«Переписка» в дневнике (название рабочее)
Опубликовано в разделе: Творчество / Проза
Здравствуйте! Меня зовут Аня, 1992 года «выпуска». Родилась и по сей день живу в Казахстане, в городе Алматы, вместе с родителями и младшим братиком Олежкой, 12 лет. Учусь в 11 классе, готовлюсь к поступлению в КазГу. Ну что же, пожалуй, это все автобиографические данные, которые вам стоит знать обо мне, перед тем как прочитать мои маленькие «мемуары». Кому-то это история может показаться сопливым девичьим бредом, но все-таки, это событие произошло со мной, и я хочу о нем рассказать.
Началом моего повествования, я сделаю обычный январский день, ничем не примечательный, но, тем не менее, ставшим точкой отсчета.
В этот день, я как обычно вернулась домой после учебы. Настроение было не к черту – в школе опять парили мозги из-за плохо написанного пробного тестирования. Подозреваю, что то, внеочередное тестирование, очень многие, как и я, писали наобум, прорабатывая максимум один важный для себя предмет. Настроение еще портило и то, что родители наверняка поднимут хай из-за малого количество балов. По их мнению, я безвыборно должна поступить на грант, еще и на профессию, которую они мне навязали. Мое мнение мало кого интересовало, зато у них была уверенность, что я смогу обеспечить себе достоянное будущее. В общем - на вечер, как только отец вернется с работы, намечался скандал, центром которого, как обычно в последнее время, стану я.
Я ушла в свою комнату, вытурила от туда упирающегося всеми конечностями братишку, и включила комп. В сети никого интересного, погулять мама точно не отпустит, сейчас даже из комнаты лучше нос не показывать. Одним словом - заняться решительно нечем.
В полном унынии я достала с полки личный дневник. За те пять лет, что я его «веду», в нем было от силы семь записей, а также пара рисунков и даже один стих. Записи в нем появлялись в крайних случаях, когда эмоции кипели, а поделиться было не с кем. Тогда я пожаловалась дневнику на свою жизнь нелегкую, а так же вписала туда всю ту муть, что может вертеться у девушки на пороге 18 лет. Приблизительно через час моих старательных душеизливаний с работы вернулся отец. Еще через 15 минут меня вежливо попросили проследовать на кухню для разбора полетов. А дальше, я думаю, вы уже поняли…
После этого дня, жизнь и дальше шла своим чередом. Я гуляла, училась, получала нагоняи от родителей, срывалась на братишке, тот в свою очередь жаловался родокам, и мне попадало по второму кругу. Обыкновенная вещь, для всех стандартных семей – круговорот испорченных нервов.
Однажды вечером, Олежка вломился ко мне, долго прикапывался по совершенно непонятному поводу, мешая болтать по телефону, и напрочь отказывался выметаться по-хорошему. В последней отчаянной попытке привлечь мое внимание, он схватился за первую попавшуюся тетрадку и с криком ломанулся из комнаты. Я с ужасом поняла, что он схватил личный дневник, так не осмотрительно оставленный мной на столе, и побежала отбирать драгоценную тетрадку у этого мелкого гаденыша. После получасовой борьбы, чуток помятый, но все-таки целый, дневник был отвоеван. Щегол конечно же, тут же побежал жаловаться предкам. Оказывается, он просто хотел, чтобы я ему помогла с математикой, но попросить «стеснялся».
После этого инцидента я пролистала дневник на предмет сохранности листов и к своему недоумению обнаружила в нем еще одну запись. Она сто процентов принадлежала не моей руке, а щегол просто не мог успеть что-либо написать, да еще и так много – я выбежала сразу же за ним. Тем более, почерк принадлежал, если уж не взрослому человеку, но уж точно не ребенку, и определенно мужского пола. Я стала разбирать текст, он был следующим:
«Ну у тебя и почерк! Крупней писать не пробовала? Твои каракули вообще разбору не подаются. «К», «И», «П» и «Н» выглядят совершенно одинаково. И да, теперь я полностью согласен с Жекой - никто не в силах догадаться о чем думает женщина, а если и догадается, то все равно не поверит. Ты сама то эту муть читала? Сплошные розовые сопли! И кстати – твои родоки реально сволочи. А братца я твоего понимаю – как такую не по доставать!». 
Не знаю, что меня тогда дернуло, но я обиженно застрочила ответ, так, если бы получила следующую тираду по сети. Написала что мои «розовые сопли» не его ума дело, мой дневник – что хочу то и пишу, посоветовала следить за своим «каракулями» – и это все далеко не в цензурной форме. Я бы еще чего дописала, но зашла мама и настояла на том, чтобы я все-таки помогла щеглу с уроками.
В следующий раз, до дневника я добралась только на другой день после учебы. Хотелось еще раз все перечитать и попробовать вычислить писавшего. И какого же было мое удивление, когда я обнаружила в нем ответ. Если в цензурной обработке, то там было примерно следующее:
«Я типа виноват, что ты мне это написала? И вообще, ты где таких слов нахваталась, и главное КТО тебя учил ТАК витиевато выражаться? А первое впечатление было как о очень приличной девочке! Я пока читал - уржался! И пару слов я так и не разобрал, в третьей строчке восьмое слово, в четвертой два первых, а последнюю строку переписать еще раз – вообще нифига не понятно! Вот и не в ломы же было столько строчить? Кстати, влюбленная ты наша, в «милого» мальчика Антона из параллельного «Б» класса, тебя звать то как? »
Мой возмущенный ответ был не сильно многословен, но это конечно же если в цензурной обработке.
«Кто, где и чему меня учили не твое дело. А не разобрал – твои проблемы! И ты вообще кто такой?»
 Написав все это, я спрятала дневник в самое не доступное, по моему мнению, место и ушла помогать маме с готовкой. Но, конечно же, бегала проверять дневник каждые 5-10 минут на предмет ответа – но его все не было. Под вечер я уже на себя злилась, что попалось на чужую шутку. Просто так хотелась чуда… Но на утро ответ таки обнаружился.
«Нет, все-таки, ты до безобразия бестактна. Но так и быть представлюсь первым. Баш на баш. Меня зовут Михаил. А тебя?
P.S. плиз – пиши покрупней, а то нифига не понятно!»

Хорошо, что было воскресение, на учебу спешить не надо, и можно сразу ответить.
««Очень приятно», а я Аня. Позвольте у вас поинтересоваться Михаил, как вы добрались до моего дневника?»
Целый день я прокараулила тетрадку, ни на секунду не отпуская ее от себя. Но ответа я так и не дождалась. И опять дико на себя злилась, и весь список «вежливых» слов, что в первый раз отписала Мише, я уже адресовала себе.
Наступила ночь, но мне не спалось. Я все теребила в руках дневник, и пыталась понять, что происходит, и чья это шутка. Уже после полуночи я снова пролистала дневник и… там был ответ.
«Дневник? Какой еще дневник? В смысле?!»
«Для особо тупых, поясняю, это мой дневник, и я до сих пор не могу понять, как ты умудряешься мне отвечать? Где ты? Расскажи о себе! »

И снова сутки ожидания. За день я вся извелась, и не могла ни на чем сосредоточиться. Даже нагоняй от родителей прослушала в пол-уха. Я намеренно не ложилась спать до 12, в надежде поймать момент «ответа». Но к своему полному негодованию задремала, а когда продрала глаза, ответ уже был.
«Аньк… а я по ходу умер..» 
У меня началась истерика. Мысли метались в голове. Я долго не могла придумать, что ответить. Только через пару часов написала пару строк со странным хладнокровием.
«Ну тогда это многое объясняет. Ты можешь отвечать быстрее? И каким образом ты получаешь мои сообщения?»
Не буду описывать еще один день, когда я с содроганием ждала ответа, который снова появился только после полуночи. Но, в этот раз, это было два отдельных письма.
«Я не знаю как это объяснить… Отвечаю сразу же как получаю твои сообщения… а в другое время меня просто нет…»
«Слушай, сейчас идет июль 2003 года. Ты живешь в Ате, на Фурманова 4 кв. 29?»
«Да, я жуву в Ате, на Фурманова в доме 4. Только в квартире на этаж ниже. Недавно сюда переехали. Но сейчас идет 2010 год, февраль месяц».

И снова день нервного ожидания. Наверное вид у меня был совсем невменяемый, потому, что мама настояла на том, чтобы мне остаться дома, и я притворялась спящей, чтобы она не начала до меня прикапываться со своими лекарствами и расспросами.
В первый раз я получила не просто рукописный текст. Когда после полуночи, я взялась за дневник из него выпал снимок. Трясущимися от волнения руками я подняла его с пола и вгляделась. На нем, на фоне какой то стены, был худощавый парниша, на год или два младше меня. Он стоял в черной футболке, засунув руки в карманы джинс, всем своим видом изображая обиженную добродетель, а на щеке красовался ярко-красный след от поцелуя. У него были достаточно длинные, наверное, даже можно собрать в хвост, волнистые, каштановые волосы – но лежали они просто в ужасном беспорядке, словно его специально разлохматили. Было видно, что он еле сдерживает на лице обиженную мину и вот-вот улыбнется. Очень симпатичный парень, в общем. Поймав себя на этой мысли, я поняла, что разглядываю фото с улыбкой. Встреть я его вживую, он бы мне наверняка понравился. Но я оборвала дальнейший ход мыслей, открыла дневник и прочитала сообщение.
«На фотке я. Аньк, ты должна мне помочь. Надеюсь что мои до сих пор живут в 29… Пожалуйста, поднимись к ним, и расскажи что со мной случилось. Они так и не нашли меня мое тело. Расскажи им, что тогда, в июле, я пошел на стрелку к Жеке, но этот падла прибежал всего на пару секунд, сказал, что он идет с девушкой в кино, типа он ей давно обещал и отказать не может, и удрал. Я от нечего делать, придурок, пошел обследовать старое, нафиг развалившееся, здание почты. Когда я поднялся на второй этаж, из-за угла выскочила собака. Я шарахнулся в сторону, поскользнулся и улетел вниз. А дальше я ничего не помню. Но я точно знаю, что меня так и не нашли. Ты должна им рассказать! Покажи им фотку – она была только у меня, если потребуется, прошу тебя показать дневник, надеюсь, мой подчерк они узнают. Прошу тебя Ань! Сделай это! Мою мать зовут Алена, отца Константин»
Странно, но от прочтения сообщения на меня накатила волна апатии. Я лежала и тупо смотрела в потолок. А под утро мама нашла меня глотающую слезы. После часа рыданий на мамином плече, под недоумевающие расспросы отца о том, что случилось, я выдавила из себя, что реву из-за оценок и того, что они навязывают мне специальность. Ближе к обеду я успокоилась, меня уже тошнило от лекарств, а внутри было пусто. Хорошо, что Олежка в школу ушел, он и так с утра очень перепугался, а начни он до меня лезть - ему перепало бы как никогда.
В час дня, я забрала из своей комнаты снимок и дневник, и пока мама была в душе, выскользнула из квартиры, поднялась на этаж выше и застыла перед дверью 29. Мне не хватало духу позвонить, даже не представляла, что говорить и как себя вести. И, тем более, я никогда не интересовалась соседями сверху, так что было неизвестно - живут ли его родители до сих пор тут. Так я и стояла напротив двери в квартиру, в кармане несколько раз беззвучно провибрировал мобильник.
И тут дверь открылась… и из-за нее на меня смотрел парень лет 20. Он явно собирался выйти, и был очень удивлен, наткнувшись на меня.
-Девушка, вам кого?
А я смотрела на него и не могла поверить своим глазам. Это был он. Парнишка с фотографии. Старше, с короткой стрижкой, но это был сто процентов он.
-Эээ, с вами все в порядке?
От его голоса я шарахнулась, запуталась в ногах, и, вскрикнув, рухнула на лестничную площадку. На душе было невыносимо погано. Я чувствовало себя обманутой, девчонкой, которую провели просто как дурочку. А я купилась, поверив в сказку про призрака. Подтянув к голове коленки, я снова разревелась.
-Эй, ты чего? – парень ошарашено застыл в дверях. После нескольких секунд тупого созерцания девичьей истерики, он кинулся ко мне. От его движения я снова шарахнулась в сторону и чуть не скатилась по лестнице вниз. Не поднимая глаз, я хрипло выдавила.
-Ну, я пошла…
Парень кивнул, и ошалело наблюдал, как я поднялась на ноги начала спускаться.
-Стой, ты забыла…
Я оглянулась. В одной руке он держал мой дневник, чуть приподняв его вверх, протянул его в мою сторону. В этот момент из него выпал снимок. Парень нелепо попытался поймать его в воздухе, но не успел, и снимок упал на пол картинкой вверх. Он сразу же наклонился его поднять. Потом на секунду застыл, вглядываясь в фото. И тут же поднял на меня голову.
-Откуда у тебя эта фотография?
Но, видимо не увидав в моих глазах не капли осознания, по слогам, как дебилке снова задал вопрос.
-Откуда у тебя фотка Мишки?
-А ты кто? – вырвался у меня глупейший вопрос.
-Тихон, мы близнецы… были.

После полуночи в дневнике появилась последняя запись.
«Спасибо. Удачи»




От автора.

Внимание – все события и персонажи рассказы вымышленные, любое совпадение с реальностью случайность.

Доброго времени суток! Как уже было указанно в краткой новости, рассказ предназначен для девчонок старшего школьного возраста. Сразу прошу прощение за свой «шедевр». Вся история плод моего больного воображения, а моя фантазия хромает на обе ноги и всю голову. А грамотность так вообще с рождения инвалид первой группы.
Это первая история, которую я закончила. Все остальные пробы пера, если не говорить, что ни одна из них так и не нашла своего конца, даже по моему, очень милостивому к себе мнению, были полным крахом всех творческих надежд. Знаю, и заранее каюсь – начало слишком затянула, а конец слишком резко оборвала. Но так уж получилось. feel
Объективная критика не просто приветствуется – она необходима как воздух! И чем жестче, тем лучше. Все советы и поправки моего нелепого творчества будут встречены на ура! И люди добрые – помогите мне наконец обозвать это нечто, самой ничего в голову не приходит!

Благодарю за внимание и потраченное время!



Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Kecha | 27-03-2010, 17:53 | Просмотров: 0 | Комментариев: 0






Добавление комментария


Наверх