Второе полотно
Опубликовано в разделе: Творчество » Проза

     Вот уже которую неделю Китсбург* обсуждал невероятное исчезновение картины знаменитого художника. Об этом даже напечатали подробную статью в Котландских ведомостях. «В один прекрасный день, – так начал журналист, – известный коллекционер и меценат Дон Дублон продал «Центральному музею» «Зеркало» Мохера, написанное маслом на холсте. Прямо в загородном доме Дублона несколько экспертов подтвердили подлинность картины и поставили с обратной стороны холста печать. 
     «Зеркало» сразу погрузили в бронированный фургон, а по прибытии в музей, была проведена вторая экспертиза, и тут выяснилось, что картина – всего-навсего подделка! Первым под подозрение, естественно, попал сам Дон Дублон. Тем более что он собственноручно относил в фургон картину и находился там один минуты три. Но и после того, как он вышел, на холсте как не в чём ни бывало стояла печать. Подделать её меценат бы не смог. 
     Экспертизу в доме Дублона проводили весьма компетентные специалисты. Стало быть, ошибиться они не могли. Может быть, их подкупили? Но если б эксперты пошли на подобное преступление, то зачем им было проводить вторую экспертизу, да ещё по собственной же инициативе?». 
      В тот же день, когда была опубликована эта статья, Дона Дублона ограбили. На место происшествия прибыл инспектор Гриф. 
     «Итак, - спросил инспектор, чёрный, низенький и плотный кот с роскошными усами, - что именно у вас украли?»
    «Картину, - не задумываясь, сказал Дон Дублон. – Где-то около двенадцати ко мне явился незнакомый кот, сказал, что хочет посмотреть мою коллекцию и, возможно, что-нибудь приобрести. А у него ещё был чемодан, битком набитый крысами**. Мне, знаете ли, сейчас так нужны деньги… Ну, посмотрели мы картины, я завёл разговор о цене… Он сказал, что должен позвонить жене, стал тыкать кнопки на мобильном. А тут вдруг и мой телефон зазвонил. Я вышел в коридор снять трубку. Там – гудки. Сорвалось. Я вернулся в гостиную, отхлёбнул кофе, ну, и отключился. Очнулся где-то через полчаса. Смотрю – нет незнакомца. … 
    "Вероятно, он вам что-то в кофе подложил и смылся, прихватив картину, – вмешался инспектор – И что за картина? Небось, дорогая?». 
     – Нет, что вы. «Осенний лес» Клевера. Репродукция. Мне её один художник подарил. Из уличных…
    «Странно, – подумал Гриф, – Зачем вору понадобилась репродукция, когда здесь, рядом, висят подлинники знаменитых мастеров? А может, воришка неопытным был? Нет вряд ли, – возразил себе инспектор. – Скорей всего, он специально позвонил Дублону по мобильному, чтобы он вышел в коридор. Неопытный воришка подстраховываться так не будет», 
     «И как он выглядел?» – спросил инспектор потерпевшего. 
     Дублон задумался: «Ну… Он был рыжий в белую полоску. И пиджак такой коричневый. И ещё рассеянный ужасно. Минут десять по карманам шарил ручку, которую сам положил до этого на столик…»
    «Понятно, – перебил инспектор. – А вы чашку, из которой пили утром кофе, мыли?»
    «Нет, нет, – замотал головой Дон Дублон. – Я ничего не трогал… Как очнулся – сразу позвонил в полицию».
     «Ух, до чего же противный котяра, – с отвращением подумал Гриф, выйдя из квартиры мецената. – И присесть не предложил… Впрочем, у него даже в прихожей пол блестит, как будто вымыт пять минут назад, и сам он беленький, пушистенький и аккуратненько причёсанный. Но всё равно противный». 
     «Ладно, хватит, – сам себя прервал инспектор. – Надо бы поспрашивать консьержку, может, вспомнит она того рыжего».
     «Видела-видела, – закивала пожилая дымчатая кошка, отвечая на вопрос Грифа. – Спускался бело-рыжий с картиной под мышкой. Я потому так хорошо запомнила, что глаза у него были разные…»
    «Как это разные?» – удивился инспектор.
     «Разные, – повторила консьержка. – Один глаз зелёный, другой – голубой». 
     «Интересно, очень интересно, – думал Гриф идя по набережной – Надо бы проверить чашку, из которой пил Дон Дублон. Нет ли там следов химпрепататов?»
    Скоро выяснилось, что и правда есть. Остатки снотворного, довольно сильного, хотя и безопасного в таких дозах для жизни. Что же касается, чашки, из которой пил предполагаемый преступник, то отпечатков на ней не было: посуду очень тщательно протёрли.
     На этом следствие застопорилось. Правда, ненадолго. Вскоре снова позвонил Дублон и сообщил, что получил записку от грабителя. И опять пришлось Грифу посетить квартиру коллекционера. Хозяин открыл дверь в халате и казался куда более взволнованным, чем в прошлый раз. Он сразу протянул инспектору измятый, исписанный от руки лист блокнота «Возьмите сорок тысяч крыс, – прочёл Гриф, – сложите в дипломат и завтра в половине первого идите в банк «Ваш капитал», поместите деньги вместе с дипломатом в сто десятую ячейку, ключик от которой прилагается. После этого вам позвонят и скажут, как забрать картину». 
     «Извините, где конверт от этого письма?» - спросил инспектор. Коллекционер мгновенно ощетинился: «А кто вам сказал про конверт? Может, оно просто так пришло». «Не может – покачал головой Гриф. – Здесь же сказано «ключ прилагается». Я согласен, что письмо в почтовый ящик можно сунуть просто так, но ключ от банковской ячейки – лишь в конверте. Где этот конверт?». «Я выбросил», – растерянно промямлил меценат.
     Инспектор вынужден был ковыряться в мусорном ведре, но всё-таки вытащил на свет божий злосчастный конверт. А ещё он нашёл узкую полоску бумаги с надписью «Хамелеон». Гриф поспешно развернул послание грабителя и присмотрелся к мятому листку. Нижний край его был чуть неровный, словно обрезанный ножницами. Инспектор приложил друг к другу найденную в мусорном ведре бумажку и листок блокнота. Срез, ширина и цвет бумаги – всё совпало. 
     Получается, что в ограблении замешан этот самый кот, меняющий окрас, как по утрам рубашки… Нет, подобное на него не похоже. Он шантажист, а не банальный вор. Лангрем всё ещё сомневался. «Вы не помните, какого цвета были у этого незнакомца глаза?» - спросил он коллекционера. 
     – Зелёные вроде… Нет, точно – зелёные.
     – Оба?
     – Естественно, оба.
     «Зелёные значит, - подумал инспектор. – А консьержка говорила: разноцветные. Кто же врёт? А может быть, никто? Да, такое возможно, если, допустим, вор вставил контактные линзы, одна из которых каким-то неведомым образом выпала. И если всё было именно так, то картину впрямь украл Хамелеон. Но для чего? Зачем она ему?» 
    Гриф всю ночь ломал над этим голову, но, так и не придумав ничего толкового, явился в банк. Инспектор не хотел быть узнанным, поэтому надвинул кепку на глаза и замотался до самого носа шарфом. А работа в банке шла как ни в чём ни бывало. От одной из касс тянулась очередь пенсионеров. Толстый серый кот сидел за круглым столиком и заполнял какую-то квитанцию. У дверей, скрестив лапы на животе, стоял, как монумент, молоденький сержант полиции, одетый в штатское. «Ты что один?» - спросил его Гриф. «Так точно», – отрапортовал сержант. «Я ж просил прислать троих как минимум!» – разозлился инспектор и тут же замолк. Что толку возмущаться? Остаётся только ждать. 
     Но ожидание затянулось. Гриф то и дело глядел на стенные часы. Но когда ждешь, кажется, что стрелки словно бы прилипли к циферблату. Вот в банк вошёл Дон Дублон с дипломатом. Гриф проводил его взглядом, с удовлетворением отметив, что у дипломата ручки были скотчем перемотаны, как и обговаривалось накануне. 
     Медленно ползли ленивые минуты ожидания. Наконец, банковский служащий сообщил, что пришёл-таки посетитель, попросивший провести его к сто десятой ячейке. Инспектор удвоил внимание. А минут через десять заметил, что по направлению к двери движется кот, полосатый, тощий и высокий, как баскетболист. И несёт он дипломат. Тот самый, с перемотанными ручками. «Задерживать его?» – спросил сержант. Гриф покачал головой. «Это точно не Хамелеон. Он, конечно, спец по части маскировки, но прибавить себе рост не в состоянии при всём желании. Значит, этот полосатый лишь посредник. Поглядим, куда он деньги понесёт», – сказал себе инспектор, выпустил «баскетболиста» и зашагал следом.
     Посредник явно торопился, нервничал, всё время оборачивался, и Грифу приходилось прятаться за углами домов и стволами деревьев. Так постепенно они удалялись всё дальше от банка, пока не очутились у заброшенного недостроенного дома. В этом доме прямо посредине помещения «баскетболист» оставил дипломат и убежал. А Гриф спрятался на балконе. 
     Стоял он долго. Похолодало и стало темнеть. Но, как известно, кошки превосходно видят в темноте. Глаза инспектора зажглись зелёным светом, как два круглых фонаря. Так что Гриф не пропустил момент, когда какой-то нализавшийся валерианы забулдыга схватил дипломат. Инспектор тут же оказался рядом и победно произнёс: «Вы арестованы!» Пьяный был ошарашен: «За что?! Я просто мимо проходил». «А ну-ка дай сюда!» - Гриф отнял у забулдыги дипломат, открыл и тут же выронил его, зашипев от досады. Дипломат был пуст, словно желудок после промывания. Куда же тогда делись деньги?
     А деньги оставались в банке. Ведь Хамелеон недаром выбрал банковскую ячейку, а не камеру хранения где-нибудь на вокзале. Он прекрасно знал о том, что, проводив клиента к банковским ячейкам, служащий оставляет его одного при закрытых дверях. Таким образом, полосатый посредник забрал лишь один дипломат, а деньги оставил в ячейке. Разумеется, сержанту должны были бы сообщить, если кто-то заинтересуется сто десятой ячейкой. Но вскорости после ухода Грифа из банка, какая-то пенсионерка завопила: «Ай! Держите! Сумочку украли!» А котёнок-подросток рванулся к дверям, прижимая дамскую сумку к груди. Сержант, как водиться, – за ним. Пока он гнался за карманником, Хамелеон спокойно забрал деньги. Именно для этого он, собственно, и нанял укравшего сумку котёнку.
     Так, Гриф в который раз не смог поймать Хамелеона. Зато сумел раскрыть другое преступление. Изучая через лупу полученное Доном Дублоном письмо, инспектор заметил, что верхняя часть буквы «у» в слове «картину» обведена жирнее нижней. Гриф написал на листке букву «Ы.» и исправил на «У». Это «У» выглядело почти так же, как в письме. Значит, речь была не об одной картине, а о нескольких? Почему же меценат об этом умолчал? Не потому ль, что вторая картина – исчезнувшая картина Мохера? Инспектор снова вспомнил показания консьержки, мол, спускался бело-рыжий с картиной под мышкой. Одною картиной. Откуда же две? Гриф долго думал, но догадался, откуда, поняв за одно, как подменили «Зеркало». 
     Трюк оказался до смешного прост, и получил впоследствии название «Второе полотно». Суть его состояла в том, что в одной рамке было сразу две картины. Сверху подлинник, а под ним копия. Эксперты видели лишь лицевую сторону картины, а печать-то поставили на изнаночную. Вставить в одну раму две картины мог лишь Дон Дублон. Меценат забрал подлинник, когда грузил его в фургон и спрятал под репродукцией Клевера, единственной в коллекции Дон Дублона картиной, точно совпадавшей по размеру с «Зеркалом». 

* Столица кошачьего государства.
** Местная валюта.


  • 100

Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}


Поделитесь со своими друзьями в социальных сетях

|

Автор: Shmaksya | 27 октября 2013 | Просмотров: 988 | Комментариев: 1




#1 Пишет: Пользователь offline Луна Эрде (13 марта 2015 18:08)
Группа:
Мечтатель
Статус: Пользователь offline
18 комментариев
6 публикаций


Неплохо. Интересно


--------------------
Регистрация: 23.02.2014 | | |
   


Информация
Посетители, находящиеся в группе Путники, не могут оставлять комментарии к данной публикации.


{last_post_on_forum}
» Сад воронов. Часть 2. Глава 6
» Сад воронов. Часть 2. Глава 5
» Сад воронов. Часть 2. Глава 7
» Сад воронов. Часть 2. Глава 8
» Сад воронов. Часть 2. Глава 9
Наверх