 21:42)
Группа:
Придворный маг
Статус: Пользователь offline
1395 комментариев
61 публикация


Ожидание в 4 месяца... надеюсь, вы еще не отчаялись и не плюнули на нас.
Что сказать по тексту (по грамматике - есть и опечатки, и некоторые упущения, но в меньшей степени. чем у всех изданных за мой период "правления" - об этом в другой раз, а лучше не я) - хороший, но... скажу честно - мне было скучно и я не дочитал до конца (дочитаю все равно, но позже). Он именно хороший, не более. Вся проблема в том. что повествование напоминает краткий пересказ, а не само произведение, как если бы мы читали не "Война и мир", а пособие для школьников-лентяев, в коем все события уплотнены до 4-х листового объема (воочию видел такое). Что бы произведения захватило читателя ему необходимо... нет не экшен, читатель должен полюбить героев, а для этого необходимо познакомить их. А если их мысли и внутренняя суть не раскрываются, то никакого знакомства не состоится. Читатель не станет сопереживать героям, не пойдет с ними по пути сюжета, а скорее прошепчет, откидывая книгу в сторону после преодоления очередного абзаца: "Да, убейте их уже кто-нибудь!.."
 
Нужно оживить текст. Так, у меня минут 15 еще есть...попробую показать пример. Возьмем вот этот абзац: "Сам же он проводил почти всё свободное время..."


...дольше заняло, чем думалось...


В общем, удачи Вам и музы на пегасе. l_bubble а я извиняюсь за ошибки в своих писюльках - как уж получилось с наскока.
Регистрация: 9.06.2010 | | |
   


Информация
Посетители, находящиеся в группе Путники, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


Наверх