Погонщица единорогов. Часть 2
Опубликовано в разделе: Творчество / Проза

ЧАСТЬ 2: ДАЛЕКО

                                                           ТАМ

         Свет возвращался такими же волнами невидимого прибоя, какими покидал меня. Боль в горле уже не казалась невероятно острой и теперь скорее напоминала ощущения при ангине с осложнениями. В общем-то, на грани пробуждения я и решил, что перебрал холодного вина и теперь придётся полоскать горло всякой хренью. Потом мысли немного очистились и пришло осознание, что простом полосканием дело не ограничится. И лишь окончательно вспомнив, какая мерзость приключилась, я вынырнул из серой дрёмы и открыл глаза.
         Первой, кого я увидел, оказалась Оксанка в белом платье. Всплеснулась радость оттого, что Леди удалось сбежать от мерзавца, предавшего её. Потом я рассмотрел женщину получше и понял, что вижу не платье, а больничный халат. Сам я лежал на койке, одной из четырёх. Вокруг – голубые стены палаты, на соседних койках – незнакомцы с планшетами и телефонами, а в окна бьёт лучами яркое солнце.
- Ну слава богу! – жена облегчённо вздохнула, - Мишка, знал бы ты, как меня напугал! Надо же, на ровном месте, такая ерунда.
- Что случилось? – голос казался неузнаваемым, скрипучим и тихим.
- Молчи. Доктор сказал, что тебе пока нельзя напрягать голосовые связки, - жена посмотрела в сторону двери и покачала головой. – Хоть эти коновалы и сами не могут понять, в чём тут дело.
Я поднял руку и ощупал шею. Обнаружил что-то, типа марлевой повязки и ощутил резкий запах чего-то, напоминающего йод. Горло отзывалось тупой болью, но думаю, если бы мне реально перерезали глотку, то эффект получился бы много сильнее.
- Сколько времени? - просипел я и Оксанка нахмурилась.
- Молчи, засранец, кому я сказала? – она убрала мою руку от шеи и легко сжала пальцы. Потом улыбнулась. – Полдня прошло. Сегодня утром ты подскочил, перевалился через меня и упал на пол. Начал хрипеть. Да так страшно! А изо рта – кровь. Я перепугалась до смерти, давай звонить в неотложку. Те, слава богу, приехали быстро, но понять ничего не могли: откуда кровь и что случилось. Забрали в больницу. Тут тоже все в шоке: внутренние органы в порядке, а внутри на гортани – кровоточащий рубец. Такое ощущение, будто тебе горло перерезали, только – изнутри.
Ощущение, как же! Однако же, мои сновидения становились весьма опасными. Смертельно опасными.
Пока соображали, как с тобой поступать, - продолжила Ксюха, - рубец этот начал сам затягиваться. Тут они ошалели ещё больше. Светило даже какое-то прибыло. Сделало заявление, что ему прежде уже встречалась быстрая регенерация у пациентов, но такое он наблюдает первый раз. Короче, сейчас уже никакой угрозы жизни нет, но тебя решили понаблюдать пару дней. На работу я позвонила, так что можешь не беспокоиться.
В сумочке жены зазвонил телефон. Оксана посмотрел внутрь, досадливо поморщилась и сбросила вызов. Потом похлопала меня по руке.
- Мишка, очень здорово, что с тобой всё в порядке, - она ещё раз глубоко вздохнула. – Ты бы знал, как я напугалась! Главное, что всё хорошо закончилось. Ты прости, я на работе на полдня отпросилась, так что уже нужно бежать. А вечером я к тебе опять приду.
Меня поцеловали, дали ценные указания по питанию через трубочку. Рассказали, где и что лежит в тумбочке, ещё раз поцеловали и выскользнули за дверь. Впрочем, я тут же почувствовал некоторое облегчение оттого, что меня оставили в покое. Нужно было полежать, подумать.
Однако, именно полежать и спокойно всё обдумать, мне так никто и не дал. Пришла сестра и пригласила на осмотр. Меня привели в непонятную комнату с кучей блестящих аппаратов неизвестного назначения. Там два врача-садиста принялись запихивать в многострадальную глотку какие-то шланги, трубочки и прочую невкусную фиговину. После этого несчастному пациенту дали передышку, а сами принялись обсуждать, каким образом порез смог возникнуть по полной окружности и каким образом он так быстро зарубцевался.
Я помалкивал, отлично понимая, что если попробую объяснить, то быстро попаду в руки врачей совершенно другого профиля. Потом мне сделали несколько болезненных уколов, посовещались, стоит ли делать капельницу и решили, что не стоит. Тот врач, который важно поглаживал бородку клинышком, принялся расспрашивать: не имею ли я привычки чесать глотку острыми предметами или глотать их. Отрицание его здорово расстроило, ибо, как понял из разговоров, не вписывалось в тему его диссертации про каких-то девиантов.
До палаты я так и не добрался. В коридоре меня перехватили двое крепких парней. Один – в штатской, второй – в полицейской форме. Мы уединились в процедурной, откуда предварительно выгнали возмущённых сестричек и принялись разговаривать на темы насилия в семье. То есть допросчики интересовались; не устраиваем ли мы с Оксанкой потасовок, до крови из горла.  У этих ребят тоже имелся личный интерес. Как достаточно весело пояснил штатский, ему необходимо срочно сдать отчёт по случаям семейного насилия и мой случай, как раз мог закрыть подборку поножовщин и избиений.
В общем, и эти ушли, несолоно хлебавши, а мной занялись сестрички с очередной дозой чисто медицинских пыток. В этот раз мазали горло чем-то вонючим и липким. После вкатали ещё один укол и посоветовали прилечь, подремать.
До своей койки я добрался с раскалывающейся головой, ноющим горлом и исколотой задницей. Но и тут покоя не наблюдалось. Кто-то уже успел пустить слух, что я стал жертвой маньяка с бритвой и пришлось отвечать на совершенно идиотские вопросы соседей по палате. Кто-то из них заметил, как меня вели полицейские, поэтому попытки отрицать очевидное встречались ироническим скепсисом. В конце концов кто-то сообразил, что с меня взяли подписку о неразглашении и лишь тогда все отвязались.
Не успел я облегчённо вздохнуть, как позвонил Костик и устроил форменный допрос. Блин, после того, как врачи посоветовали помалкивать, я молол языком почти безе передыху! Вот Костику я рассказал истинную правду. Про то, как в ванной на меня напал настоящий нильский крокодил, выползший из унитаза. О том, как в неравной схватке мне удалось одолеть бестию, но в последний миг, чудовище таки укусило меня за шею. Товарищ согласился с тем, что это – просто ужасно и сделал осторожное предположение, что именно так боженька карает тех, кто не желает проставляться за днюху супруги. Пришлось вежливо послать товарища к нильскому чудовищу. Костик поржал, пообещал прийти на выходных и пофоткаться на фоне чучела крокодила.
Позвонила Ксюха и спросила, как дела? Пребывая в лёгкой истерике, я попросил немедленно забрать меня домой. Ну, или в психиатрический диспансер. Тот, что для буйных. Короче, в место, где будет спокойно. Жена повеселилась и твёрдо пообещала, что завтра я окажусь дома. Ну, если не начнётся ухудшение. Потом цёмнула и приказала ждать её прихода.
Все, вроде бы оставили меня в покое. Теперь я смогу спокойно вытянуться и обдумать произошедшее.
Или уснуть.
Что я и сделал.
                                      ЗДЕСЬ
Кто-то взял меня за плечи и приподнял. Кажется, я упирался лбом во что-то холодное и скользкое. Кроме того, к лицу прилипли какие-то посторонние предметы. Вроде бы листья.
- Переворачивай этого идиота, - знакомый        голос. – Вот так…
Меня перевернули и положили на спину. Потом принялись отдирать от лица фигню, мешающую смотреть. Ну точно – листья. В горле пульсировала боль, а глаза резало от яркого света.
- Он жив? – тихий голос Виктории.
- Куда денется! – теперь я узнал. Голос давешнего старикана. – У этого остолопа имеется хитрый дар, который позволяет ему избежать неминуемой смерти. Как только костлявая заносит косу, он тут же ускользает в свой мир.
- Но тело ведь никуда не девается! Я сама видела, как ему почти отрезали голову, а сейчас и шрама-то почти не осталось.
- Фантом, - меня хлестнули по щеке. – Открывай, открывай глазки, придурок. Тебе предоставили такой шанс, а ты умудрился его просрать! Что теперь делать – ума не приложу.
Глазки я открыл и обнаружил, что нахожусь в том же месте, куда меня притащили на экзекуцию. Всё оставалось таким же самым, разве что листья вокруг кардинально изменили свою окраску. Я ухватился за шею и ощутил на коже нечто липкое и холодное. Кроме того, там же имелся рубец, который болел просто до жути.
Старик, сидевший на корточках рядом, раздражённо хлопнул меня по ладони и злобно зашипел что-то непонятное. Может, ругался. Выглядел дед действительно взбешённым, дальше некуда. Виктория, стоявшая рядом, смотрела на меня со смесью испуга и тревоги. Одежда на девушке походила на лохмотья, а на коже виднелись царапины. Ещё бы: сначала прыжок в окно, а после ещё и бегство от Меченых. Старик, напротив, смотрелся получше, чем в прошлый раз: добротная одежда зелёного цвета и кожаный плащ с меховым подбоем. Хоть кто-то преодолевал Перевал во всеоружии.
- Оружие принесла? – злобно каркнул дедуган, не потрудившись повернуться к Вике. Та молча протянула знакомые ножны, откуда торчала всё та же лопнувшая рукоять. – Ты тоже хороша! Зачем ты его спрятала? То, что он выглядит, как идиот и ведёт себя соответственно, вовсе не означает, что его можно выпускать с голыми руками против Стража и огромного отряда Меченых.
- Стража? – просипел я и попытался подняться. Земля покачнулась, едва не опрокинув меня на бок. В последний миг старик протянул свою клюку, и я ухватился за неё. Странно, палка явно была тяжелее, чем обычная деревянная.
- Ваш Лорд, мать его, Защитник, - старик сплюнул, - один из Стражей Внешнего Круга Печати. Как ему удалось пройти испытание огнём – понятия не имею. Может, подкупили кого? Чего теперь гадать – глупость свершилась давным-давно.
- Но почему, - я закашлялся. Противный дедуган поморщился и достал из кармана плаща плоскую флягу. Протянул мне. – Почему он раньше не попытался напасть на Оксану?
Старик сделал такое лицо, точно он беседовал с имбецилом и запас элементарных фраз подошёл к концу. Я несколько раз глотнул что-то слабоалкогольное с привкусом яблок. Надеюсь, в этот раз – никакого сонного зелья.
- Объясни ему, - дед забрал у меня флягу и отошёл. – Просто, когда я на него смотрю, очень хочется приложить по лбу. Посильнее.
Виктория присела на то место, где прежде располагался старик и достала из кармана разорванной куртки деревянную шкатулку. Там она поколдовала над небольшой тряпицей, полила на неё из маленькой пузатой бутылочки, а после – посыпала серым порошком. Потом кусок материи прижали к моему горлу, и я тут же ощутил, как боль начала понемногу стихать.
- Посиди спокойно, - Вика тяжело вздохнула. – Ты его не слушай. Это я во всём виновата. Нас ведь учат распознавать Меченых. Понять не могу, почему с этим не получилось.
- Она не распознала! – каркнул дед и стукнул палкой по дереву. Сверху упало красное яблоко и шлёпнулось в подставленную ладонь старика. Похрустывая плодом тот отрывисто рассмеялся. – Твоя хозяйка столько лет прожила с ним бок о бок и даже замуж собиралась выйти! Впрочем, тут могло повлиять…
Не договорив, дед вовсю погрузился в процесс уничтожения плода и казалось, напрочь забыл о нашем существовании. 
- Пока Леди с единорогами – её почти невозможно убить, - пояснила девушка и отняв тряпку от раны, осмотрела кожу. – Ну вот, уже значительно лучше. И неважно, рядом она с семьёй или удаляется от неё. Своего рода магия удержит любое оружие, не позволяя нанести вред Леди. Поэтом её можно убить лишь здесь и лишь после наступления Короткой зимы. А до её наступления осталось девять дней. Потом единороги уснут и станут беззащитны. И Леди тоже.
Старик догрыз яблоко, потом совершено по-мальчишечьи подбросил огрызок и пнул на лету, как заправский футболист. А я подумал, что всё это выглядит достаточно странно. Эти двое вели себя так, словно знали друг друга уже давно. А ведь прежде загадочный советчик и виду не казал, будто помощница ему знакома. Она, кстати, тоже.
- Кто это? – я понизил голос и кивнул на деда, изучающего крону дерева. Нас старик продолжал игнорировать.
- Скажем, до сегодняшнего дня я видела его пару-тройку раз, - Вика пожала плечами и ещё раз прошлась тряпкой по ране. – Ещё во время обучения. Он кричал на декана и угрожал побить его своим посохом. Рядом не было никого, кроме меня. Очень здорово, для репутации декана, ибо выглядел он, как побитая собака, - Вика несколько злорадно хихикнула. – Понятное дело, спрашивать, кто это такой, я не стала, потому как могла отхватить тумаков. Второй раз на Дне Столицы он присутствовал в списке почётных гостей. Но только, странное дело, когда мэр называл всех по имени, старика пропустили. Думаю – важная шишка.
Не знаю, чем я оказался удивлён больше: тем что моя рана практически перестала болеть, или тем, что чёртов дедуган умудрился сохранить своё инкогнито. Видимо чувствуя, что ситуация выглядит несколько неправильно, Виктория решила прояснить некоторые моменты:
- Он сам нашёл меня, - девушка поморщилась, видимо вспоминая нечто неприятное. – Когда я выскочила в окно, за мной сразу погнались трое Отмеченных. Честно, решила, что спастись не получится: уж больно шустро те неслись. А потом услышала за спиной несколько ударов и старческий оклик. Обернулась, а этот стоит над телами и пинает их. Вытер свой посох о шерсть Меченых и приказал идти следом. Привёл прямиком сюда, сказал, чтобы я притащила свои штучки-дрючки и подняла тебя на ноги.
- Спасибо, - горло совершенно не болело, и земля отказалась от попыток уронить меня в листву. Впрочем, слабость всё равно оставалась. – И что теперь станем делать?
Виктория только плечами пожала, а старик бросил своё занятие и направился прямиком к нам. Когда полу плаща отбросило порывом ветра, я заметил широкий кинжал в кожаных ножнах на поясе дедугана. Кстати. Я нагнулся и поднял ножны с мечом. В ушах точно плеснул призрачный смешок полный иронии. А может это дед смеялся в свою куцую бороду.
- Вооружился? – старик одобрительно кивнул. – Теперь слушай. Ситуация – хреновая, но пока небезнадежная. Слушай, в чём заключается главная проблема на данный момент. Когда наш общий друг увозил Леди, то оставил у Перевала отряд Меченых. Они ждут, пока единороги не впадут в спячку, а потом – перережут всех. – Вика охнула и зажмурилась. – Убив единорогов, они уничтожат последнюю угрозу Печати и снимут защиту с Леди. После этого её можно будет убить или попытаться обратить.
- Нужно позвать на помощь, - сказал я и посмотрел на Викторию. Что-то мне не понравилось выражение её лица. У вас же вроде должны быть специальные камни для связи?
- У меня, например, нет, - спокойно возразил старик и кивнул на Вику. – Как мне кажется, у неё – тоже. Пока кто-то доберётся до людных мест, пока отыщет голубиную почту, пока в Столице разберутся, что к чему и пошлют помощь…Ну, думаю, ты и сам всё понял.
- Э-э, так что мы…втроём? – выражение лица Вики мне не нравилось всё больше. Кажется, эти двое уже успели всё обсудить и пришли к какому-то решению. – Сколько там этих Меченых на выходе? Десяток? Два?
- Полторы сотни, - дед казался невозмутимым, а вот я ощутил холод у позвоночника. Полторы сотни, мать моя женщина! – И справится с ними тебе придётся в одиночку, Михаил. Девица просто не умеет драться и в бою станет обузой. А я…Ну, тут отдельный разговор.
Чёрт возьми, он не шутил! Нет, ну правда, как можно на голубом глазу предлагать мне вырезать полторы сотни огромных страшных монстров? При помощи вот этого меча-кладенца с лопнувшей рукоятью? А почему не голыми руками? В ушах вновь плеснул тихий смешок. И смеялся определённо не собеседник.
- Дед, ты рехнулся? – старик переложил свою клюку с другую руку и склонил голову, мол, мели Емеля. – Я же, блин, не настоящий Лорд-защитник, которого тренировали годами! Я и оружие в руках толком держать не умею…
- Зато оружие умеет держать тебя, - тихо, но веско произнёс дедуган и ткнул меня концом посоха в руку с клинком. – Освободи Кровопийцу.
Повинуясь приказу, я взялся за сломанную рукоять и вдруг услышал некую неразборчивую фразу. Что-то типа: «Ну, наконец-то!» Это оказалось настолько неожиданно, что я едва не выронил меч. Кто-то зашипел и ладонь пронзила уже знакомая боль. Извлечённый из ножен меч продемонстрировал блестящий клинок с едва заметными рунами. Почему-то возникло ощущение, будто оружие любуется самим собой. Что за?..
- Красавец, - проворчал дед и комплимент определённо относился не ко мне. – Да ещё и самый спокойный из всех братьев. То-то ты поплясал, если бы получил Бессонника или Душегуба.
- У него есть имя? – изумился я и подняв взгляд, обнаружил, что Вика испугана до полусмерти. Кажется, девушка знала, о чём идёт речь. – Хорошо, что это за меч, почему у него такое имя и какого чёрта Вика смотрит на него так, словно он сейчас изрубит всех в капусту?
- Захочет – и изрубит, - расхохотался дед и как бы невзначай, отступил на пару шагов. – У Кровопийцы есть сознание и характер, так что решения он способен принимать самостоятельно. Имя…Михаил, ну не будь идиотом. Силу меч получает, питаясь кровью хозяина. Причём, хозяин у него может быть только один и пока он жив, никому другому клинок не поможет. Ну а страх…Имеется куча легенд, где обладатели братьев несли смерть не только врагам, но и своим союзникам. Почему меченосец сходил с ума – не знает никто. Существуют лишь догадки.
- Успокойся, - этот громыхающий голос я уже слышал прежде. – Делай то, что я скажу и всё будет в порядке.
- Он…Он разговаривает со мной! – моя челюсть, казалось, упала ниже колен, а дед вновь рассмеялся.
- Я же предупреждал: меч разумен. И умнее большинства людей. Слушай его советы и всё будет в порядке.
Прямо, как эхо.
Я осмотрел оружие, которое держал в руке. Кровопийца, надо же! Так вот, почему у меня на ладони появился этот рубец и почему во время каждого боя я ощущаю эту жуткую боль. Теперь, когда я осознал, кого именно мне подсунули (чёрт возьми, это казалось явной подставой!), то сумел понять, что дефект рукояти, на самом деле – совсем не трещина, а специальный жёлоб, внутри которого блестели крошечные металлические шипы. Выходит, я обзавёлся персональным упырём. Ну, или паразитом.
- Эти сравнения мне не нравятся, - рокотнул голос в голове, - как и то, что ты собираешься назвать меня пиявкой. Запомни одно: или мы – партнёры и уважительно относимся друг к другу или же я оставляю за собой право действовать, как посчитаю нужным и тогда в бою полагайся сам на себя. Ну и на свои великие воинские навыки.
- Так получилось с тем, из оврага? – осторожно поинтересовался я, вспоминая обезглавленный скелет. Теперь то я понимал, кто над ним поработал.
- Нет, - в мощном голосе возникла заминка. – Там – другое. Тот, из оврага не был моим партнёром. В любом случае это не имеет значения.
- Наговорились? – язвительно осведомился дедуган, нетерпеливо постукивая клюкой. – Может вспомнишь, что у нас имеется одно неотложное дело? Я понимаю, что сотня-другая Меченых уже не кажутся тебе чем-то серьёзным, но всё же их требуется перебить, а потом – догнать ещё одну банду и освободить Леди.
Я медленно вложил оружие в ножны и посмотрел на Викторию. Девушка, как и прежде, казалась немного испуганной, но глядела на меня с надеждой. Второй присутствующий сводил косматые брови к переносице и вообще, не являлся образцом моральной поддержки. Дед поднял посох и указала его концом за мою спину.
- Перевал и Меченые – там, - сказал старик. – Постарайся не облажаться. Когда выполнишь задачу, я расскажу, что делать дальше.
- А забить предварительно тысячу крыс и сусликов? – ухмыльнулся я, вспоминая одержимость Костика онлайновыми ролёвками. Там его герои тоже били несчастных чудищ и возвращались за новыми заданиями. Чем-то вся ситуация нездорово смахивала на игру. Вот и меч у меня с повышенными характеристиками.
- Уровень уже подходит для выполнения этого квеста, - старик захихикал, а когда мои брови встали дыбом, снизошёл до объяснения. – Тебе же говорили: ты – не первый, кто попадает в Страну. Мне уже доводилось сталкиваться с твоими коллегами, по несчастью. Вот только тебе больше повезло.
- Это ещё почему?
- Ты имеешь возможность возвращаться, а для остальных путешествие в Страну – дорога без возврата, - дедуган опустил клюку и топнул ногой. – Ступай! И не подведи меня.
Тяжело вздохнув я повернулся и собираясь с духом, пошёл туда, куда указал посох вредного старикана. Полторы сотни Меченых – надо же! Листья шелестели под ногами, а ветер ерошил волосы на голове. Лучи солнца пробивались через кроны деревьев и жизнь казалась такой яркой, удивительной и прекрасной. 
Подумать только: сегодня утром она могла бы оборваться, не оставив ничего. Ни этого сада, ни больничной палаты с назойливыми соседями. Все эти моменты простого счастья хотелось взять в ладони и крепко-крепко держать, не выпуская наружу. Почему я раньше ни хрена не ценил эти подарки? Такое ощущение, словно касание одежды, ожоги от загара и ледяной дождь когда-нибудь повторятся. Ну да, если меня не станет, то повторятся, но уже с кем-то другим. С кем-то, кто станет так же ныть, проклиная хреновую погоду и мозоли на пятках.
Стоило выйти за пределы рощи и ароматы зреющих плодов тут же сменились вонью чадящего костра. Вот только этот самый костёр оказался весьма большим. С дом величиной. Жилище Леди подожгли и теперь оно дотлевало, оставив посреди пятна почерневшей травы лишь скелет из углей, золы и искорёженных балок, так и не подчинившихся безжалостному пламени. Ветер набросился на останки дома и швырнул мне в лицо пригоршню пепла. 
Я отфыркался. Да, это тоже была жизнь, но если я останусь в живых, то уничтоженное можно восстановить. Построить новое, лучшее. Тем не менее, я ощутил, как в море ненависти к Меченым влился ещё один ручеёк. Чувствую, очень скоро это море обратится океаном.
Долго ждать не пришлось. Старинный арочный мостик, переброшенный через холодную реку ублюдки тоже спалили. Я постоял у обугленного деревянного столбика, похожего на грустного гнома, пробормотал нечто, не совсем подходящее для волшебной страны и полез в воду. Меч я поднял над головой, взяв за рукоять и тут же ощутил укол в ладонь.
- Не желаешь общаться? – поинтересовался Кровопийца.
- Это ещё почему? – то ли показалось, то ли движение воды стало немного сильнее, отпихивая меня вниз по течению. – Ты извини, просто сейчас я немного занят…
- А вы, люди, всегда немного заняты, - в смешке меча ощущалась некая печаль. – Или заняты, или отдыхаете. В любом случае, у вас нет времени, чтобы просто поговорить с тем, кто постоянно помогает и спасает ваши жизни. Знаешь, временами начинаешь ощущать себя какой-то собакой.
- Собака – друг человека, - ляпнул я, даже не задумавшись над тем, что говорю. С трудом удалось преодолеть середину реки и теперь я приближался к противоположному берегу, загребая ногами мелкие камешки на дне.
- Это сейчас был комплимент или оскорбление? – с некоторым сомнением осведомился клинок. – Зная, как большинство людей относится к собакам – оскорбление, а памятуя о сомнительном чувстве юмора моих напарников – комплимент.
- Комплимент, комплимент, не сомневайся, - я отряхнулся и поёжился, когда ветер забрался под мокрую одежду. – А по поводу общения…Просто все стараются делать это с теми, кто на них похож. Люди – с людьми, те же собаки – с другими собаками. Старика упоминал, вроде у тебя имеются братья?
- Бессонник и Душегуб? – мне почудилось или я различил тяжкий вздох? – Уж лучше я помолчу.
Впрочем, это обещание так и осталось лишь обещанием. Пока я шагал вверх по склону, мне рассказывали о тактике и стратегии боя на мечах. Потом Кровопийца припомнил о сражениях в которых участвовал и тут его натурально понесло. Меч разливался соловьём, подобно опытному ветерану перед новичком. Особо клинок гордился той битвой, когда люди дрогнули под напором Меченых и обратились в паническое бегство. Меч со своим напарником удерживал лавину врага до тех пор, пока не подоспели единороги и не погнали противника в глубь Печати.
Вы, вдвоем, сумели выстоять на целом фронте? – изумился я, остановившись, чтобы отдышаться. С вершины, где я находился, была видна радуга Перевала и тёмное пятно лагеря Меченых у её основания. Нехилое такое сокровище! Теперь мне предстояло его отыскать и закопать.
- Нет, рядом сражались оба брата, – кажется, у меча отпала охота рассказывать дальше. – И это был последний раз, когда мы бились вместе.
- Ладно, у каждого есть свои скелеты в шкафу, - я потянул за рукоять и оружие легко вышло из ножен. – Не думал, правда, что таковые могут быть и у мечей.
- Слушай внимательно, - в висках появилась и стала усиливаться знакомая барабанная дробь. – У тебя уже есть определённые навыки боя, но из пока недостаточно, чтобы справиться с таким количеством уродов. Поэтому я не позволю тебе полностью контролировать схватку. Но в этот раз отключать не стану: следи за боем и запоминай все приёмы, которые мы используем.
Однако же сам бой начался неожиданно, как для меня, так и для моего металлического наставника. Мы как раз начали спуск и проходили мимо пары валунов, напоминающих медведей, вставших на дыбы. Даже мшаная поросль на каменных спинах походила на шерсть, вставшую дыбом на загривках хищников.
Вот только третий валун, таковым не оказался, а внезапно повернулся ко мне, сверкая жёлтыми глазами на чешуйчатой физиономии. Очевидно, Меченые озаботились об охране долины и выставили часового.
Кровопийца как раз заканчивал свою фразу, когда монстр коротко рыкнул и в один прыжок оказался почти вплотную ко мне. Возможно я и ошибаюсь, но кажется, схватку я начал самостоятельно, без помощи наставника. В висках затарахтело, точно барабанщик схватился за гашетку пулемёта, а рука словно сама взметнулась вверх, отражая атаку мускулистой когтистой лапы. Столкновение оказалось настолько жёстким, что меня развернуло так, что я очутился спиной к врагу. Сейчас он меня приложит в беззащитную спину…
Или нет? Треск в ушах слился в единый вой, а ладонь обожгло, точно я ухватился за раскалённый стержень. Тело продолжило оборот, и я вновь оказался лицом к Отмеченному. Над головой коротко взвыло и меч по рукоять вошёл в бок, поросший клочковатой рыжей шерстью. Я немедленно потянул оружие назад и отступил, позволив врагу растянуться поперёк дорожки.
Мёртв.
- Отлично! – громыхнул Кровопийца. – Если бы ещё кое кто не считал ворон и не пропустил засаду, мы могли бы подкрасться незаметно.
- Я считал ворон?
- Ну не я же! У меня и глаз-то нет. Я – просто кусок отличной стали.
- Невероятно болтливый кусок, невероятно болтливой стали.
- Очень долго пришлось молчать, - он захихикал. Надо сказать, это прозвучало весьма странно, учитывая грубый бас клинка. – Кстати, раз уж внезапного нападения у нас не вышло, готовься к бою.
- С чего ты взял? До лагеря ещё, черти ско…Вот блин!
Тут меч оказался совершенно прав. Тёмное пятно лагеря Меченых всколыхнулось, и точно чёрная амеба выбросило ложноножки в мою сторону. Твари, как и прежде, бежали, не издавая не звука, без воплей, визгов и прочих возгласов одобрения. От этого становилось как-то не по себе. 
- Успокойся, - голос Кровопийцы едва пробивался через дробь быстрых ударов. – Заберись на камень. Да что же ты такой неуклюжий! Давай, ещё свались им прямо под ноги! 
- Заткнись! – оскальзываясь на жёстком мху, я таки выполз наверх. – Заткнись!
Меч довольно захохотал и в этот момент первые атакующие добежали до валунов и сделали попытку подняться ко мне в гости. Очевидно, самые быстрые из чудовищ не обладали столь же быстрым умом. Десяток тварей удалось прикончить без особого напряжения; я просто отсекал им головы, как только они оказывались в пределах досягаемости.
С каждым ударом я ощущал, как реальность, мало-помалу заволакивается серой дымкой. Точно наползал лёгкий туман. Чем плотнее становилась мгла, тем увереннее двигалась рука, а ноги безошибочно находили участок камня, куда следовало стать. Когда синхронизация с оружием стала идеальной, к нам подоспели твари гораздо мощнее и явно опытнее.  Сразу трое взметнулись в воздух и оказались на плоской верхушке валуна, который служил мне сценой для выступления.
Кровопийца рассёк броневые пластины на вытянутой морде чудовища, а я перепрыгнул на соседний булыжник, по ходжу пнув ногой, какого-то чудика, решившего присоседиться. Тот улетел в гущу собратьев, ожидавших внизу. Тут же десяток разномастных уродов, плюхнулись практически на меня и принялись полосовать воздух длинными когтями. Удалось отхватить шесть или семь наглых конечностей, прежде чем давка не вынудила меня покинуть и второй камень.
Внизу стало гораздо веселее. И внезапно, скользя между сопящими тушами, больше мешающими, чем помогающими друг другу, я осознал, что реально ощущаю некое подобие веселья. Страх отсутствовал, точно всё происходящее не имело никакого отношения к реальной бойне, где летели отсечённые конечности и брызгала тёмная густая кровь. Что-то похожее со мной происходило, когда как-то удалось затащить жену на какой-то три-дэ боевичок. Твари так же находились совсем рядом, но между нами словно сохранялась непреодолимая стена, отделяющая реальный мир от фильма.
Правда, здесь всё же имелись некие дополнительные спецэффекты, от которых я бы с удовольствием отказался: смрад множества немытых тел становился величиной физической, способной уложить на землю даже бывалого бойца. Кроме того, как я не старался, но кровь поражённых Меченых таки попадала на одежду и кожу. Кажется, к финалу потасовки я весь покроюсь омерзительной липкой жидкостью.
И всё время в ушах гремел торопливый бубнёж Кровопийцы, в котором я не мог различить ни единого слова. Однако, каждая фраза напоминала удар лазером, от которого полыхало в глазах, а на извилинах мозга оставались глубокие шрамы. И я знал, что эти отпечатки останутся там навсегда. И ещё эта распроклятая барабанная дробь в ушах, чёрт бы её побрал!
Достаточно быстро враги сообразили, что выбранная ими тактика давящей толпы не приносит желанных плодов. Понимание этого обошлось Меченым в три десятка убитых и раненых. Остальные откатились вниз по склону и сверкали оттуда глазами.
- Сзади остались пятеро, - деловито сообщил Кровопийца и в его грохочущем голосе я различил удовлетворение.
- Знаю.
- А если знаешь – чего стоишь, как баран? Прикончи их, а после займёмся остальными.
Какой самоуверенный меч! Однако же, я уже успел проникнуться его уверенностью и почти не сомневался, что нам удастся одолеть всю эту ораву. Хоть, если откровенно, когда прежде читал и смотрел сюжеты, в которых герой кромсает десятки противников, то не ощущал ничего, кроме ироничного скепсиса. В жизни ничего подобного точно произойти не может. А тут…
Пятеро, решившие притаиться за камнями, не казались серьёзными противниками, поэтому, почти не сговариваясь, мы решили отрубить каждому его уродливую башку. Каждому – по делам его.
Я вновь запрыгнул на валун и стараясь не оскальзываться на тёмных пятнах осмотрел поле боя. Трупы, понятно. Парочка подрезанных Меченых ползут к собратьям, и никто не пытается оказать раненым помощь. Хорошо, пусть издыхают. Выжившие начали перестраиваться, повинуясь командам рослой твари, напоминающей уменьшенную копию Кинг-Конга. Видимо – Страж. Еще несколько чудовищ, крупнее остальных, я заметил в общей толпе. Всего – пятеро. Я поинтересовался у Кровопийцы, как он относится к Стражам и меч заметил, что умирают они точно так же, как и остальные Меченые.
- Они ещё перестраиваются, - продолжил клинок, - так что нападай именно сейчас. Не давай им ни секунды передышки. Придётся кое-что сделать и это будет больно. Терпи.
В тот момент, когда я прыгал с камня, огненная боль насквозь пронзила ладонь правой руки и быстро побежала вверх: через запястье, предплечье и плечо, пока не вспыхнула в груди, точно крохотный ядерный взрыв. Возникло ощущение, будто тело разлетелось на ошмётки, а вперёд устремился тот самый взрыв, почему-то сохраняющий форму человеческого тела. Вокруг сгущался знакомый туман, в котором силуэты врагов застывали без движения, точно истуканы.
В этот раз отсутствовала даже видимость боя: мы просто рубили тварей в капусту, а те продолжали стоять в прежних позах. Из всей толпы, только Стражи хоть как-то да отреагировали на нашу атаку и парочка здоровяков начала очень медленное бегство. Естественно, ни черта у них не вышло, и мы прикончили всех.
Только к тому времени движущийся взрыв чуть ли не полностью состоял из одной концентрированной боли и казалось, будто в мире нет ничего, кроме жуткого страдания. Наверное, такое должно происходить с грешниками, когда те попадают в преисподнюю. Неужели я успел столько нагрешить?
Потом боль начала понемногу откатываться назад, и я остановился, покачиваясь в бледнеющей мгле. Вокруг поднимались заснеженные шапки гор, над головой плыли белые подушки облаков и солнце казалось безжалостно-пристальным оком бога. Уж он то видел, что я натворил. Прикончил полторы сотни Меченых. А ведь когда-то каждый искромсанный был взаправдашним живым человеком.
Я упал на колени и меня вырвало кровью. Живот крутило спазмами, а в ушах пульсировало пламя.
- Вот, почему эту штуку нельзя делать слишком часто, - вроде бы в голосе Кровопийцы слышались вина и сочувствие. – Хорошо поработали.
Боль продолжала рвать внутренности на части, поэтому я выпустил оружие и прижал ладони к животу. Вероятно, в этот момент любой выживший Меченый мог запросто прикончить беззащитного врага, однако мне было не до этого никакого дела. В голове стучало одно: «Больно! Больно!» Рядом лежали два трупа и ловили открытыми ртами несущиеся снежинки. Чёрт побери, я даже завидовал им! Он то боли не ощущали.
Потом в ушах кроме огненной пульсации и свиста ветра появилось ещё кое-что. Звуки чьих-то торопливых шагов. Возможно кто-то из врагов умудрился уцелеть и теперь торопится забрать мою жизнь? Резь немного ослабела, и я протянул руку, пытаясь схватить оружие.
- Ты ранен? Куда?
Фу-ух…Это – Вика. Девушка появилась в поле зрения и присела рядом, с тревогой вглядываясь в моё лицо. Потом начала осторожно ко мне прикасаться. Видимо пыталась отыскать рану среди пятен крови на одежде. Лицо Виктории отразило недоумение.
- Да всё с ним в порядке, - донёсся сварливый голос дедугана. Я сумел поднять голову и увидел тёмный силуэт вредного старика. – Ещё немного поваляется и встанет. Если хочешь, можешь дать ему отвар синелистника. Я видел его в твоём наборе.
- Но это же при отравлении, - недоумевая произнесла Вика, но тем не менее достала свою коробку. – Кто его отравил?
- Сам себя, - старик вёл себя очень странно. Он останавливался едва не у каждого трупа и тыкал в тело своей палкой. Некоторые туши пытался переворачивать. – Его организму дали такого мощного пинка, что он воспринял вмешательство, как отравление. Кровопийца ни с кем не церемонится. Даже со своими носителями. Пока был молод и неопытен, пару бойцов довёл до полного истощения. И это – самый спокойный из братьев. Ага, вот!
Пока Вика что-то меряла и отливала содержимое пузатых полупрозрачных бутылочек в глиняную плошку, дедуган поднатужился и поддев палкой, перевернул на спину волосатую тварь, напоминающую акулу с лапами. Внезапно существо, до этого лежавшее абсолютно неподвижно, встрепенулось и сделало попытку отползти. Тотчас тяжёлый посох приложил тварь по огромной башке.
- Это тебе на будущее, Михаил, - дед внезапно разразился серией щёлкающих звуков, весьма противных для слуха. Тварь пошевелилась и ответила похожим щёлканьем, только звучало оно ещё противнее. Старик расхохотался и нахал клюкой на голову существа. – Так вот, когда эти мерзавцы понимают, что приходит капец, один из них притворяется покойником. Его задача: сообщить своим о том, что произошло. Говнюк видел, как ты упал, но не рискнул открыться. Ладно, выясним то, что нам нужно.
Они принялись щёлкать друг на друга, причём в процессе «разговора» старик всё больше приходил в бешенство, а лохматая «акула» вроде бы начала злорадствовать. Впрочем, на некоторое время я утратил нить происходящего, потому что Вика влила мне в рот содержимо глиняной миски. Как вам сказать…Если медицинский спирт по крепости принять за единицу, то в зелёной тягучей гадости было сорок таких единиц. Да что же они все надо мной издеваются?
Отдышавшись я понял, что разговор с Меченым закончен. Дед последний раз щёлкнул и вдруг, без какого-либо предупреждения взмахнул своим посохом и раздробил чудовищу череп. Всё, в этот раз на обледеневшей земле лежал взаправдашний труп. Старик посмотрел на нас и его морщинистое лицо отразило глубокую задумчивость.
Резь в животе вроде бы исчезла, и я осторожно встал. Всё время казалось: стоит резко пошевелиться и боль тут же вернётся. Нет, вроде всё в порядке.
- Спасибо, - сказал я Вике, складывающей баночки в ящик.
- Не за что. – Девушка улыбнулась. – Мы наблюдали за боем сверху и когда ты в конце упал, я здорово испугалась
- Пугаться ещё успеешь, - дед уже стоял рядом и держал посох так, словно собирался кого-то приложить. – А пока собирайся и быстро топай к заставе. Там возьмёшь Ночь и быстро двигай в обитаемые места.
- Ночь жив? – я искренне обрадовался. Судя по просветлевшей мордашке Вики, она – тоже.
- Естественно, - процедил сквозь зубы дедуган. - Этот конь будет поумнее многих моих знакомых, -  Взгляд старика чётко обозначил, кого именно он имеет в виду. – Пошлёшь весточку в Столицу. Чтобы прислали замену убитым солдатам. Кроме того, отошлёшь вот этот символ, - дед протянул Виктории клок материи с блестящим знаком. Каким именно я не рассмотрел, но девушка казалась ошеломлённой. – Там поймут, что это значит.
Старик помолчал и исподлобья уставился на меня, постукивая посохом по заскорузлой ладони.
- Дело- дрянь, - сказал дед в конце концов. – Отмеченные прибыли в полном наборе и взяли с собой летающих. Леди они увезли по воздуху, так что догнать её у нас не получится. А времени – всё меньше. Чем быстрее мы попадём к границе Внешнего круга – тем лучше.
- Так в чём же дело? – я ощутил некий подвох. – Найдём коней и…
- Долго, очень долго, - дед покачал головой и как мне показалось, напрягся. – Есть один способ, но…
В следующий миг посох в руках старика превратился в полупрозрачную тень, а мир в моих глазах озарился ослепительной вспышкой и погас. 

                                               ТАМ

         Меня так затрясло, словно я коснулся оголённого провода. Поначалу я так и подумал: на работе Митрич иногда бросал фазу под ноги и огребая заслуженную люлину ворчал, дескать 220 настоящему мужику – что банка энергетика. Я хотел было выматерить дурака-электрика, когда обнаружил над собой взволнованную Ксюху, а за ней – встревоженных соседей по палате.
- Мишка, что с тобой? – жена обернулась. – Всё. Он уже проснулся.
Это она обращалась к парочке сестричек, которые умело растолкали зевак и подошли к моему ложу. Вид у обеих был усталый и определённо недовольный. Та, что помоложе, заставила меня открыть рот, потрогала веки и несколько раз провела пальцем перед лицом. После всех этих медицинских фокусов, сестра стала ещё недовольнее.
- Кошмар ему приснился, - проворчала старшая и зевнула, тут же прикрыв рот ладонью. – Обычный кошмар.
- Что случилось-то? – поинтересовался я, после того, как медработники, тихо матеря идиотов, ушли, а остальные зрители разбрелись по койкам. – Что за паника?
- Паника? – жена поцеловала меня в лоб и выдохнула. – Ты бы себя видел, паника! Подпрыгивал, точно тебя на электрический стул усадили. И какой там кошмар: глаза то открывались, то закрывались. И главное: точно говорить пытаешься, а звука нет. Знаешь, как я перепугалась? Ты что, решил меня до сердечного приступа довести? Сначала дома, а теперь тут?
- Прости, - я положил ладонь на её пальцы, ощущая в них слабую дрожь. – испортил тебе весь день рождения.
- Миша, - Оксана наклонилась и поцеловала меня в губы. А дед, с крайней левой койки подсматривает, засранец. – День рождения был самым лучшим праздником за целую кучу лет. Знаешь, - жены легла рядом, опираясь на локоть, - такое ощущение, словно со мной начал жить совсем другой человек.
- Ах, ты живёшь с другим человеком! – я деланно нахмурился. – Изменяешь живому-то мужу.
Жена рассмеялась, но я заметил, как по лицу Оксанки скользнула тень, словно она вспомнила нечто дурное. Впрочем, мало ли что вспомнилось. Я же рассматривал лицо жены. В приглушённом свете пары ламп оно казалось необыкновенно свежим и молодым. Таким, словно рядом лежала та самая Леди Оксана, из сна.
Внезапно я ощутил два несколько странных, но дополняющих одно другое, желаний. Во-первых, поцеловать эту женщину, причём целовать взахлёб, до помутнения блестящих глаз. А во-вторых, рассказать про свой необычный сон. Если он конечно сон, а не что-то большее.
Кстати. Я только сейчас вспомнил и поднял правую руку, уставившись на кольцо, оседлавшее безымянный палец. Оксана согласно кивнула и легонько ткнула меня кулаком в бок. Неожиданный подарок, который жена сняла с рога единорога, по-прежнему украшал палец супруги.
- Мишка, ты – засранец, - сказала Ксюха. – Неужели так трудно было сразу признаться, что ты купил парные кольца? Может, хоть теперь ты перестанешь изображать кобеля на свободных хлебах и покажешь всем, что у тебя есть жена? 
- Перестану, покажу, - я приподнялся, прислушиваясь к ощущениям. Голова не кружилась, горло не болело, осталась только лёгкая слабость. – Пошли, прогуляемся. Свежим воздухом подышим.
- Меня вообще-то пустили на условиях, что я – никуда, ни ногой. И вообще, как мышка.
- А мы и будем, как две мышки.
После этого, две большие «мышки», тихо хихикая и спотыкаясь на тёмных ступенях прошуршали в больничный садик, едва не утонули в луже, спрятавшейся под ковром листьев и ещё долго бродили по аллеям, любуясь полной луной и яркими звёздами в обрамлении клочьев медленно ползущих облаков. Потом «мыши» сели на лавку, и я осуществил своё первое странное желание. Впрочем, потемнели ли глаза Оксаны не знаю, потому как она их плотно закрыла. Захотелось использовать лавку для совершенно неприличных целей, и я почти созрел для эдакого безумия, как вдруг заметил, что за оградой стоят двое и наблюдают за нами.
Двое. Старик и девушка. Знакомые лица. Чёрт! Стоило мне привстать, как наблюдатели исчезли, словно и не бывало. А может, просто показалось?
- Что такое? – Оксана выглядела, точно пьяная. – Мишка, ты с ума сошёл? Сколько нам лет? Я же чуть не легла прямо тут, на лавке. Вот была бы хохма!
Мы ещё немного поговорили, ещё немного поцеловались, а потом я заставил жену вызвать такси и лично посадил в салон автомобиля, взяв обещание, что супруга позвонит сразу, как доберётся домой.
Стоило вернуться в палату, как навалилась ужасная сонливость. Однако я всё-таки выдержал и дождался Ксюхиного звонка. Жена вернулась без приключений и уже ставила чайник, готовясь к вечернему чаепитию. Мы договорились, дескать если всё будет хорошо, то завтра я вернусь домой. Потом супруга немного помолчала и тихо сказала:
- Мишка, я тебя люблю.
- Я тебя тоже люблю.
Давно мы такое друг другу не говорили. В душе словно поселилось нечто сладкое розовое и мягкое, как плюшевый медвежонок.
С этим я и уснул.

                                               ЗДЕСЬ

                Последнее время все мои пробуждения оказывались связаны с неким экстримом, типа ударов по физиономии и прочим насилием. Поэтому нынешнее просто поражало спокойствием. Я лежал на чём-то упругом, что пахло полем и солнцем и ощущал приятное тепло. Кроме того, негромкое потрескивание очень напоминало поездки в лес или на шашлыки за город.
Я приоткрыл глаза, покосился и обнаружил, что слева действительно горит большой костёр. За ним, точно непроницаемая стена поднималась тьма. Однако, если посмотреть вверх, то становились заметны верхушки высоких деревьев на фоне звёздного неба. Значит – лес или что-то подобное.
Никто не нападал, не бил и не кричал. Значит, глаза можно открыть и шире. Над костром повисла толстая палка, опирающаяся на пару рогатин. Палка поддерживала большой булькающий котёл. А над закопченной посудиной колдовал давешний старик. Дед медленно помешивал варево ложкой с длинной деревянной рукоятью, а свободной рукой пощипывал свою бородёнку. 
Чуть дальше, на самой границе света и мрака лежало нечто, очень напоминающее большой серый камень. Когда «камень» сонно лягнул воздух копытом, я понял, что вижу ослика. Странно, всегда думал, что они спят стоя.
- Проснулся? – квакнул дедуган, не отвлекаясь от занятия. – Давно пора. Сейчас перекусим и в путь.
- Ночь на дворе, - я поднялся и потёр ноющий лоб. Ну, ни хрена мне шишку наставили! – Ты зачем меня ударил, гад?
Дед гулко расхохотался. Как сыч в ночи, пришла в голову дурацкая мысль. Впрочем, по какой-то причине я не ощущал злости на обидчика. Да и он наверняка прямо сейчас придумает стопятсоттысяч объяснений, почему меня просто необходимо бить по голове.
Старик достал ложку и долго дул на неё. Потом попробовал и расплылся в широкой улыбке. Посмотрел на меня и мотнул головой.
- Иди ка ты сюда, Михаил. Помоги снять эту тяжеленность.
- А ты ему прикажи спрыгнуть, - посоветовал я, но на ноги поднялся. – Ты же вроде какой-то чародей у местных.
- Сам догадался или Виктория подсказала? – котёл оказался не таким тяжёлым, как я опасался. – Вот только проклятущая штука напрочь отказывается подчиняться. Даже закипала мерзость как-то неохотно. Ну вот и славно, теперь будем трапезничать.
Я хотел было сказать, что не голоден, однако вдохнув аромат коричневого варева, пахнущего грибами и какими-то специями, ощутил в животе настоящую бездну. И она требовала срочно её заполнить. Точно понимая это, старикан принялся насмешливо кудахтать. И хихикал всё время, пока мы устанавливали котёл в специальную ямку, вырытую в земле. Потом мне сунули огромную ложку, больше напоминающую средней величины половник. Я постоянно проливал её содержимое, пытаясь ухватить побольше, обжигался и тихо метерился. Понятное дело, о вопросах мы на некоторое время позабыли. 
Как выяснилось, глаза жаждали сожрать много больше, чем могло осилить блаженно бурчащее брюхо. Последние пару-тройку ложек я запихивал едва не через силу, и они определённо оказались лишними. Но при всех наших, со стариком, стараниях, нам удалось опорожнить котёл едва ли на пятую часть. Посмотрев на меня, старик весело подмигнул и спрятал ложку куда-то в складки своего плаща. Потом накрыл котёл большой деревянной крышкой и набросил сверху кусок лохматой шкуры.
- На завтра, что ли? – дед отрицательно помотал головой. – Так в меня больше влезет.
- А это – не тебе, - старик, прищурившись уставился куда-то в темноту ночного леса, точно надеялся там кого-то увидеть. – Должны ещё едоки подойти. Им тоже пришлось пробежаться: небось все ноги отбили.
Я повертел головой, выбрал толстое дерево неподалёку и сел, опёршись спиной о его шершавый ствол. В этот момент на меня накатило такое умиротворение, словно я принял пачку успокоительных таблеток или выпил бутылку абсента. Огонь костра красиво золотился во мраке, осёл мирно подхрапывал, поочерёдно дёргая всеми конечностями, а старик достал трубку и принялся раскуривать.
- Значит так, милок, - ветер принёс аромат чего-то, напоминающего красный перец и вынудил чихать. – Коль тебя угораздило занять место Лорда-защитника, то ты просто обязан знать некоторые вещи. А потом я скажу, что делать дальше.
- Ты вообще, кто? – я поднял кусок ветки и бросил в костёр. – Вика сказала, дескать видела пару раз, но имени не знает. Да и вообще, я тебе представился, а ты мне – нет.
- Какая-то сопля мне указывать станет! – дед всплеснул руками. – Я вот сейчас развернусь и уйду, а ты после сиди и кумекай, что лучше: знать, как меня зовут или как Печать сковырнуть да твою Оксанку выручить. Ну и как поступим?
Мы посмотрели друг другу в глаза. Кажется, старый пердун совсем не шутил. И да, судя по всему, он был тут единственным, кто знал, откуда у всего растут ноги. И как эти ноги можно повыдёргивать. Я махнул рукой.
- Чёрт с тобой  и с твоим именем. Давай, рассказывай.
Старик довольно захохотал. Потом пыхнул трубкой, и я вновь начал кашлять. Что он там курит? Мексиканские специи?
- Что ты знаешь про Печать? – спросил дед. Выслушал то, что я узнал от Виктории и хмыкнул. – Чепуха, как я и думал. Люди так быстро успевают забыть собственные ошибки, что злу ничего не стоит вновь воспользоваться теми же слабостями добра.
- Это и есть объяснение? – спросил я, выслушав эту напыщенную хрень, от которой тянуло в сон.
- Это – вердикт, тупица, - старик подтянул к себе свой посох и внезапно больно приложил меня по ноге. – Заткнись и слушай умного человека. Первая Печать появилась около трёх тысяч лет назад. Если поискать, то в старых книгах можно отыскать упоминание Порчи и отмеченных Порчей. Но кто станет рыться в пыльных текстах? 
Порча – дело рук младшего сына тогдашнего короля. Папаша продёрнул сыночка с троном и тот решил отомстить. Войска у него не имелось, талантов к чародейству – тоже. А вот злобы и упрямства – хоть отбавляй. Где угрозами, а где и деньгами, но ему удалось найти десяток магов средней руки, которые согласились помочь в чёрном деле. Чтобы их сразу не обнаружили маги Высшего Совета, заговорщики отправились в глухие земли Страны и там проделали один ритуал. Получилось не совсем то, что они собирались совершить.
 Из земли не начал бить фонтан бесконечной силы, напротив – небольшой участок почвы мгновенно помертвел: трава пожухла, а земля стала серой и сухой, точно пепел. Неудавшийся монарх и девять колдунов в один миг стали покойниками, да такими, словно скончались много лет назад. Уцелевший в ужасе бросился прочь, понимая. Что лишь чудом избежал гибели. Вот, вроде и всё, - старик докурил трубку, выбил её о дерево и тяжело вздохнул. – Всё, да не всё. Только начало.
Внезапно я ощутил лёгкие касания чьего-то осторожного взгляда. Прежде никогда ничего подобного не чувствовал: как дуновение слабого ветерка. Захотелось обернуться, но ощущение исчезло так же внезапно, как и появилось, оставив сомнение: а было ли вообще? Чтобы не получить очередную порцию насмешек, я лишь скосил глаза и естественно, ничего не увидел. Показалось.
Дедуган покряхтывая поднялся, опираясь о палку и подошёл к пламени, несколько ослабевшему за это время. В огонь отправились короткие толстые чурбаки. Во все стороны полетели разноцветные искры, затрещало и осёл блеснул приоткрытым глазом. Стоящий ко мне спиной старик продолжил:
- Десяток лет после ритуала ничего не происходило. А потом начали пропадать люди, домашний скот и прочие твари, на которых так богата Страна. Пока исчезнувших было немного, власти и не думали чесаться. Мало ли чего могло произойти: кого-то защекотали русалки, кого-то утащили оборотни – селяне сами справятся с напастью. А потом пропали жители небольшого посёлка. Все, до единого человека. Грешили на бандитов, так нет: дома не порушены, не пожжены, вещи нетронуты и пятен крови нет. А самое странное: рядом с посёлком посланцы обнаружили, что дальше почва превращается в какой-то серый прах, лишённый растительности. Стоит туда зайти и в глазах точно встаёт туман, а сердце норовит выпрыгнуть из груди. Чем дальше идёшь, тем больше мутится в голове, пока человек не падает без сознания.
Теперь взглядов стало больше, и они уже не напоминали дуновение ветерка. Скорее спину кололи множеством иголок, да так, что сидеть невмоготу. Я медленно наклонился в перёд и повернув голову, посмотрел через плечо. Всё тот же мрак, но теперь казалось, будто темнота переливается из-за одного дерева за другое. Куда старикан сунул Кровопийцу? Надеюсь, он прихватил меч, ибо без оружия я ощущал себя неполноценным. Точно неодетым, что ли.
- Думали снарядит отряд из воинов да колдунов, чтобы выяснить, с чем столкнулись, - дед закончил швырять дрова и протянул руки вперёд, едва не погрузив ладони в воспрянувшее пламя. – Пока судили-рядили пришла большая беда. Исчезла связь с добрым десятком посёлков и парой крупных городов. Появились сообщения о странных существах, которые приходят из мрака, чтобы похищать детей и женщин. Король объявил общую мобилизацию и послал гонцов с просьбой о помощи к соседям. В этот момент враг и ударил.
Не в силах больше выдерживать давление чужих взглядов, я поднялся на ноги и уже не скрываясь, начал всматриваться в ночь. Да, среди деревьев кто-то точно скрывался: хрустели ветки, шуршали сухие листья и скользили клочья плотной тьмы. Неужели рассказчик внезапно утратил своё чутьё и не ощущает присутствие чужаков? Где чёртов Кровопийца?
- Из серых земель вышли орды жутких монстров, не похожих ни на людей, ни на обычную нечисть Страны, - старик повёл плачами, точно ему внезапно стало зябко. Это рядом с костром-то? – враг легко разбил несколько отрядов, посланных навстречу, предпочитая брать проигравших в плен. После пенных угоняли в глубь порченой земли. Так её тогда назвали. Ну а тех, кто там жил, назвали Отмеченными Порчей. Чудовища не встретили серьёзного отпора до самой Марадары – столицы того государства. Там им навстречу вышел король со всем войском и союзниками, откликнувшимися на зов. – старик тяжело вздохнул и повернув голову в сторону леса, громко крикнул. – Егор, если ты и дальше думаешь маяться дурью, то похлёбка успеет остыть. Придётся жрать холодной и твои люди тебе этого не простят.
Из темноты донёсся весёлый хохот. Я внимательно вглядывался в ночь, однако всё же пропустил тот момент, когда ползущая тьма обратилась вооружёнными людьми в кожаных одеждах. Мне показалось, будто от каждого веет некой первобытной силой, а вот почему – фиг его знает. Каждый - гладко выбрит и коротко стрижен, за исключением одного, явно азиатской наружности. У этого на плече лежал длинный хвост тонкой чёрной косы. И да, слух меня не подвёл, пришельцев оказалось ровно десять. Кстати, я даже сумел сразу сообразить, что худощавый парнишка с большими карими глазами – девушка.
- Э-Э? – сказал я и посмотрел на старика. Тот улыбался, причём в этот раз в его усмешке отсутствовал обычный сарказм или издёвка. Дед определённо радовался, встречая давних знакомых.
- Успокойся, - старик покровительственно хлопнул меня по плечу. – Это - люди на которых можно положиться в любой ситуации.
Пока люди, на которых можно положиться, выходили в свет, я ощущал на себе их пытливые взгляды. Ни грамма враждебности – только любопытство. Однако даже этого благожелательного любопытства хватило, чтобы за несколько минут меня словно искупали под жёсткими струями душа Шарко.
- Егор, - представился самый высокий и широкоплечий из всех и подмигнул. Глаза у него оказались голубые, точно два кусочка неба.
- Миша, - ответил я, с трудом выдерживая пожатие деревянной, по ощущениям, ладони. Мужчина одобрительно фыркнул и отпустил мою руку.
- Семён, - у этого оказались невероятно длинные руки и мою ладонь он пожимал очень осторожно. Тем не менее, мои несчастные кости едва не сломались. – Прошу прощения.
- Это тебе не подковы ломать, - смуглый парень с длинным кривым носом протянул четырёхпалую ладонь. – Франк.
- Морис, - этот чем-то неуловимо напоминал предыдущего. Разве что нос оказался покороче и все пальцы на местах. А вот левое ухо кто-то точно пытался откусить.
- Ло, - азиат хотел что-то сказать, передумал, поклонился и таки всё окончилось рукопожатием. – Очень приятно.
- Взаимно, - я перевёл взгляд на следующего. Точнее – на следующую. – Миша.
- Светлана, - о чёрт, жала она не хуже, чем Егор и при этом улыбалась загадочнее Моны Лизы. – Первый раз вижу Лорда Защитника. Большая честь для меня.
- Джон, - а этот напоминал типичного ковбоя из фильмов. Не хватало только аутентичной шляпы. Представившись, я не удержался и сказал об этом. Под дружный хохот остальных, Джон повернулся и показал шляпу, висящую на шнурке за спиной.
- Саша, - этот даже больше напоминал девочку, чем Светлана и руку пожимал так вяло, словно засыпал на ходу. Я обратил внимание, что вся одежда Саши изобиловала крошечными ножнами, откуда торчали рукояти маленьких ножиков. Видимо – метательных.
- Марк, - это почти не уступал размерами Егору, и вся его физиономия выглядела устрашающей демонстрацией возможностей тату-салона. Блин, я не мог понять, как мужик выглядит под всеми этими узорами! Марк подмигнул. – Красиво?
- А? – и вновь громкий смех.
- Скажи: красиво, - посоветовал Джон, - иначе он тебя съест. А потом сделает ещё одну татуху, в честь этого.
- Красиво, - ту же сказал я и Марк довольно осклабился. Хорошо, пока никто меня есть не будет.
- Ганс, - у этого, единственного из всех, слышался какой-то странный акцент. – Лорд, позвольте взглянуть на ваш меч. Слухи о том, что Кровопийца найден уже успели разойтись среди бойцов. Клянусь, я не позволю себе ни единого недостойного поступка.
- Разве попробует украсть, - Франк спрятался за спину Мориса.
- Кстати, можно, как все, на «ты», - я повернулся к старику. – Меч-то где, между прочим?
- Где нужно, - отрезал тот. – Придёт время – получишь. Пока не вижу смысла добавлять одному бестолковому самостоятельности, а второму, не научившемуся азам контроля – безумия. Ганс, после посмотришь. Егор, корми своих оглоедов, а мне ещё нужно потолковать с этим…Лордом, - пауза, перед званием оказалась слишком продолжительной, чтобы быть случайной и кажется это заметили все. Егор ещё раз подмигнул мне и повёл своих к котлу. Старик стоял, перебрасывая посох из руки в руку и глядел им вслед. Потом очень тихо сказал. – Я столько времени искал и готовил этих людей, что даже жаль…
- Жаль, чего? 
– Того, что их время пришло. – Старик посмотрел на меня, и я увидел печаль на его морщинистой физиономии. – Присаживайся, я расскажу, что вы будете делать после ужина.
- Эй, эй, - я возмущённо фыркнул, - ты начал рассказывать про битву и остановился на самом интересном месте.
- Будет тебе клиффхэнгер, как в ваших сериалах, - хихикнул дедуган, возвращаясь в своё обычное язвительное состояние. – Нет времени. Слушай. Леонид увёз Оксану в крепость Муад – город на границе Внешнего и Срединного круга Печати. Крепость маленькая, но очень хорошо охраняемая. Думаю, не ошибусь, если определю величину гарнизона в десять тысяч бойцов. И это при том, что даже обычный Меченый опасен. Идти через ворота или пытаться проникнуть по стенам – не смысла.
- Ну, я же в одиночку одолел полторы сотни, - я выпятил грудь.
- Это было очень далеко от Печати, - старик поморщился и грел меня палкой по ноге. – Ты научишься слушать или нет? В пределах своей вотчины, каждый Отмеченный становится на порядок сильнее. Там тебе в одиночку не одолеть и пар ы десятков. Ладно, значит так, у Егора имеется карта, но я очень сильно сомневаюсь в её достоверности, так что придётся поискать.
- Поискать, что? – спросил я и тут же получил ещё один удар. – Хватит! Молчу я, молчу.
Светлана обратила внимание на то, как меня воспитывают и указала ложкой всем, кто расположился рядом с девушкой. И вновь дружный хохот. Смешно им, блин…
- Развалины храма, очень старого храма, - старик поднял сжатый кулак и погрозил веселящимся едокам. Но злобы в его жесте не было. – Даже я не знаю, кто, когда и зачем его построил. По слухам, в храме находится тайный ход, ведущий в центр Муада. По другим слухам, люди, которые искали храм, пропали без вести. Не так часто, как в Колодце Смерти под Тридашем, но всё-таки…Так что, будьте осторожны.
Если дед ожидал очередной моей реплики, то тут он ошибся: пары воспитательных ударов оказалось более, чем достаточно. Я услышал звуки чего-то струнного и увидел, как Франк с Морисом достали что-то, напоминающее мандолину. Откуда, интересно? Или парни оставили мешки в лесу?
- Марк и Светлана здорово поют, - заметил дедуган и вздохнул. Проклятая жизнь. Ладно, слушай дальше. Скорее всего Оксану держат в Муадской Цитадели – башне в центре города. Её возвели уже после того, как город поглотила Печать, так что войти внутрь будет невероятно сложно. Зато выйти – легче лёгкого. Ну это на месте разберётесь. И главное: как только окажетесь за стенами Муада, Оксана должна немедленно вызвать единорогов. Не только свою семью, но всех, до кого только сможет дотянуться. Всех, понял? Это отнимет у Леди все силы, так что до прибытия единорогов тебе придётся её оберегать. Насмерть стоять, понял?
Я посмотрел на собеседника: дедуган казался предельно серьёзным. Помедлив, я кивнул 
- Ведь понятие Лорд Защитник – это не просто слова, - старик отвернулся и посохом поворошил угли в костре. В отсветах костра палка блестела, точно металлическая. А может и точно? Била штуковина очень больно, а рисунки на посохе весьма напоминали гравировку по металлу. Сколько же может весить этот дрючок? – Все, кто носил это звание, защищали своих Леди до последней капли крови и погибли с честью. Если последняя Леди погибнет по вине Защитника, это бросит тень на память всех твоих предшественников.
- Понял, - сколько можно жевать одно и то же. – Нужно будет – погибну.
- Погибать не нужно, - на морщинистом лице отразилось сомнение. – Нужно защищать Леди, пока не прибудут единороги. И всё это нужно проделать в ближайшие два-три дня. Именно по этой причине вы выступаете немедленно.
- Ну и что за срочность? – внезапно я ощутил, как внутри что-то сорвалось с места и принялось быстро скользить в неведомые глубины.
- Задержитесь – табун окончательно заляжет в спячку Короткой зимы и тогда его не добудится даже Леди.
Дед замолчал, и я тоже не торопился продолжать разговор. Рассматривал своих новых спутников. Они выгребали остатки каши из огромного котла, обменивались шутками и ругали Марка за фальшь в нотах. Короче, вели себя так, словно собиралась вскорости лечь спать или прогуляться по лесу. Я же никак не мог прогнать мурашек с загривка или остановить проклятый вагон, падающий в животе. 
- Похоже, что ты с нами не идёшь? – не было нужды поворачивать голову, чтобы увидеть отрицательный жест.
- Слишком много потратил сил на перемещение и транспортировку твоего фантома. Нужно немного отдохнуть. И последнее, - старик набросил на голову капюшон. Голос старца стал много тише и как будто отдалился, - Это – тот самый лес, где мы встретились первый раз, поэтому Печать начинается сразу за деревьями. Запомни, никому, живущему в границах Печати, нельзя доверять. Ни при каких обстоятельствах. Никому, Михаил, что бы они не рассказывали и как бы не упрашивали. Очень много хороших парней погибли, доверившись Отмеченным Печатью.
- Эй! - послышался недовольный голос Джона, и я повернулся, чтобы посмотреть, чем он так возмущён. – Я же собирался ещё краюхой пройтись!
Янки или кто он там, стоял над ямой, где мы раньше установили котёл и грозил кому-то кулаком. Мне, что ли? И где собственно котёл? Осёл, кстати, тоже освободил лежбище и теперь там осталась только примятая трава. Сообразив, что произошло, я повернулся и хмыкнул: вредный дедуган исчез так же внезапно, как и обычно. И похоже, всё своё барахло прихватил с собой.
- Хватит жрать, - послышался голос Егора и люди среди деревьев начали укладывать миски и ложки в небольшие рюкзаки. - Если кому нужно облегчиться: мальчики – направо, девочки – налево. После – проверяем снаряжение и выдвигаемся. Семён, я очень надеюсь, что твою распроклятую железяку не придётся долго искать: времени у нас в обрез.
Я сделал шаг и обнаружил под ногой что-то продолговатое в кожаном чехле. Точнее – ножнах. Когда старик успел подкинуть меч – не знаю, но прежде его тут не было, это – точно. Ухмыльнувшись, я поднял оружие и принялся цеплять меч за спину. Хм, а крепёж успели здорово переделать, так что теперь сбруя вешалась на раз-два. 
Негромкие шаги заставили меня отвлечься от экипировки и взглянуть на Егора, который, судя по всему, успел сходить направо, проверить снаряжение и приготовиться выходить. Теперь мужчина стоял рядом, поправляя что-то шарфа, скрывающее шею до подбородка. Вот только «шарф» поблескивал мелкими металлическими колечками.
- Выступаем? – вопрос звучал так, словно командовал тут я.
- Все готовы? – поинтересовался я в ответ. Приходилось здорово напрягаться. Чтобы не цокать зубами. – Хорошо, значит – выступаем. Только я это, дороги ни хрена не знаю.
- Так её никто не знает, - успокоил меня Егор и достал из кармашка своей куртки листок бумаги. По виду жёлтый лист выглядел очень древним. Стоило моему новому знакомому развернуть лист и поднести его ближе к костру, как я убедился – документ весьма старый. Линии изначального рисунка видимо истёрлись давным-давно, так что их уже несколько раз наводили по-новому. А вот надпись вверху не трогали, так что она почти пропала. Впрочем, и то что я мог разобрать выглядело необычно. Как латиница, если бы её писал неграмотный японец.
-Напоминает карту, - взгляд зацепился за тёмное пятно, похожее на нечаянную кляксу. На кляксе какой-то фанат Мерседеса намалевал значки своего любимого авто. – Это, как я понимаю – лес, а вот это – река, - извилистая линия, временами исчезающая за пределами рисунка. Река соединялась со светлым пятном, которое примыкало к тёмному. Кажется, именно где-то здесь начался мой путь в Стране.
- Да, лес. Русалочья река и Русалочье озеро, - подтвердил Егор. – Очертания немного изменились, потому как этому рисунку уже больше тысячи лет. Вот это, - он указал на штриховую линию, - древний тракт. Вот от него почти ничего не осталось, только каменные плиты, кое где. Новая дорога проходит здесь, но нам туда нельзя: по ней и днём, и ночью ходят Меченые.
- Вот это что? – я указал на короткие чёрточки, наползающие одна на другую. Посреди этого месива стоял большой жирный крест, а под ним различался полустёртый древний значок.
- Болото Теней, - Егор тяжело вздохнул. – Один из обязательных элементов нашей увлекательной экскурсии. Храм Тени находится где-то посредине трясины. Вроде бы к нему ведут остатки древнего тракта, но так это или нет – неизвестно. Вернувшихся из храма – единицы и несут они такое…По слухам, у болота живёт семейство рыбаков, которые могу провести через трясину, однако учитывая тот факт, что все они – Отмеченные Печатью…
- Муад где? – спросил я, рассматривая карту, которая нравилась мне всё меньше и меньше. Заброшенная исчезнувшая дорога, непроходимое болото и храм с очень неприятным названием.
Егор постучал пальцем по кресту, весьма напоминающем такой же, на кладбище. Ёлки моталки, да тут же расстояние – ого-го! Сколько же придётся ползти по тёмным катакомбам? Пока доберёшься и год пройдёт. В ответ на мои сомнения, Егор покачал головой.
- Миша, понимаю, что кажется глупостью, но по слухам, под Храмом Теней есть портал, связывающий с таким же под Муалом. Телепортация, короче.
- Ты, как я понимаю, из попаданцев? – уточнил я, вспомнив навязнувший в зубах термин.
- Все мы, - он пожал широкими плечами и ухмыльнулся. – Никто, кроме нас не рискует заходить на территорию Печати. Боятся, да и нельзя им: могут обратить. Только очень большими отрядами в случае войны. Но последний раз происходило такое давным-давно.
Я хотел было расспросить Егора, откуда он и как сюда попал, но не успел: собеседник принялся водить пальцем по карте, останавливаясь на едва заметных пометках.
- Вот тут, тут и тут расположены заставы Меченых и приближаться к ним нельзя, от слова совсем. Тут и тут – мелкие деревушки, но ситуация та же. Нельзя встречаться даже с детьми и домашними животными. А уж если получилось – то сразу резать глотки. Правда и такое иногда не помогает: у этой мерзости как будто общее информационное поле, стоит одному узнать и пиши пропало.
- А это, что за значки? – спросил я, указывая на достаточно свежие пометки, разбросанные по всему листу. И ещё, казалось, будто заставы Меченых и их селения словно сторонятся этих отметок. По крайней мере, вокруг мест проживания их почти не наблюдалось.
- Самая хрень: волчьи ямы с кольями. Для таких, как мы, - вздохнул Егор и вдруг улыбнулся. – Похоже, что я тебя решил до смерти запугать ещё до начала похода, правда? А что делать? Вот когда вернёмся, я тебя повожу по совсем другим местам: покажу лучшие пивнухи в Столице, свожу к жрицам…Э-э, нет, ты же у нас – Лорд Защитник, тебе нельзя. Ладно, просто танцы посмотришь.
- Егор, - сумрачно сказал я, взглянув на его, тронутое конопушками лицо. – Ту же должен быть в курсе, что герои, которые так говорят в фильмах и книгах, назад не возвращаются? Нахрена судьбу испытывать?
- А ты не каркай, - сказала подошедшая Светлана и поправила ремень рюкзака. – ребята готовы, выдвигаемся?
За спиной девицы я заметил две короткие кривые сабли без ножен. Как они там у неё крепились – понятия не имею. У Марка появился огромный топор, скорее даже – секира. Лезвие оружие было покрыто рисунками так же густо, как и физиономия его владельца. Ганс держал на плече меч невероятной длины, едва ли не больше роста самого воина. У Франка и Мориса за спинами висели небольшие круглые щиты, а на поясе – короткие прямые мечи, похожие на оружие римских легионеров.
Поймав мои изучающий взгляд, Егор покачал головой.
- Думаешь, сами выбирали? Хрен там. Прошли короткий курс молодого бойца, типа, как Нео в Матрице и получили, каждый своё.
- Дедуля этот? – Егор кивнул.  Как его, кстати зовут и кто он вообще?
- Не поверишь, - боец прижал руку к груди, а Светлана внезапно рассмеялась. – Знаю его уже десяток лет, а он до сих пор так и не представился. Уже в курсе, как больно он бьётся палкой, когда пытаешься задавать ненужные вопросы?
- В курсе, - тут я не выдержал и посмеялся вместе с остальными, которые успели собраться вокруг. – Ну, если других предложений нет, тогда пойдём.
То ли тропка, который шагали оказалась другой, то ли в темноте всё выглядело иначе, но я никак не мог узнать места. Впрочем, идти приходилось быстро и было просто не до того. Больше всего я волновался: смогу ли выдержать темп, заданный спутниками. Очень не хотелось, чтобы Лорд Защитник облажался в самом начале похода и попросил передышки.
Одно могу сказать: чем дальше мы шли, тем темнее и мрачнее становился лес. Со временем более-менее ровные ветки превратились в какие-то уродливые лапы, сплетающиеся над нашими головами. Мало-помалу они полностью заслонили ночной небосвод и шагать приходилось почти в полном мраке, где спутники казались смутными тенями.
Если в начале похода из темноты доносились какие-то крики, то ли мелких животных, то ли птиц, то теперь ухо улавливало лишь треск сучьев, да удушливое дыхание, словно в зарослях пряталось подразделение астматиков. Временами во тьме вспыхивали огненные точки. Но, если это были глаза, то их количество ни разу не соответствовало норме. Особенно неприятно выглядели гроздья жёлтых пятен, скользящих на уровне моего лица.
Сам воздух утратил свежесть, наполнившись влажной духотой, как будто мы уже оказались на краю болота и под ногами вот-вот начнёт чавкать трясина. Дышать стало тяжело и я заметил, как тени спутников тоже широко открывают рты, пытаясь вдохнуть поглубже. Нет, в прошлый раз такого точно не было.
- Тш-ш, - сказал Егор и присел. Все и я в том числе последовали его примеру. Однако за оружие никто не взялся.
Впереди деревья заметно редели, открывая небо с точками звёзд. Кроме того, я различил слабо светящуюся равнину. В лицо ударил порыв свежего ветра. Однако он принёс не только свежесть, но и вонь чего-то, весьма неприятного. Плюс звуки тихой беседы.
Разговаривали вроде по-нашему, но я не мог разобрать ни слова. А вообще, ситуация достаточно забавная: в Стране обитали не только славяне, но и всякие другие Джоны, а вот акцент я услышал один-единственный раз. Но здесь разобрать речь мешал не акцент, а нечто иное. Словно разговаривали не люди, а волки или козы. Как вскоре выяснилось, я не очень ошибался.
Егор, который сидел дальше всех, пошевелился и прижав палец ко рту, указал куда-то налево. Впрочем, даже я успел заметить, как мрак в том направлении сгустился в три силуэта. Неизвестные медленно перемещались вдоль границы леса и напоминали…Медведей, с головами кроликов, на лапах кузнечиков. Попрошу заметить, до поросячьего визга я не набирался уже давно, так что белочка спокойно грызла свои орешки, а вот мимо шагали очередные порождения Печати.
Продолжая обмениваться гортанными неразборчивыми фразами, мутанты ушли направо, но ещё некоторое время я различал их лязгающие голоса. Когда они окончательно стихли, Егор тихо выдохнул и тут же словно ветер подул: похоже, остальные тоже сдерживали дыхание. О, и я тоже.
- Надо же, чуть не попались в самом начале, - проворчал Егор и пояснил, очевидно, для меня. – Это – патруль, их задача, следить за границей Печати и ловить всех, кто рискнёт её пересечь. Впрочем, сегодня они расслабились, дальше некуда. Иначе пришлось бы немного подраться.
- Кому может потребоваться лезть в это чёртово место? – недоумевал я.
- Рыбакам, охотникам, – Франк пожал плечами, – собирателям грибов и ягод.
- Любопытным детям, - подхватил Морис. - Отмеченным подойдут все.
- В основном, да, - согласился Егор, - но и наши рейды никто не отменял. В основном Печать и нормальная Страна живут в положении вооружённого мира, но сам видишь, насколько он хрупок. А если дед не ошибается, то мир доживает последние денёчки.
Мы подошли к меже, за которой деревья исчезали и начиналось чистое поле, над которым нависал шатёр звёздного неба. В небесах что-то сверкнуло, и Саша прошептал что-то, типа короткой молитвы. Марк успокаивающе похлопал товарища по плечу. Потом повернулся к Егору:
- Предупреди, насчёт ловушек.
- Угу, - тот кивнул. – Помнишь, значки на карте? Так вот, концентрация волчьих ям в приграничных районах просто офигевающая. Я пойду впереди, Франк с Морисом подстрахуют по бокам, но…
- Эта дрянь работает как-то избирательно, - невесело усмехнулась Света. – Десяток бойцов идут след в след, а под одиннадцатым земля проваливается и здравствуйте, колышки!
- Будь осторожен, - Егор развёл руками, - вот и всё, что могу сказать.
Если лес, на стороне Печати, хотя бы заставлял подозревать, что ты угодил в нехорошее место, то поле казалось совсем обычным полем. Густая высокая трава шелестела под ногами, путая лодыжки и оставляя репейники на штанах. Одно хорошо: стало много светлее и спутники уже не казались сборищем безликих теней. Теперь я мог видеть, как Егор постоянно склоняет голову, рассматривая путь, а Семён, шагающий за спиной командира, поворачивает лицо то вправо, то влево, напоминая двуногий локатор. Морис справа, что-то негромко насвистывал, а Франк, слева, так же тихо напевал.
Эта кажущаяся безопасность сыграла дурную шутку. Я напрочь забыл о предупреждении и поэтому не сразу понял, в чём дело, когда спутники с резким треском унеслись вверх. В последний миг я попытался поймать руку Франка, но промахнулся и тьма, лязгнув челюстями, проглотила меня. 

                                                           ТАМ

                Почти всю дорогу домой Оксанка молчала. Даже не знаю, слушала она меня или нет. То ли её смущали люди вокруг, то ли что-то ещё, но жена казалась сильно огорчённой или испуганной. Всё это так контрастировало с вчерашним вечером, что я даже не знал, о чём и думать. Однако, мысли стали появляться самые нехорошие.
Кроме этого я никак не мог забыть, что где-то в сказочной Стране, мой фантом торчит на дне волчьей ямы и движение отряда, спасающего вторую Оксану, застопорилось по моей вине. Сегодняшним утром я обнаружил на теле новый шрам, проходящий от середины бедра до правой ключицы. След от ранения выглядел давним-предавним, но откуда он взялся, сомнений не имелось. Нехило так меня надело!
По дороге от станции метро к родному дому, Ксюха так вцепилась в мою руку, словно боялась потерять спутника. При этом жена ещё и постоянно оглядывалась. Не выдержав напора этой непонятной паранойи, я тоже стал вертеть головой. И что? Люди, идущие, стоящие, разговаривающие, курящие. Всё, как обычно. 
Вон, Алик из второго, ругается с киоскёршей, а после торопливо бредёт домой, прижимая локтем что-то, под старой курткой. Вон местная шантрапа хулиганская, обступила обшарпанную тонированную девятку, едва не лежащую пузом на асфальте. Вон, сборище старух, пользуется последними тёплыми деньками, обсев лавочки пред подъездами, точно воробьи ветки зимнего дерева.
- Малыш, - тихо спросил я, легко пожимая пальцы Оксаны, - что-то случилось?
- Миша, - мне показалось или на её глазах мелькнули слёзы? – Давай, поговорим дома. Уже недолго осталось.
Дома, значит - дома. Но стало ещё тревожнее. И ещё эти несколько звонков, которые Ксюха пропустила, даже не взглянув на экран телефона. Словно боялась там увидеть нечто страшное. Одно радовало: кольцо, принесённое изваянием единорога, жена так и не сняла.
Если я опасался, что тревога супруги как-то связано с домом, то видимо ошибался. Пока Оксанка готовила кофе, я прошёлся по комнатам и осмотрелся. Странно, похоже вторая половинка в моё отсутствие спала на неразобранном диване в гостиной. Именно тут лежала подушка и одеяло, съехавшее на ковёр. Подаренные мной цветы не увяли даже на чуть, а единорог со своей обнажённой всадницей косились на меня, точно пытались на что-то намекнуть. Так, и без вас загадок хватает.
Ну, хотя бы той, куда делся огромный шикарный букет из спальни? Неужели он настолько зачах за пару дней, что Ксюха, у которой обычно цветы стоят до упора, решила его выбросить? Впрочем, кто знает. Иногда цветы осыпаются на следующий день после покупки. Мне-то что? Мой, вон он, ловит лучи заходящего солнца и блестит росой, точно его едва успели принести с поля.
Не знаю, что там за секреты у Ксюши, но про все свои я решил ей сегодня рассказать. Никаких сомнений в том, что Страна реальна я больше не испытывал: уж больно много подарков, и хороших, и скверных начало попадать в наш мир оттуда. Пусть жена хоть будет подготовлена, если в следующий раз со мной произойдёт какая-то неприятность. Кроме того, я испытывал непонятную уверенность в том, что должен открыться. Оксана имеет право знать, чем я занимаюсь по ночам.
Однако, как обычно, поначалу разговор пошёл совсем не в ту сторону.
И в очень неприятную сторону.
Ксюха принесла мне чашку и сжимая в ладонях свою, села в кресло, подтянув колени к груди. Давненько она так не садилась. А ещё и выражение лица…
- Малыш, - я присел рядом. – Да что такое?
И тут она расплакалась. Пришлось даже забрать чашку с кофе, чтобы она не выскользнула из дрожащих рук. Вообще не представляю, что могло заставить так разрыдаться обычно спокойную и рассудительную Оксану. Правда, она всё же сумела взять себя в руки.
- Миша, послушай, - жена хлюпнула носом. – Только, пожалуйста, не перебивай, раньше времени. Просто послушай. Ты сам знаешь, что последние год-два у нас всё пошло не очень хорошо.
Не то слово! Особенно, когда выяснилось, что детей у нас не будет никогда. Не то, чтобы я так сильно хотел возиться с пелёнками и бегать за памперсами, но всё же. Да и бытовуха принялась конкретно заедать. Плюс ещё кое-что, от чего мы чуть вовсе не разбежались.  А так, то скандалы, то дни, полные молчания.
- Всё бы ничего, так что я уже махнула на всё рукой и начала привыкать. Хоть иногда, знаешь, как хочется какой-нибудь романтики! Она прижала руки к груди, а в глазах мелькнуло нечто такое, отчего мне стало не по себе. – И вот, пару месяцев назад я встретила одного человека. Мужчину.
Она замолчала, а меня точно дубиной по башке приложили. Захотелось немедленно всё бросить и бежать, куда глаза глядят. А с другой стороны, кое-что тут же стало понятно. В частности, закрытые двери при телефонных переговорах.
- Подожди, пожалуйста! Потом всё выскажешь, - в голосе Ксюхи прорезалась боль. – Сначала пару раз встретились по дороге. Потом он подвозил меня до соседнего двора. Знаешь, я решила, что нашла настоящего друга, с похожими интересами, таким же мнением и прочим. С ним оказалось так интересно разговаривать, как когда-то с тобой, - в последней фразе прозвучало искреннее сожаление и горечь. И вновь, мою голову точно в кипяток опустили. На этот раз – от стыда. – Потом он сказал, что хотел бы видеть такую женщину рядом с собой постоянно. Начал делать и другие намёки. Да что там, я и сама задумалась: есть ли вообще у нас с тобой какое-то будущее? И вдруг, - она провела ладонью по лицу, - ты начал меняться. Да так быстро, что я и глазом не успела моргнуть, а рядом вновь оказался тот Мишка, в которого я когда-то влюбилась. Не знаю, почему так вышло, да, наверное, и не хочу знать. И тут я поняла, что хочу остаться с тобой, что тот, - она его так и назвала, - был нужен, потому что я хотела найти пропавшего тебя. И день рождения, - жена покачала головой. По её щекам бежали слёзы. – Я ощутила себя такой предательской сукой, что аж тошно стало! А когда ты попал в больницу, показалось, будто наступил конец света, где я не смогу жить, если тебя не станет. В общем, я позвонила и сказала, что больше не хочу его видеть. Никогда.
Я прошёлся по комнате, коснулся ладонью гривы единорога и подошёл к окну. За крышами домов в последних лучах солнца догорали тощие облака. Чёрт возьми, я не знал, что сказать. Только-только между нами вновь стал выстраиваться мостик и тут такое! Кроме того, я ощущал, что рассказ Оксанки ещё не закончен.
- И что? – глухо сказал я, не поворачиваясь. – Что он сказал?
- Взбесился, - упавшим голосом сказала Ксюха. – Кажется, я его совсем плохо знала и не понимала смысла всего этого. Короче, он сказал, что я пожалею о своих словах, а он заставит меня извиняться так, как я этого заслуживаю. 
Что?! Я обернулся, подняв бровь, не в силах поверить в услышанное. Этот говнюк угрожает моей жене? Заставит её извиняться?
- Он раньше упоминал, где работает, но как-то вскользь, - Ксюха обхватила руками плечи и начала дрожать, - и я не обратила внимание. Просто не подумала, откуда у него такая тачка и всё остальное. А он, когда стал угрожать, напомнил, что работает коллектором и имеет возможность раздавить кого угодно. Дал срок до завтра; подумать и приползти к нему на коленях. Миша, - она вновь расплакалась, - прости меня, дуру, я же ничего такого не хотела! Просто хотелось романтических отношений и настоящего друга.
На языке вертелось много гадостей про романтические отношения, друзей мужского пола и всякое, другое. Даже не знаю, как удалось сдержаться. Наверное, помог мимолётный взгляд на единорога и воспоминание о том, кем я стал в далёком мире Страны. А в этом передо мной сидела испуганная запутавшаяся женщина, которой я в своё время обещал быть вместе в горе и радости. И защищать, точно так же, как Леди Оксану. Можно наорать, уйти, бросить наедине с мудаком-коллектором, но какой же я после этого Лорд-Защитник? Чем я буду лучше урода, угрожающего Ксюхе?
Поэтому, я подошёл и присел рядом. Взял руки жены в свои, слегка сжал и улыбнулся.
- Всё будет хорошо, - она изумлённо посмотрела на меня. - Мы справимся. Вдвоём справимся.
И тут Оксану точно прорвало. Глотая слова, воздух и слёзы, она начала быстро бормотать:
- Миша, Мишенька! Я же с ним ничего! Только поцеловалась несколько раз и всё! Миша, прости, пожалуйста, прости, прости. Я же знаю, теперь точно знаю, что люблю только тебя! Миша, пожалуйста, Миша!
Я обнял жену и держал, пока Оксана не перестала дрожать. Потом взял на руки и отнёс в спальню. Положил в кровать и лёг рядом, продолжая обнимать. Ксюха ещё несколько раз всхлипнула, а потом начала ровно сопеть. Лишь спустя несколько минут я понял, что она уснула.
А потом, неожиданно для самого себя, уснул и сам.

                                                       ЗДЕСЬ

                Первое, что я ощутил – сильнейшую боль, пронзающую тело от бедра к груди. Ну а уж потом увидел серый день начинающегося дня и услышал тихие голоса. Кто-то с кем-то спорил, убеждал, что начало пути намекает на его окончание и стоит трижды подумать. Опёршись рукой о колючую сухую траву, я привстал и тут же встретился с изучающим взглядом Саши, сидящего рядом. Или – сидящей, я до сих пор не определился.
- Очухался, - констатировал он (она?) и щёлкнул пальцами. Спор тотчас умолк.
- Уже? – Семён подошёл ближе и вытаращил глаза. – Ух ты, первый раз такое вижу! Ногу покажи.
Саша отбросил тряпку, которая закрывала нижнюю часть моего тела. Наш отряд, успевший обступить меня со всех сторон, во все глаза уставился на бледный шрам, уходящий под трусы и рубашку. Я тоже с интересом изучил ноющее место. Та резкая боль, которая возникла при пробуждении, быстро сходила на нет, оставив лёгкий зуд. А вот то, что засело в голове, мучило много больше. Весьма неприятно, когда близкий человек поступает с тобой вот так. Впрочем, теперь я лучше понимал состояние Ксюхи пару лет назад, поэтому послал обиду и рефлексию ко всем чертям.
- Шашлык не получился, - констатировал Егор и похлопал меня по плечу. – Дед, в общем-то предупреждал, дескать тебя не так просто убить. Но честно говоря, когда мы стаскивали тебя с кола…
- Ганс предлагал похоронить с мечом в руке, - наябедничал Морис. – Типа, отправишься в Валгаллу.
Ганс вздохнул, посмотрел на говорящего и тот спрятался за спину Франса. Светлана потыкала пальцем в шрам и прокачала головой.
- Больше так не делай, - сказала она. – Тебе-то ничего, а Франк, когда пытался тебя спасти, чуть сам вниз не свалился. Мне кажется, он на такие фокусы не способен.
- Интересно было бы проверить, - заметил Морис и тут же получил тычок локтем от товарища. – Больно же!
- Делу время, - одёрнул всех Егор и подняв с земли штаны, бросил их мне, - а время – деньги.
- Куй деньги, не отходя от кассы, - подхватил Семён и под изумлённым взглядом Джона расплылся в широкой улыбке, - как говорил один шеф. 
- Это они так радуются, - пояснил Ло и поправил тёмную шапку, сдвинутую на самый затылок. – А поначалу – в панику впали.
- Ло впал в панику, - Морис не унимался. – Очень хотелось бы посмотреть, как это выглядит. А вот Семён - да, сильно паниковал. Особенно, когда тебя с кола стаскивал. Половину выражений я слышал первый раз.
Пока я заканчивал свой туалет, Светлана, Марк и Франк устроили оживлённую дискуссию; почему Егор не ощутил даже намёка на западню. Сам командир молча выслушал все предположения, потом обозвал спорящих дураками и отдал мне Кровопийцу. Принимая оружие, я коснулся ладонью рукояти и тут же ощутил знакомый толчок в висках. Кажется, железяка что-то пыталась сказать. Я крепко сжал пальцы.
- …и держи меня в руках, всё время держи! – в потустороннем рёве ощущалась ярость, - Ещё никогда у меня не было такого бестолкового напарника! Я, я подскажу тебе, если ещё встретятся ловушки, понял? Только не выпускай рукояти из рук.
- Хорошо, - согласился я, передумав цеплять меч на спину. Саша задумчиво уставился на меня, а потом опустил взгляд на клинок. – Ты только болтай поменьше, а то меня за психа примут. 
- Лучше быть психом, чем покойником, - огрызнулся Кровопийца. – Хорошо, станем разговаривать только по делу. Кстати, у этого громилы с размалёванной рожей, что за хрень на спине?
- Топор, ну или секира. Не знаю, как такое называется.
- Что-то с ним не так. Какие-то чары. Держи ухо востро.
- Хорошо, - вновь согласился я и обнаружил Сашу, стоящего совсем рядом.
- Значит – это правда, - благоговейно сказал парень, как никогда похожий на девушку. – Кровопийца способен говорить?
- Лучше бы он молчал, - вздохнул я. – И кажется ваш командир рекомендует выходить.
Рекомендует – это отпускает пинка Морису и за ухо тянет вперёд Семёна. Джон расковырял в земле ямку и вытрусил туда пепел из трубки, которую до этого курил в рукав куртки. Светлана решительно двинула следом за Морисом, горячо, но очень тихо втолковывая здоровяку некую мысль. Ло и Франк задержались, поджидая меня, а Ганс так и вовсе остался позади, всем своим видом показывая, как ему не терпится отправиться в путь. 
- В тебе появился какой-то надлом, - Саша приподнял руку и провёл открытой ладонью перед моим лицом, - и он никак не связан с падением в яму.
Что-то словно толкнуло в лицо. Глухо и неразборчиво заворчал Кровопийца.
- Блок, - обескураженно пробормотал парень и пожал плечами. – Ну и понятно: кто я, чтобы сканировать Лорда Защитника?
- Вы идёте? – нетерпеливо-дружелюбно осведомился Франк. – Или подождём, пока все ловушки сдохнут от старости? Есть легенда, про богатыря, который во время войн ложился спать на пару-тройку сотен лет. Так он пережил всех соперников и стал самым сильным богатырём в Стране.
- Спать – это хорошо, - согласился я, тщетно пытаясь вспомнить, как выглядит сон в его изначальном варианте. В смысле, когда ты просто спишь, а не ныряешь из реальности в реальность.
- Вот и Семён тоже так считает, - отозвался Ганс из-за моего плеча. – Один раз Егор посла меня его будить. Синяк под глазом сходил целых две недели.
- Меня – будить? – проворчал я, вспоминая старую сказку.
- Вот именно так он и сказал, - согласился Ганс, - перед тем, как ударить.
- Семён, он – хороший, - вставил Саша.
- Да кто же спорит? – Франк рассмеялся. – Разве плохой человек так ударит?
Солнце ещё не успело высоко подняться над серым, плывущим в мареве горизонтом, но с каждой минутой пухлый сияющий шар отвоёвывал у неба всё новые сантиметры, точно пытался, как можно быстрее укрыться в пелене облаков. Их плотная подушка нависала над миром, напоминая крышку кастрюли, которую неведомый повар приподнял, чтобы взглянуть на готовящееся блюдо.
Очевидно сообразив, что нормальной каши тут не сваришь, разочарованный кулинар опустил крышку: подушка облаков начала опускаться и спустя приблизительно час от начала нашего пути, её края коснулись горизонта со всех сторон. Светило окончательно скрылось и наступил серый сумрак, похожий на предвечерие.
Я не выпускал Кровопийцу из ладони, но меч почти всё время молчал, как его и просил.   Лишь иногда в сознание проникали странные звуки, как если бы одушевлённый клинок пел какие-то песни. Впрочем, вслушиваться особо не хотелось: в неразборчивых напевах ощущалась плохо скрываемая ярость и совершенно нечеловеческая тоска.
Ну а полной тишины никто и не обещал. И если природа ограничивалась тихим гудением равнодушного ветра, избегая даже птичьего пения, то у людей такого и близко не наблюдалось.
Марк и Светлана, которые шли впереди, слаженно мычали нечто, смутно знакомое. Глухо бубнил Семён, показывая Егору загадочные знаки из замысловато сложенных пальцев. Командир временами замедлял шаг и пытался объяснить товарищу, что у него сейчас имеется геморрой и покрупнее давнего долга в гостинице. С каждой задержкой геморрой становился всё крупнее, а его местоположение всё время менялось. 
В общем, к полудню я узнал о долге на рынке, у кузнеца, у медика, колдуна и ещё полусотни, не менее колоритных личностей. Кажется, Семён успел обзавестись знакомствами со всеми торговцами Страны. Наверное, ему проще было перебить всех Одержимых, чем возвращаться назад. 
Впрочем, скоро к моим сопровождающим присоединился Морис и следить за разговорами вперёдсмотрящих стало проблематично. Парень всё время дёргал себя за надорванное ухо и сыпал анекдотами. Ло и Франк принимали истории со сдержанным пониманием, а я вот вообще не врубался. Почему Ефим так убегал от чёрного кота, когда встретил его на крыше? Зачем Луиза распустила волосы, когда её муж-бондарь уснул в бочке? Кто такие эти парни в масках дракона, которые бегали перед домом бургомистра? Почему шишига обделалась, при встрече с королём вампиров? А Мориса просто распирало от хохота, да и остальные явно были в теме.
- Не понятно? – спросил Саша, беззвучно шагавший рядом.
- Ни хрена, - выдохнул я. – Просто непереводимая игра слов, мать её. Расскажи лучше, как сюда попал. А то дедуган этот чокнутый сказал, типа у меня по-другому получилось, чем у остальных.
- Угу, - согласился спутник. – Дедуган этот, кстати, очень мощный чародей. Возможно – самый мощный в Стране. Сам себя он никак не называет, но в одной из книг попалось описание кого-то, очень похожего. Там его звали Забытым.
- Забытый? – как мне показалось, меч встрепенулся и прекратил свои дикие песнопения. – Ладно, так что там с пришествием в Страну?
- Через Перекрёстки, - Саша пнул серый бугорок под ногами и тот рассыпался мелкой пылью. – Мёртвая земля – тьфу! Сначала мы заблудились, машина заглохла, а завести её так и не получилось. Костя, мой парень, предложил пройти до шоссе…
- Так ты – девушка? – осторожно спросил я и получил в ответ огромные глаза. – Прости.
- А я ещё думаю, чего это ты ко мне так странно обращаешься. Естественно девушка. Была, - она вдруг хихикнула. – Ты главное Морису не говори, а то он наплетёт с три короба. Эта сволочь живёт со мной и сильно подозреваю – с одной купчихой. Вернёмся, я ему яйца отрежу.
- Ладно, - я улыбнулся, глядя на сыплющего анекдотами рассказчика, который ещё не подозревал о грядущей операции. Тот видимо что-то ощутил, обернулся и послал Саше воздушный поцелуй. Та, в ответ, показала язык. – Ну, дальше: Костик твой пошёл искать шоссе.
- Угу, вот только забрёл куда-то не туда, - девушка поморщилась, точно в её голове появились неприятные видения. – какие-то поля, болото, дорога заросшая – глухомань жуткая. Вышли к шалашику, а там костерок горит, и дед с о-отакенной бородой суп в казанке варит. Неприветливый старикан: указал дорогу и сказал, чтобы валили быстрее. Федька ещё ему хотел в лоб дать, еле отговорили.
- В лоб. Подорожнику, - поддакнул Ло, который успел присоединиться к нам. Кажется, рассказы Мориса его успели достать. – Жаль не дал. Хоть узнали бы, как это.
- Говорят, что самого старого кто-то прикончил, - вот и Франк подтянулся. – И ничего не произошло. Правда Средний теперь заговариваться начал и время от времени несёт всякую чушь.
- Ага, значит вы, мерзавцы, променяли мои остроумные истории на унылое говно этой, ничем не примечательной, - Франк хлопнул Мориса по загривку, а Саша вновь выставила язык. – Ладно, рассказывай, мне тоже интересно.
- Интересно ему, - девушка вздохнула. – Пошли мы туда, куда старик дорогу показал. Идём, а сердце не на месте: стемнело, всё небо тучами затянуло, а за спиной такой звук, вроде стая ворон кричит. Ветер поднялся, да такой странный: в затылок дует, чуть голову не отрывает, а обернёшься – тишина. Прошли около километра и вышли на Перекрёсток.
- Очень странная штука, - подтвердил Ло. – Я, когда такую посреди Шанхая увидел, решил, что с ума сошёл. И главное: все люди куда-то исчезли.
- Я сейчас на кого-то обижусь, - заявила Саша, а Ло принялся витиевато извиняться. – Ладно, прощён. Приготовишь утку на ужин. В общем – три дороги и в начале каждой, что-то, типа ворот. Одни – каменные, основательные такие, с мощными деревянными створками. Вторые, похоже вырезанные из цельного куска дерева в форме змеюки и что характерно: деревянная эта тварь вроде смотрит на тебя. Но не страшно, а типа изучает. А от третьих – натурально мурашки по коже. Хоть, на первый взгляд – ничего страшного: обычная калитка в плетне, только на колу череп какой-то коровы болтается.
Костик мой всё с компасом в телефоне возился: он у него то включится, то отрубится. Сказал, что под череп нам надо. А у меня туда ноги не идут, хоть тресни. И Маришка шепнула, что у неё волосы дыбом встают. А потом говорит: давай на змеюку посмотрим, интересно, ведь. Пока пацаны курили и договаривались, гляжу: она шмыг, слышу: хлоп и нет её. У Федьки аж сигарета изо рта выпала и он – за сеструхой. Только под змею деревянную нырнул – хлоп и его тоже нет. А я так перепугалась, что ноги в руки и прямо в каменные ворота. Костик что-то кричал, но я не слышала. И не видела его с тех пор больше никогда. Рассказывают, вроде те, кто под ворота с черепом ушли – назад уже не возвращаются.
- Что и у всех так? – спросил я и они дружно покивали головами. – Никогда не слышал про Перекрёстки эти ваши, дедов с шалашами и прочую мистику. Даже Рен ТВ такого не показывает.
- А кто же расскажет, если назад никто не возвращается? – изумился Франк и хотел было продолжить, но не успел.
Кровопийца взвыл так, что я едва не выпусти меч из рук. Кроме того, рукоять оружия так бешено вибрировала, словно по ней колотили молоточком. Не в силах произнести не слов, я замер, как вкопанный и поднял левую руку вверх. Тотчас мои спутники остановились. Ло по-хитрому свистнул и шедшие впереди стали. Причём, Семён, не успевший опустить ногу, отклонил тело назад и только после этого, встал на обе конечности. В руках бойцов мгновенно появилось оружие, а сами они вроде как готовились держать круговую оборону. Вокруг меня, между прочим.
- Что? – тихо спросил Франк и меч в его руке изобразил остриём восьмёрку.
Что? А чёрт его знает! Однообразная равнина во все стороны. Вдалеке виднеется тёмная полоса, возможно – лес. Впереди – небольшой холм. И всё.
- Что? – спросил уже я и Кровопийца тотчас прекратил дико выть и вибрировать.
- Может из ножен меня достанешь? – язвительно осведомился клинок и когда я его вынул, облегчённо выдохнул. – Ф-фу, наконец-то!
- Тебе что, воздухом подышать захотелось? – представляю, что сейчас начнётся! Интересно, все ли шутки окажутся приличными?
- Точно! – голос меча просто сочился ядом. – Ну и заодно – немного поработать. Шагах в пятидесяти, прямо по курсу, что-то есть. Что-то ждущее. К Печати, кстати, не имеет никакого отношения. Возможно, просто спряталось здесь. Давно спряталось. Штука эта большая и опасная. И если я её почуял, значит она тоже чует вас, двуногих. По крайней мере, проснулась и смотрит сюда. Ох, как нехорошо смотрит!
Поворачивая голову из стороны в сторону, подошёл Егор и осведомился, какого дьявола мы устроили незапланированный отдых. Ощущая себя последним идиотом, я объяснил, что возможно впереди притаилось невидимое чудо-юдо, не имеющее отношение к Печати, но явно враждебное. Про источник информации говорить не стал. К моему удивлению, не последовало ни единой шутки, ни от командира, ни от остальных.
- Люди пропадали, в ясный день, почти у всех на глазах, - сообщил Ло, и его безмятежная физиономия внезапно сморщилась. – Правда, далеко отсюда.
- Обойдём? – поинтересовался Морис.
- Для бешеной собаки, сто вёрст – не крюк, - согласился Степан. – Все мы – опытные бойцы, чего бояться?
- Оно идёт, - известил Кровопийца и я озвучил хорошую новость.
Джон тут же взвёл арбалет. Ло внезапно сунул катану в ножны и достал из-за спины непонятную чёрную палку. Несколько тихих щелчков и в руках азиата оказался лук. Маленькая рука достала из рюкзака короткую стрелу и не успел никто ничего сказать, как снаряд улетел вперёд.
- Вот уже горячий финский парень, - проворчал Степан. – Куда торопишься? Может…
Хм, мне кажется или полёт стрелы продолжается чересчур долго? Впрочем, она уже не летела, а неподвижно застыла в воздухе, метрах в тридцати от нас. Потом упала на землю, а воздух впереди начал быстро мутнеть, обретая очертания какой-то здоровенной штуковины, со множеством шевелящихся отростков.
- Всем рассыпаться, - скомандовал Егор. – Джон, Ло, продолжайте.
Что-то я чересчур долго соображал, как и куда рассыпаться. Пока я тормозил, остальные бойцы успели разбежаться в разные стороны, пытаясь окружить неведому зверушку. Ох, блин и неведому! Даже когда тварь полностью выползла в реальный мир, я не смог понять, как же она выглядит. Ну, очень много тонких гибких хлыстов, покрытых короткими чёрными волосками. На концах щупалец – что-то, типа шипов. А росла эта ерунда из…Да чёрт его знает! Тело твари больше всего походило на огромную кучу дождевых червей, непрерывно ползающих с места на место. Если всматриваться, начинало тошнить.
Гадина на мгновение замерла и все её несколько десятков отростков поднялись вверх. Хм, интересно, а как эта дрянь вообще перемещается? Да ещё так быстро!
- Приготовься, - едва успел прошипеть Кровопийца и в виски ударил такой бешеный бит, что я едва не оглох.
И в тот же миг чудовище рвануло прямиком на меня, вытягивая вперёд свои лохматые плётки. Судя по тому, как медленно тащились мои соратники, началось замедленное кино. Вот только проклятущее создание ни хрена не знало про рапид, и прочие киношные штуки, поэтому продолжало двигаться в прежнем темпе и преодолело разделяющее нас расстояние за считанные секунды.
И началось настоящее веселье!
Когда неведомый кукловод взял контроль над моим телом, дёрнув марионетку в сторону, я точно услышал протяжный визг в голове и увидел ослепительные вспышки перед глазами. В уши ударило громом: «Запоминай!»  В ту же секунду почва в том месте, где я только что стоял, словно взорвалась. Оказывается, большая часть лохматых щупалец сплелись в подобие здоровенной косички и теперь эта штука лупила по земле. Ну, туда, где я должен был находиться.
Вот только меня там ни хрена уже не было! После третьего прыжка с переподвыподвертом я действительно начал запоминать приёмы, которые мне демонстрировали. Сначала – вспышка в районе поджелудочной и тут же – толчок во все мышцы. Как молнии, бьющие из одного центра. Тело становится лёгким, словно солнечный зайчик и в следующий миг я уже стою в другом месте. Причём, неведомый навигатор старался выбирать траекторию так, чтобы я перемещался вдали от застывших товарищей. Оно и верно: начни я скакать между друзьями – им точно хана.
Мало того, что мы всё дальше отходили от группы, пока не удалились от спутников метров на пятьдесят. И всё это время уродище непрерывно атаковало, оставив за собой пунктир из глубоких продолговатых ям. Я или тот, кто управлял моим телом даже не пытался нападать, предпочитая укорачиваться и отпрыгивать. Кровопийца даже комментариев не отпускал, а я заметил, что со временем контроль над телом всё больше возвращается ко мне. Так что, под конец, процессом управлял я сам. Получалось правда не так ловко, как в начале, но тварь всё равно мазала.
- А теперь – атакуем, - громыхнуло в ушах. – Запоминай. 
Кукловод вернулся к своим обязанностям: мускулы скрутило так, словно кто-то решил превратить их в жгуты. Больно адски! Я даже завопил, не в силах удержаться, но боль, спустя пару секунд, стала ещё сильнее. Жгутики резко раскрутились и меня швырнуло в объятия врага, мимо хлещущих щупалец, прямиком в кучу жирных нитей.
В ноздри ударил такой смрад, что некоторое время я вообще не мог понять: отчего мне хуже, от запаха или боли. Хорошо кукловоду: он не ощущает того, что чувствует марионетка, а лишь направляет. Бей сюда, отсеки вот это, проткни здесь. А теперь – изобрази безумного лесоруба в зарослях тростника. 
По-прежнему вспыхивало в поджелудочной, но теперь по телу шли волны жара. Меч, казалось тоже раскалился и лишь кровь, почти фонтанирующая из ладони, снижала температуру накала. Но оттуда же, из раны, мало-помалу пришла слабость, медленно, но верно превращающая руки и ноги в ватные валики.
Всё, сияние внутри окончательно погасло и мир вернулся к своему обычному темпу. Я спрыгнул с неподвижного монстра и побрёл в сторону. Отошёл на десяток шагов, оглянулся, чтобы взглянуть на врага и не смог удержаться на ногах. Потерял равновесие и шлёпнулся на задницу. Сквозь туман, плывущий в глазах, поверженное чудовище напоминало банальную груду мусора. Теперь я даже не мог понять: где у него раньше были щупальца, а где – всё остальное. Изредка наружу били чёрные фонтанчики, да продолжал распространяться мерзкий смрад.
Что-то бубнил Кровопийца, но я обронил меч и затухающий рокот полностью умолк. Но кое-какие звуки остались. Например, крики товарищей, сбросивших оцепенение и бегущих ко мне. На их лицах хорошо читалось изумление и что-то, подобное страху. Интересно, как это сражение выглядело в их глазах?
Первым подбежал Марк и присел, поддерживая меня за плечо. Тут же подоспела Света и протянула армейскую флягу.
- Пей.
Во рту реально – пустыня Сахара. Я сделал пару хороших глотков и только тогда сообразил, что пью нечто, по крепости лишь немного уступающее медицинскому спирту. Дыхание перехватило, но горло не ссохлось и ладно. Вытаращив глаза, точно какающая собака, я отдал посудину девушке. Света засмеялась и начала навинчивать крышку. Подошедший Морис с сожалением проследил за этим процессом, а потом вздохнул и пробормотал:
- Могла бы и ещё кому предложить.
Марк помог мне встать, после чего взял своей могучей дланью болтуна за шкирку и повернул в сторону зловонного труппа, медленно расплывающегося по земле.
- Завалишь такого, в одиночку – получишь всю флягу.
Джон упсти пару коротких толстых стрел в мерзкую тушу, но та никак не отреагировала. Кивнув ковбойской шляпой, стрелок удовлетворённо сказал: «Ес!», причем именно это слово у него почему-то получилось с акцентом.
Ядовитое пойло Светланы разогнало туман в глазах, хоть обычно употребление спиртного приводило к противоположному результату. Ганс осмотрел мою правую ладонь, протёр кровоточащую рану и покачал головой. Потом предложил забинтовать.
- Не стоит, - откликнулся я и подобрал своего металлического напарника. – Но всё равно, спасибо. Не волнуйся, эта рана быстро заживёт.
- Как ты его уделал! – восхищённо цокнул языком Франк и даже присвистнул. – Я только успел в стойку стать, а вы – фьють! И какие-то тени вдалеке. Десяток секунд и всё.
- Тридцать четыре, - уточнил Егор, осматривая труп монстра. – Никогда раньше таких не встречал. Впрочем, догадываюсь, почему.
- Если бы хоть раз встретил, уже бы тут не варнякал, - озвучил его мысль Семён. – Я слышал, в могильниках эта дрянь водится. Вроде бы раньше питалась исключительно падалью, а потом расплямкала живое и…Ты, кстати, внимание обратил?
Егор, сидевший на корточках, прищурился и кивнул. Потом оба посмотрели на меня.
- Что? – спросил я, засовывая Кровопийцу в ножны. Меч вновь затянул свою угрожающе-заунывную песню. – Чего вы так уставились?
- Степь да степь широка-ая, - пропел Семён и повёл могучей рукой. – И посреди голой степи, прямо на пути нашего отряда сидит эта гнида. Причём, заметь, мы десятки раз шастали по Печати, но ни разу не встречали ничего похожего. Да и штука эта – не отсюда, леший бы её побрал Печать не способна ни изменить её, ни как-то повлиять.
- И дальше? – угрюмо спросил я, начиная понимать, к чему он клонит.
- И нападала она исключительно на одного человека, - добавила Саша. – Атакуй она кого-то из нас – тому бы точно капец пришёл. И ещё, я-то поболе этих оболтусов знаю. Рассказывают, что когда Жижа, так эту тварь на севере зовут, получает достойный отпор, то распадается на змей и червей. А те уже расползаются в стороны. А тут атаковала до последнего
- Вот, даже не знаю, радоваться тому, что ты с нами или слёзы лить? – весёлая рожа Мориса цвела и пахла. – Если нападёт жуткое чудовище – ты его враз одолеешь. А с другой стороны, нет тебя – нет и чудовища.
- Балабол, - хмыкнул Егор. – Но в одном он прав: ты у нас – под особой опекой.
- Кого? – нет, я догадывался, что путешествие выйдет не из простых. Однако, реальных неприятностей ожидал лишь на болоте. Ну, по канонам жанра. А до этого мы должны были просто идти, разговаривать за жизнь да рассказывать байки у костра.
- у Печати имеются свои повелители, - задумчиво протянул Егор. – Очень могущественные. Обычно они напрямую не действуют, со слов деда - сидят в каком-то надпространственном коконе, где их не достать. А вот задумать какую-то пакость исподтишка, способны.
- И чем же я удостоился такой чести?
- Спросил Лорд-Защитник последней Леди, - покивал Франк. – Похоже, повелители решили убрать последнюю силу, которая может противостоять их войску. А для этого достаточно удержать Леди в плену десяток-другой дней, и за это время прикончить спящих единорогов. А тут – ты. И ничего особенного не делаешь, просто ломаешь планы, которые они строили сотни, а то и тысячи лет.
- Так что можешь спать спокойно, - Морис хлопнул меня по плечу. – Бояться абсолютно нечего.
- Хватит страшилок, - Семён достал из потёртого кожаного планшета лист бумаги и показал Егору. Командир проследил за пальцем мечника и нахмурился. – С этими вашими ямами да монстрами мы здорово отстали от графика. По плану, к завтрашнему обеду мы должны были выйти к болоту.
- Обед – это хорошо! – почти пропел Морис и заработал угрюмый взгляд Ганса. – Сегодня был обед?
- Морис, любимый, ты совсем забыл, - Саша потрепала его по щеке. – мы же перешли на трёхразовое питание: понедельник, среда, суббота. Вчера ты уже пообедал, значит, следующий раз – завтра.
- Я запомню, - хрюкнул Егор и повернулся ко мне. – Ты как? Идти можешь?
В теле ещё ощущалась неприятная слабость, но зверское пойло здорово помогло и дрожь в ногах прекратилась. Поэтому я просто кивнул.
- Вот и славно. Привал – через три часа. Тогда же и перекусим. Всем – ноги в руки и булки не расслаблять. Сами видели, какая пакость происходит.
Скорость нашего движения увеличилась почти в два раза, но сил пока хватало. Рукоять Кровопийцы постоянно находилась в ладони, так что рана заживала очень медленно и постоянно болела. Видимо по этой причине голос клинка ощущался особенно отчётливо, точно угрюмый певец шагал рядом со мной. Казалось, стоит обернуться и среди шагающих спутников я увижу угрюмую физиономию…Как мог бы выглядеть клинок я пока не придумал.
- Слушай, - сказал я очень тихо, чтобы не привлекать внимания остальных. – а что случилось с твоим предыдущим партнёром? Я нашёл тебя рядом с трупом у которого оторвали голову.
- Боишься кончить так же? – в голосе меча ощущалась насмешка. – Кстати, старайся говорить, не открывая рта. Твоё плямканье здорово мешает.
- А ты можешь не так громыхать? – поначалу давалось с огромным трудом. Мысли пытались разбегаться, не обретая конкретных форм.
- Не мог раньше попросить? Это – боевой глас, а я иногда просто забываю. Так вот, дружище Михаил, тот, кого ты нашёл, был братом моего последнего напарника. Они жили на самой границе Печати, типа пограничного поста. Партнёр успел обзавестись семьёй, а у брата не задалось. Думаю, он стал завидовать: у брата – и слава, и сила, и красавица жена с детьми. Поэтому, когда Меченые сделали вылазку, брат решил ухватить часть славы с известностью и украл меня. Украл и пошёл навстречу Отмеченным.
- И что? – спросил я, вспоминая разрушенный дом и останки убитых внутри. – Что пошло не так?
- Да всё, - неохотно отозвался Кровопийца. – Никто не удосужился предупредить несчастного дурачка, что связь с проклятым клинком можно установить, только после смерти его предыдущего обладателя. В руке придурка оказался обычный кусок металла, которым он даже не успел воспользоваться: Меченые – сильнее и быстрее обычных людей. Сначала убили вора, а потом я ощутил, как разорвалась связь. Значит, мой напарник погиб. Я видел всё в твоей голове, можешь не рассказывать
- Глупо получилось.
- Как и большая часть всего, что происходит.
- И ещё, - я замешкался, не зная, как правильно сформулировать вопрос, но тут же услышал гулкий хохот меча.
- Да, у меня действительно есть ещё два брата и кое кто, о ком ты не знаешь. Братьев кличут Бессонник и Душегуб. Михаил, поверь, тебе очень повезло, что ты получил именно меня. Хоть должен признать, что Бессонник равен мне по силе, а Душегуб даже превосходит.
- Тогда, в чём выгода?
- В той дани, которую мы берём у партнёров. Ты делишься всего лишь кровью, а это легко исправить. Бессонник забирает у человека возможность спать. Сначала – немного, а потом – всё больше и больше, пока мечник не сходит с ума, не в силах отличить реальность от кошмара. Ну а Душегуб…
- Губит душу? – резонно предположил я и получил в ответ гулкий хохот.
- Умный какой! Сам догадался или подсказал кто? Не губит – лишает. Откусывает по маленькому кусочку. И душа – такая субстанция, которая не восстанавливается, как кровь. А когда она заканчивается, человек становится живым придатком своего меча. А брат…Его отец делал последним, когда разум почти оставил мастера. В общем, большая часть его безумия перешла в клинок. Ну, сам понимаешь.
Я, честно говоря, не совсем понимал. Поэтому спросил, про отца-создателя живого оружия. Кажется, Кровопийца не очень желал беседовать на эту тему, и я ощущал сухость его речи.
- Многого тебе сказать не могу. Всё же он был человеком, а я – мечом. Сам себя он называл Комаром и очень при этом веселился. Мы с братьями были последними из тех, кого он создал. Ещё я встречал упоминания о секире Навей и луке Смерть, но сам с ними никогда не встречался
- А с братьями?
- О, очень часто! – казалось, мой собеседник скрежещет зубами. Сначала наши партнёры бились бок о бок, а после, по мере того, как братья брали свою дань, всё больше отдалялись. Последний раз я встретил Бессонника полторы сотни лет назад, когда мы разгромили армию Меченых. Им орудовал Отмеченный, и ловко так орудовал, пока его не нанизали на рог. Куда брат делся после – понятия не имею.
Разговор пришлось прервать, потому что мы вышли на край глубокого крутого лога. Внизу медленно бежала река и росли скрюченный деревья, напоминающие ивы, изуродованные тяжёлой болезнью. Спускаться приходилось очень осторожно, потому что рыхлая земля то и дело осыпалась под ногами. Оставалось цепляться за чахлые пучки травы, надеясь на то, что они выдержат вес тела. Гансу не повезло: он ухватил едва живой кустик, вырвал его с корнем и покатился вниз по склону. К счастью, Марк и Семён успели ухватить здоровяка; кто за ногу, кто – за шкирку и остановили падение.
Став на четвереньки, Ганс долго шипел что-то ругательное на немецком. Потом выдохнул и поблагодарил спасителей. Морис посоветовал здоровяку меньше кушать мяса, а Франк посоветовал шутнику взять в рот лягушку. Но не есть, а просто дать ей там некоторое время пожить. Последнее предложение все встретили одобрительным гулом, и Морис надулся.
- Может остановимся здесь? – предложил Ло, когда мы подошли к реке. Внизу оказалось зябко, точно мы разом переместились в середину осени. – Глубоко – костёр не увидят. И вода рядом.
- А если – враг? – спросил Марк и ткнул пальцем в крутые склоны. – А мы тут – как на ладони.
- Выставим часового, - не сдавался азиат. – В конце концов мы так всегда делали.
- Вообще-то, дело говорит, - согласился Егор и поймав недовольный взгляд татуированного обладателя секиры, спросил. – Что такое? Действительно ведь: поставим сторожа – пусть смотрит.
- Не нравится мне тут, - Марк пожал покатыми плечами. – Точно кто-то на грудь наступил и давит.
- У кого-нибудь ещё есть возражения или предчувствия? – поинтересовался командир и получив отрицательные ответы, резюмировал. – Марк, ты меня конечно извини, но твои предчувствия…
- Золотой баран, - подсказала Светлана и все рассмеялись. – Ночевать в луже оказалось просто восхитительно! А в трактир так никто и не пришёл.
- Ладно, - сдался Марк. – Может, просто давление.
- Ты ничего не ощущаешь? – спросил я Кровопийцу. – Никаких ловушек, врагов или ещё чего?
- Спать хочу, - в очередной раз озадачил меня клинок и на этом разговор прекратился.
Света и Саша коротко посовещались и сообща решили, что лучшим местом для привала выглядит углубление в склоне лога. Здесь пласт почвы нависал над головой, прикрывая отдыхающих. Ганс и Марк развели огонь, использовав какие-то странные коричневые кристаллы. Топливо давало сильный жар и почти не дымило. Как пояснил Семён, такие штуки они использовали лишь во время подобных рейдов, потому как стоили они весьма недёшево.
Джона отправили наверх, пообещав сменить через час. Франк и Морис затеяли спор, как лучше приготовить сушёное мясо, причём Морис начал вдаваться в такие кулинарные подробности, что Семён, устанавливавший котёл на треногу, приказал ему не выделываться, а готовить еду. Ло носил воду из реки, всякий раз тщательно проверяя серебряной палочкой качество булькающей влаги. Егор сидел на плоском камне и хмуря брови рассматривал подошвы ботинок нашего часового, торчащие над обрывом.
Поскольку все, кроме меня, оказались при деле, я ощутил себя несколько бесполезным. Попытался предложить помощь, но встретил дружное сопротивление со стороны кулинаров. Ло объяснил, что ему осталась пара-тройка ходок, а Семён, Ганс и Марк успели закончить работу чуть раньше. Возникло сильное подозрение, что Лорда пытаются оградить от обычной работы. Вот бы ещё на рабочем месте так! Сказать: Лорд изволит почивать.  Мечты, мечты… Девчонки штопали чьи-то кожаные штаны и непрерывно шутили, подкалывая мужчин
- Присаживайся, - сказал Егор и подвинулся на своём булыжнике. – Миша, тебя не игнорируют и не берегут, как ты мог бы подумать. Просто у нас, у каждого, есть обязанности. У каждого – свои. Ты – человек новый, обязанностей для тебя пока не нашлось, поэтому просто присядь и не мешай. Ну, если хочешь, можешь помочь девчонкам штопать одежду. У них этого добра – завались.
- Спасибо, - нервно хихикнул я.
- Лентяй, - тут же отозвалась Светлана. – А я уж было, глядя на это интеллигентное лицо, начала думать…
- И что, лицо действительно интеллигентное? – осведомилась Саша. – А то с моего места трудно рассмотреть.
- Это я ему так льщу, - громким шёпотом сообщила Света. – Но – тс-с! А то обидится.
- Балаболки, - махнул рукой командир и когда я присел рядом, указал отметку на карте. – Мы – вот здесь. Кажется, я немного погорячился, когда сказал, что отстаём. Идём даже с некоторым опережением. Думаю, уже к вечеру окажемся на болоте.
- И что? – по позвоночнику прошлись ледяные пальчики. – Попрёмся через трясину в темноте?
- Если найдём проводника, то почему бы и нет? – Егор пожал плечами. – А вот если не найдём или он заартачится – даже не знаю…Топи там по-настоящему гиблые. Боюсь, если нас не поведут, то не найдём дорогу и в ясный день.
- Слушай, - сказал я, вспомнив мысль, которая некоторое время не давала мне покоя. – Та тварь, которая на нас напала. Помнишь, ты говорил, что её могли послать Повелители Печати?
- Ну? – Егор кивнул и сложив карту, спрятал её в планшет.
- Как думаешь, никто не обрати внимание на то, что её кто-то замочил? – Егор нахмурился. – Всё же тут – их территория и такие вещи они должны замечать в первую очередь.
- Марк, - тихо позвал Егор и татуированный здоровяк повернул к нам голову. – Ты ещё ощущаешь то давление на грудь?
- Да, - медленно сказал тот. – Только ещё сильнее стало. Как воздуха не хватает.
Я положил ладонь на рукоять Кровопийцы. Она казалась холодной, точно жизнь покинула болтливое оружие. На лице Егора проявилось откровенное беспокойство. Я бы даже сказал – тревога. Я заметил, как Ганс подтянул меч ближе, а Света, точно невзначай, расстегнула куртку.
Командир поднял голову и как-то, по-особенному, свистнул. Сапоги Джона не шевелились. Ещё один свист и вновь никакого результата. В этот раз за оружие взялись все, а я ощутил толчки в висках. Не такие, как прежде, но похожие. Кровопийца по-прежнему не откликался.
- К стене, - скомандовал Егор. – Ло, проверь.
Однако азиат не успел. Что-то хрустнуло и тело нашего часового покатилось по склону, разбрызгивая кровь по серой почве. Головы у Джона не было. Её отрезали.
В следующее мгновение оглушительный рёв сотряс воздух. Две волны чёрных тварей перевалили через края лога и понеслись вниз. 
- Туда! – махнул рукой Егор, указывая по течению реки. – Быстрее!
Вещей никто не брал. Просто не успел. Сражаться было бесполезно: нас могли тупо завалить массой, поэтому пришлось убегать от улюлюкающей оравы Меченых. Как такое количество умудрилось беззвучно подкрасться к нам и тихо прикончить Джона – загадка. Возможно – колдовство.
Сейчас же мы неслись, увязая ногами в рыхлой почве, плюхаяся в холодной воде и увязая в каких-то колючих кустах. Вроде бы у нас получилось оторваться: оглянувшись я увидел, как Меченые отстают.
В следующий миг что-то шандарахнуло меня по затылку, напрочь отключив сознание.

                                                           ТАМ

         Проснулся я в темноте и ощущая пульсирующую боль в том месте, куда пришёлся удар неизвестного предмета, посмотрел на часы. И смех, и грех: проснулся так, словно собирался идти на работу. И это – в субботу, когда можно отоспаться на неделю вперёд! Обычно так и происходило, но обычно в пятницу вечером я набирался до поросячьих соплей. Не могу сказать, будто вечер этой пятницы принёс что-то приятное, однако же и ничего смертельного не произошло.
         Ксюха с обиженной физиономией выводила носом привычные рулады. Глядя на жену мне сначала захотелось отпустить ей подзатыльник. А потом – поцеловать. Романтики ей захотелось, видите ли! А в общем, оба хороши. Надоело всё – лучше разбегайтесь или старайтесь измениться. Чтобы потом не пришлось гадать, куда скрываться от коллекторов, не получивших вожделенного.
Спать не хотелось. Болела башка и тянул живот, который предыдущие сутки сидел на голодном пайке. Трапеза во сне тоже сорвалась, так что кулинарных шедевров Мориса и Франка мне отведать не удалось. Вспомнив, что для одного из спутников неудавшийся обед закончился вообще печально, я вздохнул и осторожно выполз из кровати.
                В том месте, куда меня приложило, красовался великолепный шишак, а рана на руке выглядела едва затянувшейся. Понятно, путешествия в Страну больше не пытались маскироваться под обычные сны. Смочив холодной водой ушиб, я немного подумал и совершенно неожиданно решил пробежаться по обычной (для последних дней) утренней программе.
Очень тихо, чтобы не разбудить Оксанку, оделся. Щёлкнул статуэтку единорога по носу и назвав себя извращенцем, провёл пальцем по каменной попке девушки. Та не возражала.
Светящихся окон, что совсем не странно, почти не наблюдалось. Из-за этого временами казалось, будто я очутился в глухом лесу, а не в центре города. Вон даже какое-то животное глухо заворчав, спряталось за трансформаторную будку и что-то забубнило. Очевидно – кикимора или леший.
На стадионе я оказался не один и даже обрадовался, увидев знакомую фигурку с капюшоном, надвинутым на лицо. Ощущая приятную теплоту в груди, я помахал своей коллеге, и она ответила, тут же подняв настроение ещё на пару пунктов. Ладно, раз всё идёт так хорошо, почему бы попытаться побить собственный рекорд?
На десятом круге мне показалось, будто у зарослей ивняка, подступивших к самой беговой дорожке, кто-то стоит. Кто-то, напоминающий рослого кряжистого мужчину. Однако, когда я приблизился то не увидел никого и ничего, кроме деревьев. Впрочем, тут такие заросли, что обычно молодёжь выбирает это место с вполне определёнными целями.
В этот момент я услышал, как шаг моей знакомой незнакомки ускорился, словно она решила пойти на обгон. Ну и пусть, возражать не стану.  Однако произошло нечто странное. Кто-то глухо заворчал за спиной, а после послышался шлепок и звук падения тяжёлого тела. Прежде, чем я успел сообразить, что происходит непонятная фигня, ноги успели унести тело вперёд метров на десять. Лишь после этого я остановился и посмотрел назад.
Девушка стояла возле зарослей и разгибалась, точно перед этим делала приседания или наклоны. Может дыхание сбила?
- Всё в порядке? – спросил я, делая шаг вперёд. – Помочь?
- Всё в порядке, - я ощутил, что она улыбается. – Не волнуйтесь. Удачного дня.
Видимо так она попрощалась, потому что не составила обычную компанию на тренировочной площадке. Я проделал комплекс упражнений и ощущая, как вибрирует каждая мышца, отправился домой. Небо уже начинало мало-помалу сереть и светящихся окон заметно прибавилась.
Ксюха ещё спала, так что я принял душ, сварил кофе и наделав бутербродов, развалился в кресле. Полистал новости по ноуту. Впрочем, это занятие быстро надоело, и я принялся искать упоминания о разумном и говорящем оружии. Кровопийца оказался совсем не одинок, но особой пользы из упоминаний фэнтезийных романов я для себя не извлёк.
Пришло сонное нечто с виноватой физиономией и село на край дивана. Потом уставилось на меня заспанными глазами.
- Бить будешь?
- По ушам? – осведомился я, ощутив внезапный прилив нежности. – Кофе хочешь?
Кофе сонное нечто хотело. И мы пили его на балконе, накрывшись колючим пледом и наблюдая, как лучи восходящего солнца, вспыхивают то в одном, то в другом окне. Ксюха сделала попытку вернуться к вчерашнему разговор, но я тут же сунул ей в рот кусок бутерброда.
- Мне тебе тоже кое-что нужно рассказать, - сказал я и захрустел кофейной гущей. – Но, наверное, чуть позже.
- Что-то неприятное? – помолчав, спросила супруга, и я ощутил, как она напряглась.
- Нет, с коллекторами я не встречаюсь.
- Ах ты, зараза! – она стукнула меня кулаком по плечу и плюхнула кофе на ступню. – А мне бутербродами рот затыкает.
- Это потому что у тебя бутербродов нет, - заметил я. – Тут такое дело... Просто не знаю, с чего начать. Велика вероятность, что ты, после рассказа, побежишь вызывать психиатров.
- Кажется, меня уже ничего не удивит, - пробормотала жена.
В этом я сомневался, но решил ещё немного подумать, как бы поделикатнее начать свою историю.
- Пойдём погуляем, - предложил я. – А уж по дороге определимся.
Прежде чем план грядущего рассказа сложился в голове, гулять пришлось достаточно долго. Мы прошлись вниз по проспекту, пару раз, без фанатизма, заглянули в небольшие магазинчики и остановились попить кофе в крохотной кафешке и непонятными иероглифами вместо названия. Здесь нас обслужили двое загорелых и абсолютных седых усачей с физиономиями заправских янычар. 
Покачивая красными стаканами на головах, где болтались золотистые кисточки, они приготовили термоядерный напиток и наговорили кучу любезностей супруге. Странно, а ведь раньше я достаточно нервно реагировал на подобные знаки внимания. Сейчас же оказалось просто забавно наблюдать, как турки или кто там они, сыплют комплиментами и приглашают в гости к себе в город, с непроизносимым русским языком названием. Кроме нас в кафе не оказалось ни единого человека, кроме старика с тростью. Он сидел в самом углу, перелистывал страницы толстой книги и периодически постукивал о пол свои аксессуаром.
Взбодрённые волшебным напитком мы словно на крыльях добрались до набережной и прогулялись вверх по течению реки. Народу почему-то оказалось совсем мало, а те, что имелись, рассматривали воду с мостиков или кормили хлебом галдящих уток. Мы тоже купили булку и спасли вытягивающих шеи пернатых от голодной смерти.
Нам повезло: когда от булки осталась половина, растолкав жалких товарок к нам подплыли два красавца-лебедя абсолютно чёрного цвета. Ксюха даже тихо взвизгнула от радости, и попросила сфотографировать, как она кормит красавцев.
- Только селфи не делай, - посоветовал я и сфотал жену на фоне реки.
Булка закончилась, утки бросились потрошить других доброхотов, а лебеди растворились, словно и не было. Впрочем, у берега наблюдался настоящий птичий суп – немудрено и затеряться.
- Ты рассказывать думаешь? – поинтересовалась Ксюха, когда расстояние до дома начало исчисляться километрами, а день успел перевались через полуденную планку. – Да и ножки у маленькой Оксаночки немного устали. Я же не бегаю кроссы, как некоторые.
- Бегай, - предложил я, оглядываясь по сторонам. Ага, заведение «Мистраль» выглядело вполне себе ничего. По крайней мере – снаружи. – Пойдём, присядем. Дадим отдохнуть ножкам маленькой Оксаночки.
Внутри кафе оказалось совсем не хуже: стиль шестидесятых-семидесятых прошлого века, повсюду портреты французских актёров и пара больших экранов, где без звука демонстрировали чёрно-белые фильмы.
- О, Бельмондо! – обрадовалась Оксана, указывая пальцем – Я его просто обожаю!
- Он же на обезьяну похож? – удивился я.
- А мне нравится.
- Угу, понятно. Теперь, когда ты мне скажешь, что я – мужчина в твоём вкусе, нужно будет повнимательнее посмотреть в зеркало. 
Под песенку Дассена про жёлтую реку мы выбрали удобный кожаный диванчик и стали поджидать одну из девиц в коротких юбочках, которые сновали по полутёмному залу кафе. Пока ждали, каждую минуту меня информировали, что ноги у официанток – кривые, груди нет, а причёски уродливые. Я не возражал. Просто смотрел.
Судя по меню, кафе нам удалось выбрать не из самых дешёвых. Впрочем, оно и к лучшему: рассказывать под хорошо приготовленные блюда намного легче. 
Зашёл я несколько издалека, так что Ксюха поначалу приняла зачин истории за наш предыдущий пустопорожний трёп ни о чём. Я припомнил фильмы и книги, где герои попадали в сказочные миры, полные магии и волшебства. Хоть вкусы жены и отличались от моих, но под настроение и она могла посмотреть что-то, про хоббитов и прочих орков. Поэтому, до появления горячих блюд мы успели прийти к общему мнению, что современному человеку придётся нелегко в окружении ведьм, русалок и чудовищ.
- Хоть, в принципе, оказалось не так уж и страшно, - заметил я, вгрызаясь в хрустящий кусок мяса, сочащийся соком.
Ксюха замерла над своим бифштексом и вопросительно уставилась на меня.
- Ты сейчас насчёт мяса или уже таки начал свой важный разговор? – она легонько постучала ножом о край тарелки. – Мишка, мы уже с тобой столько вместе. Ты, когда меняешь тему разговора, даже в лице меняешься. Так что там у тебя оказалось не так уж страшно?
- С волшебной страной, - сообщил я и сразу уточнил. – Если что, то она так и называется – Страна. С большой буквы.
Оксана тяжело вздохнула, проворчала, что: «Она-то думала!» и спросила, почему я у неё такой дурак?
Пришлось предъявлять доказательства. Рану на руке изучили очень внимательно, потом так же пристально осмотрели оба перстня, сравнили их, пощупали шишки на голове и сообщили, что всё это – ничего не значит. Тут супруга, конечно была права.
- Хорошо, тогда просто слушай, - и я начал рассказывать всё, с самого начала. С того самого, когда из телевизора хлынула вода.
Рассказчика не прерывали и никак не комментировали историю, вплоть до того момента, когда меня привели в сознание, после удара по голове. Ну, самого первого удара. Услышав имя Леонид, Ксюха побледнела, что было хорошо заметно даже в тусклом синем свете. Обронённые столовые приборы тихо звякнули. В общем-то я уже и сам всё понял, но решил уточнить.
- Я так понимаю, что твоего хахаля, - оторопь тут же сменилась злостью, - тоже так зовут?
- Да и он, как две капли, воды похож на того, которого ты описал. Разве что немного постарше. Здешнему – лет тридцать пять – сорок. И если имя ты ещё мог где-то случайно услышать, то внешность…Ты же не следил за мной?
- Ещё чего не хватало! Ладно, дальше слушай.
Я рассказал всё. И о своих похождениях в Стране, где я получил звание Лорда-Защитника, перстень и перерезанное горло. Непроизвольно пощупал глотку и обнаружил там тонкую риску шрама. Хм, а раньше вроде бы не имелось. Потом перешёл к погоне, сражениям с Мечеными, болтливому мечу и наконец добрался до операции по возвращению Леди Оксаны из плена злобного Леонида.
- Как видишь, - заметил я, покончив с бифштексом, - миры – разные, а задача – одинаковая.
Слушательница только сейчас вспомнила про забытое блюдо и отправила в рот лист салата. Пока Ксюха жевала, я вспомнил, что в обычном мире встречал людей из Страны.
- У одной даже купил тебе подарок на день рождения.
- Миша, - Ксюха потёрла лоб. – Возможно, я тебе уже это рассказывала – не помню. В общем, у меня в детстве были постоянные сны с единорогами. Цветные и яркие. Такие, что, когда просыпаешься, хочется вернуться обратно и остаться там навсегда. А потом прекратились, да так резко, словно кто-то ножом обрезал. А вот теперь ты рассказываешь про другую меня, которая – Леди единорогов. Может это что-то значит?
- Всё может быть, - я пожал плечами. – Ну в общем так; если ты в следующий раз проснёшься, а у мужа нет головы, полицейским так и скажешь: Меченые отрезали, из волшебной Страны. Посадить уже точно не посадят.
- Сплюнь, дурак! – она снова побледнела. – Слушай, а я с тобой туда никак попасть не могу?
- Наверное – нет, - я снова пожал плечами. – Ты же там уже и так есть.
Сказал, а сам задумался. Вот интересно: я имеюсь в одной штуке, бойцы из команды Егора – тоже, как и другие. Почему Оксана в двух экземплярах? Она и её антагонист Леонид? Что-то во всём этом было, вот только – что?
Мы ещё поболтали, обсуждая Страну. Сначала за десертом, а потом – за кофе. Правда, большинство Ксюхиных вопросов поставили меня в тупик, ибо, как выяснилось, пробежка в место зимовки единорогов и обратно, не принесла слишком много информации о месте, куда меня угораздило попасть. Да, там имелась река, поля и заснеженные горы. Однако я не мог сказать, какие ещё волшебные существа, кроме единорогов там водились. Вроде бы видел русалок, но очень издалека и недолго.
- Вот теперь я тебе точно верю, - сказала Оксана и стукнула ложечкой от мороженого по носу. – Помнишь, как мы ездили на Кавказ? Что ты рассказал своему Костику, когда приехал? Холодно и ноги разъезжаются?
- Шашлыки вкусные, - добавил я и ухмыльнулся. – И чача.
- Путешественник, блин. Тебе только передачи на ТВ вести. Я был в Африке, видел негров и пустыню. На этом, пожалуй, всё.
Я расплатился, и мы вновь вышли на набережную. Только теперь шли в сторону дома. Ого, а некисло мы так поболтали! Небо успело потемнеть и среди облаков уже мелькали огоньки первых звёзд. Людей стало значительно больше, поднялся прохладный ветер и начал творить на голове чёрти что. Оксанка некоторое время пыталась усмирить волосы, поднимающиеся дыбом, но после сдалась и позволила озорнику шалить дальше.
- Миш, - сказала Ксюха, после того, как мы обошли по мостикам крохотный островок, посреди реки. Там уже начала сиять инсталляция, изображающая семейство медведей на рыбалке, - пошли потихоньку домой. Нервы шалят и всё время кажется, будто кто-то смотрит в спину. Неприятно так. Ты уж прости, если я тебе кайф обламываю.
- Сам хотел предложить, - упоминать о том, что враждебный взгляд буравит и мою спину, не стал.
Оксана всё спрашивала, как выглядит её двойник и кто из них двоих смотрится более выигрышно. Замороченный вопросами супруги я и сам не заметил, что ноги свернули на короткую дорожку, которая вела совершенно глухими и безлюдными переулками. Здесь постоянно не работали фонари, а редкие прохожие напоминали смутные тени. Вот, как эта девушка, прошмыгнувшая мимо и шепнувшая…Что?!
«Берегись!» - вот что сказала незнакомка, очень напоминающая мою коллегу по утренним пробежкам.
Впереди кто-то стоял, точно. И не один. Вспыхивали огоньки сигарет, но разговоров я не слышал. В висках стукнуло. Раз. Другой. Я обернулся и придержал Оксанку за рукав пиджака. Топот множества ног. И вновь – ни слова. Ксюха повернула ко мне бледное пятно испуганного лица. 
- Миша, что случилось?
Мы оказались в длинном узком проходе между двумя зданиями. Сзади и спереди приближались люди, и я совершенно отчётливо ощущал запах угрозы, исходящий от них. Окурки падающими звёздами летели к земле. Пару раз щёлкнуло. Удары в висках напоминали звуки приближающегося поезда.
- Эй, чёрт, давай побазарим.
Понятное дело, я даже не сомневался, какой разговор нам предстоит. Щелчки очень напоминали звуки выбрасываемых лезвий.
- Миша! – Ксюха вцепилась в меня. Я очень медленно и спокойно избавился от хватки и подвинул спутницу к стене.
- Стой здесь. Всё будет хорошо.
С обоих сторон насмешливо гыгыкнули. Удары в висках слились в неразборчивый треск, а перед глазами полыхнуло багровым. В этом потустороннем свете я отчётливо различал фигур нападающих: пять – с одной стороны и четверо – с другой. У троих ножи, а у остальных – биты. Решили валить наверняка. На случайность абсолютно не похоже. Крепко же озлился Ксюхин ухажёр! Ладно, огорчим скотину ещё больше.
Я был уверен, что у меня получится.
Сначала я решил разобраться с большей группой. Время послушно замедлилось, хоть и не так, как это бывало в Стране. Вместо громыхающего голоса – металлический лязг, от которого, кажется вот-вот развалится черепушка. Однако же, всё работало!
Чудилу с ножом я схватил за запястье и швырнул в товарища, постаравшись вложить в бросок всю силу. Запястье противника хрустнуло сразу же и ещё что-то, когда оба впечатались в стену. Но я уже пинал лысого увальня в колено и не успел он нагнуться – коленом в лицо. Кажется, здоровячок начал делать сальто, когда мой кулак вынудил обладателя колоритного чуба, показать физию звёздам. Из последнего я вышиб воздух ударом в живот, отобрал биту и проверил крепость небритой челюсти. 
Убедившись, что спортивный снаряд крепче кости, я отправил биту товарищам неудачника. Две «кегли» тотчас рухнули, а крепыш в короткой кожанке полез за отворот куртки. Если ножи и палки уроды достали сразу, значит там – что-то серьёзнее. В несколько прыжков я миновал испуганную жену и сходу врезал локтем крепышу в нос. Обронённый пистолет запрыгал по асфальту и пока последний нетронутый следил за оружием, я нанёс ему шикарный боковой. Потом стукнул головой о крепыша с разбитым носом и ощутил, как стук в висках сбавил темп.
Поединок окончен. Мать моя женщина, я только что уложил девять вооружённых головорезов! Вот это да! Большая часть мордоворотов не подавала признаков жизни и лишь двое или трое тихо похрюкивали. Кажется, больше никто продолжать драку не собирался. Оно и к лучшему. Я чувствовал подкрадывающуюся апатию и ощутил, что по ладони правой руки скользит ручеёк крови. Открылась ранка, через которую питался Кровопийца.
- Миша! – Ксюха подбежала ко мне, испуганно косясь на лежащих и потянула за рукав. – Пошли, пока они не очнулись.
Конечно, это выглядело несколько глупо, но возражать я не стал. Жена практически буксировала меня вперёд, и оставшаяся пара переулков промелькнула точно сон. Я только успел заметить, что за проходом, где я принял бой, кто-то стоял. Кто-то с тростью, которой он постукивал о землю, не поворачиваясь в нашу сторону.
Наверное, до конца удалось опомниться лишь тогда, когда стены родной квартиры озарились светом лампы, а мы сели на диван, глядя друг на друга. Потом Оксанка сделала большие глаза и обняла меня. 
- Мишка, ну ты даёшь! – пробормотала она. – Как ты этих…Я даже испугаться толком не успела: бах, бах и все на земле!
Зазвонил телефон в её сумочке. Жена достала его и посмотрела на меня.
- Это – он.
- А ну, дай-ка, - я взял телефон и принял вызов. – Ну?
Некоторое время в динамике стояла напряжённая тишина, а потом я услышал нервный смешок. Всё же говнюк оказался не готов к такому.
- Слушай, ты, - начал он и я решил сбить с него остатки спеси.
- Я с мудаками на брудершафт никогда не пил и не собираюсь, - трубка глухо выругалась. – Так что, если есть что сказать – говори, потому что на этот номер ты звонишь последний раз.
- Думаешь, если сумел пару раз справиться с моими дураками, то победил? – он хмыкнул, а я задумался: когда же был первый раз? – Твои приключения только начинаются, козёл. И шалаве своей передай: если я кого-то решил трахнуть – трахну.
- Трахни себя, - посоветовал я, - пока я тебя не трахнул ручкой от метлы. Уразумел, урод? И это – моё последнее предупреждение.
Я отключил телефон и отдал его Ксюхе. Слабость прошла и очень хотелось пойти, чтобы немедленно осуществить угрозу. Несколько раз.
- Кинь гада в чёрный список, - посоветовал я и прижат Оксанку к себе. Она дрожала. – Всё, успокойся. Твой Лорд Защитник рядом и в обиду не даст.
- Она ничего не ответила, но я и сам ощутил некую фальшь в своём обещании. Ту, другую Оксану, я пока так и не защитил.
Чтобы успокоить нервы, мы выпили по бокалу коньяка, который я приберегал на Новый год. Нервы успокоились, но возбудилось другое. До полуночи пришлось успокаивать ещё и это и лишь после мы уснули в объятиях друг друга.
Так мы спали лишь первый год после свадьбы.

                                               ЗДЕСЬ

                Под пальцами ощущалось нечто влажное и липкое, а в ноздри медленно вползал неприятный аромат застоявшейся воды и гнилой растительности. Потом я услышал приглушённые голоса и попытался открыть глаза. Затылок тотчас прострелило резкой болью, а бедро правой ноги так заныло, точно там имелась какая-то рана. Ах да, яма с кольями. А затылок?
         Я открыл глаза и обнаружил, что почти ничего не изменилось: темнота, только пронизанная крохотными, быстро перемещающимися искрами. Попытался встать, и рука из влажного месива съехала в холодную маслянистую жидкость. Пришлось торопливо выдёргивать пальцы из мерзкой лужи и недовольно шипеть, подобно кошаку, после купания.
- Очнулся, ну слава богу, - голос раздался прямо над головой, вынудив вздрогнуть от неожиданности. – Хоть какая-то хорошая нововость.
- Да, больше не придётся волочь эту тяжесть, - грубый тяжёлый голос принадлежал Марку. – Руки до сих пор просто отваливаются.
- Ноги – тоже, - отозвался Морис. – Полдня бежали же! Думал – сдохну.
- И это – бывший стайер-полупрофессионал, - теперь – Франк.
Я таки сумел принять сидячее положение и смог увидеть спутников. Почти всех. Джон отсутствовал, по вполне объяснимым причинам. Бойцы сидели вокруг углубления в почве, которое они накрыли куском толстой деревяшки. Из-под бревна пробивались слабые языки пламени.
Я ощутил ток тепла и тотчас сообразил, что вокруг стоит промозглая сырость, от которой неприятно ломит кости. Оказывается, я лежал на чьём-то плаще. Он защитил тело от сырости, но от холода спасти не мог.
Егор протянул руку и помог подняться. Его, обычно спокойное и даже безмятежное лицо, сейчас выглядело донельзя мрачным. Впрочем, могло и показаться. Если не считать тусклых лучиков света от скрытого костра, вокруг царила непроглядная темень. Где-то во мраке что-то плюхнуло, хлопнули крылья, и кто-то истошно завопил, точно его собирались резать. Или уже резали. Я вздрогнул.
- Где это мы?
- Болото теней, - командир сделал приглашающий жест. – Подходи, погреешься. Места тут не шибко комфортабельные.
- Я заметил.
Много теплее не стало, но хоть ломота в костях начала понемногу отпускать. Я протянул руки к огню, и тотчас тёмная капля соскользнула с правой ладони и шлёпнулась на землю. Саша, сидевшая рядом, схватила меня за запястье и внимательно изучила рану.
- Не заживает, - с некоторой опаской сообщила она и Ло согласно кивнул, точно девушка в чём-то подтвердила его подозрения. – Сколько тебя тащили, столько и капало. У Марка всё плечо в крови.
- Я-то проживу, - откликнулся татуированный гигант. – Не я же истекаю.
Егор и Семён переглянулись.
- Ещё и это, до кучи, - Семён стукнул кулаком по земле. – Всё пошло через жопу!
- Что я пропустил? –руку пришлось забирать едва не силой, потому что Саша пыталась перевязать рану куском ткани. – Не стоит, только помешает связи с мечом. Так что произошло, после того, как я отрубился?
- Ты не отрубился, - спокойно заметила Светлана и сунула хворостину под колоду, поворошив угли. – Тебе стрела в голову прилетела.
Я машинально взялся за затылок и обнаружил там волосы, слипшиеся от крови, а под ними – болезненно пульсирующую рану. Странно, а ведь прежде и внимания не обращал. Впрочем, следы на голове скорее напоминал глубокую царапину, чем что-то серьёзное. Такую же фигню я как-то получил на работе, когда забыл про таль, висящую под потолком. Костя тогда промыл черепушку спиртом, сетуя на напрасный перевод продукта. Даже в медпункт не стал обращаться.
- Крепкая голова, - заметил Морис с некоторой завистью. – Обычно такой стрелой прошибают рыцаря в полном доспехе, а тут – хоть бы что.
- Голова болит, - пожаловался я. – И всё-таки, что было, после того, как эти уроды погнались за нами?
Джона я не стал упоминать. Думаю, спутники отчасти винили меня в смерти товарища. Если бы не этот поход, он бы остался жив. Чёрт, я и сам ощущал себя не в своей тарелке!
- Ничего особого интересного, - Егор махнул рукой и поморщился. – Гнали на по этой распроклятой канаве километров десять. Потом начали потихоньку отставать. То ли выдохлись, то ли – чёрт его знает. Светка подозревает, что загнали в полную жопу, поэтому и не стали догонять.
- А жопа реально полная?
- Болото теней – охрененно здоровая штуковина, - вздохнул Семён, - а к храму можно подобраться, если хорошо знаешь проход между трясинами. В противном случае будешь лазить по кочкам и не приблизишься даже на шаг. Где мы сейчас находимся – чёрт его знает, где искать семейство рыбаков – ему же известно. Судя по тому, как нас встречают, Повелителям Печати отлично известно, куда и и зачем мы топаем, так что сюрпризы ещё не закончились.
- Весело, - констатировал я и ещё раз коснулся затылка. Ладонь продолжала кровоточить. – Где Кровопийца? Надо кое-что проверить.
Ло порылся в своём мешке и достал меч. Потом склонил голову и протянул оружие мне. Морс фыркнул, собрался что-то сказать, но получил локтем в бок от Франка и фыркнул ещё раз.
Я взял рукоять Кровопийцы, и тотчас острая боль пронзила ладонь на сквозь. Однако я не услышал привычного язвительного голоса. Казалось, будто я держу обычный кусок металла. А, впрочем,…Какие –то звуки были, но такое ощущение, словно они доносились из-за стены обитой войлоком. Попытался прислушаться и тотчас бурав в раненой ладони провернулся несколько раз. С трудом сдержав стон, я скрипнул зубами и вновь попытался пробиться сквозь непонятную преграду.
- У него кровь таки хлещет, - встревоженно заметила Саша. – Нужно что-то делать!
- Остынь, - голос Семёна слабел, удаляясь. – Не падает же пока.
Крики за стеной очень напоминали зов кого-то, угодившего в беду. Боль в ладони становилась всё сильнее и пока ещё сохранялись силы, я решился и изо всех сил рванул на зов. Затрещало, а перед глазами словно перед глазами несколько раз полыхнули полотнища молний. В ушах громыхнул орудийный раскат, а клинок сделал попытку выскользнуть из мокрых от крови пальцев.
- Наконец-то, - голос Кровопийцы прорвался наружу и загромыхал неудержимым громом. Правда, тут же стих до пристойного уровня. – Прости, это я от радости.
- Что случилось-то? – пришлось потратить столько сил, что я не смог контролировать мысли и говорил вслух. Бойцы прислушивались к нашему разговору с пробудившимся мечом. – Ты словно заснул.
- Колдовство, - прорезалась яростная злоба, точно огромная волна нахлынула на камни. – С нападающими был кто-то, из братьев. Только они способны на такие штуки.
- Так ты знал, что такое возможно?
- Знал. Случалось, пару раз.
- Тогда, почему не предупредил?
- Забыл, - теперь в голосе слышалось смущение. – Слишком долго не происходило ничего подобного, да и с братьями я не встречался уже больше сотни лет.
- И кто это был, Бессонник или Душегуб?
- А, запомнил! Не знаю, - сейчас клинок казался встревоженным. – Но кто бы это ни был, он стал значительно сильнее. Мало того, что сумел незаметно усыпить меня, так ещё и заставил тебя истекать кровью. Попробуем хоть это исправить, - боль в ладони стала значительно слабее и кровь перестала бежать ручьём. – Скверно.
- Что такое? Всё ведь в порядке?
- Всё да не всё, - возможно то, что я услышал было ругательством, но я не понял ни единого слова. – Тут хитрость, а я не знаю, как её обойти. Пока не знаю. Если оставить всё, как есть, - то в бою я утрачу половину сил, а если установить связь полностью…
- Ну?
- Через день, максимум – два, ты истечёшь кровью. Так что, пока всё спокойно, обойдёмся ограниченной связью. А пока я подумаю.
Я положил клинок рядом и протянул ладонь Саше. Девушка осторожно отёрла кожу и тихо присвистнула.
- Ух ты, зажило! Да он у тебя чудотворец.
- Почти, - я повернулся к Егору. – Разговор слышал? Могу прояснить некоторые моменты, если нужно.
- Не стоит, - он скорчил страдальческую гримасу. – Главное, то что один из проклятых мечей находится у Меченых.
- Ага, а мой сейчас способен работать лишь вполсилы. – Ганс покачал головой и неодобрительно покосился на Кровопийцу. – Кроме того, мой болтливый умник утверждает, что его родственник, кем бы он ни был, здорово прибавил в мощи.
- Просто зашибись! – Света швырнула прутик, которым ворочала уголья в темноту. Там сразу завопило что-то ужасное. Может – жаба. – Да заткнитесь вы, уроды пучеглазые! Спать из-за вас невозможно.
- А я сразу сказал, - Марк провёл пальцем по лезвию секиры, которую протирал куском ткани, - не мог Джон просто так упустить этих гадов. Нечисто дело.
- Мы слишком расслабились, - внёс свою лепту Ло. – Привыкли к простым рейдам: наскочили, изрубили Меченых, ушли. Утратили концентрацию.
- Угу, задвинь нам о пути самурая, - Светлана зевнула. – Интересно, каким боком тебе поможет концентрация, если придётся сражаться с Меченым, у которого в руках Душегуб? Видал, на что наш Лорд способен? А ведь у него – младшенький.
- Если правильно подготовить себя и войти в транс…
- Нет, ну точно Ганс после пяти пива! Когда я вхожу в транс берсеркера, мне ничего не страшно! Дебилы, мля.
Как ни странно, но здоровенный мечник здорово покраснел, чтобы было заметно даже в тусклом свете костра. Морис пропустил ещё один удар по рёбрам, и мы пропустили ещё одну дурацкую шутку.
- Хватит, - Егор поднял руку. – Давайте поразмыслим, как поступим дальше. Нужно пробиться к центру болота, а у нас нет ни проводника, ни нормальной карты.
- Ну, насчёт проводника я бы поспорил, - донёсся из мрака знакомый сварливый голос. – А вы, как я погляжу, не учитесь даже на собственных ошибках? Где часовой? Ещё лишние головы имеются?
- Так там же – один проход, - Егор вскочил и развёл руками. На лицах остальных я заметил что-то типа облегчения. Скажу честно, я и сам его ощутил. Хорошо, когда на кого-то можно переложить хоть часть ответственности. А желательно – всю.
- Один проход – надо же! – во тьме вспыхнул крохотный белый шарик и медленно поплыл в нашу сторону. – Значит, опытный разведчик думает, будто его примитивные шалости с верёвками и сучьями помогут, когда все лягут спать?
Огонёк приблизился и стало понятно, что пылающий шарик находится на конце кривой палки. Посох держал в руках человек в ветхом плаще, капюшон которого опускался на лицо пришельца. Следом за гостем медленно ступал знакомый осёл с сонным выражением унылой морды. Думаю, если бы осёл Иа-Иа существовал на самом деле, он бы выглядел именно так. Человек остановился и сбросил капюшон с головы. Огонёк на посохе погас.
- Вы удивительно беспечны, как для бойцов, недавно потерявших своего товарища, - сварливо заметил старик и подошёл ближе. Так, чтобы немного взбодрить компанию раздолбаев, могу сказать, что вас окружили со всех сторон. Посему имеется два варианта развития событий. Первый: отважно, но глупо погибнуть в бою, просрав всё на свете или…Подвинься, - это он Марку. Когда тот торопливо отсел, дед разместился поближе к костру. – Или просто тупо утонуть в болоте. Что выбираете, гении?
Егор потерянно посмотрел на товарищей, словно наделся получить от них разумный ответ. Потом повернулся к гостю и пожал плечами. Тот принялся довольно кудахтать. Потом щёлкнул пальцами, и печальный ослик подошёл к хозяину, повернувшись к нему правым боком. Дед, не поднимаясь, снял с животного кожаную сумку и принялся рыться в её обширных недрах. Достал что-то завёрнутое в тряпку и развернул. Запахло свежеиспечённым хлебом и чем-то мясным.
- Пирог из Узнарра, - с непередаваемым выражением на вытянувшейся физиономии протянул Морис и его длинный нос стал ещё длиннее. – Всегда узнаю этот запах. Полжизни бы отдал…
- Не стоит, - заметил старик и бросил ему кусок. – Жизнь стоит отдавать только тогда, когда это реально необходимо. А за пирог, деньги или власть – глупо. Угощайтесь.
Каждый получил по куску ароматного пирога, и я тоже смог оценить мастерство неведомых пекарей. Ну что же, в чём-то Морис был прав: это – действительно произведение кулинарного искусства высшей пробы. Мало того, что пирог натурально таял во рту, так я ещё и ощутил искры энергии, которые скользят в мышцах, возвращая им утраченные силы. М-м…
Пока бойцы занимались угощением, старик застегнул все кармашки на сумке, повесил её обратно и вдруг повернулся ко мне.
- Руку покажи.
- Что? – с набитым ртом получилось, как: «Ф-фо?», - но меня поняли.
- Руку, говорю, покажи, - старик внимательно изучил едва зажившую рану и несколько раз сильно дёрнул себя за чахлую поросль на тощем подбородке. Потом полез рукой куда-то в недра своего дряхлого одеяния. При этом он недовольно ворчал. – Ну что же за жизнь такая? Пока ты рядом, всё идёт нормально, а стоит отлучиться и всё летит к чёртовой матери. Балбесу этому голову оттяпали, тут - болячку прицепили.
Дед достал крохотный кожаный мешок и вдруг, совершенно неожиданно, сыпанул на рану ярко алой пылью. Я едва не подавился последним куском, потому что, по ощущениям огненная гадость насквозь прожгла ладонь и просыпалась через получившуюся дырку. Я даже изучил руку: нет, всё в порядке, разве что на месте шрама образовалось нечто, напоминающее полупрозрачную нашлёпку.
- Будет чесаться, - предупредил дедуган и заглянул внутрь мешочка. – мало осталось. Э-эх, приходится переводить на всякую ерунду! Так вот, начнёт чесаться – не вздумай драть – кровью изойдёшь. Через сутки напасть пройдёт – будешь, как новенький. Кровопийце передай: не знает, что творит – пусть вообще рыло не суёт. Лучше пусть следит, чтобы его опять не усыпили.
- Кто, Душегуб?
- Возможно, - старик как-то странно замялся. – Ну и да, ещё одна добрая новость: Душегуб принадлежит Леониду, - я поморщился, а старик только крякнул. – Сам понимаешь: на то и кот, чтобы мыши не дремали. Надеюсь, никто не думал, будто удастся по лёгкому смотаться в Сердце Печати, сплясать перед носом у Повелителей и поплёвывая вернуть Леди?
- Джон точно об этом не думает, - угрюмо бросила Светлана и отряхнув руки уставилась на Старика. – Ну и что в этот раз? Наставления, советы или порция издевательских историй?
- Хотелось бы, - дудуган не выглядел смущённым, - однако, к моему большому сожалению, времени не так много. Иначе я бы припомнил пару великолепных историй об одном мастере боя. Кстати, по странному совпадению она тоже была женщиной, - словно невзначай заметил старик и Морис тут же хрюкнул. Света показала ему кулак. – О её похождениях слагали такие легенды…
- А в них не рассказывали, как она вырвала язык одному болтливому колдуну? Марк положил ладонь на плечо девушки, но та раздражённо сбросила руку товарища. – Если ты пару раз вытащил мою задницу из неприятностей, это не значит, что можно стебаться надо мной при каждой встрече.
- Остальные воспринимают конструктивную критику куда спокойнее, - старик кивнул на меня. – Бери пример с нашего доблестного Лорда. Каждый раз, когда я называю его идиотом, он молчит, а это означает, что я – прав. А ведь в правде сила, да, брат?
Егор и Семён захрюкали. Следом за ними и остальные, хоть, судя по всему, смысла шутки так и не поняли. Даже Светлана расслабилась и позволила своему татуированному другу обнять её за плечи. Обстановка разрядилась, и наша ситуация прекратила казаться такой, беспросветно безнадежной.
- Так вот, - старикан потёр руки и хлопнул осла по крупу, вынудив отойти от костра, - через полчасика мы начнём наше болотное житьё-бытьё и каждый желающий стать принцем получит возможность чмокнуть любую понравившуюся ему жабу. Кто знает, возможно среди них скрывается заколдованная принцесса?  А пока можете задавать вопросы.
- И получать в ответ дурацкие байки и пространные фразы? – Франк улыбнулся и покачал головой. – Говорят, если у тебя спросить, день сейчас или ночь, ты поведаешь историю о животных с двумя хоботами и четырьмя ушами.
- Ты начал историю о битве Меченых с людьми у какой-то столицы, -желание почесать ладонь достигло такого уровня, что пришлось сжать пальцы в кулак и сунуть его в карман. – Чем там всё закончилось?
- Вот, вот, - старик хмыкнул и воздел указательный палец к тёмному небу. – Воистину, перед вами истинный Лорд, которого интересует прошлое, а не глупые истории о животных с двумя хоботами. Пусть этот человек неуклюж, неловок и не слишком умён, но он – на пути к величию.
- Так что там с битвой?
- Мурадар пал. – как ни в чём не бывало сообщил старик, - Сразу после того, как Порченые разбили войско людей. Столицу спалили дотла и начали преследовать уцелевших жителей. Отход мирных прикрывали выжившие воины, но дело было дрянь: огромная толпа передвигалась медленно, а ещё некоторые идиоты пытались тащить всякий скарб. Монстры же наступали быстро и их количество после битвы почти не уменьшилось. 
В общем, король решил дать врагу последнее сражение, позволив жителям уйти, как можно дальше. Идиот, правда? – заметил дедуган и Светлана презрительно фыркнула из объятий Марка. – Вся его тупая доблесть оттянула бы неизбежное лишь на день-два. В общем, солдаты стали в узком проходе между двумя холмами и приготовились славно умереть. Порченые подошли вплотную и уже собрались атаковать, как вдруг, - старик зевнул. - Может, в следующий раз?
- Потыкай в него мечом, - посоветовал Морис, а Семён уточнил, куда именно нужно ткнуть.
- Скверные злые людишки, - старик насупил торчащие брови. – вы просто не заслуживаете такого подарка, как я. Ну да ладно, слушайте окончание и начинайте готовиться к выходу.
В этот раз никто ёрничать и возражать не стал. Бойцы поднялись и начали укладывать рюкзаки, заплечные мешки и прочие поясные сумки. Марк осторожно ссадил с колен свою сварливую ношу, и та помогла ему повесить секиру на спину. Кажется, парочка поцеловалась, но я не приглядывался, да и темно было. Морис и Саша очень тихо ругались, перекладывая вещи из сумки в сумку, но в остальном царила тишина, позволяющая слушать рассказчика.
- Так вот, накануне битвы, облака на небе внезапно вспыхнули таким ослепительно белым светом, словно взошло ещё одно солнце. Среди Порченых внезапно возникло беспокойство: многие монстры ощутили, что их будто жжёт невидимое пламя. Пока Повелители наводили порядок, послышался глухой шум и из-за гряды холмов точно хлынул поток живого серебра.  По крайней мере наблюдатели говорили, что это напоминало реку из расплавленного металла, - старик смущённо поправился, точно излишне образное сравнение могло навредить его образу язвительного циника. – И в тыл войску Порченых ударили единороги. Они нанизывали чудовищ на рога, топтали копытами и давили телами. 
Сначала никто не понял, что происходит, да и как выяснилось, глаза Порченых воспринимали единорогов, точно слепящие пятна света. Уцелевшие монстры попытались дать отпор, но теперь уже их тела ослабели, а оружие выпадало из лап, как это прежде происходило с людьми. Те, что сообразительнее, решили убежать, но от ужаса многие утратили ориентиры и побежали в сторону войска людей. Теперь Порченые оказались лёгкой добычей и их истребили всех, до единого. Из огромного войска, посланного Порчей, уцелели считанные единицы. 
Сообразив, что судьба позволила им сохранить жизни, люди вышли поприветствовать своих спасителей, - почему-то в голосе рассказчика звучала гордость, словно он лично оказался причастен к той победе. – Как выяснилось, единорогами управляли десять прекрасных наездниц. Девушки оседлали самых больших и сильных единорогов, которые скакали впереди остальных.
- Говорят, с погонщицами был ещё один человек, - заметила Саша, успевшая решить все вопросы с Морисом. – Какой-то старикашка, напоминавший ощипанного голубя.
- Слухи, - отмахнулся рассказчик. – Столько времени прошло. Что люди могли запомнить? Что вы вообще помните, однодневки?
- И всем было счастье? – спросил я, поднимая Кровопийцу. Меч что-то заворчал, но тут же заткнулся.
- Был поход на землю Порчи, - ухмыльнулся дедуган, - и несколько крупяных сражений с участием воинов и магов. Но исход всегда зависел от участия единорогов. Два года человеческие армии вычищали земли Порчи от монстров, ею порождённых и в конце концов одержали полную победу. Ну. Почти.
- Что значит, почти? – спросил Егор и затянув последний ремень, несколько раз подпрыгнул. – Нет, реально. В твоих рассказах полно недоговорок, а когда просишь растолковать, возникает ощущение, будто кота тянут за известные органы.
- Другого бы потянуть, - мечтательно протянула Светлана, покосившись на старика. – Да боюсь, там уже давно не за что тянуть.
- Желаешь проверить, хе хе? – Марк показал деду огромный кулак, но того это ничуть не смутило. – Эге-ге, татуированная башка, сколько раз мне угрожали такие же тупые балбесы – не сосчитать. И где все они? А я – вот тут, объясняю, почему, почти. Потому что военачальники человеческих армий не послушались одного, очень умного советчика и не отправились в одно, указанное им место. Точнее – послали разведчиков, а те доложили: старые развалины пусты давным-давно, поэтому незачем и соваться. Вот и получилось: выдрали всю траву, а корни оставили. К чему это привело – видите сами: Порча вернулась, только назвалась Печатью, а из погонщиц осталась лишь одна, да и та – в плену у врага.
- А что за развалины, куда советовал отправиться один очень умный советчик? – спросил я.
- Ход в подземный холм, где таятся Повелители, - старик зевнул. – Что теперь вспоминать? Всё одно, попасть туда можно лишь тогда, когда Печать полностью очистится от Меченых. И тогда откроется тайный ход и появится возможность извести заразу с корнем. Ну, все готовы? Значит – пошли.
Старикан шустро, как для такой древней рухляди, вскочил на ноги и подхватил свою клюку, загнутая верхушка которой начала тускло мерцать. Этот свет становился всё ярче, пока верх посоха не превратился в светящийся шар белого цвета. Сфера вроде бы казалась маленькой, но освещала местность вокруг не хуже мощного прожектора. Очевидно миниатюрное солнце заметили и наши невидимые загонщики, потому что из мрака донеслись недовольные вопли. Хм, и почему я не слышу радости?
- Ишь ты, - ухмыльнулся дедуган и подошёл к самому краю зелёной плёнки болота, - беснуются. А что с ними станет, когда они сообразят, что мышки – тю-тю – удрали из мышеловки?
Осёл приблизился и стал рядом с хозяином. Егор с некоторым недоумением оглядел животное и спросил:
- Ты его что, с собой возьмёшь? Он же утонет нахрен!
- Скорее ты отправишься кормить лягушек, чем он, - хмыкнул дед и похлопал осла по морде. Тот фыркнул, вроде бы соглашаясь. – А теперь – цыц! Не мешать.
Старик повёл светящимся шаром над неподвижной поверхностью болота и остановил в десятке сантиметров от тёмно-зелёной плёнки. Задумался, немного передвинул клюку и вдруг ткнул палкой в воду. Зашипело, забурлило, точно в болото сунули не магическую палку, а банальный кипятильник. Огненная сфера исчезла и стало ещё темнее, чем прежде. Я не видел ровным счётом ничего и лишь слышал чьё-то взволнованное дыхание справа. Кровопийца проворчал что-то о том, как он ненавидит подобные штуки. Что именно, клинок не уточнил.
Потом я вдруг сообразил, что вижу длинную тонкую тень, торчащую из болота – посох нашего проводника. Но в этот раз светился не он, а вся вода вокруг. Свечение становилось всё ярче, а освещённая зона – всё обширнее, пока не превратилась в круглое пятно, метров пятнадцати в диаметре.  В пятне имелись и тёмные пятна, а также – извилистая чёрная полоса, уводящая от берега, куда-то вглубь болота. 
- Вот оно, - проворчал дедуган и не вынимая клюки из воды, чуть повернул голову. – Держитесь меня, внимательно смотрите под ноги и старайтесь не сходить с тропы. Тут есть такие хитрые места – уйдёшь под воду во мгновение ока. Пошли.
Самым первым, как ни странно, пошёл осёл, причём шагал именно по пути, открытому волшебным посохом. Уже после в воду спустился дедуган, пробормотав нечто о «мокрой мерзости». Конец посоха по-прежнему находился под водой и мне в голову пришло, что очень скверно выйдет, если проводник оступится или поскользнётся. Ночью, на болоте, да ещё и в полной темноте…Ух, мурашки по коже!
Твари, населяющие трясину, с началом нашего шествия заметно оживились. Если до этого они лишь изредка подавали голос, то сейчас их вопли звучали громче и чаще. Ганс выплюнул длинное ругательство на немецком и погрозил кулаком в ночь. Потом добавил. Что в гости к жабам топают два лягушатника, так что пупырчатые ещё пожалеют.
Следом за стариком шагал Егор. Семён остановился и сделал приглашающий жест, адресуя его мне. Ну что же, спасибо за честь.
Туфли на ногах, которые упорно возвращались туда каждую ночь, намного меньше подходили для сегодняшних прогулок, чем сапоги спутников. Немного утешало то, что на ногах проводника было нечто, столь же малопригодное для купания. Поэтому оставалось следом за старикашкой помянуть мокрую гадость и осторожно ступить на тёмную дорожку.  Под ногами сразу оказалось нечто, очень скользкое и засасывающее. Кроме того, липкая дрянь тотчас заползла внутрь обуви и появилось ощущение, будто я босиком ступаю по илу. Как тогда, когда мы с Костиком ловили раков. Вот только, думаю, здешние раки сами могли поймать кого угодно и объяснить, в какие места они направляются зимовать.
Большая часть света по-прежнему оставалась под ногами, поэтому в основном я видел лишь воду, да тёмные силуэты впереди. Слышал значительно больше: тяжёлое дыхание, тихие ругательства и фырканье осла. Ах, да и ещё едва различимое пение. Старик мурлыкал какую-то песенку. Судя по долетавшим до меня словам – весьма фривольного содержания.  Про попа, попадью, поповну и парочку работников. Вроде бы – даже смешную, потому что Егор, шагавший впереди, иногда хихикал.
Внезапно песня оборвалась, а я едва не ткнулся носом в затылок Егора. Старик тоже остановился и медленно поворачивал голову из стороны в сторону. Его животное успело частично покинуть освещённую зону и в световом круге осталась лишь серая задница, нервно взмахивающая длинным хвостом.
- Слышите? – спросил дедуган и оглянулся. На сморщенной физиономии отчётливо читалась тревога.
- Что? – удивился я. – Тихо же.
- То-то же и оно, - вместо старика ответил Егор. – Жабы местные орать перестали.
И точно. Все крики обитателей болота прекратились и наступила тишина, в которой слышалось лишь дыхание спутников. Потом что-то недалеко плеснуло и вновь наступило безмолвие.
- Приготовьте оружие, - бросил старик и встряхнул посох. Свет тотчас стал раза в два ярче, вновь напоминая работу прожектора. 
Опять плеснуло, но уже немного ближе. Осёл попятился и оказался виден полностью. Серая морда сохраняла то же сонное выражение. Вот уж кому спокойствия не занимать.
- Что там? – донёсся голос Мориса. Потом – всплеск и громкие ругательства Саши и Франка.
Я обернулся: шутника выуживали из воды, куда он успел погрузиться по самые уши. Судя по всему, утопленник собирался пройти вперёд и естественно соскользнул с тропы.
- Оставайтесь на местах! – рыкнул дедуган. – Ну что за идиоты! Я же предупреждал.
Мориса выудили и Ганс вполголоса заметил, что тот сейчас ничем не отличается от своего любимого продукта. Объект шуток помалкивал и убирал болотную жижу с одежды. Остальные держали оружие наготове. Плеснуло два раза подряд. Совсем близко, но всё же за пределами освещённого пространства.
Я крепко сжал рукоять Кровопийцы и ощутил, как непрекращающийся зуд стал непереносимым. Меч ругнулся и заметил, дескать чувствует что-то скверное. 
- Большое. – сообщил он, - и скользкое.
- Между прочим, - хмыкнул старик и оскалился. – К нам пожаловал тот самый рыбак, у которого вы собирались просить помощи. Здорово же он изменился с прошлого раза.
Не успел он закончить фразу, как вода на краю освещённой зоны забурлила и на поверхности появилось что-то тёмное и длинное, типа анаконды. Тут же тихо щёлкнуло и стрела впилась в скользкое тело, пронзив его насквозь. «Змеюка» исчезла, а из мрака донёсся вопль, полный боли и ярости. Ещё одна длинная хрень появилась в поле видимости, но получив два метательных ножа, пропала под водой. И вновь мощный крик, в котором теперь чувствовалось больше злобы, чем страдания.
- Сейчас. – совершенно спокойно заметил старик. – Он уже совсем близко.
Через мгновение световое пятно забурлило, заклокотало и проросло десятками отростков разной длины и толщины. Все они извивались и тянулись в сторону нашей группы. Кроме того, показалось, будто во мраке, прямо напротив меня, вспыхнули шесть жёлтых точек с тёмными точками внутри. Скорее всего, именно там находился тот, кого упомянул наш проводник.
А чуть позже стало не до наблюдений. Не так легко устоять на узкой полоске скользкого ила, когда к тебе со всех сторон лезут скользкие щупальца с острыми зазубринами на конце и норовят вцепиться в одежду. Что случится, если такая фигня сумеет стащить тебя с тропинки, я уже имел счастье наблюдать на примере Мориса. Вот только теперь времени и возможности спасать утопающего ни у кого не будет.
Я мог видеть только Егора, сосредоточенно тыкающего мечом в воду, да Семёна с громким хеканьем рассекающего наглые отростки. Первое время я слышал свист стрел, а потом стрельба прекратилась, значит Ло тоже взялся за меч. Даже осёл, судя по звукам, ожесточённо топтал врага и лишь старик неподвижно замер на месте, удерживая посох под водой. Впрочем, всё правильно: биться в полной темноте с таким противником – смерти подобно.
Кровопийца по большей части помалкивал и лишь изредка давал короткие советы; куда повернуться, как рассечь щупальце и насколько можно передвинуть ту или другую ногу, чтобы не улететь в трясину. Привычное замедление отсутствовало и приходилось здорово напрягать мышцы, чтобы рассекать упругие скользкие отростки, по которым ещё и не так просто попасть.
Наше занятие больше всего напоминало прополку огромного длинного участка, заброшенного предыдущими хозяевами. Да было и такое, когда Ксюху как-то накрыло желание заняться сельскохозяйственной деятельностью. Вот только трава тогда вела себя много спокойнее. А так я уже успел получить несколько царапин, в том числе – на физиономии. Кажется, в шипах щупалец имелся какой-то яд, потому что раны горели так, словно в них сыпанули перца 
Внезапно Семён, стоявший по левую руку, глухо хрюкнул и провалился по пояс в мутную бурлящую воду. Его тотчас ухватил за руку Морис, однако, судя по напряжённой физиономии француза, товарища тянули в болото с силой, превосходящей возможности спасателя. Не раздумывая ни секунды, я рванул вперёд и сам оказался по пояс в воде. Что-то скользнуло по колену, и Кровопийца немедленно нырнул, рассекая наглое щупальце. Приблизившись к Семёну, я погрузился в омерзительную смердящую влагу, пытаясь нащупать, дрянь, схватившую бойца.
- Левее, - посоветовал меч и добавил что-то, о бесстрашных идиотах.
Ого, да тут целый клубок! Пока получилось рассечь скопление шевелящихся верёвок, пришлось дважды выныривать на поверхность и резать те щупальца, что пытались ухватить меня. Морис удерживал друга из последних сил, а остальные прикрывали нас сверху, потому как чёртова тварь намерилась утащить именно нас и прислала целый лес щупалец, нависающий, подобно уродливому шатру.
Наконец клинок справился с плотным узлом, и Морис потащил хрипящего Семёна на тропу. Я же ощутил, что мои ноги точно вросли в липкое дно болота и их с невероятной силой тянет в глубину. Повинуясь приказу своего металлического соратника, я вонзил клинок в более-менее твёрдый участок дорожки и в тот же миг меня дёрнули так, что захрустели суставы.
- Его утаскивают! – завопил Франк и мгновенно пара воинов спрыгнули по обе стороны от меня. Кто – я не видел. Приходилось напрягаться, сжимая рукоять оружия. Отпусти я его хоть на мгновение и тут же – привет!
- Сделай что-нибудь! – Егор вцепился в мою руку и пытался тащить. По его грязному лицу катились капли то ли пота, то ли болотной воды
Что-то оглушительно заревело за спиной, и я почувствовал, что мои ноги сейчас нахрен оторвутся от тела.

                                ВСЁ ЕЩЁ ЗДЕСЬ

                - Твою же мать! – выругался командир, глядя куда-то, за мою спину. – Что это?
- Время! - голос старика каким-то образом обрёл мощь грома, а вода вокруг меня проросла крохотными змейками голубых разрядов. – Придётся потерпеть.
И тут тело свело так, что даже вздумай я отпустить меч – не получилось бы. Казалось, сейчас молнии ударят из глаз, ушей и рта. Потом всё закончилось, ноги освободились, и совершенно серый Егор втащил меня на тропу. Пришлось некоторое время сидеть, потому как конечности напрочь отказывались хоть как-то работать вообще.
Остальные, надо сказать, выглядели ненамного лучше и лишь дедуган продолжал неподвижно стоять, удерживая конец посоха под водой. Ослик индифферентно подбирал плавающие в воде куски щупалец и меланхолично пережёвывал их.
- Он у тебя плотоядное животное? – прохрипел я, вспоминая достопамятного Перестукина с его коровой.
- А чёрт его знает, - старик пожал плечами. – Когда – как. А так, чего добру пропадать?
- Ты сказал, что – это рыбак, - просипел Семён и попытался грязной рукой убрать тину с лица. Размазал ещё больше и принялся отплёвываться. – Мне рассказывали про него. Нормальный же мужик был, хоть и жил в Печати. Даже в Столицу продолжал ездить с товаром. Угри у него копчёные, говорили, просто объедение. 
Дедуган повернул голову и с некоторым интересом уставился на вопрошающего. Осёл наступил копытом на особо длинное щупальце и потянул зубами. Мне показалось, что я заметил в пасти ишака клыки. Привидится же такое!
- Знаешь, как действует Печать? – спросил старик и переступил с ноги на ногу. – Никто тебе ничего не навязывает и насильно в монстра не превращает. Всё дело в свободе быть кем угодно и каким угодно. В один прекрасный момент ты понимаешь, что рыбной ловли тебе не нужна сеть или удочка – достаточно отрастить вместо рук кучу щупалец. И уже с их помощью наловить добычу даже в самых недоступных местах. А ещё лучше ловить, когда ты сам находишься под водой. А чтобы не заморачиваться с готовкой – жрать рыбу сырой.
И вот так постепенно человек изменяется, пока не прекращает быть человеком. И в другой прекрасный момент он возвращается домой и находит там странных тварей, которые громко кричат и кидают в него острые предметы. И бывший рыбак убивает свою жену и детей, сжирает их и навсегда уходит жить под воду. Теперь, когда он стал чудовищем, Повелители Печати могут управлять им и приказывать ему. Например, убить тварей, которые идут по его болоту.
- Жуть какая! – Саша вытерла мордашку чистой тряпкой и протянула ещё одну Свете. – Держи.
- Кому как, - старик вновь пожал плечами. – Для порождений Печати, зло – мы. Плохо, что наши миры никак не могут ужиться вместе. Поэтому, рано или поздно, но кому-то придётся уступить пространство Страны.
- Ты же говорил, будто она – бесконечна? – я таки сумел подняться и попросил у Саши тряпку. Тщательно вытер Кровопийцу от болотной жижи. Меч буркнул что-то благодарственное.
- И что с того? – хмыкнул старик. – Будто кто-то согласится уйти с обжитых мест, уступив их чужакам! И те, и другие скажут: пусть они уходят. Кроме того, Печать непрерывно расширяется и для этого имеются евские причины. А значит – неизбежны новые походы в мир людей, новые сражения и новые жертвы.
- Выходит, нужно раз и навсегда заткнуть эту чёрную дыру, - сила вроде вернулась в ноги. – Спасём Леди, вызовем единорогов и снесём это гнездо к чёртовой матери.
- Быстрый какой! – проводник покачал головой и что-то прошипел ослу. Тот проглотил последний кусок и выбрался на тропу. – Все готовы? Надеюсь, до самого храма приключений больше не будет.
Приключений не было. Были странные видения, оправдывающие название болота. Когда впереди начали мерцать сине-зелёными точками очертания древних руин, подул холодный ветер, разом убравший осточертевшую вонь болота и тучи с неба. Над головами вспыхнули ослепительные звёзды. Старик закряхтел и вытащил посох из воды. Световое пятно тут же погасло, а проводник сел на плоский камень, торчащий из воды.
- Нужно передохнуть, - заметил дед, отвечая на вопрос Егора. – всё одно, тропа здесь заканчивается и начинается чистая вода. Теперь придётся вплавь – глубина тут в два человеческих роста. Да и за течением следить не мешает, чтобы не унесло к чёртовой матери.
Внезапно Саша тихо вскрикнула и схватила меня за плечо. Я и сам оказался настолько ошарашен, что не обратил внимание на крепкую хватку девушки.
- Спокойно, - сказал Старик. – Вреда они вам не причинят.
Призраки медленно шагали, выступая из мрака так, словно там имелась невидимая дверь. Вид странных существ как бы намекал на то, что они способны нанести вред: длинные клыки в огромных пастях, острые когти на мускулистых конечностях и шипы на хвостах. Тем не менее, угрозы я действительно не ощущал. Скорее вокруг разливалось нечто, вроде древней печали, которая напиталась соками времени и стала густой, точно смола деревьев. Видимо минуют тысячелетия, и смола застынет, закупорив грусть древних тварей в прозрачном янтаре.
Семёну пришлось посторониться, когда рогатое существо с единственным глазом над лягушачьей пастью, направилось прямиком на него. Я обратил внимание, что волосы на голове воина приподнялись, когда призрак прошёл рядом.
- Они что, реальны? – спросил Егор, видимо тоже заметивший это.
- И да, и нет, - старик поёрзал на валуне. – Какая жёсткая сволочь! Это – охрана Храма. Пока нет сигнала тревоги, они могут вечность блуждать вокруг острова в таком призрачном состоянии, но стоит прозвенеть звоночку и нарушителю не поздоровится. 
Ещё одно существо проковыляло мимо, постепенно исчезая во мраке. Я оценил и мощную чешуйчатую грудь, и костяные наросты на верхних лапах. Такими можно легко снести голову кому угодно.
- А мы в категорию нарушителей не попадаем? – осведомился я у нашего гида. – А то как бы не активировать эту самую сигнализацию.
- Я доведу вас до самого портала, - сказал старик, - так что ты особо не переживай. Главное, чтобы в это время сюда не припёрся кто-то из Меченых. Когда охранники начинают действовать, то уже не разбираются, кто нарушитель, а кто так, погулять вышел.
Последний страж растворился в тенях и давящее дыхание древней печали мало-помалу исчезло. Остался прохладный ветер, звёзды и плеск воды под ногами. Очень не хотелось лезть в холодную жидкость и тем более, плыть. С другой стороны, совсем не помешает смыть с себя липкую дрянь, покрывающую кожу и одежду, после чересчур близкого знакомства с трясиной.
Как и следовало ожидать, лучше всех устроился наш проводник. Старик забрался на спину осла и там сел по-турецки, ухватившись за спутанную гриву. Животное повернуло голову, посмотрело на хозяина печальным глазом и тяжело вздохнуло. 
- Смешно было бы, - заметил Морис, - если бы он сбросил тебя где-то на полдороге.
- Очень, - согласился старик и хлопнул осла по боку. – Пошёл. А ещё смешнее станет, когда тебя сейчас схватит судорога. Хочешь, попробуем обе шутки?
- Ну уж нет! – шутник изменился в лице и шарахнулся назад. – ты это, извини.
Старик радостно заухал и его транспортное средство пошло вперёд, рассекая волны своим серым корпусом. Следом потянулись и остальные. Хорошо, хоть плыть тут – совсем недолго. Ну, если зрение не подводит.
Вода оказалась очень холодной, так что шутка старика могла оказаться в руку. Ну или в ногу. Поэтому я особо не торопился, рассчитывая каждый гребок и прислушиваясь6 нет ли предательской дрожи в мышцах? Рядом громко пыхтел Семён, время от времени поглядывая в мою сторону. Следил, стало быть. Однако его помощь не потребовалась, и я спокойно догрёб до места, где ноги зарылись в мелкие камни. Можно стоять.
Чуть дальше крошево под ногами сменилось огромными каменными плитами, по виду – очень древними. На морщинистой поверхности старых каменюк имелись борозды: т о ли обычные трещины, то ли рисунки, плохо различимые в темноте. После купания в ледяной воде не очень тянет на изучение достопримечательностей. 
- Надо бы обсохнуть, - у Саши зуб на зуб не попадал. – Так и заболеть недолго!
- Обсохнуть, ха! – презрительно отозвался единственный, из нас, абсолютно сухой человек. – Слабаки! Ладно уж, сейчас папочка позаботится о своих детках. Топайте следом и постарайтесь сильно не шуметь. Помните: тут есть охрана.
К счастью, идти оказалось совсем недалеко. Дорога из каменных плит вывела нас к небольшой постройке, напоминающей разрушенную часовню. Причём здание появилось из темноты так внезапно, словно до последней секунды пряталось за какой-то невидимой стеной. То ли особенности покраски стен, то ли очередная шутка местной защиты. Сейчас это не имело ни малейшего значения.
Главное, что мы оказались за стенами, которые могли защитить промокших и продрогших путников от порывов безжалостного ветра. Стоило последнему путешественнику войти внутрь, старик спрыгнул со спины осла и закрыл скрипучую деревянную дверь. В наступившем мраке вспыхнул огонёк на его посохе. 
Должно быть постройка, где мы укрылись, раньше была частью общего храмового комплекса. Покрытие потолка давно обвалилось, но на стенах всё ещё сохранились рисунки. Выцветшие краски изображали коленопреклоненных людей и каких-то светящихся существ. Вроде выходящих из тумана. По крайней мере выглядело это именно так. 
Игнорируя картины, старик неспешно прошёл к центру помещения и остановился перед чёрной каменной чашей, края которой находились вровень с крошевом, что прежде было плитами пола. Судя по паре изогнутых столбиков и перекрученным металлическим полосам, чашу когда-то защищала ограда. Сейчас в углублении лежали круглые красные камни. Причём, лежали аккуратной пирамидкой, точно их приготовили с какой-то целью.
- Глаза закройте, - скомандовал старик и ткнул концом посоха в красную пирамидку.
Хорошо, что у меня имелся навык работы со сварщиками. А вот кто-то из спутников не сообразил, что делать и принялся недовольно шипеть. Ну да получить заряд слепящего света такой силы! Будет теперь зайчиков считать.
- Не так же быстро! – проворчал Морис. Кажется, шипел именно он. – Без глаз же можно остаться!
- Можете открывать, - сообщил старик, игнорируя возмущённое замечание. – Ума не приложу, как ты вообще сражаешься? Тоже просишь врагов подождать, а потом ноешь, что чуть без руки не остался?
Марк гулко захохотал, а Семён начал шептать Егору про какие-то три избушки. Теперь смеялись все, кроме меня и Мориса. Саша погладила его по голове и утешила, дескать, с кем не бывает. Морис надулся.
Пирамидка горела ровным жёлтым светом, но не столько светила, сколько – грела. Поэтому все немедленно обступили импровизированный обогреватель и протянули руки перед собой. Ганс начал было снимать куртку, с которой капала вода, но дедуган тут же остановил его.
- Не стоит, - он покачал головой. – Хреновина эта не только полезная, но и вредная: может обжечь так – мало не покажется. Особенно, если кожа ничем не прикрыта. Поэтому, старайтесь морды свои близко не совать. И вообще, мы тут ненадолго.
- Как обычно. – пожал плечами Франк. – Если что-то хорошее, так – ненадолго, да ещё и вредно.
- Ну точно тебе женщины, - подхватил Марк и получил тычок от Светланы.
- Иди сюда, - старик поманил меня, так что пришлось отвлечься от приятного процесса согревания и брести в дальний холодный и тёмный угол. – Очень скоро я уйду и дальше придётся идти самостоятельно. Судя по тому, как вы умудряетесь попадать из одной задницы прямиком в другую, несколько полезных советов не помешает.
- Егора почему не зовёшь? – осведомился я, поглаживая рукоять Кровопийцы. Меч молчал. – Командир группы, всё-таки.
- То, что я хотел ему сказать, уже всё сказал, - отрезал дедуган и вдруг ухватил меня за шею изгибом клюки. Потом быстро подтянул к себе. Сейчас, находясь очень близко к этому странному человеку, я обнаружил удивительную вещь: его глаза непрерывно меняли цвет. Причём смена происходила настолько медленно и незаметно, что ты не успевал сообразить, какими глаза были минуту назад. – А ты слушай внимательно. Твоя цель – Леди и только Леди. Не вздумай провалить задание, потому что решил пожалеть и спасти кого-то из попутчиков. Не вздумай провалить задание из-за того, что сдох. Умереть имеешь право только тогда, когда выведешь Леди из Муада и она вызовет Семью.
- В смысле: умереть? – я не смог удержаться от ухмылки. – Ты же знаешь…
- Знаю, - он кивнул и издевательски скопировал мою улыбку. – Миша, наступает время, когда твоя смерть будет окончательной и бесповоротной. Причём – в обоих мирах. Но должен сказать одну вещь, - он внезапно схватил меня за грудки и подтянул к себе. Глаза старика полыхнули пламенем, - если окажешься таким дураком, что позволишь себя убить, я найду способ наказать тебя и после смерти. Запомни. 
- Запомню, - сказал я, освобождаясь от его хватки. - Выходит, ты предлагаешь, с началом заварушки бросать этих людей и спасать собственную шкуру?
- Пока – нет, - старик оскалился. – Пока – традиционное: один за всех и все – за одного. А вот когда попадёте в крепость Муад – другое дело. И ещё раз повторю: твоя шкура меня нисколько не интересует, главное – спасение Леди. Да будет тебе известно: я всегда выступал против дурацкой практики сведения Леди и Лордов, с их последующей женитьбой. Нелепая идея одного…Впрочем, его уже никто не помнит. Он считал, что таким образом можно улучшить породу Погонщиц. И к чему это привело? У последней Леди Лордом едва не стал Меченый!
- Ну, не стал же, - заметил я, надеясь на пару одобрительных слов. Однако же старик только фыркнул.
 – Замена – ненамного лучше. Поэтому помни: единственная твоя задача – спасти Леди. От этого зависит, уцелеет ли наш привычный мир или полетит ко всем чертям.
Я посмотрел на его лицо, изборождённое глубокими морщинами, и оно вдруг показалось не физиономией живого человека, а ликом древнего изваяния. Точно кто-то выкопал статую, погребённую в незапамятные времена. Это человек выглядел одержимым спасением Оксаны и мира. Похоже, на всё остальное он реально чихать хотел. От этого становилось немного не по себе. Как и от сообщения, что в ближайшем будущем, мой чит на бессмертие обнулится. К хорошему быстро привыкаешь.
- Послушай, - сказал я, почёсывая зудящий нос. – В моём мире…Ну, в моём реальном мире, я периодически вижу кого-то, очень сильно напоминающего тебя и Викторию.
- Только нас? – осведомился собеседник без тени удивления. – Больше никого?
- Ещё Леонида, - я даже зубами заскрежетал. – Он там клинья к моей Оксанке подбивал.
- Угу, - старик покивал. – Этот фокус со снами доступен не только тебе. Но если я и Виктория сознательно связаны со своими двойниками, то Леонид не совсем понимает, в чём дело. Поэтому его действия неосознанно копируют поведение двойника и так же враждебны тебе, как и здесь. Когда я задействовал магию переноса, то подозревал, что кроме ключевых фигур она захватит и кого-то со стороны противника, но поделать ничего уже не мог.
- Ага, - я пытался сложить все элементы картины воедино. – Значит это ты – та собака, которая везде порылась. А кто эта девчонка, которая периодически мне помогает?   Тоже кто-то, из твоих?
Старик долго смотрел на меня, хмуря кустистые брови, а потом пожал плечами.
- Понятия не имею, - голос вроде бы звучал искренне. – Возможно, магия зацепила ещё кого-то, о ком даже я понятия не имею. Помогает, говоришь? А ну, попробуй описать.
Особо описывать оказалось нечего: виделись-то мы всегда в темноте, так что решили разобраться с ситуацией, когда информации немного прибавится. Потом старикан едва не силой разогнал греющихся бойцов и потушил пирамиду. Самое обидное, что только я остался мокрым, словно мышь. Хорошо, хоть немного согрелся.
Старикан заставил конец посоха вспыхнуть ярко, точно прожектор и в этом свете набросал на каменном крошеве пола наш дальнейший путь. Следовало пройти через проход в обрушившейся башне и немного пропетлять среди старых стен, которые за столетия упадка образовали всамделишный лабиринт. Проводник правда заметил, что последний раз он путешествовал по острову очень давно, так что очертания лабиринта могли измениться. Посему, коли дорога исчезнет, главное – не паниковать, а искать другой путь.
- Ладно, - сказал старик, убедившись, что Егор понял, как идти дальше. Я тут выйду, обстановку разнюхаю. Если минут через пять не подам сигнал – можете выходить.
После этого он погрозил мне пальцем, схватил осла за ухо и выскользнул за дверь. В наступившей темноте было слышно, как шмыгает носом Ганс. Странно, что у меня – никаких последствий, после купания в ледяной водичке. Помнится, позапрошлой осенью, где-то в начале ноября, приняв на грудь по ноль семь, каждый, мы с Костиком полезли купаться в реку. Жёны верещали, дескать оба заболеем, дураки пьяные, но товарищ бормотал, что антифриз поможет. Не помог и оба свалились с мощнейшей ангиной, дав шанс подругам жизни лишний раз позлорадствовать.
- Он ведь не вернётся? – почти жалобно спросила Саша и Морис тихо хмыкнул.
- Естественно, нет, - сказал я, уже знакомый с фокусами нашего странного помощника. – Он так постоянно делает.
- Что он тебе наболтал? – спросил Семён. – Что-то дельное?
Мгновение я размышлял, сознаваться или нет. А потом подумал: какого чёрта, эти люди мне спину защищают.
- Сказал, чтобы я в Муаде не обращал внимания, даже если вас начнут на куски резать, - кто-то присвистнул. – А шёл и занимался своим делом.
- Это он тебе правильно посоветовал, - совершенно спокойно сказал Егор. Он приоткрыл дверь и осторожно выглянул наружу. – Так что, мотай на ус. И да, видимо, никакого сигнала мы не дождёмся, так что, пошли.
Дорога к разрушенной башне, если мы только всё делали правильно, вела между двух холмов. Возможно, мы видели древние стены, успевшие за столетия, обрасти кустарником и травой, кто знает. Иногда на покатых склонах впихивали тусклые огоньки, но тут же гасли.
Далеко впереди шагал Ло и его тощее тело иногда полностью исчезало в ночных тенях. Замыкали группу Марк и Светлана, а всем остальным Егор приказал рассыпаться, чтобы осложнить задачу возможным стрелкам. Я не мог понять, к чему все эти предосторожности? Вокруг стояла абсолютная тишина и лишь где-то, очень далеко, вопила то ли жабка, то ли птичка.
Потом из мрака, так же внезапно, как и предыдущая постройка, вынырнула нужная нам башня. Правда, сейчас это строение больше напоминало творение обезумевшего скульптора-гигантомана. Словно согнутый палец с частью ладони давно сгинувшего великана. В уцелевшей части кисти зияла огромная чёрная дыра. У входа стоял Ло и сжимая рукоять меча, всматривался в темноту.
- Что там? – спросил Егор, а Ло медленно поднял и опустил плечи. – Чего тогда стоим, кого ждём?
- Внутри кто-то есть, - сообщил Кровопийца. – Живой и неживой, одновременно. Живое он очень не любит. Такое ощущение, будто он – высоко.
Я передал информацию, полученную от меча и Егор задумался, почёсывая бровь. Потом осмотрел своих людей и сказал, что им предстоит небольшая пробежка. А может и большая, в зависимости от величины башни и настойчивости живого-неживого. Франк заметил, что дедуган ни словом не упомянул про эдакую пакость, а Семён высказался весьма изыскано, но совершенно неприлично. Всё это не отменяло того факта, что бежать придётся очень быстро и возможно – долго.
- Нужно сделать факел. – сказал Семён, когда фонтан его красноречия иссяк. – Иначе – трындец, в такой-то темени!
Осветительный прибор удалось соорудить довольно быстро. Нашлись и специальные палки, и ткань, заранее пропитанная чем-то едким и вонючим. Впрочем, горело всё это весьма неплохо и давало приличный радиус освещённости, как это обозначил Ганс. Видимо, прежде здоровяк работал учёным или типа того.
Когда мы зажгли пару факелов, Егор сказал, что этого – вполне достаточно. В тот же миг из мрака провала донёсся истошный вопль, напоминающий агонию механического дельфина. И вроде реально сверху. Все замерли. 
- Нехрен стоять! – прошипел Семён и подняв факел побежал вперёд. – Ждёте, пока они наружу поползут?
Не знаю, кто такие эти «они», но ждать их совсем не хотелось, поэтому наша дружная толпа тут же рванула вперёд. Уже внутри разрушенной постройки Кровопийца недовольно проворчал, что он может и ошибаться, но вроде бы за нами следует кто-то из Меченых. Однако ощущение присутствия врага оказалось очень слабым, поэтому меч не мог сказать, сколько всего преследователей.
Впрочем, пока на них времени не оставалось совсем. Внутри постройки действительно оказалось темно, точно в угольном мешке. Пламя пары фонарей обратило бегущих людей в смутную слитную массу, как будто по хрустящим камням торопилась вперёд бесформенная амеба, отбрасывающая вокруг безобразной жуткой тени. В пляшущем свете рассмотреть подробности интерьера оказалось практически невозможно и ясно было лишь одно: здание очень велико. Да, и временами из марки появлялись некие предметы совершенно непонятного назначения. Правда их величина как бы намекала на гигантский рост строителей.
- Сверху! – внезапно крикнул Франк и факел в руке Семёна качнулся и замер, как если бы тот остановился и посмотрел вверх.
Они напоминали больших светящихся пауков, состоящих из одних тонких линий и спускались на каком-то слабо мерцающем пунктире. Ярче всего горели глаза или чем там ещё являлись полтора десятка жёлтых точек между лапами. Выглядело всё это не очень страшно, будто я видел украшения неведомых аниматоров к Новому году. А потом твари принялись вопить и вот теперь страшно стало по-настоящему.
Все и до этого бежали быстро, а вот теперь темп бега стал таким, что я начал задыхаться. Странно, если подумать: большую часть своего пребывания в Стране я или преследую кого-то, или от кого-то удираю. Отдыхать обычно приходилось за пределами волшебного мира и то, после гибели. А хотелось ы просто спокойно посидеть, выпить пивка, закусить…Ф-фу, добраться бы до выхода, пока твари не успели добраться до нас.
А непонятных предметов на нашем пути становилось всё больше. И если некоторые хотя бы отдалённо походили на шкаф или стол, то для чего предназначались крученые раковины на ножках или вросшие друг в друга конуса я и предположить не мог. Но всё это безобразие здорово замедляло бег, а скелеты пауков продолжали опускаться всё ниже. И от их размеров становилось не по себе. Кажется, одна тварь могла запросто проглотить меня и не подавиться. Утешало лишь то, что гадость снижалась за спинами, так что путь к выходу оставался свободен.
- Вон там! – крикнул Семён и факел в его руках указал на серое пятно прямо по курсу. И ещё я ощутил дуновение свежего ветра. – Быстрее!
До выхода оставалось метров пятьдесят, не больше, когда пауки добрались до земли. Сначала я услышал шипение, напоминающее треск электрических разрядов, а потом жуткий неживой вопль вновь разорвал тишину на лоскуты. И чёрт побери, начал очень быстро приближаться! Такое ощущение, будто твари сели в автомобиль. И ещё, пронзительный вопль не утихал, отчего в ушах начало звенеть и хотелось присесть, закрыв уши руками.
Внезапно сирена утихла, а где-то позади началась какая-то непонятная возня. Похоже на потасовку. Но никто из нас не стал задерживаться, чтобы поинтересоваться происходящим. Чур их всех, чур! Может они какой-то кусок не поделили и теперь выясняют отношения. Нам это – только на руку.
Вот и выход. Семён на бегу отшвырнул чадящий факел и побежал вниз по склону. Как выяснилось, башня прежде возвышалась над комплексом из зданий, стен и каких-то ассиметричных котлованов. Кажется, тут когда-то имелась лестница, но сейчас от неё уцелели лишь обломки, норовящие выскользнуть из-под ног.
Со временем быстрый бег начал больше напоминать скольжение, точно мы находились на лыжном спуске. Камешки с треском и грохотом катились вниз из-под подошв и первым не удержался тяжёлый Ганс. Он глухо крякнул, махнул свободной рукой и шлёпнулся на задницу. Надо заметить, что после этого, скорость спуска у бойца значительно увеличилась. Потом поданному примеру решил последовать Марк, который лишь чуть уступал товарищу в габаритах. За собой он утянул и Свету, тщетно пытавшуюся удержать друга от падения. Франк и Морис быстро переглянулись и самостоятельно плюхнулись на пятые точки.
Короче, вниз мы скатились очень дружной и компактной кучей. Пришлось потратить некоторое время, чтобы разобраться, где находятся ноги, руки, а где – вещмешки и оружие. А нет, не все скатились: Ло таки удалось удержать равновесие, так что теперь азиат стоял и рассматривал что-то наверху. 
Ух ты, а там реально творилось нечто необычное! Во тьме вспыхивали синие молнии и ветвились, прыгая по согнутому пальцу башни; ослепительные всполохи жёлтого и красного цвета чётко очерчивали тело рухнувшей постройки и слышались вопли. Если механический визг определённо принадлежал жутким паукам, то рёв и почти человеческие крики явно издавал кто-то другой.
- Меченые, - сказал Егор и недобро ухмыльнулся.  – Попались в ловушку, из которой мы успели удрать. Поделом мерзавцам!
- Но меньше проблем не стало, - заметил Семён и указал пальцем. – Сдаётся мне, эта возня разбудила местных стражей. Ну и как говорил старикан, им будет пофиг, что мы не имеем никакого отношения к этой заварушке.
Из-за пирамидальной постройки недалеко от нас высунулось слабо светящееся рыло, поросшее изогнутыми костяными наростами. Медленно открылся круглый жёлтый глаз. Несколько секунд око наливалось сиянием и вдруг мы словно оказались в луче мощного прожектора.
- Проклятье! – я закрыл лицо ладонью. – Долбаный фонарь…
Сквозь зайчики, прыгающие в глазах, я всё же увидел, как уродливое рыло поднялось к небу. Тварь глухо завыла. Звук этот, вроде бы тихий, неожиданно заполнил всё пространство вокруг. Несколько мгновений стояла напряжённая тишина и вдруг пришло сразу несколько ответов. Со всех сторон. Ну всё, сигнализация сработала. Сейчас должен прийти сторож, дядя Вася с берданкой и влепить нарушителям порцию соли с щетиной. Кровопийце определённо понравилась эта шутка и он гулко захохотал. Остальным было не до веселья. 
- Туда! – Саша махнула рукой, и мы нырнули в проломленную стену.
Внутри действительно обнаружился настоящий лабиринт. Огромное количество четырёхгранных пирамид, со множеством уступов, заставило бы плакать от зависти египетских фараонов. А ещё все эти постройки прежде разделяли высокие стены. Половина из них успела рассыпаться на куски. Плюс, высокие деревья с неохватными стволами. Ну и не забываем, что вообще-то дело происходит ночью, так что двигаться приходилось в свете одних лишь звёзд.
Минут пять мы огибали стену, украшенную рисунками гримасничающих трёхглазых тварей, после перебирались через рухнувшее дерево, потом карабкались по иссохшему бассейну и наконец выбрались на открытое пространство. Егор почему-то задумался, а Семён огляделся и начал ругаться.
- Мы отсюда пришли, - тихо сказал Ло и указал на знакомый пролом в стене.
Из дыры высунулось рыло с рогами и ударило в нас светом из глаза-прожектора.
- Вот так и свети! – рявкнул я, больше обозлённый, чем испуганный. – Давайте теперь направо.
Никто особо не возражал, потому что тварь-маяк посторонилась и пропустила через пролом десяток существ, напоминающих Шрека-переростка. Все полупрозрачные, как и полагается призракам. Вот только огромные шипастые дубины в их лапах смотрелись совсем не призрачно.
- Ёкарный бабай, - пробормотал Семён. – Ганс, гляди, к тебе братья приехали.
Ганс глухо заржал, и мы побежали.
И опять поиски нужной дороги в полной темноте. Пришлось переползать через колючую изгородь, причём я так и не понял, что это – кустарник или забор с натянутой проволокой. Но одежду оно цепляло – будь здоров и судя по ругательствам Егора, он оставил на преграде часть своей куртки. 
Дальше мы карабкались по крутой лестнице и ползли вдоль треснувшей стены пирамиды. Чёртова стена, как вскоре выяснилось, таила хитрые ловушки и Франк, решивший опереться рукой о шершавый бок, едва не улетел во внезапно открывшийся пролом. В самый последний момент я и Марк успел поймать бойца и отбросили его прочь от тёмного провала. Тот, кстати, тотчас закрылся.
Потом – вновь лестница, но в этот раз ведущая вниз. С уступа, где мы оказались, хорошо просматривалась узкая дорожка, петляющая между витыми конусами и высохшими фонтанами. Переулок вливался в широкий проспект, а тот, насколько я мог видеть, упирался в огромное здание со множеством балконов. На куполе постройки восседал крылатый монстр с открытой книгой в лапах. Каменное чудовище запрокинув голову изучало звёздное небо.
- Храм теней, - выдохнул Егор, а потом ткнул пальцем в противоположный конец проспекта.  - Нужно успеть туда раньше этих.
«Этих» - целой толпы полупрозрачных гадов, мерцающих всеми цветами радуги. Чудовища особо не торопились, но их оказалось очень много, да и размеры некоторых внушали истинный трепет: нечасто увидишь богомола ростом с трёхэтажный дом или косматую гусеницу толщиной с нефтяную цистерну. Как вообще сражаться с призраками эдаких размеров я пока что не представлял. Ну и как собственно уничтожать призраков – тоже. Кровопийца буркнул, дескать умирать все, главное – найти правильный подход. Тут я не возражал: древнему заколдованному клинку виднее.
- Братья пожаловали, - проворчал Ганс и указал кончиком меча на тот край пирамиды, откуда мы пришли. - Соскучились, наверное.
Привидения с дубинами смотрелись дёшево, точно неудачная анимация из детского фильма, но смеяться почему-то не хотелось. Хотелось дать дёру. Что мы и сделали.
Ступени хрустели под ногами, а одна провалилась, едва не отправив Мориса в полёт. Проклятый комплекс разваливался на глазах. Долбаные стражи, лучше бы ремонтом занялись!
- Знаешь, что мне очень не нравится? – спросил Егор, когда мы окончили спуск и сам же ответил. – Меченые знают, куда мы идём, а значит должны знать – зачем.
- Думаешь, в конце нас ожидает засада? – весьма неприятная мысль.
- Уверен на все сто. Именно поэтому старикан велел тебе позаботиться о собственной шкуре и не обращать внимания, когда нас начнут рубить в капусту. Миша, - он замедлил бег и хлопнул меня по плечу, - ей богу, знаю, какие мысли вертятся в твоей башке: своих, типа, не бросаю, то – сё. Но хоть раз в жизни побудь самовлюблённым эгоистом, тем паче, что на кону стоят не только наши жизни. Спаси Леди, а уж потом рви волосы на жопе и кричи, каким ты был гадом. Договорились?
- Посмотрим, - я хотел было бежать дальше, но Егор покачал головой.
- Так не пойдёт. Поклянись. У меня остались пара девчонок с ребятишками, и я не хочу, чтобы они когда-то обратились в монстров Печати. Клянись.
Мы смотрели друг другу в глаза, и я вдруг понял одну штуку. Не знаю, какими эти люди были до прихода в Страну, но тут они сильно изменились. Теперь для них главным стала безопасность других, а не собственная шкура. И ради высшей цели они могли даже умереть. Странные люди. Отвык я от таких. Хотелось бы самому стать хоть чуточку похожим.
- Клянусь, - глухо сказал я. – Чёрт бы тебя побрал! И давай уже пойдём, пока в этой клятве есть хоть какой-то смысл.
- Добро, - он широко ухмыльнулся. – Лорд-защитник.
Долгое время после этого все молчали. Игра в прятки с целой оравой призраков-исполинов и без того оказалась весьма нервным занятием, так ещё адреналина добавляло то, что мы периодически попадали в глухие тупики. Приходилось торопливо искать другой путь, прислушиваясь к подозрительным звукам за соседними стенами. Когда над ними появлялась чья-то светящаяся шишковатая башка, мы прижимались спинами к потрескавшимся камням и ждали.
- Кто так строит! – бормотал Семён, когда мы покидали очередной аппендикс. – Нет, ну какой смысл громоздить стены одна на другую? А потом что, план лабиринта рисовать?
- Я был на востоке – такая же фигня, - буркнул Ганс. – Подружка затащила. А потом за нами гонялись палестинцы. Они меня приняли за израильтянина, представляете? 
- Все вы на одно лицо, - внёс свою лепту и Ло, а Саша не удержалась от смешка.
- Стоп, - сказал Егор, выглядывая за угол. – Мы выбрались на центральный проспект или как тут эта хрень называется. Вон там – Храм Теней, но до него – около километра.
- Всего-навсего? – удивился Марк. – Сущие пустяки.
- И ни одного призрака, - многозначительно заметил командир. – Как думаешь, они специально с дороги убрались, чтобы нам не мешать? Странно, что красную ковровую дорожку не постелили.
- Другого пути один чёрт нет, - мы переглянулись, и Егор медленно кивнул. – Мы догадываемся, что нас ожидает – уже хорошо. Не станем же искать обходной путь.
- И то верно, - Семён, воровато оглядевшись, выскочил из-за угла. – Вроде – тихо.
Думаю, когда-то главная улица комплекса поражала своей монументальностью. Высоченные здания с пирамидальными колоннами и гигантские статуи неведомых зверушек по обе стороны проспекта. Под ногами – исполинские плиты с золотистыми узорами, светящимися в звёздном свете. Впереди – нечто невообразимое, напоминающее клубок дерущихся змей, которые оплели многолучевую звезду. Самый длинный луч устремился высоко в небо и терялся во мраке. По-прежнему, понятия не имею, в чём смысл всего этого архитектурного безобразия, но труда сюда вбухали неимоверное количество. 
Сначала медленно, а потом – всё больше ускоряя шаг, мы направились к Храму Теней. Чёрт побери, нам позволили спокойно пройти ровно половину дороги, так что все немного расслабились и даже поверили, в удачное окончание пути.
А потом призраки хлынули из всех щелей и на проспекте стало очень тесно. Сначала все ощутили подступающий холод, точно подул морозный ветер. После пахнуло затхлостью, будто кто-то разворошил кучу прелой бумаги и почти сразу полезли полупрозрачные светящиеся силуэты.
Привидения всё же оказались вполне себе материальны. Оружие, хоть и увязало в студенистых телах, но всё же наносило врагу серьёзный урон. Поэтому нам удалось отбросить первую волну и продвинуться ближе к храму. Однако никто не строил особых иллюзий: первыми нас атаковали мелкие, меньше человеческого роста, существа, которые орудовали исключительно когтями и клыками.
Потом заревела знакомая сирена, проспект озарился светом глаза-прожектора и подтянулась призрачная кавалерия. В первых рядах шагали те самые громилы с дубинками, а за их спинами виднелось нечто, едва помещающееся на пространстве широкой улицы. Обрадовавшись подмоге, мелочь возобновила атаки. Это не столько тревожило, сколько замедляло отряд. А до тёмного зева входа в Храм оставалось ещё метров триста. Если нас от него отрежут, тут и сказочке конец.
- Эй, узкоглазый, - Ганс внезапно сбавил шаг и дёрнул Ло за рукав куртки. – Хочешь сдохнуть, как настоящий самурай?
Я тоже замедлил ход и уставился на здоровяка. Но тот лишь махнул рукой: беги, мол.
- Что предлагаешь, большая белая обезьяна? – невозмутимо осведомился остановившийся Ло. – Хочешь задержать этих засранцев?
- В точку, мартышка! Готов?
Я посмотрел на Егора. Тот в этот момент сбил на землю ревущую рогатую тварь и выругался. Смысл разговора был предельно ясен: кто-то должен задержать преследователей и дать остальным шанс ускользнуть. Но ведь никто им не приказывал! Почему именно эти двое?
- Мои предки были викингами! – заревел Ганс за спиной. – И никто не мог их победить!
- Дерьмо эти твои викинги, - голос Ло дрожал от напряжения.
А после яростный рёв заглушил голоса отставших бойцов. Не знаю, что происходило на дороге, но до храма мы добрались беспрепятственно. Все молча ныряли во мрак и лишь я остановился, чтобы посмотреть назад. Там творилось нечто невообразимое: клубился тёмно-красный дым, вспыхивали огни и летели ослепительные искры. Ни бойцов, ни призрачных тварей я рассмотреть так и не смог. Потом меня дёрнули за рукав.
- Пошли, - Семён прижимал пальцы к царапине на лбу. – Долбаная прогулка получается уж больно дорогостоящей.
- Злитесь, наверное, на меня? – спросил я и неожиданно встретил удивлённый взгляд.
- Дурак ты, Миша, - Семён покачал головой. – Не могу сказать, что каждый из уж больно стремится героически издохнуть, однако род деятельности как бы намекает на то, что мы вряд ли умрём в собственных кроватях. И никто же тебя силой не гонит в Печать. Все великолепно понимают: нужно обязательно сделать работу или всем – кирдык. Так что завязывай с идиотскими вопросами и топай вперёд.
Не знаю, успокоили меня его слова или нет, но дышать стало немного легче. А ведь Егор должен ощущать нечто подобное, если не хуже: гибли-то его люди, его товарищи, которых он привёл сюда. До чего же сложная и недобрая штука – жизнь.
Несмотря на огромный размер входного портала, тоннель, ведущий в глубины храма оказался скромным коридором. Никаких украшений и архитектурных изысков. Не хватало только дверей с табличками, чтобы всё это окончательно стало похоже на какую-нибудь поликлинику. Впрочем, в конце пути нас ожидал совсем не главврач.
Стоило переступить невысокий каменный порожек, и я точно оказался в совершенно другом мире. Стены, если это только были стены, образовали вокруг сферу, которая светилась мягким голубым сиянием. Посреди шара находилась странная конструкция, напоминающая изогнутые зеркала, прораставшие одно из другого. Стоило на миг отвести взгляд и расположение отражающих поверхностей тут же менялось, причём некоторые из получившихся фигур определённо не могли существовать в реальном мире.
Бойцы стояли перед зеркальным хаосом и лишь глядя на них я мог понять: насколько велика непонятная фиговина. Её размеры превышали полсотни метров, но стоило отвлечься от людей и начинало казаться, будто видишь что-то совсем небольшое, способное поместиться в ладони. Заболела голова.
Егор отошёл от возвышения, напоминающего амвон и почесал затылок.
- Тут когда-то была цивилизация, типа нашей, - сообщил он и указал на переплетённые зеркала. – И это – последнее, что от неё уцелело. Наверное. Кажется, они пытались сражаться с каким-то врагом и соорудили портал, с помощью которого намеревались вышвырнуть противника туда, откуда он прибыл. Второй такой комплекс начали возводить в крепости Муад, но закончить не успели. Поэтому портал соединяет лишь с недостроенным приёмником в Муаде и лишь односторонне.
- Тебя что, накрыло? – звенящим от напряжения голосом спросила Света.  - Нашёл время для лекций!
- Да нет, - Егор пожал плечами и указал на возвышение, откуда только что сошёл. – Становишься туда и оно само в голову лезет. Старик посоветовал, чтобы понять, как эта штуковина работает.
- Понял? – со вздохом спросил Семён и когда командир кивнул, хмыкнул. – Значит, запускай шарманку.
- Потребуется время, - Егор кивнул на ход, через который мы попали внутрь. Он темнел на сияющей поверхности шара, точно червоточина на яблоке. – Морис. Франк, охраняйте.
- Я с ними, - вставила Саша и Егор только пожал плечами.
Пока командир возился с зеркалами, нажимая на какие-то чёрные полосы у самого портала, я решил изучить ту площадку, где Егор получил инструкцию пользователя. По виду это обычная каменная плита, ничем не отличающаяся от остальных. Кажется, кто-то водит нас за нос. Ухмыльнувшись я поставил одну ногу на возвышение. Никакого результата. Марк, пристально наблюдавший за моими действиями, вопросительно мотнул головой. Я только пожал плечами. Потом поставил вторую ногу.
И точно провалился в трубу аквапарка.
Несколько мгновений меня несло с такой невероятной скоростью, что дух захватывало. После сообразил, что всё же стою на месте, а это картинки вокруг ускользают вверх, создавая иллюзию стремительного падения. Стоило осознать этот факт, как бешеное скольжение прекратилось. Нет, взгляд по-прежнему не мог зацепиться за что-то определённое, но в голове появились мысли, точно вложенные туда кем-то посторонним.
Вот города, по улицам которых движутся потоки машин, а небе мелькают какие-то летательные аппараты. Вот появилось что-то враждебное, точно чёрный туман, накрывающий поселение за поселением. В бой брошены бронированные механизмы, но противник неуловим, точно тень и воины гибнут один за другим. В попытке остановить призрачного врага, на один из городов сброшена мощная бомба, превратившая красивое селение в уродливую воронку. Вот, вдалеке от боевых действий, на острове посреди болота возводят портал, в родной мир врага. Строительство охраняют странные создания, отчасти напоминающие врага. Всё же люди сумели почерпнуть кое-что полезное из этого конфликта. 
Строительство почти закончено, но в этот момент тень наносит внезапный удар, подчиняя охранников. Все люди погибают, а тень исчезает.
- Всё в порядке? – Светлана хлопнула меня по щеке. – Ну у тебя и рожа, Шарапов!
- Краткий курс здешней истории за полсекунды, - пробормотал я и обнаружил, что успел спуститься с возвышения. – М-да, оказывается, Меченые – далеко не самое худшее, что происходило с этим миром.
- Всегда есть враг, - Марк пожал плечами. – Кто-то – опаснее, кто-то – слабее, поэтому защитники нужны постоянно.
- Философ ты мой, - Света неожиданно ласково улыбнулась и погладила великана по плечу. – Сегодня прямо соловьём заливаешься. Идёмте, наш мудрый руководитель сумел собрать свой кубик Рубика.
И точно, Егор успел оставить в покое полосы и отступил на пару шагов. Зеркала разом пришли в движение, разделились и стали одно за другим. Послышался тихий свист и сверкающие поверхности начали прижиматься одна к другой. Как ни странно, но толщина получившейся плоскости оставалась неизменной. 
 И всё – перед нами находилось не зеркало, а круглое отверстие в воздухе. Внутри что-то бешено крутилось, точно мы смотрели на смерч сверху. Для пущего сходства с ураганом, внутри сверкали разряды молний.
- Это нам туда лезть? – с некоторым сомнением осведомился Семён. – А оно – не того?..
- Идут! – крикнул Морис от входа. – Я не самурай и среди предков викингов не припомню. Можно, я пойду?
         - Выбор невелик, - Егор грустно улыбнулся и вдруг прыгнул внутрь портала. Коротко полыхнуло и угасло.
- Остаётся надеяться, что всё это – не гигантский мусоросжигатель, - проворчал Семён и полез следом за командиром. – Волосы на груди дыбом ста…
Саша уже тащила за руку Мориса и тот совсем не упирался, а лишь опасливо посматривал на тёмное пятно выхода. Пока шутника вели к порталу, Марк и Света уже успели прыгнуть внутрь. Ещё пара вспышек и остались только мы с Франком. Боец кивнул, но я не торопился, поэтому лишь отрицательно покачал головой и сделал приглашающий жест. Пожав плечами, воин отправился следом за всеми. Я же медленно повернулся к двери.
У моего промедления имелась причина. Не знаю, достаточно ли разумная и веская для подобного риска, однако Кровопийца, буквально вращаясь в зудящей ладони, попросил задержаться. С его слов, к нам торопился кто-то, из его пропавших родственников и меч желал знать, кто именно нас преследует. Его правда: сделать единственный шаг я всегда успею.
Топот многочисленных ног внезапно сменился визгами и криками. Наступила тишина. И вдруг я услышал тяжёлые и уверенные шаги кого-то одного. Потом чёрное пятно словно увеличилось, пропуская внутрь человека гигантских размеров. Именно человека, а не Меченого или призрачного стража. Правда, выглядел пришелец весьма необычно: голый торс и ступни, какие-то рваные ошмётки штанов и металлические браслеты на запястьях. На голове – копна абсолютно белых, точно седых волос, полностью скрывающих лицо. Мощное мускулистое тело вполне могло принадлежать атлету-культуристу. На выпуклой груди – чёрная татуировка открытого глаза в обрамлении языков пламени.
Ну и да. Я ожидал, что гость принесёт меч: то ли Бессонника, то ли Душегуба. Однако же в мощных руках оказалось древко блестящей секиры, лезвие которой переливалось, точно было изготовлено из ртути. Почему-то, стоило взглянуть на оружие и в глазах начинало рябить, а челюсть норовила распахнуться в зевке.
- Навей, - в голосе Кровопийцы слышалась спокойная обречённость. – Теперь всё понятно. Уходим.
Сквозь космы белого волоса внезапно сверкнул жёлтый глаз, и я поразился тому, сколько, оказывается, безумия может таиться в одном единственном взоре. Испытывая нечто, вроде суеверного трепета, я сделал шаг назад и неведомая сила, подхватив, поволокла прочь от здоровяка с секирой. Дух захватывало, точно я мчался по исполинской снежной горке, а перед глазами мелькали огни и дымные полосы.
Поскольку путешествие приобретало затяжной характер, \ решил узнать, что собственно за фигня произошла в пещере портала.
 – Навей, что-то знакомое… И что тебе стало ясно?
- Ясно, почему я тогда отключился, и почему ваш человек не почувствовал приближения врага, - как-то неохотно отозвался Кровопийца. – Возможно, я – не самый сильный из братьев, но даже Душегуб в подмётки не годится этой твари. Когда Создатель ковал её, то жил с какой-то ведьмой и вроде бы та помогала ему и вложила в оружие часть своего умения. Может, даже души. Поэтому, секира обрела не только сознание, но и часть магического мастерства той ведьмы. Так говорят. По слухам же, именно через секиру ведьма свела хозяина с ума, когда тот решил разорвать их отношения. И уж совсем невероятно выглядит байка о том, что ведьма вновь поселилась с кузнецом, после того, как тот окончательно свихнулся. Вроде бы вдвоём они создали нечто, совершенно невероятное: оружие, способное уничтожать целые армии. Но всё это – лишь дурацкие сплетни.
- Итак, у наших врагов имеется самое мощное оружие во всей Стране, - констатировал я. – Приехали.
Это я уже к тому, что наше путешествие закончилось. На мгновение тело замерло, покачиваясь внутри незримого пудинга. Потом невидимая плёнка разорвалась, и я плюхнулся задницей на каменный пол.
- Где тебя носит? – осведомилась Светлана. В каждой руке она сжимала по ножу. – Егор тут уже на говно изошёл.
На вид всё обстояло не так сурово, но командир определённо волновался. Пришлось объяснить, в чём состояла причина задержки. Судя по сумрачным лицам оптимизма мой рассказ не прибавил. Даже странно.
- Навей, - проворчал Семён. – А я думал, что всё это – страшные сказки. В трактире такие любят рассказывать. После шестой так особенно. Это, да ещё, как Максим-вампир Подорожника заборол.
- Давайте, про трактир не будем, - взмолился Морис. – Пива охота – аж в глотке жжёт!
- Это у тебя от страха, лягушатник, - презрительно сказал Марк и попробовал пальцем лезвие секиры. – Викингов у него в роду не было, видите ли! А кто был?
- Не трогай моего мальчика! – огрызнулась Саша и пробежалась пальцами по своим ножам. – Рожу расцарапаю!
Пока бойцы препирались, я осмотрелся, оценивая место, куда нас принесло. Да, судя по виду, стойку тут определённо не успели закончить. Какие-то рёбра конструкций едва не лежали на голове, в тёмных стенах зияли бреши, точно неведомые воры похитили десятки каменных блоков. Прямо перед нами находился зев выхода, где я рассмотрел ступени, резко уходящие вверх. На пороге стоял Франк и вглядывался в призрачный свет, поступающий сверху.
- Ну вот и всё, - обернувшись я увидел, как Егор с видимым усилием прижал кривой рычаг к каменной плите, утопив его в специальной выемке. Пульсирующее пятно над головой, которое пропустило меня внутрь, тотчас сильно убавило в яркости. – Если дед не соврал, то чтобы разблокировать портал по новой потребуется часы два, не меньше.
- Радует, - согласился я, а Кровопийца внезапно рассеянно брякнул, что тип с Навей и не собирался меня преследовать. Так, присматривался. – Это радует ещё больше.
- Ты это о чём? – спросил Егор, но я лишь отмахнулся. – Хорошо. Вверху вроде бы тихо, так что двигаемся. Ещё предстоит преодолеть туеву хучу переходов, а дедуган упоминал, что в них может быть небезопасно
- Чтобы новое сказал, - проворчала Света и бросила ножи Саше. – Держи, не моё это. Это ты привыкла к коротким, а мне подавай подлиннее.
Марк громко захохотал и проходя мимо Мориса, похлопал того по плечу. Саша не обиделась, а лишь спрятала оружие и обняла своего парня за плечо. Франк поймал вопросительный взгляд Егора и сделал приглашающий жест руками: милости, мол, просим.
- Как долго идти-то предстоит? – я догнал Егора и тот сначала неопределённо мугыкнул, а потом подумал и таки достал из кармана некую странную штуку, напоминающую компас. – Ты не подумай, чего…Как бы так это объяснить? Все эти путешествия у меня происходят во сне и просыпаюсь я обычно после какого-то конкретного бадабума. Обычно, со смертельным исходом.
- Торопишься? – он покрутил циферблат на «компасе».
- Нет, просто в этот раз всё как-то уж сильно затянулось. Возможно временные потоки тут движутся по-иному, а может в эту самую минуту, жена сидит рядом и зазря пытается меня разбудить. А супруга у меня, если что, не хухры мухры, а реинкарнация здешней Леди Единорогов и нервировать её никак не можно.
- Знаю, - рассеянно пробормотал Егор и совместил какие-то риски. – Однако же, тыкать в тебя мечом и дожидаться наступления следующей ночи у меня просто нет времени. Стало быть, остаётся идти вперёд и выполнять задание. Если хочешь более подробной информации, так слушай: до рассвета – три часа, идти нам осталось – часа полтора. Потом мы доберёмся до Муада и храма, где, по словам старика, прячут Леди.  Думаю, нас ждут и в городе, и в храме. Расклады понятны?
- Более или менее, - вновь начала зудеть рука и я яростно потёр её о штанину. – Ка думаешь, у нас получится?
- А я просто не имею права думать по-другому, - он широко улыбнулся и дёрнул за куртку Семёна, который топал чуть впереди. Стой, балбес, нам тут – направо.
 И действительно, в стене справа обнаружилась узкая щель, куда, тем не менее-таки мог пролезть не очень толстый человек. Из дыры веяло сухим жаром и грибами. Где-то, в глубинах узкого хода мерцали красные искорки.
         - Я – вперёд, - Семён тут же нырнул в проход и начал там возиться. Слышался глухой матерок. – Егор, блин, тут же для каких-то доходяг! Я всеми выступающими частями цепляюсь.
- А ты про девок из Кубка постарайся поменьше думать, - посоветовал командир и спрятал свой хитрый компас.
- Ну всё, - из щели донёсся хохот бойца. – Нахрена ты напомнил? Теперь точно застрял.
Я ступал следом за Егором, с трудом протискиваясь между влажными колючими стенами и думал. Эти люди за последние сутки потеряли трёх товарищей и теперь шагали туда, где возможно сгинут все. И при этом продолжали общаться и шутить, делая вид, будто ничего особенного не происходит. Так и должно быть? А как же фильмы, где истерично выкрикивают: «Мы только что потеряли того-то, а ты смеешь хохмить!»?
Или всё придёт позже и выжившие сядут за стол, чтобы помянуть павших и пустить скупую слезу? Не хотел бы я заниматься сочинительством. Всё равно не понятно, как описать реакцию на потерю друга в бою. А вот единственное, что я знаю точно: Леди нужно спасти и вывести из Муада. Остальное – после.
- Тут – яма, - Семён подхватил меня под локоть и указал на глубокую дыру в полу, сразу при выходе из щели. – Что-то типа ловушки, только давно протухшей. 
То же самое, почти слово в слово он сообщил и остальным. Франк не преминул заглянуть вниз и заметил, что видит остатки кольев и какие-то тряпки. Стало быть, на самом деле ловушка. Егор предупредил, чтобы все внимательно глядели под ноги и очень выразительно посмотрел на меня. Да ладно, что я теперь в каждую яму стану падать?
Впрочем, волчьих ям мы больше не встретили. Зато на пути попадались механизмы другого толка. Все сработавшие в незапамятные времена. Решётки, упавшие с потолка, шипастые брёвна, повисшие посреди тоннеля и ржавые лезвия, торчащие из стен. Кое где попадались остатки несчастных предшественников, а кое где – нет. Должно быть путникам удалось обмануть охранную систему. Единственную несработавшую ловушку мы обнаружили перед подъёмом вверх: дряхлую верёвку, натянутую на высоте лодыжек. Морис предложил дёрнуть и посмотреть, что получится. Семён предложил дёрнуть экспериментатора за член. Типа, толку больше.
- Зачем столько всего? – спросил я. – Что такого раньше было в этой крепости Муад? Почему в подземельях столько ловушек? Или они пытались закрыть путь к порталу? Так он же с этой стороны один хрен не рабочий.
- Командир пожал плечами, но неожиданно ответила Саша.
- Нашёл, у кого спрашивать! – она ухмыльнулась. – Ты его спроси о правильной балансировке или о том, сколько градусов в Крышменском светлом – ответит. Под Муадом имеется что-то, типа могучего артефакта. Именно поэтому тут возвели сначала храм, а уж потом – крепость. Люди прежде здесь излечивались от всех болезней и даже молодели. Но умникам этого показалось мало, и они попытались дорыться до причины всех этих чудес. Вместо артефакта вырыли какую-то жуткую мерзость, о которой уже никто ничего не помнит. Шахты завалили, а дорогу к раскопу перекрыли ловушками.
- А портал, - не понял я. – Он же глубже ловушек?
- Так лестница имелась, в обход ловушек, - откликнулся Егор. – Просто сейчас её нахрен завалило.
- А что с этим самым артефактом, - надо же, омолаживает! – Ещё действует?
- А фиг его знает, - Саша скорчила гримаску. – Да и на кого, на Меченых? Так они – не люди. Может, когда освободим всё от Печати, всё опять заработает, а пока…
- Меньше текста, - оборвал её разглагольствования командир. – Чего стоит бояться, так это той самой мерзости, которую уже один раз выпускали на свободу. Дед сказал, что она вновь проявилась. Поэтому – не расслабляться. Мы как раз входим в их вотчину, так что оружие держим наготове.



Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Fidelkastro | 23-04-2019, 11:46 | Просмотров: 109 | Комментариев: 0






Добавление комментария


Наверх