"СВЕТОЧ Финеи" (В соавторстве с Хабрик Еленой)
Окутанный солнцем, забытый богами,
Громадой лишений предстанет пред нами.
Путем испытаний, кровавых видений,
Желая склонить пред собой на колени.
Опалого мага мир сломленный злобой,
Но мы не склонимся, покуда нас двое.
В одном направлении, око за око,
На сколько б судьба не была к нам жестока.
Сражаясь с врагами в воде и на суше,
Мы ищем огонь, опаливший нам души.
Одни против всех, и спасенья их ради,
Вперед, не мечтая о личной награде.
Идущие рядом, идущие к свету,
На множество тайн отыскали ответы.
Вперед... не пуская в сердца сожаленья,
Мы рядом, мы вместе... мы два отраженья!








Глава I.


В какие бы игры не играли боги,
они играют чертовски непонятными способами.
Т.Пратчетт.

***

Снова этот сон. Будто вторжение чужого разума. Оставляющий после себя ни
липкое ощущение кошмара, а будто всё тело принадлежит не мне, а кому-то другому…
другой девушке. Да ещё и ЧЕЛОВЕКУ. Krrabat (1)!!! Что эта рыжая день за днём делает в моих снах?!
Я распахнула глаза, когда последний луч бледного сумеречного света, потерпев поражение в безрезультатной борьбе с облаками, как и миллиарды раз до этого, растворился в молочной пелене, сгущающегося в преддверии ночи, тумана...
Про небо я упомянула не для того, чтобы, подражая авторам древних свитков, изредка попадающих к нам из других миров, задать лирический тон своему повествованию, а исключительно, дабы предоставить вам возможность лучше проникнуться атмосферой и духом моей родной земли...
Дело в том, что ни обжигающего огненного диска - «солнца», по выражению летописцев, ни даже «луны», в обрамлении мелких светящихся точек-«звёзд», в любое время суток, подняв голову вверх, вы на Акреоне лицезреть не сумеете. Тяжёлые, низкие, тучи похожие на штормовые океанские волны, мутные, от поднявшегося со дна песка и водорослей, пропускают на землю лишь жалкое, призрачное свечению. Иначе мы бы здесь не жили. Ну,… луна и звёзды – это ещё под вопросом, а вот солнцу – категоричное нет. Ведь говоря мы, я подразумеваю расу вампиров.
Мудрые считают, что лики мироздания – бесчисленные миры - неповторимы, но, как братья и сёстры, обязательно какими-либо из черт схожи друг с другом. Надо сказать, что почти в каждом из уголков вселенной, существуют свои поверья о народе, к которому я принадлежу вот уже более века. И повезло тем, где это всего лишь поверья… Ведь если собрать эти истории вместе и смахнуть с них все домыслы, всю этнографическую и религиозную шелуху, выявится, по крайней мере, один непреложный факт – даже если вы вооружены до зубов, с бессмертными выходцами из Акреона лучше не встречаться. И не испытывать сожалений на почве неудовлетворённого любопытства, если, конечно, вы не подвержены депрессивному настрою… и не желаете покончить свою безрадостную жизнь особо садистским способом. Ибо даже у безоружного вампира (явление ещё ни разу мной не встречаемое!) всегда найдутся для вас свои бритвенной остроты зубы и весьма нестандартное воображение.
Итак, я пробудилась. Было довольно рано, около шести вечера, моё любимое время. Грациозным движением прирождённой убийцы, выскользнув из-под бархатного балдахина широкой кровати, я молниеносно оказалась у окна, и протянула руку, чуть отодвинув скрывающую слюдяное стекло портьеру. Из моей спальни, лучше, чем из любого помещения замка, открывался превосходный вид на долину реки Ч′ерон, чьи маслянистые глубокие воды в сумерках меняли оттенок от стального блеска до затягивающей графитовой черноты. Подобно древнему ленивому змею, Ч′ерон нежно обнимал левым, заросшим камышами и огромными цветками тигровых лилий, боком, непроглядный самшитовый лес, чтобы затем, будто застуканный в каком преступлении, стыдливо скрыться в тумане на горизонте. В этот час, его волны-чешуйки, каждое как маленькое зеркало, отражали вечно волнующееся, терракотово-лиловое небо. То есть облака. Ну, вы поняли. По правой же стороне реки простиралось, или, вернее будет сказать, «расползлось» Векское болото…
Вообще – болота для Акреона достаточно распространённая часть пейзажа. И экономически выгодная, если входит в состав ваших земель. В трясине добывают моаровую руду, необходимую для изготовления бесценной стали, клинки из которой – единственное оружие, способное лишить жизни вампира; и часто находят драгоценные камни, не говоря уже о том, что заросли сочной болотной растительности - отличное место для охоты на диких турбов. Ну, то есть, не на самих турбов, а на двуногих, которые, в свою очередь, приходят на болота охотиться на первых. Достаточно занятное развлечение…
Но Векское болото никогда никому из князей не принадлежало, выполняя роль своеобразной приграничной зоны между владениями кланов. Опасное место, опасное даже по нашим специфическим меркам. Взять, к примеру, воды Ч′ерона или дикие чащи его лесного соседа – везде кишмя кишат всякие голодные твари, даже цветы, и те зачастую норовят откусить от вас кусочек. Но к этому все привыкли, это нормально. Но Векск… никогда не знаешь с кем или чем можешь там столкнуться. Ни об одном другом месте Акреона не ходит больше жутких историй, чем об этом болоте, и соперничать с ними по красочности, могут, пожалуй, лишь байки странников о других мирах. А причина в том, что единственная вещь, которую по-настоящему бояться наши воинственные аристократы – банальная неизвестность. Если смысл вашего существования состоит в бесконечной борьбе за могущество и сопутствующих ей смертельно-опасных интригах (2), незнание даже несущественных, на первый взгляд, деталей – это уже первый шаг к проигрышу, а вопреки философским бредням – чем длиннее жизнь, тем больше хочется, чтобы она таковой и оставалась. В общем, если бы моё сердце билось, ему бы стоило содрогнуться от мысли, что сегодня ночью придётся наведаться к кое-кому из обитателей Векска. Иногда неизвестность таит в себе ответы…
Лёгкие шаги, неслышимые даже для чутких ушей вампира, не вынудили меня оторваться от задумчивого созерцания окрестностей. Не соизволив оглянуться, я холодно разрешила:
- Входи, Андрас.
Нет, в отличие от одной своей знакомой, я не обладаю даром предвидеть будущее. Но, чтобы выжить на Акреоне, и не просто выжить, а процветать, интуиция должна граничить с ясновидением. А подозрительность – стать естественным состоянием, но об этом – чуть позже.
- Добрый вечер, госпожа. Вы рано встали.
Еле заметно поёжившись, будто зашёл в клетку к голодному хищнику, что не могло мне не польстить, за спиной возник Андрас, начальник замковой охраны. Но, так как с такой «охраной» не плохо бы иметь моаровой крепости кожу и дополнительную пару рук, по кинжалу в каждой, я всё больше заваливала его обязанностями своего личного секретаря. Мужчина застыл бледной статуей, храня на восковом лице обычное для него выражение, невероятным образом сочетающее в себе гордость и услужливую покорность. Настолько правдоподобную покорность, что я никогда, ни единого мгновения в неё не верила. Конечно, он мой вассал, а я его сюзерен, значит, данной мне властью одним только звуком собственного голоса могу приказать ему умереть, и, если он всё ещё предан мне, его тело выполнит приказ, даже если разум попытается сопротивляться. (Если же не предан, то этот же мой приказ с радостью выполнят другие). Такова плата за привилегии. И Андрасу, как одному из отпрысков могущественного прежде, но истерзанного войнами клана, приходится рисковать, в смутной надежде на достойное будущее. Конечно, уже в тот момент можно было бы использовать тысячу жестоких, и, на первый взгляд, действенных способов, чтобы испытать его верность, но, по собственному опыту зная, как можно их обойти, я предпочла действовать более гуманно, и более хитроумно.
Ах да, забыла представиться, ведь не часто я это делаю. Видите ли, в моём мире, ввиду некоторой немногочисленности нашей расы, врага обычно знают в лицо. Тех, кто этого достоин, разумеется. Дэкиена Аргнеш дэн Адель, глава (и единственный на данный момент правящий представитель) клана Аргнешев, хозяйка родового замка, а также сотен акров земель, лесов, и тысяч рабов. Ну и армии, разумеется, точного количества воинов в которой не знает никто в Акреоне. Да и вам знать не следует.
- Вас и на два часа опасно без присмотра оставить, Андрас. К тому же, сегодня надо побывать на приёме княгини Илоны Фиренз, попробую там кое-что выяснить... А что ты так ухмыляешься?
С трудом сдерживая улыбку, мужчина пояснил:
- Матьяш, глава клана Корвинов прислал гонца …
Дальнейших пояснений мне не требовалось.
-Что, опять?!
- Именно.
- Который раз за год он досаждает мне своими предложениями «руки и сердца»?
- Насколько я помню, госпожа, третий…
Из моей груди вырвался тяжкий вздох.
- Лучше бы он мне их и прислал, вместо своих «даров». Руку и сердце, я имею в виду. А если бы они принадлежали Болдизсару, я может быть ещё и подумала… Напиши Матьяшу Корвину послание от моего имени. Скажи, что я с благодарностью принимаю его подарки и в качестве ответной любезности, высылаю ему длинный кол, на который он может посадить своего гонца, дабы тот, не стирая сапог, мог с его высоты наблюдать за замком Аргнеш, и доложить своему господину, когда же я наконец тронусь рассудком, чтоб принять его предложение!
Отослав довольно закусившего губы адъютанта и велев ему, по исполнении поручения, ожидать меня вместе с двумя другими помощниками в зале для собраний, я зашла за резную ширму, стянула шёлковую пижаму. После секундных раздумий, выбрала умеренно-пышное платье до колен, из тёмно-синего атласа. Накинув изысканный, но вместе с тем «многофункциональный» наряд, крикнула в темноту смежной комнаты, в которой располагалась дверца потайного хода:
-Он ушёл, Лоранд
Не спальня княгини, а проходной двор какой-то!
- Меня всегда удивляло, на какой части затылка у тебя располагается вторая пара глаз? – иронично прозвучал знакомый хрипловатый голос.
- Наверное там же, где у Матьяша Корвина отсутствует половина мозга! – заливисто рассмеялась я в ответ.
Мой тайный посетитель, мужчина в гриме и накидке слуги, он же – самый выигрышный козырь, своеобразный «серый кардинал», без участия которого не обходилась ни одна из моих последних интриг, усмехнулся, обнажив белоснежные клыки.
Я подошла к зеркалу (да-да, в зеркалах мы отражаемся) и, подобрав руками непослушные пряди у затылка, коротко бросила:
- Помоги затянуть корсет. – Но тут же осеклась и уже мягче добавила, - Извини.
Проклятье, сколько же должно пройти времени, чтобы я наконец смирилась с мыслью, что у него нет одной руки? Хотя, сам виноват – мало кто, имея подобное увечие, сможет держаться с такой, отметающей всякие мысли о жалости, самоуверенностью. Впрочем, по-другому калеки на Акреоне не выживали. И жалость у вампиров – явление практически из области сверхъестественного.
Пока я возилась со шнуровкой, мужчина, дабы занять неловкую паузу, решился на скрытый комплимент:
- Многие дамы-политики, считают, что из-за сковывающих движение свойств - корсеты могут помешать на переговорах…
Здесь мне придётся разъяснить: на Акреоне «переговорами» называется любое официальное мероприятие, где собираются представители более одного клана. Так как такие светские приёмы в девяти случаях из десяти завершаются вооружёнными схватками между конкурирующими сторонами, следовало всегда пребывать в боевой готовности. Но не в доспехах же мне туда идти, право слово!
- …и поэтому, они не могут затащить в свой будуар даже слепую летучую мышь… кроме того… - рывок атласной ленты - тут мне пришлось резко вдохнуть, - ты в своё время с меня семь шкур содрал на тренировках, - я одарила его тёплой улыбкой, и загадочно усмехнулась, - так что если он кому и помешает, то уж явно не мне!
Дело сделано. Придирчиво оглядев результат, обманчивая хрупкость, как говорится, на лицо (точнее - на талии); всё ещё глядя на мужчину через зеркало и продолжая туалет, я решила ещё до встречи со своими приближёнными, поинтересоваться:
- Что там с восстанием в наших северных вотчинах?
- Подавлено. Джерго, наверное, уже распевается, чтобы озвучить тебе балладу о своём походе!
Обойдётся.
- Ну, разумеется, подавлено! По-другому и быть не могло. Мне интересно, хоть кто-нибудь выжил? Или… как в прошлый раз?
- Четверть.
- Ну, для Джерго – это почти достижение!
О патологической страсти моего генерала к тотальным и ненужным зачисткам человеческого населения на неспокойных территориях, уже анекдоты ходили.
- Жалеешь?
- Кого? Это наивное быдло?! Не смеши. Просто рационально подхожу к использованию ресурсов. Лучше скажи, ты подготовил «сюрприз» для нашей крысы? Не то, чтобы её шорох мешал мне спокойно засыпать, но всё же…
Мужчина подошёл ближе и, властно положив руку на обнажённое плечо своей госпожи, испытывающее заглянул мне в лицо:
- Не пойму: кого же ты больше ненавидишь, Дэкиена? Людей или вампиров?
- Ты - знаешь ответ, - мрачно произнесла я, и, повернувшись к нему, вперила во внимательные жёлтые глаза свой холодный уверенный взгляд, - но, скорее, презираю: первых – за отсутствие гордости при ещё большем недостатке ума, а вторых – за болезненное тщеславие и… непомерную наглость, - с этими словами, резким движением плеча его ладонь была изгнана с сего участка моего тела, где так вольготно посмела расположиться.
- Подготовил. – процедил он, после чего молча развернулся и призраком покинул мои покои тем же тайным путём, через который и появился.
Слишком много трудов было вложено в создание убедительной инсценировки его «смерти», чтобы пренебрегать после этого конспирацией…
Итак, последний штрих - платиновое колье с чёрным сапфиром, дабы продемонстрировать всем богатство клана Аргнеш (а, как известно, у кого богатство, у того и военная сила), ну и привлечь немного внимания к декольте. Да…вот тут природа могла бы быть и пощедрее, но, что поделать, благосклонность природы я уже исчерпала одним своим появлением на свет. Посему, как говаривал мой безвременно почивший супруг: «Грамотно располагай тем оружием, что имеешь в арсенале». А в арсенале, кроме того, имелось следующее: белая кожа, как «национальная» особенность, покрывала стройное тело, явно свидетельствующее, что фехтовать я умею не хуже мужчин и поддерживанию воинского мастерства отдаю немалый процент своего времени, довольно приятные, чего уж скромничать, черты лица. «Тоже мне, удивила! – возможно скажете вы, - известно, что все вампирши – роковые красотки!» Увы, нет. Беспощадный естественный отбор, подгоняемый издревле распространенными среди представителей правящей элиты Акреона династическими браками, в том числе между находящимися в близком родстве членами одного клана, медленно, насколько это слово применимо к потенциально бессмертным существам, но верно, делал своё поганое дело. Во мне же аристократку выдавали, пожалуй, только высокий лоб и тонкий прямой нос. Рост – средний, глаза – миндалевидные, странного серого оттенка. Странного от того, что они были единственной деталью досконально контролируемой лица-маски, которую я до сих пор не в силах была подчинить. Безжизненная блёклость старинного серебра молниеносно сменялась на блеск брошенного в огонь стального лезвия, стоило сильно чему-то меня взволновать. Случается и такое. Давно ставший моей религией самоконтроль в этих случаях беспомощно сжимал кулаки…
Я убрала длинные иссиня-чёрные волосы в высокую причёску, закрепив её множеством костяных шпилек с навершием из дымчатых бриллиантов. Острый конец каждой из них был пропитан сложной смесью из нескольких ядов, вызывающих не смерть, но паралич, временную потерю памяти, а также мгновенный глубокий сон и массу других полезных свойств. Роскошь и практичность, всё как я люблю.
Одев высокие сапоги из кожи пещерного ящера, привычным действием спрятала по паре миниатюрных моаровых кинжалов за голенища, плюс ещё один – подлиннее – прикрепила к бедру, замаскировав складками платья, надела поясные ножны с мечом и покинула спальню своего дома…
Следуя запутанными коридорами, увешанными до скуки однообразными портретами представителей моего вымершего, пав от чужих и собственных козней, семейства, я приближалась к зале для совещаний. Каждые десять шагов в толщу каменной стены был вмурован держатель с факелом. Вместо открытого огня, заставляющего наши приспособленные к абсолютному мраку глаза болезненно щуриться, на концах факелов помещались стеклянные шары, внутри которых суетились, специально отлавливаемые рабами, луговые светлячки, кидая вокруг себя мягкий пастельный свет. Не удивляйтесь: да, одной из врождённых способностей вампиров является умение видеть в темноте, и мы активно её пользуемся, но, как любая физическая активность, она оплачивается дополнительными затратами энергии. С полноценным питанием у аристократов проблем никогда не возникало, но, как говорится, «когда одна нога не знает, куда ступит вторая», то есть, не известно в какой момент твои враги в очередной раз решаться подстроить тебе ловушку, лучше не расходовать силы зря.
За широким столом овального, увешанного гобеленами помещения, меня ожидал Андрас. А также, Бертан и упомянутый уже Джерго – координатор разведки и командующий солдатами, соответственно. Как и Андрас, оба амбициозные карьеристы, опытные стратеги, отличные воины… Вот только один из присутствующих – чуть более хитёр и гораздо менее осторожен, чем его коллеги. И, кажется, я почти знаю – кто.
- Оживление в клане Болдизсаров нашло своё объяснение, - деловито сообщил Бертан, - наш шпион в замке выяснил, что княгиня Клотилд ожидает наследника, но пока что они не спешат это обнародовать.
«Не спешат…Странно, обычно в таких случаях клан на неделю погружается в демонстративное ликование. Если только… они не заняты сейчас чем-то более важным… Но - третий ребёнок!...Старая везучая жаба!» - мысленно похвалила я под конец.
- Андрас, направь княгине мои искренние поздравления, - высказала вслух.
Шпионы в Акреоне – традиционная составляющая общества, почти особая каста, разве что не такая официальная, как, скажем, князья или профессиональные воины. Шпионы – повсюду, они есть у всех и везде. Но, бьюсь об заклад, ещё никто из соседей Болдизсаров не заявлял напрямую о наличии собственных «глаз и ушей» в их норе, да ещё с такой вопиющей наглостью, пусть и в подчёркнуто вежливой форме. Пора всполошить этот змеиный клубок: ведь если мне известны их интимные семейные тайны, вполне возможно я знаю и о тайнах политических…
- Уже сделано, госпожа, - спокойно отчитался Андрас.
Не люблю, когда кто-то особо рьяно пытается выслужиться, дабы завоевать мою благосклонность, но эта смелая инициатива «секретаря» меня порадовала. А он мне почти импонирует…
- Да, Джерго, не будешь ли ты так любезен, в следующем карательном походе, когда возникнет необходимость в таковом, ещё чуть более усмирить свою кровожадность? Такими темпами – у нас рабов скоро не останется.
Не сказать, чтобы поражённый, пора было бы уже привыкнуть, но неприятно задетый моей осведомлённостью, мужчина, прожигая меня разочарованным взглядом, ответил:
- Как прикажите, госпожа. Сожалею, что гибель жалких непокорных смертных вас так разволновала.
А вот это - уже открытое оскорбление.
- Ты - идиот, - с нажимом отчеканила я, - если действительно считаешь, что это может меня взволновать. Но, будь ты идиотом, я бы тебя не держала. Значит, ты или не идиот, и врёшь мне, или я ошиблась, выбрав твою кандидатуру на роль военного генерала. В любом случае, вывод не в твою пользу, не находишь?!
Наверное вспомнив, что примерно после такой вот моей вспышки, стоившей мгновенной смерти бывшему командующему гарнизонами, благодаря чему он и получил свою нынешнюю должность, Джерго нервно сглотнул и сбивчиво, с поубавившимся пафосом, извинившись за непростительную дерзость, передал слово Бертану, который поспешил перевести разговор в более спокойное русло.
- Посол правителя Гиорджы из цитадели (3) Вирон, прибыл с прошением перейти под вашу власть.
Ещё один оплот человеческой свободы не выдержал её тяжкого бремени...
- Для того, чтобы высказать вам своё уважение и заручиться покровительством, - продолжал Бертан, - они согласны жертвовать одним человеком в год с каждого дома. Разумеется, в обход княжеской и боярских семей.
- Сколько людей сопровождает «просителя»?
- Сорок.
- Казните половину, а остальные вместе с послом пусть возвращаются назад и передадут своему малодушному князю, что мне не нужны слуги, готовые за лучшую долю отдавать на смерть своих подданных. И я не нуждаюсь в подобных подачках. Что-то ещё?
- Крепость Садэк испрашивает вашего разрешения перейти под власть клана Нандор.
- Очень интересно… И со сколькими же акрами моей земли они хотят «перейти» к Нандорам?
- Со всеми, что обрабатываются сейчас жителями города.
- Ну что ж, раз наше правление им не по вкусу, я их отпускаю, - поймав непонимающие взгляды подчинённых, я загадочно улыбнулась и продолжила - Выжгите поля, уничтожьте все посевы. Голодающая орава Нандору без надобности. Посмотрим, к кому они приползут, когда наступят заморозки.
Вся троица одобрительно рассмеялась.
Но, самое время перейти к внутренним делам. Хотя, подождите, вас, наверняка интересует одна моя невысказанная перед подчинёнными реплика. Да, действительно, княгиня Клотилд Болдизсар очень стара, хотя по ней и не скажешь, и действительно напоминает пучеглазую жабу, но суть в другом: средняя вампирская пара по плодовитости обгоняет разве что средний булыжник. Вы не ослышались, я действительно имела в виду обыкновенный кусок горной породы из кремния и чего-нибудь там ещё, не важно. Многожёнство не сильно улучшает ситуацию. Рождения (зачастую единственного) наследника ожидается не меньше века. Зачем бессмертным наследники? Ну… кто-то де должен получить всё, после того, как вас убьют. К тому же, с их помощью весьма удобно заключать выгодные сделки. Когда же радостное событие (в смысле - рождение) наконец происходит, брак, по желанию хотя бы одной из сторон, официально расторгается, и супруга имеет право покинуть клан отца ребёнка, забрав с собой весьма ощутимую часть его казны, в качестве своеобразной «платы» за воспроизводство потомства бывшему мужу, чтобы основать собственный клан или же присоединиться к чужому. Как правило, такое желание имеет место быть. Но не всегда ему корреспондирует ответное желание новоиспечённого родителя. И вот тогда начинается самое интересное: ну… «инфаркты» по причине попадания в сердце моарового лезвия и т.д. Вы понимаете. Хотя, я считаю, что просто избавиться от свидетелей - намного проще. По этой самой причине – акреонская общественность никогда не верила в «несчастные случаи» моих врагов. Слишком хорошо здесь известен стиль правления Аргнешев.
Клан же Болдизсаров отличался на общем фоне поразительной стабильностью и отвратительной сплочённостью своих членов, да ещё этот третий по счёту ребёнок… Нет, меня бы ни капли не смущала их странная семейная идиллия, не строй Габриель Болдизсар конкретных планов на то, чтобы сцапать себе мои земли… В общем, надеюсь, я удовлетворила ваше любопытство. Так что вернёмся в залу совещаний и удовлетворим, наконец, моё.
- Господа! Полагаю, вы ещё не завтракали, - я щёлкнула пальцами, подавая сигнал молчаливому белобрысому слуге, который поставил на стол поднос с четырьмя глубокими кубками полных аппетитной бордовой жидкости.
- Восхитительно, - одобрительно заметил Бертан, - потрясающая идея брать плату с крестьян за сохранение их жалких жизней!
- Чуть от одного, чуть от другого - с них не убудет, и поголовье за счёт бесконтактного способа не уменьшается, милый Джерго, - подколол последнего Андрас, - зато какой букет!.. – и, принюхавшись, добавил – А что за приправа?..
Вот тут все трое насторожились.
- Один из моих алхимиков, - преспокойно врала я, - создал снадобье, после принятия внутрь которого, обнажаются все недобрые, - вот тут я загнула: с добрыми намерениями у Акреонцев совсем туго, потому поспешила уточнить, - предательские намерения. Андрас, Бертан, Джерго, вы – моя опора. Так позвольте мне быть уверенной, что я крепко стою на ногах! - закончила я с улыбкой под названием «сама невинность и очарование».
Чистейший блеф. Мысли о сулящем выгоду, хоть каком-нибудь, даже самом мелком предательстве, не минуют на Акреоне даже младенцев. А уж выявить их с помощью леджерской корицы не под силу даже нездоровому алхимическому разуму. Но они об этом не знают! Кроме того меня интересуют не намерения, а уже совершённые действия.
- За процветание клана Аргнеш!
Все трое хором повторили мой тост. Все трое поднесли кубки ко рту. Пригубили.
А дальше действие приняло неожиданный оборот.
Бертан поперхнулся. Не Андрас, с его подхалимскими наклонностями, и даже не заносчивый Джерго. Конечно, можно было списать это на чистую случайность или на его аллергию на корицу. Но, во-первых, я не верю в случайности, а во-вторых – у вампиров не бывает аллергии. Также отметается нервное истощение на «вредной» службе, нервы у него крепче стали, но – осознание собственной вины, усугублённое выстроенной мной перспективой разоблачения… Вот в это - я верю.
Несостоявшиеся предатели, не сговариваясь, бросили свои кубки и, скрутив крысёнышу руки, прижали того к стене. «Слуга», до этого тенью карауливший у двери, подскочил и вколол в шею одной-третьей части моей «опоры» звериную дозу слюны озёрной гидры. Человека бы и десятая часть этого яда вогнала в гроб. Оставивший же бесплодные попытки сопротивления Бертан, лишь немного обмяк, что позволило без опасений насчёт возможных эксцессов усадить его на стул. И понеслось… Ну почему все предатели, стоит загнать их в угол, тут же начинают сыпать угрозами, как из рога изобилия? Вроде того, что терять уже нечего, так хоть душу отведу перед смертью? Разочарую: терять всегда есть что. Например, можно потерять пару-другую ночей мучений в пыточных застенках… а можно и насобирать их себе под конец на целый месяц. Или больше, у кого сколько фантазии.
- Придётся тебе признать, что даже ты не в состоянии контролировать всё, Дэна!, - с тяжёлой одышкой кричал он, - будь это так, ты бы знала, что Габриель Болдизсар и Казмер Нандор заключили против тебя союз, и через пару ночей зажмут твою волчью нору в тиски и выкурят из неё «непотопляемую княгиню» Аргнеш, заставив нестись, если сможешь удрать, прямиком в объятия Векска!...
Небольшое пояснение: Нандор – ещё один из соседствующих с моими владениями кланов, третий на своеобразном «пьедестале могущества» Акреона. Второе надёжно оккупировал Болдизсар. Мой собственный клан занимает первое. Но, мало заполучить власть, ещё больше сил уходит на то, чтобы её удержать.
Пропуская серию ругательств мимо ушей, я минут пять невозмутимо прохаживалась взад-вперёд перед пленником, прикрыв в раздумьях веки. Потом резко остановилась и впилась в него насмешливым взглядом, буквально значащим: «и не ужели ты думаешь, будто сообщил мне что-то доселе неизвестное?»
- Скажи, Бертан, что мне с тобой делать?
Такой безнадёжно идиотский вопрос поставил наглеца в тупик. Но, надо отдать должное его мужеству и остроумию, не угасшему даже в тупиковой ситуации, мужчина быстро нашёлся с ответом:
- Угадать твою любимую пытку?
- Считаешь меня жестокой? Поверь, по части извращённой жестокости мне далеко до бывшего хозяина этого, как ты выразился, «логова». Но зато он был предсказуем. Как и ты с твоими новыми хозяевами. А вот я – нет, - выдержала эффектную паузу. - Отпустите его. Андрас, проследи, чтобы, как только очухается, катился на все четыре стороны. И распорядись, чтобы ему выдали хорошего летуна.
- Ты! - обратилась я к «слуге», он же – замаскированный и тайный действительный военный командующий, - пришли ко мне Тиборка. - Кто-то же должен принять на себя управление войсками, раз уж у нас тут такие… перестановки.
- Я уж было решил, что вы подозреваете Андраса, госпожа, - со смешанным чувством разочарования и удовлетворения произнёс Джерго, как только мы остались одни, - но, прошу, поясните, зачем вы отпустили предателя?!
Наблюдательный. Спит и видит, как бы подсидеть ближнего и выслужиться самому. Типичный Акреонец. Пока что мне это на руку.
- Андрас что-то замышляет, понаблюдай за ним, - но поймав довольную улыбочку на тонких бескровных губах своего главного шпиона, уточнила, - Понаблюдай, а не подставляй! А насчёт Бертана… - так и быть, пусть думает, что я ему доверяю, раскрывая свой маленький манёвр, - его раскусили, и он жив. Дэкиена…, как там произносится это человеческое слово?.. Ах да, «сострадательная», меня, как ты знаешь, не величают. Значит, как обязательно решит наш Бертан, я успела наплести Габриэлю, что он двойной агент и принёс больше пользы мне, дезинформировав их с Казмером. Поэтому, ни к кому из них, то есть навстречу к их плачам, он, разумеется, не помчится. В свою очередь, увидев своего шпиона, спасающегося бегством в противоположном от Болдизсара и Нандора направлении, оба моих врага придут точно к такому же выводу. Схватить-то они его в конце-концов схватят, но также утвердятся в мысли, что мне всё давно и доподлинно прекрасно известно об их заговоре. А теперь, мой вопрос, к тебе, Джерго, ПОЧЕМУ Я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НИЧЕГО О НЁМ НЕ ЗНАЛА?!

***
- ЛИДИЯ!!! – пронёсся по округе оглушительный вопль отца.
Я хлопнула дверью, вышла во двор и узенькой тропинкой направилась к лесу. Возвращаться домой сейчас было опасно, нужно, чтобы отец немного остыл. А бушевать он будет долго. А я ведь ничего специально не делала: просто машинально начала убирать со стола посуду без помощи рук. Спросите, как это? Магией. Дело в том, что я – айра. Вы не знаете, что это значит? Ну, хорошо, объясню.
Меня зовут Лидия Арлисс де Фанте Друа Парманталь или просто Ли, и я айра: маг воздуха. Правду сказать, на айру я совсем не похожа: как правило, они голубоглазые длинноволосые блондинки с ногами от ушей, а я, как говорится, так, мимо пробегала. Кучерявые рыжие волосы, рост от силы пять футов и черные как ночь глаза. Вообще-то они фиалковые, но цвет можно разобрать, только если долго и упорно вглядываться в них ранним утром против солнца. Так что, будем считать, что они черные. Тем не менее, отец говорит, что я очень похожа на маму. Мама была кетрой – абсолютным магом.
Лирель де Фанте Друа Парманталь владела силой всех четырех стихий, что и демонстрировала её внешность: огненные волосы – ярость огня, фиалковые глаза – скрытая мощь, сродни той, что пропитывает воздух перед грозой, изящная тонкая талия – грация воды, сильные ласковые руки – словно гибкие ветви сардана – излучали энергию земли. Жаль, я ее никогда не видела, мама умерла при родах. Наверное, отец потому и ненавидит магию, она забрала его любимую жену. Дело в том, что абсолютный маг, это не только сила, но и проклятие. Они не могут безвозмездно передать свои способности потомкам. Как только мама поняла, что ждет ребенка, она осознала, что жизнь ее угаснет, стоит мне появиться на свет, но скрыла это от отца. Боги дали отцу меня и отняли маму. Только несколько месяцев спустя после моего рождения, он узнал, отчего умерла его любимая жена. Будучи и так очень далеким от магии, Вейдон де Фанте Друа Парманталь, потомственный графф, возненавидел её всеми фибрами души…
Алардан, мир, в которой мы живем, объединяет в себе две разумные расы – граффов и магов. Граффы – абсолютно немагические существа. Их цель жизни, их основа – технологии. Они в постоянной работе над новыми изобретениями для облегчения их и так уже не слишком сложной жизни. Они не признают силу природы, и верят, что сами могут творить и создавать все, что создано богами. Маги – полная их противоположность. Для нас природа – основа жизни. Мы ее дети и не можем поступать поперек ее слова. Ну как, скажите, можно убить живое дерево ради создания искусственного?! Среди магов есть айры – маги воздуха, как и я, умеющие парить в небесах и разговаривать с ветрами; фаеры – маги огня, подчинившие себе свет и пламя во всех их проявлениях; акватеры – маги водной стихии и терры - маги земли и камней, в совершенстве владеющие языком растений и животных. Существуют также дуолы и кетры. Дуолы – это маги объединившие в себе силу двух стихий. Кетры, как и моя мать, абсолютные маги. Им подчиняются и воздух, и вода, и пламя, и земля. Это очень редкое явление. За всю историю Алардана рождалось только три кетра. В живых остался только один. Магистр Торнелл ли Дернойе. Он был очень стар, даже для мага, и редко показывался на люди. Ходят слухи, что он жил еще при явлении Богини мира, Финеи на Алардан, но никто не сомневается в том, что он жив: когда кетр рождается или умирает, в небе взрывается белая звезда, таким образом проявляется момент обретения или высвобождения магических сил, для него белая звезда второй раз еще не сияла. Третьим, после матери и Торнелла, был Кайен Винье – представитель правящей династии магов. Он погиб, как ни странно, в один день с моей мамой и даже в один миг, ибо ходят слухи, что в небе тогда вспыхнули две белых звезды одновременно.
Окунемся немного в историю. Когда-то очень давно, граффы и маги жили в мире и гармонии. Заключались браки, рождались дети. У каждой нации была своя правящая династия. Как раз в день моего рождения, в день смерти моей матери.
А случилось вот что: состоялась свадьба наследников двух правящих домов – Арден де Кроулл Ливенталь - император графов брал в жены Мирриаль Санти Винье – дочь правителя магов. И все бы было замечательно, и союз обещал долгое и гармоничное совместное существование двух народов, и супруги были влюблены друг в друга без памяти, да только… не прошло и семи дней, как молодые погибли. Причины трагедии я, по правде, не знаю, отец никогда не рассказывал мне подробно и слугам запрещал распространяться на эту тему. Единственное, что мне известно, так это то, что вместе с молодыми правителями погиб Кайен, сопровождавший их в свадебном путешествии, и в ночь после похорон погас светоч Финеи, Богини мира.
Храм Мира, где находился светоч, - достояние всего Алардана. Величественное здание из белого, словно слоновая кость минерала с природными серебристыми узорами, не встречающегося более нигде в Алардане. Оно целиком покрыто замысловатой резьбой и украшено внутри многочисленными искусными мазайками из драгоценных камней. Солнце проникает сквозь тонкие стены, а в сочетании с высокими сводчатыми потолками и оконными витражами из цветного стекла, создаётся впечатление, будто храм парит в небе.
По легенде (ну да, люблю сказки, что поделаешь!) много веков назад Светоч достался жителям Алардана от самой Финеи. Якобы на берегу озера Риц заспорили между собой старейшины магов и граффов, на вечную тему: кому должна принадлежать власть. И вот было уже собрались в мастерстве соревноваться (думается, не исключая и боевое), как явилась им женщина невозможной красоты. Вся как будто из воздуха соткана. И протянула им ладонь, на которой горел живой огонь со словами: «Не должны вы, смертные презирать и уничтожать друг друга, - голос звучал горда и надменно, заставляя кровь замирать в жилах. - Пока горит Светоч, мир и процветание будут царить на вашей земле. Однако бойтесь, - предостерегла она – если, не сумев совладать со своими пороками, не убережёте мой огонь. Гибель ждет Алардан, вместо процветания наступит хаос, любовь вытиснится ненавистью – приговором для всего живого. И только чистый огонь свободы и истинной справедливости сможет спасти вас, – опустив глаза, она печально добавила, - но не родился еще среди вас тот, кто сможет его раздобыть.
Богиня опустила огонь в цветок кувшинки, что росла у самой кромки воды, но жар его не угас, продолжая сиять и освещать темное небо. И тут озеро Риц словно вскипело, и когда рассеялся пар, глазам людей предстал огромный белый валун. И тогда Начала таять Финея в сумерках ночи, спускающихся на Алардан, и пронеслось по миру еле уловимое предсказание:
- В ночь единения двух миров озарится небо белым светом, произведя на свет мага, не знающего силы своей. И если маг по своей воле пойдет за отражением своим, отдав ему жизнь свою, загорится над Аларданом свет истины угасший.
Вот такая вот легенда. Вскоре из этого камня в городе было решено построить храм прекрасной Богине и перенести вечный огонь, в ставшим золотым, цветке, туда.
А теперь Светоча не было. И молодых правителей тоже. Вот тут и понеслось! Начался раздел власти, интриги, доносы, постоянные стычки между двумя народами. Что-то я увлеклась преданиями и отвлеклась от проблем насущных.
Итак, что мы имеем? Страна на грани войны, настроение у всех «приподнятое», отец ненавидит магию и запрещает мне учиться колдовать! Вот скажите, вы можете перестать дышать или двигаться? Вот и я не могу. Магия вырывается из меня помимо воли, часто непроизвольно, когда я волнуюсь или злюсь. Ну, хорошо, слукавила, я и сама потихоньку забавляюсь. Вы даже не представляете, как это интересно, когда ты можешь из облаков строить замки, самые настоящие замки, а не детские фантазии, можешь пустить плясать по комнате любимые отцовские ботинки (за что потом будешь месяц чистить кастрюли вместо слуг), или, например, подсмотреть и заодно продемонстрировать всем вокруг, какого цвета белье у нашей гувернантки, мадам Буффуй. Хотя, тогда я увлеклась, каюсь. А нечего было по указке отца запирать меня в подвале! Просто я, как настоящая айра, очень плохо переношу подземные помещения.
Ну вот, пока рассказывала вам свою увлекательную историю каким-то образом оказалась у озера. Правду сказать, это мое любимое место в Бинае, нашем поместье. Так хорошо как здесь, мне нигде не бывает. Лес сплошным обручем окружает озеро Риц, похожее на блюдечко с молоком, застывшее и белое. В своих заметках путешественники пишут, что в некоторых мирах вода в озерах и реках, хоть, как у нас, сама по себе и прозрачная, но может меняться всеми оттенками синего и зеленого. Папа говорит, что это полная чушь: вода может быть только белой. А мне было бы интересно посмотреть, правду ли пишут в преданиях…
Я опустилась на берег. После недавнего скандала мысли в голове толкались словно крипсы в банке. Крупные сочные плоды с большим количеством семян и очень сладким соком внутри. Засунуть руку и достать один легко, а вы попробуйте перевернуть банку и потрясти. Каждый из них будет стремится вылезти первым, и каждый будет тем самым мешать остальным. В итоге банку вы будете трясти очень долго, прежде чем отведаете крипсовый сок. Отец и раньше сердился из-за моих занятий магией, а в последние две недели фокусы озорной доченьки доводят его до состояния кипящего вулкана (хотя, наверное, в ходе последних мировых событий он просто за меня боится). Хотелось бы знать, чем вызвана такая бурная реакция. Надо будет обязательно подслушать его разговор с лордом Арманталем, он приглашен к нам на обед сегодня, и явно не просто так. Отец никогда и ничего не делает просто так.
Вдруг все вокруг померкло и жутко закружилась голова. Я, зная по опыту, что это может мне предвещать, попыталась опуститься на землю, чтобы не свалиться в озеро во время видения.
Красивая женщина, чрезвычайно бледная, с лицом, словно у мёртвой, но хранящем властное выражение живых, горящих серебром глаз, мчится по небу верхом на жутком подобии огромной мохнатой птице, с похожей на свиную мордой и гадкими, лишёнными перьев, перепончатыми крыльями…
«Помоги ей, дочка, она спасет Алардан!» - раздался в голове странно знакомый голос, но, клянусь Финеей, никогда мной не слышимый при жизни и …. я, так и не успев сесть на землю до начала видения, лишилась чувств и ударилась головой о дерево.

***
Мгновениями позже - для себя, но спустя целую, причём не самую приятную вечность - для своего генерала, я взвилась в чёрное Акреонское небо со стены южной башни. Нет, левитировать самостоятельно, равно как превращаться в туман, птиц, зверей и прочие существа и субстанци, вампиры не способны. Это всё магия, а в нашем мире этой сложно управляемой штуки, как известно, не существует.
Я сидела на спине своей самой быстрой летучей мыши, крепко держась за цепи-поводья. Другие она попросту перекусит. Огромные кожистые крылья вспарывали влажный воздух, создавая характерный хлопающий звук. Я поспешила набрать высоту, дабы преодолеть плотный слой холодного тумана, скрывшись за ним как за завесой от глаз стражников, несущих службу по периметру замка. Но когда нас отделяло значительное расстояние, спустилась чуть ближе к земле: лететь в слепом коридоре между чёрно-бардовым Акреонским небом и зеленоватым туманом было скучно. На земле подо мной расстилались бесчисленные человеческие крепости, превращающиеся на ночь в нечто вроде неприступных муравейников из ощетинившегося острым металлом камня. Оставшиеся очаги яростного сопротивления власти вампиров. И, надо признать, всё ещё достаточно многочисленные. Хоть, всё чаще, их сородичи предпочитают сдаться на милость сильнейших и принять для себя и своих детей фактически статус рабов, работающих на нас, с позорными шрамами на венах – знак налога крови. Но, лучше ли, сохраняя одну видимость свободы, каждую ночь молиться неслышащим их богам о том, чтобы дожить до утра? Не знаю. Лишь в одном уверена – я бы никогда не сдалась.
Дозорные одного из фортов заметили моего летуна и заметно встревожились – мне не нужно было глаз, чтобы заметить это, - я слышала, как участился ритм биения их сердец, ощутила пьянящий привкус страха, выпрыснутый в воздух. Жаль, что с себеподобными так нельзя! Однако, видимо существенной угрозы я не представляла (не существенной - было уже одно появление на небе в полуночный час всадника на летучей мыши, характерным для вампиров средстве передвижения), и целиться в меня из арбалетов с моаровыми стрелами никто не спешил, очевидно рассудив, что я всё-таки больше похожу на одинокого и тем не опасного рядового солдата-разведчика, чем на авангард скрывающегося в тумане отряда смерти.
Я рассмеялась, представив досаду, возникшую, стоило бы им узнать, кого они только что упустили шанс подстрелить, и, ударив мышь пятками по шелковистым бокам, отдалась полёту, подставив лицо навстречу озорному ветру. Подобная детская безрассудность всегда приятно щекотала нервы, к тому же являла собой отличный способ слегка расслабиться. Крепче сжав коленями туловище мышы, я отпустила руки и резко закинула голову назад… и тут же за это поплатилась: несколько крупных прядей выпали из гладкой причёски и, почувствовав свободу и влажность, закрутились в столь ненавистные мне плебейские завитки…
Прежде чем взять курс на трясину Векска (простите, княгиня Илона, этой ночью вам придётся поскучать без сплетен по поводу моей вульгарной причёски!) я ещё немного покружила над пашнями, с взошедшими на них бледно-розовыми ростками фуги, одной из немногих полевых культур, произрастающих под скупым Акреонским солнцем. За это время взгляд зацепил больше двух десятков цитаделей, и это - только вдоль берегов Ч′ерона, а сколько их скрывается в горах и раскидано на далёком побережье!...
Вот она власть! Самая ценная игрушка бессмертных владык сумеречного мира – открыто лежала подо мной и ждала, когда же кто-нибудь додумается, как прибрать её к рукам. А надо, всего лишь, заставить узников этих разрозненных бастионов сплотиться и указать нужное направление… Людей в сотни раз больше, чем нас. Несмотря на хрупкость своих тел, подверженность болезням и старости, медлительность и ничтожную силу, численность человеческой расы с каждым годом росла, а не уменьшалась. В отличие от нас, рождение себе подобных - для них дело обычное и регулярное. Да такая лавина просто смяла бы обе армии Болдизсара и Нандора!...
Всего лишь… Легко сказать! Стадо турбов не станет биться заодно с волками, ведь конечный исход этого союза – для первых, как правило, плачевен. Нельзя относиться к союзникам как к пище, но вот если бы возможно было преодолеть эту пагубную страсть…
Здесь, чтобы лучше понять ход моих мыслей, следует кое-что вам рассказать. А именно, одну древнюю человеческую легенду, которую мои высокомерные и себялюбивые соплеменники привыкли считать религиозным мифом жалких запуганных существ. Но одного они не понимают: даже в самых фантастических легендах всегда есть смысл, всегда спрятаны крупицы замаскированной под сказку истины, иначе бы их не создавали. И не хранили веками, бережно передавая из поколения в поколение…
Итак, согласно мифу, тысячелетия назад Акреон совершенно не походил на себя нынешнего. Свободные и счастливые, его населяли одни только люди, занятые своими нехитрыми человеческими заботами, жили, славили своих богов и радовались солнцу… Пока однажды, из далёкого мира не прилетел раскалённая белая звезда, оказавшаяся при ближайшем рассмотрении камнем, опоясанным прожилками серебристого металла. И сотряслась земля от его падения. Пришелец был настолько горяч, что пылал ярче солнца. Смелейшие представители людского племени не побоялись приблизиться к «дару богов»… И о, невероятно! Оказалось, что прикосновение к чудесному пламени не обжигает, наоборот, больные от него исцеляются, молодые не стареют, а немощные приобретают невероятную силу и ловкость… Всё больше паломников стекалось к камню, многие возвращались раз за разом, приобретая новые нечеловеческие качества, пока в своей алчности не вобрали в себя всё его тепло. И камень угас. И тогда, «осчастливившие» себя его энергией, поняли, что их собственные тела - холодны как лёд. Жадность не дала им завершить начатое…
Мучимые нестерпимым и странным голодом, они стали нападать на своих, не успевших прикоснуться к камню, соплеменников и, убивая, пить их тёплую кровь. Спасаясь бегством, жертвы этой охоты построили массивные укрепления, дабы и дальше защищать свои жизни.
Боги, пославшие людям звезду (или же просто потерявшие её, что более свойственно этим легкомысленным сверх-существам…), в качестве проверки, которую те, как и следовало ожидать, не прошли, не вынесли зрелища подобного непотребства и в наказание навсегда лишили Акреон солнца. Светилу теперь на веки вечные предстояло быть сокрытым облаками. (Хотя, лично я настроена на более рационалистическое объяснение этого явления: раскалённый камень, столкнувшись со влажной поверхностью Акреона, естественно, сотворил огромные облака пара, которые в последствии и сформировали наше знаменитое небо). Вместе с солнцем ушёл и мир.
А охлаждённый метеорит рассыпался, смешавшись с почвой, на которой и выросли невиданные прежде хищные растения. Вкрапления же серебристого металла – стали моаровой рудой, приобретающей чёрный цвет после обработки, последним подарком людям от покинувших Акреон богов.
Далее, в оригинале легенды шёл колоритный перечень проклятий «демонам-кровопийцам», любовно расписанный жрецами, но да воздержусь от столь длинных себе комплиментов.
В общем, напрашивается неутешительный вывод, что обе наши расы – расы вырожденцев. Всё, что имеют вампиры с момента появления, так или иначе было заимствовано ими у людей. Ну что нового и ценного мы сотворили? (Мастерство интриг и пыток - не в счёт). Ничего. Созидательное начало - в людях. Но и они не могут его использовать. Право, не будете же вы заниматься искусствами и наукой, когда все мысли заняты вопросами простейшего выживания!
«Огонь прародителей» - дабы дать Акреону способность развиваться. Вот что мне нужно. Не подумайте, я вовсе не стремлюсь к «миру во всём мире», просто, как того и требует моя сущность… Короче, да, я жажду власти, а что такого?!
Новый Акреон... И его Абсолютная Правительница.
И не меньше могущества, меня притягивает возможность контролировать собственное естество. Разумеется, обуздав с течением веков звероподобные инстинкты наших предков, мы прилично продвинулись на пути самоконтроля. Но голодный вампир, даже благородного происхождения, это по-прежнему – очень непредсказуемый вампир. А такая непредсказуемость – это уже не козырь, а опасная слабина.
Зависнув над небольшим, поросшей мхом природной каменистой площадкой, с которой вела не многим известная тропа в дебри Векска, я оттолкнулась в стременах и спрыгнула со спины мыши. Приземлилась, беззвучно коснувшись ступнями скользкой поверхности. Дальше – пешком, хлюпкая земля веса моего летуна может не выдержать. Потому ему был дан приказ следовать за хозяйкой в тумане, но на небольшом отдалении и достаточной высоте, чтобы даже звуком полёта не привлекать лишнего внимания к моей персоне. Стараясь ступать как можно осторожней и тише, в готовности держа кисть на рукояти меча (кто знает, из чего клыки у местных жителей?), я продвигалась вперёд, балансируя на крохотных участках суши. Стоило начать этот путь, как по сторонам то и дело возникали непонятные шорохи, переходящие то в тихий угрожающий рёв, то в жалостливые стенания. Маслянистая поверхность, не заросших тиной лужиц болотной жижи, поминутно вспучивалась уродливыми пузырями, которые взрываясь, освобождали удушливо-зловонные испарения. Для моего мега-чувствительного обоняния, удовольствие, скажу вам, ещё то… Через пол часа я достигла искомого.
Мраморный грот, возвышающийся среди аккуратного озера, полного удивительно чистой бирюзовой воды, питаемой подземными источниками, с неба был невидим, ибо его скрывал мощный купол ментальной брони. Не магического, скорее… психического свойства. Но сам по себе грот не был целью моего визита. Многие века он служил домом существу, в совете которого, как не прискорбно, сейчас так нуждалась гордая Дэкиена Аргнеш дэн Адель.…
Присев, я опустила ладонь в ледяную влагу, распугав населяющие её фосфорицирующие огоньки бесчисленных живых организмов – что-то вроде вежливого стука в дверь, когда хозяева давно заметили ваше приближение, но не торопятся открывать, пока не услышат обязательные «тук-тук-тук».
В глубине грота раздался звук, более всего вызывающий ассоциации с трением острого металла о камень. Даже не так: десятков острых металлических ножей. Зигзагообразными движениями, на четырёх парах ног, из глубины пещеры выползало существо, тело которого состояло из длинного сегментированного хвоста, заканчивающегося… снова хвостом, только ещё более длинным, с раскачивающимся на конце жалом. Спереди оно опиралось на пару огромных клешней из чистейшего моара, между которыми располагалось плоское, отдалённо напоминающее человеческое, что придавало ему своей уродливой пародийностью весомо большее омерзение, «лицо». При движении чудовище подтягивало передние клешни, от чего задний конец живота конвульсивно изгибался вверх.
Я молчала, безуспешно пытаясь подавить комок в горле. Когда кто-то видит ваши мысли яснее, чем вы сами – от этого уже становится не по себе, но когда это делает создание вроде этой «леди-скорпион», - не по себе вдвойне. С другой стороны, для того я и явилась в эту дыру.
- Кассандра, мне нужен твой совет.
- Знаю, - проскрежетало в ответ.
Логично, что бы я ни сказала, ей об этом уже известно, но надо же с чего-то начать?
- Моё золото, - подсказали щупальца рта.
«Правильно, Кассандра, оплата вперёд».
Для чего этой, обитающей на болоте скалообразной глыбе клешней, золото? Спросите что-нибудь полегче. Радует уже то, что с золотом-то у меня нет тех проблем, которые бы непременно возникли, требуй она приносить «сердце девственницы», «слёзы праведника» или что-нибудь в этом роде. Как вы догадываетесь, на Акреоне это дефицит.
Отстегнув от пояса увесистый мешочек, я швырнула его монстру. (Разумеется, в тот момент я старалась не допускать в мыслях и тени таких выражений как «скалообразная глыба клешней», «монстр» и т.д. Узрев капающее ядом, цвета эбенового дерева, жало воочию, вы бы поняли почему. Но, как любая женщина, Кассандра весьма щепетильно относилась к собственной внешности).
Мешочек был пойман хвостом, словно петлёй, а затем заброшен, после одобрительного встряхивания, внутрь грота. Посчитав, что формальности улажены, я приступила к делу.
- Ты знаешь, что мне нужно. Тогда скажи, где я могу это найти?
- Там, откуда явилась звезда, разумеется.
«Это и…. хм, любому понятно. Провокаторша хитиновая… О, проклятье!»
- От богов? И в какой же из миллиардов миров они теперь переселились? – продолжала я.
- Ни в одном, и в каждом…
- А по конкретнее?
- То тут, то там…
«Зараза! У меня же тоже есть предел терпению!»
Скорпионша замерла, как гончая крыса в охотничьей стойке. Я инстинктивно сжала пальцы на эфесе меча. Даже быстрый мышь спустится за мной не успеет. Пробить эту броню, если что, будет непросто, но тем не менее… Не оправдав моих опасений, жало гибкого хвоста копьём пробило водную гладь и вынырнуло с насаженной на него трепыхающейся усатой рыбиной. Молниеносно расправившись с закуской (зрелище, вероятно, способное отбить аппетит даже у вампира), правая клешня указала на ножны с клинком, а щупальца провибрировали:
- Не пробьёт.
- Извини, но не могла бы ты предупреждать, когда соберёшься отобедать? Это бы избавило меня от дурацких мыслей.
- Дурацкие мысли, как и дурацкие сны – могут быть полезны…
- Эта девушка, - поспешила я ухватить намёк, - девушка из моих снов, она из мира, где горит «огонь прародителей»?
- Нет, но она сможет отвести тебя в него.
Еда явно благотворно подействовала на настроение моей предсказательницы.
- Каким образом?
- Каждое явление имеет свой отголосок. И не обязательно в мире, в котором оно возникло. Она – человек. Думай о ней… следуй за нитью её видений, перед тем, как выпить зелье перемещения. Но, торопись, вселенные пересекаются редко и грань соприкосновения между ними - чрезвычайно тонка, да и…по-моему она сама ещё толком не знает, куда отправится… Такой уж характер…
- То есть меня может зашвырнуть куда угодно?!
- Теоретически – да.
Риск. Огромный риск. Но вероятный выигрыш его стоит.
- Вторгнуться в её сознание, говоришь?... – перспектива своеобразной маленькой мести сотворила на моих губах предвкушающую улыбку.

















Глава II.

Чем отличается пессимист от оптимиста?
Пессимист: «Хуже быть уже не может…»
Оптимист: «Может!!! Может!!!»

Очнулась я лишь, когда небо уже заволокло легкой сумеречной дымкой. Голова нещадно болела.
- Ну и что это было? – задала я вопрос в пустоту.
Дело в том, что мне и раньше являлись ведения. Не спрашивайте почему, я и сама не знаю. Они показывали прошлое и настоящее, и я никогда не знала, что способствует их появлению. Это видение было за гранью всех предыдущих, хотя бы потому, что я точно знала: в нашем мире такого просто не может быть. ТАКИЕ птицы и ТАКИЕ женщины у нас просто не обитают. Интересно, все-таки, а кто она такая, эта сероглазая брюнетка с бесстрастным лицом и хищным взглядом? Одно лишь ясно точно: она не человек.
Понемногу я приходила в себя. Пытаясь придать себе приличный вид, постаралась твердо встать на ноги. Всё это время в голове, словно пчела, вертелась назойливая мысль, что я что-то упустила или забыла… ВСПОМНИЛА!!! Сегодня у нас в гостях Геллер Арманталь, представитель семьи Арманталей, второй в Алардане после династии Ливенталей, правителей граффов. И явно он зашел не просто поболтать с отцом об урожае крипсов и цене на молодых яров. Они наверняка будут обсуждать сложившуюся ситуацию в стране. Я терпеть не могу политику, но безумно люблю тайны!!! Да, я такая. И ничего с этим не могу поделать. Отец говорит, что любопытство вперед меня родилось.
Кроме того, Геллер - очень эффектный мужчина, хоть и графф. Не подумайте ничего дурного, граффы бывают очень красивы, просто я, как айра, больше ценю магов. Ведь внутренняя красота гораздо дороже внешнего лоска, а они этой красотой обладают ни в пример больше граффов. Просто потому, что ценят мир таким, какой он есть, не пытаясь изменить его под себя. Так вот, среди граффов князю Арманталю я отводила не последнее место. Это была еще одна причина моего страстного желания присутствовать на званом обеде во всей красе. Ох, если бы я тогда знала, какой я предстану пред ясны очи интересующего меня мужчины!...
После детального осмотра себя любимой, я пришла к неутешительному выводу: на лбу здоровенная шишка от удара о дерево, волосы сбиты в жуткий колтун, а так как к тому же я была одета в прогулочные бриджи и блузу, в чем явно нельзя появиться на обед, необходимо было сию же секунду оказаться в своей комнате и, как можно скорей, привести себя в порядок.
Итак, что для этого нужно: сосредоточиться (я нахмурила лоб), представить место, в котором я хочу оказаться (моя комната на втором этаже, как раз над гостиным залом, где состоится приём князя) и, щелкнув пальцами левой руки, сказать «en ′avantery».
«En′ avantery»! – воскликнула я, но тут в последний момент вместо комнаты представила себе еще и зал, где сейчас, скорее всего уже садились за стол….
ХЛОП!
То, что с моим колдовством опять что-то пошло не так, я догадалась сразу. Во-первых, моя комната несколько больше и не такая темная. Во-вторых, там царит абсолютный беспорядок, т.е. вещи лежат везде, где мне вздумается, а здесь нет ничего вообще. И наконец, в-третьих, свет в моей комнате исходит с потолка, а здесь, почему-то, с пола. При более детальном осмотре, я поняла, что же произошло на самом деле. Желая оказаться в двух местах сразу: в своей комнате и в зале для приемов, я очутилась как раз посередине – в широкой трубе через которую в гостиный зал попадал свежий воздух снаружи (папино изобретение). Я было собралась выбраться из этого невольного укрытия и заявить о своем присутствии, пускай и не так красиво, как хотела сперва, но буквально через пару мгновений передумала. Разговор внизу вряд ли предназначался для моих ушей. Скорее даже наоборот – мои слуховые приспособления там были очень нежелательны.
Геллер Арманталь вольготно расположился в кресле с бокалом вина, прямо подо мной. Отец же метался по залу, словно раненный яр.
- Почему именно Лидия, Геллер? Неужели нет других вариантов? – отец был очень взволнован, а, судя по голосу, и вовсе словно постарел на несколько лет. Я затаила дыхание, боясь ненароком выдать свое присутствие.
- Вейдон, ты грамотный человек, и должен понимать, что происходит в стране и чем это грозит твоей семье, – раздался надменный голос из кресла. – Грядет война. Кровавая и беспощадная. Твоя дочь – айра, ты – графф. Вы по разные стороны баррикад. Ты, как один из самых влиятельных людей в этой стране, просто не имеешь права встать на сторону магов…
- Я и не стану! – прервал Геллера взбешенный вопль отца. – И ты знаешь, почему!
- Не станешь. Но твоя дочь, Вейдон, она – маг. И либо на войне вы будете сражаться против друг друга, либо, ты воспользуешься методом, который я тебе предложил, чтобы она могла выступать на нашей стороне.
С каждой минутой становилось все интересней и интересней. Пожалуй, моя симпатия к этому типчику резко пошла на убыль.
- О, Боги! Да ты хоть понимаешь, ЧТО ты от меня требуешь? - воскликнул отец. - Своими руками уничтожить свое дитя, которое возненавидит меня в ту же секунду!
Ты это о чем, папочка? Разговор нравился мне все меньше...
- Вы знаете уговор, мсье Парманталь, - холодно произнес Геллер, поднимаясь из кресла. – Выбирайте: вы лишаете дочь магической силы по средствам вашего же изобретения и выдаете ее в срочном порядке замуж за достойного представителя граффов, или же она, как посредственный маг, погибает на войне, которая начнется не сегодня, так завтра.
Что??? Ярость просто пронзила меня насквозь. Я - посредственный маг?! И что он там ещё сказал… лишить силы?!
В следующий момент произошло сразу несколько событий. Я в порыве гнева задела решётчатый люк, через который в зал попадал свежий воздух, он с невероятным грохотом рухнул на мраморный пол, а следом за ним, дико вопя от страха, полетела я… прямо в руки мсье Арманталя.
Немая сцена. Действующие лица - те же. И я, во всем своем «великолепии» после всех дневных злоключений.
Я решила первой нарушить неловкое молчание и, освободившись из объятий нашего дорогого гостя, со всей моей «посредственной» силой, утроенной чувством ненависти и презрения, ударила представителя элиты Алардана по лицу. Звук удара эхом отразился от стен.
- Не-на-ви-жу! – скорее прошипела, нежели сказала я. – Чтоб глаза мои никого вас не видели!
И машинально щелкнула пальцами. Вы думаете, от моего колдовства он исчез? Ничего подобного … исчезла я. Причем куда, опять поняла не сразу.
Это была довольно-таки просторная комната, выполненная в светлых тонах, с покрытой тонкой тканью мебелью. Здесь явно очень давно никто не бывал. Интересно, почему? Я не понимала, где нахожусь, вокруг меня повсюду лежал многолетний слой пыли, все выглядело заброшенным и унылым, однако, я чувствовала некое единение с этим местом. Гнев стремительно уступал место любопытству. Осторожно ступая вдоль предметов интерьера, я стала стягивать с них покрывала. Первым из-под завесы выглянула прикроватная тумба. Ноги подкосились. Я сразу поняла - ЧЬЯ это комната.
Тумбу украшала золотая рамка с портретом. На нем была изображена безумно счастливая пара: молодой графф и рыжеволосая кетра в день их свадьбы.
Мама.
Сидя на грязном полу заброшенной комнаты, я поливала слезами столь дорогое мне приобретение. Несмотря на все потрясения сегодняшнего дня, он был самым счастливым в моей жизни: впервые я держала в руках связующее звено между мной и матерью, дорогим человеком, которого мне так и не посчастливилось увидеть. И не за какие богатства мира я не смогла бы больше расстаться с этой карточкой! Казалось, что с нее мама улыбается именно мне…
Не знаю, сколько времени я так просидела. Может час, может день, может целый месяц. Немного прейдя в себя, я вытащила изображение из рамки и убрала за пазуху. Интересно, что еще я могу здесь найти?
Отец всегда упорно уходил от разговоров о маме. Говорил, что ее портретов в доме не было, а комната, где при жизни она жила, была закрыта для всех, причем закрыта так крепко, что как я не старалась, даже с помощью магии, ни разу не смогла туда проникнуть. Я не смогла понять, как оказалась в этом заповеднике тайн в тот вечер. Как выяснится позже, последний мой вечер на Алардане. Но в тот момент я не знала, где окажусь спустя всего несколько часов, и как, раз и навсегда, изменится моя жизнь. Я ходила по комнате и рассматривала столь дорогие моему сердцу вещи, к которым она прикасалась. За кроватью я заметила прислоненный к стене небольшой сундучок. Мысль о том, чтобы не открывать его, даже не посетила мою легкомысленную голову. В сундуке кроме пузырька с золотистой жидкостью лежала перевязанная тонкой кожаной ленточкой тетрадь. Сомнений в том, что это дневник у меня даже не возникло. Я стала аккуратно разматывать шнуровку. Дневник словно того и ждал. Зашуршали пожелтевшие от времени страницы и из середины тетради выпал конверт. Я, откуда-то уверенная, что предназначается он именно мне, развернула письмо. Тонкие, ажурные строчки едва касались бумаги. Мама выводила «у» и «д» точно так же, как я.

Милое, дорогое мое дитя!
Я знаю, что ты прочтешь эти строки в очень тяжелый для тебя и для всего Алардана период. Ты наверняка унаследовала от меня способность «видеть», поэтому не удивляйся, откуда я это знаю. Как бы мне хотелось обнять тебя, прижать к себе, сказать, как сильно я тебя люблю! Но, боюсь, в момент, когда ты будешь его читать, меня уже не будет рядом. Такова моя судьба и я приму ее достойно.
Мне бы очень многое хотелось тебе рассказать, но начну я с главного. Если ты читаешь эти строки, значит, мое видение меня не обмануло, и Алардан находится на грани войны. Лидия, надеюсь, отец назвал тебя так, как я просила, я хочу поведать тебе страшные тайны, которые навсегда изменят твою жизнь, я уверена в этом, потому что верю, тебе так же как мне будет небезразлична судьба нашего мира. Дело в том, что легенды про Светоч – несут в себе долю правды. И если он погас – жди беды. Война ворвется в родной нам мир.
Я предвижу, что предсказание Финеи относится именно к тебе. Лишь тебе суждено спасти Алардан. Для этого, дочь моя, тебе придется покинуть отчий дом и отправится на поиски огня истинной справедливости. Я не могу сказать, каким образом и где найти его, точно знаю лишь то, что в Алардане он больше не горит. Прости, что пишу загадками, по-другому нельзя. Ты сама должна найти истину. Я смогу иногда направлять тебя на истинный путь. Береги дневник, он заговорен, и даже с того света я смогу помогать тебе через него. Во флаконе - слезы Богини Финеи, даже не пытайся догадываться как я их раздобыла, сделай глоток, сосредоточься на том, что ты ищешь и с помощью обычного заклинания перемещения (не сомневаюсь, что ты его уже изучила!), сможешь оказаться там, откуда начать поиски. Тебе, наверное, многое непонятно, но я не могу тебе объяснить некоторые вещи, ты сама все поймешь со временем. Помни только, я всегда буду с тобой, береги себя.
С любовью, мама.
P.S. Верь своим ведениям.

Я перечитала письмо несколько раз, но смысл его не стал мне понятней. Мамочка, мамочка, если бы ты знала, как ошиблась! Ты пишешь, что я тот маг из предсказания, но я не могу им быть. Я всего лишь айра и никогда не отличалась особыми способностями. Прости, что разочаровала. «Посредственный маг» - вспомнила я слова Геллера. Ненависть к граффам (как быстро оказывается можно возненавидеть!) и жажда справедливости с новой силой хлынули в кровь. Но раз ты этого хотела, я отправлюсь на поиски. Неважно, что меня там ждет, я сделаю все, как ты просишь, и будь что будет. Здесь меня теперь ничего не держит, раз собственный отец стоит перед выбором убить меня физически, вонзив клинок в сердце, или духовно, лишив силы.
Что меня там ждет? И как связана моя миссия с таинственной женщиной из последнего видения? Я собралась с духом, представила себе лежащий на кровати в моей комнате небольшой рюкзачок с «магическими игрушками», как называл их папа, без которого не обходилась ни одна моя шалость. Мгновение – и рюкзачок у меня в руках, мало ли, пригодиться. Редкий случай, но колдовство прошло без промашек. Уложила туда же дневник матери. Наскоро привела себя в порядок, благо в комнате было все необходимое - гребень, зеркало, даже волшебный кувшин со всегда свежей водой. Флакончик со слезами Богини (нет, ну все-таки, как она смогла их раздобыть?) я держала в руках.
Последним взглядом оглянув комнату я сделала глоток.
«En′ avantery»!!!


***
- Дэна, ты - рехнулась! Девчонка, вместо того, чтобы укреплять оборону замка и принимать решительные действия против Габриеля и его прихвостней, мчишься в неизвестный мир, сама толком не зная - за чем!… - со свойственной его обладателю прямотой, гремел по комнате голос «призрака», - и всё из-за этой глупой легенды!
Определённо, доля истины в славах Лоранда имелась. Он очень стар, мой единственный бессменный советник, и, несомненно, мудр. Но, как все вампиры, перешагнувшие, по меньшей мере, девяти вековой жизненный рубеж, не приспособлен к неординарному мышлению.
Удивлены его фривольному обращению к княгине Аргнеш дэн Адэль? Дело в том, что в далеком прошлом мы с ним провернули одно не удивительное для Акреона, но чрезвычайно опасное, в случае его огласки, дельце, что до сих пор успешно являло собой своеобразный «залог обоюдного доверия», в рамках разумного, само собой… Он терпит мои безрассудные (хотя часто и удачливые) выходки, а я, так уж и быть, справедливые нарекания в свой адрес, безжалостно летящие на мою юную голову с высоты его опыта…
- Мне надоели мелкие победы, Лоранд. Надоело топтание на месте: шаг вперёд, шаг назад. Интрига за интригой, и никакой перспективы. Да, с твоим талантом прирождённого солдата и… актёра, - я окинула насмешливым взглядом его костюм слуги, - и моим умением вести закулисную игру, мы подняли клан Аргнеш до уровня могущества, которое он никогда не занимал при прежних князьях.. Но если не дать этому миру встряску, скоро мы все превратимся в двуногие подобия Кассандры, дремлющие каждый в своём вонючем болоте на груде золота!
Да, кстати, золото я взяла, оружие тоже - столько, сколько вообще может незаметно уместить на себе женщина. Подчёркиваю: Акреонская женщина. Блестящие монеты и надёжный клинок в умелых руках – в самой дикой и отсталой вселенной помогут раздобыть всё, что угодно. Кроме того всегда есть клыки и ногти, а также неглупая голова и та оставшаяся, и очень даже привлекательная часть тела, которую она венчает. Надеюсь, ни то, ни другое особенно не пострадает при перемещении.
- Как только впервые увидел, сразу понял, что из тебя получится великая правительница, - смирился Лоранд (кому как не ему знать, что переубедить меня невозможно), - только не задерживайся. Я не смогу долго управлять, оставаясь в тени…
Приблизившись, я с нежностью взяла ладонями мужественное, с резкими чертами лицо, в обрамлении длинных, стянутых в хвост, словно латунная проволока, волос, и, заглянув в бывшие, когда-то (наверное) насыщенно-янтарными, а теперь медленно выцветающие глаза, промолвила:
- Ты даже не заметишь моего отсутствия.
Это не были слова утешения, да он вряд ли когда-либо нуждался в таковом. Извини, Лоранд, но моего доверия к тебе всё же недостаточно, чтобы оставить без присмотра надолго…
И вот, следуя потайным подземным ходом, я поднялась во «флигель сюрпризов» - так окрестили эту часть замка мои солдаты.
Как я уже говорила, вампиры не способны к изобретательству. Но некоторые люди всё ещё обладают этим ценным даром и могут его использовать. Особенно, если обеспечить им и их семьям безопасность, хорошее питание и другие условия достойной жизни, а главное – доступно разъяснить, что в случае, если моя власть падёт, со всеми ними расправятся мгновенно. Пожалуй, ничто так не стимулирует творческий процесс, как благодарность и уважение, приправленные острой специей страха.
Когда я вошла, мастер Венкель и его помощники почтительно склонили головы.
- Всё готово, госпожа. Сосредоточьтесь и думайте о Проводнике. На основе ваших мысленных видений я набросаю в этот запоминающий кристалл примерные координаты нужной вселенной. Заодно, уточним её временную шкалу.
Очень предусмотрительно, Венкель. Считай, что уже получил то, о чём так явно собираешься с духом меня попросить.
Если уж лететь в омут с головой, то от чего, хотя бы не попытаться разведать дно? Время – коварная штука, случалось так, что путешественники проводили в другом измерении неделю, а в свой мир возвращались несколько веков спустя или, наоборот, задолго до собственного рождения. Понятно, что ни один их подобных вариантов меня категорически не устраивали!
Я села на деревянный стул, единственное место в просторном, ярко освещённом факелами помещении, не заваленное пухлыми томами рукописных книг с разнообразными наблюдениями и описаниями научных опытов, не заставленное цветными склянками самых фантастических форм и размеров, и ещё множеством других вещей, о предназначении которых не могла и догадываться. От света огня и витающих в воздухе едких запахов, многократно усиленных моими способностями, было больно глазам и царапало в носоглотке, но, тем не менее, я откинулась на высокую спинку деревянного, аскетического в своей лаконичной простоте стула, и, прикрыв веки, постаралась вызвать в памяти сновидения о рыжеволосой человеческой девушке.
Вспомнить навеянные ею ощущения оказалось гораздо легче, чем разобраться в них… О половине составляющих её ментальный образ эмоций, я знала лишь, что слова, их означающие, иногда используют люди, с четвертью же из них - вообще сталкивалась впервые… Итак, Дэна, соберись, давай по порядку.
Первый образ, с появлением которого меня накрыло тягучим мёдом с горчинкой, после титанических усилий, я смогла определить как «самопожертвование». Не знаю, что это значит. Следом, окрашенные приторным запахом ванили, разворачивались бумажные цветки… «дружбы». Кажется, это что-то вроде бескорыстного союзничества. Нет, для этого у меня слишком хорошая память. Затем, будто в насмешку, выкатился смутно знакомый клубок ощущений, несущий в себе эйфорию, с солёным привкусом крови. «Любовь». Опять мимо. Ибо это бесполезная и жалкая штука…. Тут я начала злиться на своего Проводника: и надо же было провидению связать меня с такой восторженной идиоткой! Стоп… А это что?... Огромной массой грязной воды моё сознание неотвратимо затапливала «обида». Уж её-то безысходную тяжесть трудно было не узнать! Хм, девчонка не так безнадёжна, как показалось... «БОЛЬ!!!» Не просто физическая, к ней я привыкла, а невыносимая, будто саму душу выворачивает наизнанку, оглушила без предупреждения. Я почти слышала, как где-то в глубине моего подсознания скрипнула дверь, долгое время закрывающая вход в запертую тёмную комнату… Проваливаясь в открывающуюся за её порогом бесконечную пустоту «СТРАХА», я почувствовала как меня подхватил, а затем закружил прожигающий самое сердце огненный вихрь первозданной «НЕНАВИСТИ»…
И тут я закричала. Дико, как застигнутая врасплох волчица, и позорно, как ни за что не подобает правительнице… Приходя в себя, я увидела, что, находясь в забытьи, успела вскочить со стула, а его широкие подлокотники размолоты моими судорожно сжатыми пальцами в медленно оседающую на пол деревянную пыль… Представляю, какие молнии тогда метала глазами!...
Венкель и трое его подмастерьев замерли, уставившись на свою, обычно столь сдержанную, хозяйку с выражением ужаса и непонимания одновременно. Значит, я хотя бы молчала, пока видения растревоживали мою память. Иначе пришлось бы их убить, а это бы неприятно отложило моё путешествие.
Стараясь хоть как-то сохранить лицо перед слугами, я холодно поинтересовалась:
- Что-нибудь есть?
Одновременно уловила, как один из мальчишек прошептал другому: «Наверное, этот проводник – настоящий монстр!»
- Д... да, - промямлил алхимик. Мир Даркен. Линии времени с Акреоном там текут параллельно. Вот, - он передал мне небольшой кристалл на цепочке, - это ваш маяк. Как понадобится вернуться, разбейте его, и он сам проложит межпространственную дорогу обратно. А теперь, - Венкель протянул мне флягу, на три четверти полную бурой жидкости, и бронзовый нож, - пять-десять капель, не более…
Проведя лезвием по запястью, я пустила в горлышко сосуда тонкую струйку крови, пока рана не успела затянуться. Вот он, необходимый компонент зелья, делающий перемещения в другие миры привилегией исключительно бессмертных Акреонцев.
- Ты хороший слуга, Венкель. - Я намеренно никогда не упоминала в разговоре со своими учёными более уместное здесь слово раб.
Словно ожидав этих слов, как сигнала, старик велел подмастерьям удалиться.
- Госпожа, вы всегда были добры к нам!... Умоляю!... – тут его голос сорвался почти до всхлипываний, - моя дочь очень больна…
- Нужны деньги?
- Нет, вовсе нет, да вы и сами знаете, я в состоянии приготовить ей любое из самых лучших лекарств. Но уже слишком поздно, они не помогают, моя Марийка умирает… - плечи отца сотрясались в рыданиях.
- Тогда я не понимаю, чем могу ей помочь?
- Укусите её…
Всё-таки, я ещё не до конца овладела собой. Ярость, отголоски которой ещё сидели во мне после «сеанса», когда эмоциям Проводника каким-то образом удалось разобрать и прочесть тайные письмена моего прошлого, тайны, которые я сама безжалостно стёрла из книги памяти, уцепившись за первый попавшийся повод, моментально нашла выход:
- Ничтожный безумец! Да ты хоть понимаешь, о чём просишь?! Один шанс из миллиона, что это её не убьёт. И один на миллиард, что став одной из нас, это будет по-прежнему твоя дочь! Для начала, сходя с ума от жажды, она перекусит глотки тебе, собственной родной матери и всем по очереди братьям, а повзрослев и позабыв об этом, станет тем самым «демоном», которых вы так клянёте в своих преданиях! Ты этого хочешь?!
- Я хочу лишь, чтобы она жила, - беспомощно бормотал Венкель, - не важно, в каком качестве…. и какую цену придётся заплатить за это моей душе…
Жалкий слабак. Не удивительно, что с каждым годом всё больше людей добровольно становится нашими рабами.
- Поговорим об этом, когда я вернусь.
- У неё почти не осталось времени! – продолжал умолять старик.
- Оно у неё будет, если ты отправишь меня на Даркен на один астрономический цикл (4) назад.
Оставить это царство подлости и маразма, но пока всё ещё МОЁ и так нелегко завоёванное царство хоть на миг без присмотра? Ну уж нет!

***

«Куда я попала, и где мои вещи?» - вот первая мысль посетившая мою не совсем здоровую голову. Попыталась открыть глаза. Правый…левый… УРА, получилось!!!
Хм… рано радовалась. Глаза открыла… и ничего… Не видно в смысле. Все серое и безликое; ни дуновения ветерка, ни запахов, ни звуков…. Ничего. Попробовала встать. Так, левая нога…правая нога… Аааааааааааааааааа!!!!! Где мои ноги? Их нет.
Причитала я около часа (если понятие «время» в этом месте вообще существует) удивляясь своему телу, точнее его отсутствию. В правду сказать, оно было, только будто призрачное, неестественное, нематериальное. Вопросов была куча: где я?, есть ли здесь ещё кто? и как отсюда выбраться?. Последний интересовал больше всего, т.к. я понимала, что вряд ли это «живописное» местечко и есть пункт моего назначения. Ну когда же я научусь делать все правильно?!...
Попробовала колдовать, и что вы думаете? Угадали, ничего. Ну и вляпалась же ты, Лидия, в самую большую кучу переработанного обеда яра! Что самое интересное, понятия не имею как отсюда выбираться, тем более, без магии.
Вдруг окружающее меня пространство стало меняться. В паре шагов (если понятие расстояния также можно было применить к этому месту) от меня на уровне груди вспыхнула небольшая звездочка и стала расти. Все больше и больше… и вот она уже напоминает светящийся кокон. Я затаила дыхание. Из кокона показался силуэт. Все ярче и отчетливее, несколько секунд – и я уже видела неописуемой красоты женщину с фиалковыми глазами и струящимся по плечам огнем волос…
- Мама… - я не произносила ни звука, но мой голос словно расплылся вокруг. Мое призрачное сердце колотилось с удвоенной силой. – Мама!
- Лидия, – женщина улыбнулась. На щеках у неё блестели слезы, - девочка, моя.
Я плакала. Неизвестно где, лишенная магии и собственного тела, не зная, как выбраться из этой ситуации, я плакала от счастья. Все, что мне необходимо было в жизни, сейчас у меня имелось – моя мать и ее любовь ко мне.
- Ты – привидение? Значит, я умерла? – раздался повсюду мой робкий вопрос.
- Что ты, дорогая, - улыбнулась Лирель, – тебе еще жить и жить!
- Тогда что это за место, и как мы с тобой здесь оказались… – я запнулась, - вместе?
- В момент перемещения, душа и тело разделяются, – твое тело сейчас перемещается из Алардана в Даркен – мир, где тебе следует искать Светоч, – поясняла она. – Твоя душа сейчас свободна, как и души всех мертвых, но ты должна вернуться, а я не могу.
- И ты исчезнешь? – с горечью спросила я.
- Милая моя, - заговорила кетра,- я не могу быть с тобой долго, – глаза ее стали печальными и встревоженными – Тебе надо спешить. Ты в большой опасности, и она тоже.
- Кто она, мам? – я совсем не понимала, о чем она говорит, – куда я попала и куда должна отправиться?
- Времени очень мало, – кетра прислушалась, – сюда летят. Я не смогу тебе помочь.
Она начала таять.
- Мама! Подожди! – мой крик зазвенел миллионом осколков.
- В трудный час спроси у дневника, – голос становился все тише и тише. – И, спаси ее, она ни за что в этом не признается, но ты нужна ей.. Пробуди свою силу!
И она исчезла. Я снова осталась одна.
«Вампиры боятся света» - пронеслась в голове странная, словно чужая мысль. Интересно, а кто такие эти вампиры?

Серые люди с искажёнными страхом и злобой лицами. Вилы, мотыги, серпы. Они окружают ее.
-Чудовище!!! Тварь!!! Демон!!! – раздаются крики со всех сторон. Она их не боится! Она готова принять бой! Одна против нескольких дюжин рослых мужчин. Женщина со стальными глазами и белой кожей.

Опять она.
Очередное видение отвлекло меня. А между тем, вокруг что-то происходило. Я почувствовала опасность. Нахождение «непонятно где», в каком-то «междумирье», само по себе радужных впечатлений не предвещает, но звук пробирающего до костей крика, идущий казалось бы, со всех сторон сразу, подтвердил мои опасения. Этот крик на непонятном мне языке явно давал понять, что мне здесь не место. А вот появились и обладатели этого запоминающегося голоса: страшные инфернальные создания, более всего напоминающие крылатых змей, вертикальными зрачками уставились на непрошенного гостя. Объяснить им, что и сама бы рада «не быть» сейчас здесь, я не успела... Да и сомневаюсь, что они стали бы меня слушать… Так как эти существа, не сговариваясь, разом бросились на меня. Мысль о том, что душе без тела нельзя причинить боль была очень скоро развеяна в прах. Еще как можно! Я пыталась отбиваться, но как? Они могли меня атаковать, я – нет. Я призывала всю свою магию, но все тщетно. Острые как бритвы когти терзали и рвали меня на куски, шипастые хвосты хлестали по ощущающим боль «участкам души», как по открытым участкам тела. Я осознала, что умираю. И вдруг….

Ее пытаются задеть, нанести как можно больше ран, но это так же безнадежно, как если бы они вздумали резать ветер, или колоть дождь. Для их неуклюжих выпадов она неуязвима. И в то же время невероятно ловка. Нападавшие летят во все стороны. Одним прикосновением руки, она заставляет их падать и корчиться от боли. Что это, такая магия? Глаза её сверкают, а клыки обнажились в отвратительной гримасе призрения. Но их слишком много… Не знаю как, но я будто на себе прочувствовала, как сильно она устала. Словно эта усталость была для неё каким-то необычным явлением, она начала злиться. Расчётливые движения становились всё яростней. В душе ее закипал вулкан. Волна гнева росла, становясь все мощнее и безумнее…

О, Боги! Что произошло? Оказывается, я кричала. Кричала не от боли. Ярость и ненависть таинственной иномирянки передались мне и пламенем разнеслась вокруг. Спустя пару мгновений вокруг меня летал только пепел. Как я это сделала? Или все-таки не я? - последние мои мысли перед тем как потерять сознание.







Глава III.

«Рукопашный бой - драка, схватка, ручной бой
холодным оружием или дубинками и кулаками».
Словарь Даля.


***
Я лежала, распластавшись на земле, раскинув руки в стороны. Определённо, по запаху и комплексу других, не самых приятных ощущений, учитывая моё положение лицом вниз, это была обычная земля, сухая, с вкраплениями мелких шершавых камушков и острых травинок… До сих пор страшно мутило, но я всё же попыталась хоть как-то привести мысли в порядок, дабы ответить на извечно возникающие, в ситуации подобно моей, три вопроса: 1)»Кто я?» 2)»Где я?» и 3) «Всем ли частям моего бессмертного тела суждено и дальше счастливо прибывать со мной в одной компании?»... Ну, ладно, по первому, как вы поняли, я ещё могла что-то сказать, но при попытке мозга разобраться с последующими двумя, в нём, этом самом мозгу, начиналась сплошная свистопляска…
Итак, вот я отпила половину из фляги. При воспоминании об этом желудок снова взбунтовался, лишь небывалым усилием я заставила его успокоиться, а себя думать дальше. Воздух вокруг меня сгущается, приобретая не естественную вязкость. Я инстинктивно смотрю на свои руки: контур пальцев медленно растворяется, ещё мгновение и я могу видеть сквозь ладони тёмные доски пола. Тут же наваливается противная слабость, и приходит осознание, что Я ИСЧЕЗАЮ!!!
«Материя Аркеона истончается, - говорит удаляющийся знакомый голос, - чтобы отпустить вас в Даркен…»
Собственно, эти слова были последним, что я помню. Меня не несло по светящемуся лабиринту, не крутило и не мотало вверх тормашками в пространственно-временном водовороте, хотя самочувствие свидетельствовало как раз об этом.
Итак, теперь я знаю, откуда прибыла и куда (очень хочется надеяться, что именно туда) попала. Ну, если эта рыжая в последний момент что-то передумала или перепутала!… как предупреждала Кассандра, найду в любом мире, не знаю как, но найду, и разорву собственными клыками…
На чём я остановилась? Ах, да: хотелось бы знать, действительно ли это Даркен… Вспомнив что-то очень важное, я рывком (только каким-то уж очень неуклюжим он вышел) подтянула руку к груди и ощупала висящий на шее кристалл памяти. Слава моему клану, цел!... Холодный, и если он сейчас мерцает прозрачным зелёным светом, я на месте. Вот только… мои глаза всё ещё были закрыты, а вконец забитый этим, с позволения сказать, «путешествием», инстинкт самосохранения, истерично вопил, что если открыть их сейчас, мне будет очень-очень плохо… Интересно, куда уж хуже?...
ЖАР. Тут я, наконец, поняла, что-то страшно горячее жжёт мне спину и затылок. Исходи он снизу, я бы решила, что переместилась аккурат на раскалённые угли. Всё-таки, наверное, следует осмотреться, и попытаться… отползти (более решительного способа передвижения пока не позволяла небывалая прежде мышечная слабость). Мне-то от огня ничего не будет, но вот моя одежда… не известно как на него отреагирует.
Но для начала надо осмотреться… Оооо, духи Векска!!!... Стоило мне чуть приоткрыть веки, как жар радостно проник и туда. Ослепляющий белый свет наполнял глаза странной влагой. СОЛНЦЕ!!! Ну не хрена себе – Даркен! Это название куда больше подошло бы Акреону. Словно мысленное упоминание о доме содержало в себе какой-то скрытый путь к спасению, я в темпе, (и откуда только силы взялись?) нащупала за спиной сумку. С самого верху в ней лежал скомканный тканевый свёрток…
- Госпожа, возьмите это, - Венкель протянул мне, сильно пахнущий человеком, простой серый плащ из тростникового сукна.
- Думаешь, я там замёрзну? – съязвила я.
- Солнце - не везде похоже на Акреонское. Сказывают, что в некоторых мирах оно всё ещё очень яркое и не всегда сокрыто облаками. Убить, разумеется, не убьёт, но первое время может быть немного непривычно. И вполне возможно, что днём вы будите более уязвимой, нежели привыкли…
«Непривычно» - это факт. И уязвимость... Днём на Акреоне мы тоже не можем использовать свои силы в полной мере, что даёт людям из числа «сопротивления» возможность выходить из своих крепостей и работать на полях, но чтобы от солнца накатывала такая слабость и столь сильно замедлялась реакция?... Стыдно признать, но я чувствовала себя почти человеком…
Закутавшись в плащ, в котором, весьма кстати оказался глубокий капюшон, я с трудом поднялась и, подхватив сумку, запетляла в поисках тени…
Сия благодать обнаружилась под хиленькими деревцами, дающих начало… так и быть, назовём это лесом (хотя сад при моём замке и то внушительнее выглядит), всего в нескольких шагах от открытого солнцу места моего «приземления». Под защитой переплетённых друг с другом тоненьких веточек, свет донимал по-прежнему, но хотя бы было не так паршиво. Что ж, буду иметь это в виду. Я улыбнулась: в этом незнакомом мире у меня уже есть первый союзник. Хоть и из числа неодушевлённых явлений. В тени я всё ещё испытывала слабость, но зато можно было вспомнить, что я, оказывается, могу видеть. И чувствовать… Не примитивными человеческими ощущениями, а тем особенным способом познания мира, исходящим из сложного набора рецепторов настоящего охотника. Вот, в дюжине шагов от меня в корнях дерева зашуршал миниатюрный зверёк. Скрывшись в свой лаз, он, следую извилистой подземной норой, спешил в гнездо, полное пищащих щенков… Высоко в небе, скрытые блеском этого пылающего губительным огнём шара, парила пара крылатых существ… А где-то на расстоянии броска копья от того места, где я стояла, находился источник воды. Неплохо было бы умыться! Не подумайте ничего плохого, вампиры не потеют, но ведь и грязь не отталкивают! Так… А вот это уже интересно…. Набежавший ветерок принёс немного не тот, к которому я привыкла, но всё же крайне знакомый, запах, безошибочно определяемый как дух человеческого жилища. Хоть какая-то цель для начала! Попробую узнать там что-нибудь об «огне прародителей».
Возможно, более разумно было бы отправиться туда с наступлением мрака (я очень надеялась, что дарующая живительную прохладу ночь здесь всё же существует!), но памятуя о том, как с заходом солнца замуровывают свои крепости люди на Акреоне, решила не ждать заката. В конце концов, как держать в руках меч я не забыла!
Но сначала надо привести себя в порядок.
Услышанный мною источник воды оказался родником, который бил прозрачной струёй из-под серого валуна, и, образовав в земле небольшое, с вымощенным пёстрыми камешками дном, углубление, заполнял его студёной влагой. На случай, если это шанракс (кислотный источник, уж больно сильно отдавал известью), бросила в воду сорванный с дерева листок. «Объект» эксперимента не зашипел и не растворился, и я без опасений склонилась над водной гладью для умывания… Весь запас крепких Акреонских выражений, которые сплочённой оравой пёрли из меня на солнце, сейчас кинулся в повторный поход, когда, разглядев своё отражение, я узрела на месте привычной тёмной шевелюры серебристо-пепельное нечто. Волосы выгорели подчистую, образовав своеобразный дует с цветом глаз. На фоне всё ещё (хоть одно радует!) белой кожи лица, и окутывающего тело серого плаща, мой новый облик более всего вызывал ассоциации с гигантской акреонской молью…
- Да, - мрачно констатировала я отражению, - ну теперь-то я просто обязана найти звезду, может её огонь и это безобразие сможет исправить…
Безобразие было поспешно заплетено в косу (с глаз долой), и теперь уже в основательно подпорченном настроении я продолжила путь к людскому селению.
Каково же было моё удивление, когда «крепость» наконец предстала перед моими глазами. Не было ни сторожевых башен, с круглосуточно дежурившими на них бдительными часовыми, ни высоких стен с бойницами для лучников, да что говорить, никакого ограждения ВООБЩЕ не было. Вместо этого наличествовали открытые нараспашку, видавшие виды ворота, скрипящие петли которых крепились к двум покосившимся, врытым по краям дороги столбам. В довершение всего, к одному из них было привязано мохнатое и неимоверно вонючее животное с двумя рожками поверх хитрющий, как у тролля, морды, с царственным видом жующее жвачку из пожухлой травы... Зачем нужны ворота, когда отсутствуют стены, за которые они должны пропускать?! Я честно не понимала. Единственным подходящим объяснением было то, что эта невидимая ограда, имеющая магическую природу, не ощущаемую мной под открытыми солнечными лучами… А животное? Нападать на вампира оно не спешило, значит не сторожевое. Наверное, решила я, какой-то местный обычай. Вроде человеческие жертвы, которой периодически пытались откупиться на Акреоне уставшие от осады городища.
Сразу за «входом» начиналась песчаная улочка, по бокам которой тянулись не глубокие канавы. Судя по цвету и характерному запаху их содержимого, по сравнению с которым даже рогатая «жертва» благоухала ассивильскими розами, проблем с выносом помоев здесь ни у кого не возникало. Чуть поодаль, стояли, словно сросшиеся друг с другом убогие однообразные жилища, с покрытыми потрескавшимися черепицами хилыми крышами. Всюду носились чумазые детёныши, сначала увлечённые игрой с подобранным прямо на дороге мусором, а через некоторое время - отчаянными драками за эти «сокровища».
«Вот он! Мир под заботливой десницей богов! Как же я рада, что им наплевать на Акреон!»
Я дошла почти до самого центра деревни, всё-таки до города это место явно не дотягивало, когда, наконец поняла, что гул разговоров вокруг меня как-то подозрительно приутих... Все открыто пялились…. нет, не на меня (выгоревшие волосы, как ни странно, сыграли на руку, нивелируя бросающийся в глаза, так пугающий людей контраст с кожей). Перед тем, как войти в город, я, несмотря на зной, к которому даже начала понемногу привыкать, сняла накидку, рассудив, что незнакомец, наглухо закутанный в плащ с глубоким капюшоном, традиционно вызывает больше подозрений, чем открыто шествующий странник. И ошиблась…
Тут надо обмолвиться, что все встреченные мною здесь особи женского пола, были одеты исключительно в мешкообразные одеяния коричнево-серых тонов, скрывающих фигуру (или же её отсутствие) почище погребального савана. Интересно, их властители одеваются также? Наверное, только ткань дороже, и её ещё больше. Логично, что на их фоне мой практичный дорожный костюм, состоящий из узких чёрных штанов из выделанной кожи летучей мыши и облегающей, аналогичного цвета, блузы из прочной, но мягкой паутины подземного тарантула, со вставками, опять же из кожи, в наиболее деликатном месте, - выглядели слегка броско. Хорошо, вызывающе броско.
Пока я размышляла, имеет ли уже теперь смысл, как они, заворачиваться в кокон серой ткани, в мою сторону затрусил ещё один странный местный зверь. Подбежав и обнюхав мою ногу, он тут же ощетинился и не успел раскрыть пасть для нападения, как я, инстинктивно отпрыгнула в сторону и оскалившись, зашипела. Естественно, при этом, показались клыки. Животное взвизгнуло и унеслось прочь, а вот люди…
- Ш′ЯНРИ! ХАРЛЯМЕН! – панически заорали на незнакомом языке несколько, наиболее близко стоящих ко мне людей. За ними этот клич хором подхватил, казалось, все остальное население.
Krrabat! Для того, чтобы начать понимать их речь, мне следовало заранее озаботиться и всего-навсего укусить даркенское человеческое существо, с кровью которого мне передалась бы и языковая память…
Но, в тот момент я готова была биться об заклад, что переводится этот крик не иначе как: «Спасайтесь, вампир!». Ну, или в обратном порядке.
Какие же яркие воспоминания успели оставить о себе мои соплеменники! Вот только испытывать по этому поводу национальную гордость времени не было: со всех сторон меня окружала толпа…
Какая-то безумного и непорятного вида бабка, протиснувшись вперёд сквозь смыкающиеся ряды мужчин, осыпала меня белыми кореньями с резким, острым запахом. Ожидаемого результата сие ритуальное действо, видимо, не возымело, кроме того, что я громко чихнула, и шаманка (наверное, это была она) поспешила ретироваться с завидной даже для летуна скоростью.
На Акреоне я никогда особенно не интересовалась обыденной жизнью даже своих собственных крестьян – на это были специальные управляющие – потому вид нацеленного на меня местной разновидности колюще-режущего и ударно-раздробляющего, по началу вызвал даже некоторый интерес. Одна часть воинов была вооружена длинными палками, заканчивающимися тремя острыми зубцами (огромный аналог акреонского «трезубца», догадалась я), другие держали более короткие рукоятки с навершениями из согнутых под прямым углом, тупых даже на вид, приспособлений (судя по всему, для разбивания черепа врагу). Также, в ассортименте присутствовали короткие и длинные «алебарды» с узкими, закруглёнными лезвиями. Всю эту экзотику объединяло один, крайне радующий меня признак, – обычная сталь. Не моар. Его чёрный блеск и передающийся даже по воздуху лёгкий электрический зуд, я бы узнала в любом мире, даже при солнце. Кстати, о неприятном. Солнце может быть серьёзной проблемой. Я гораздо более медлительна, и, чувствуется, далеко не так сильна, какой привыкла быть. И интересно, если сейчас меня ранят, плоть сможет регенерировать? Но, с другой стороны, на Акреоне я как раз и дралась с равноценными противниками, причём опасным для себя оружием. Вот только никогда тех противников не было больше сотни…
Судя по тому, как пекло медленно усмиряло свой темперамент, до заката оставалось около получаса. Попробую продержаться это время, а с наступлением тьмы смоюсь - так быстро, как это умеют одни вампиры, что людишки даже не смогут понять, куда я испарилась.
Для того, чтобы успешно вести схватку, необходимо сочетать нападение с защитными действиями, или хотя бы выбирать позицию таким образом, чтобы противник не мог приблизиться со стороны спины. Для того, чтобы вырваться из оцепления, я сделала кувырок вперёд под ноги стоящему прямо передо мной врагу, и, при выходе из кувырка, нанесла (насколько могла) мощный удар ногами ему в область паха. По последовавшему за эти стону стало ясно, что кое-какие силы в моих мышцах ещё сохранились.
Вскочив, я развернулась, и, схватив левой рукой ближайшего из противников, для защиты его телом от сыпавшихся на меня ударов, правой производила ответные выпады мечом. Одновременно, не прекращая фехтовать, я скользнула клыками по обнажённой шее своего ещё живого щита, от чего он тут же свалился, утратив оба нужных мне качества, зато я получила возможность понимать слова, которые выкрикивали дерущиеся. Это давало возможность (раз уж я не могу анализировать их ощущения), лучше разбираться в их манёврах. Достаточно посредственных, надо сказать, манёврах, …
С первых минут стало ясно, что, несмотря на их численный перевес, у меня обнаружилось одно определяющее преимущество: воины из моих противников - как из меня сестра милосердия (если я не ошибаюсь, это жрицы какой-то очередной человеческой богини). Подбодренная выпитой кровью, и одновременно разочарованная в перспективах хорошего боя, я решила сменить тактику на более занимательную.
Одной их самых интересных, скрываемых её немногими мастерами, техник в многообразии боевых искусств Акреонских вампиров – является саглават - поражение жизненно важных точек на теле. При усиленном воздействии, например ударах пальцами, точно в определённые места, можно вызвать удушье, судороги, понизить остроту зрения или вызвать жуткую головную боль. Однако у бессмертных, последствия саглавата носят временный характер и позволяют лишь, пока противник корчится от боли или находится в состоянии слепоты, выиграть нужные для победных действий секунды. А вот с людьми возможные варианты были куда разнообразнее…
Перемещаясь на слегка согнутых ногах, каждый раз новыми способами, то прыжками, то перекатами, то резкими набегами, не давая им ни единого шанса выследить или просчитать траекторию моего движения, одновременно вынуждая сталкиваться и мешать друг другу, я наносила по не сокрытым доспехами телам хитрые комбинации ударов пальцами, используя меч лишь для того, чтобы отводить оружие очередной жертвы от себя.
Люди падали на землю, а те, кто ещё сражался, теперь выглядели гораздо более испуганными, чем раньше.
- Магия! – причитали они.
Но тут настала пора расплатиться за свою самоуверенность. То ли энергетическое действие пищи закончилось, то ли я просто переоценила свои возможности, подточенные солнечным светом, но на меня вдруг свалилась страшная усталость. Невооружённым глазом стало заметно, что мои отточенные движения с каждым разом становятся всё более предсказуемыми, а выпады - всё более яростными. Только это была не чистая боевая ярость полного сил воина, позволяющая сокрушать немыслимые преграды, а обречённая жалкая злость побеждённого.
А в довершение ко всему…
Не понятная серая дымка застилает всё вокруг. Хотя, собственно, что «всё»? В этом месте нет ни земли, ни неба, ни чего-то конкретного посередине, лишь абсолютная первозданная пустота, не заполненная… правильно, опять-таки - ничем. Здесь не ощущается собственного тела. Только щемящее, нарастающее чувство смертельной опасности, которая…
Не известно, сколько я пробыла во власти видения, но то, что я всё ещё жива, означало, что длилось оно меньше секунды. Борясь с нарастающим головокружением, я словно во сне следила, как меч в моей руке будто сам по себе продолжает машинально отражать удары…
... пронзительный визг крылатых тварей заставил поморщиться, создавая навязчивое желание пригнуться. Рыжая девушка-проводник из моих снов отчаянно отбивалась от когтей летающих змей… Поразительно, но галлюцинация на короткий миг снова придала сил. «Да чтоб ты заживо сгорела вместе со своими видениями!» - мысленно заорала я. А может и не только мысленно…
По крайней мере, стоило моему сознанию вернуться на Даркен, как перед глазами предстали вытянутые лица замерших селян, видимо посчитавших мой чистый акреонский - каким-то смертоносным магическим заговором. Одновременно я уловила, что солнечный диск почти полностью скрылся за лесом и, облегчёно вздохнув и собрав остатки сил, чёрной молнией скрылась на горизонте
Невидимая магическая ограда не спешила меня останавливать…

***
Пробуждение оказалось, мягко скажем, неудачным. Похоже, что все удары, нанесенные моей душе тварями из «межмирья», прямым образом отразились на прибывшем-таки в Даркен теле. Почему я так думаю? А, иначе, по какой причине у меня ВСЕ (!) болит, явственный привкус крови на губах и открывается только правый глаз, да и то только наполовину? Причем, то немногое, что видел этот глаз, мне как-то сразу не понравилось.
Я лежала на земле, насколько могла сориентироваться, лицом вверх, кругом, с самыми враждебными лицами кричали люди, некультурно тыча в меня пальцами.
- ХАРЛЯМЕН!!!! КРИ, ШАЯНЕ!!!!
В глазах гнев и страх. Даже не знаю, чего больше. Странно, такое ощущение, что я уже где-то видела этих людей. Интересно, о чем они говорят?
- Шаяне!!!! Шаяне!!!! Криш! Криш! Криш хай! - кричали со всех сторон.
Мне очень скоро надоело слушать непонятный набор звуков, и я произнесла коротенькое заклинание: «Kry avvaiy». В ту же секунду тоненькая, сплетенная местными ветрами ниточка, скользнула мне в ухо. Речь незнакомцев стала понятной.
- Сначала вампир, теперь это! Явилась из ниоткуда! Сжечь ее пока не поздно!- кричал народ на площади.
– Сжечь ведьму!!! Сжечь, сжечь!!!
С большим трудом, но все же поняла, что речь идет обо мне.
- Послушайте, добрые люди, - с трудом попыталась приподняться - я совершенно случайно тут оказа….
Договорить мне не дали – чей-то увесистый кулак опустился на мой затылок. «Узнаю кто, изуродую»- была моя последняя мысль. Провал…

Чья-то спина. Вымощенная мостовая. Спина почему-то прямо перед глазами, мостовая наверху. Опять провал…

Грубые мужские руки обматывают вокруг меня веревку. Я не падаю – меня держит крепкий ствол за спиной. Интересно, я что, уже в лесу? Странный подозрительный шорох вокруг, как будто под ногами летают тысячи мотыльков или кто-то складывает хворост… Хворост?... Под моими ногами?!!
Я резко распахнула слипающиеся глаза. Боль от нанесенных змееподобными тварями ран сразу дала о себе знать. На левом начала кровоточить рана от когтей, но это была сущая ерунда по сравнению с тем, ЧТО я увидела. Боль трусливо улепётывала, уступая место изумлению.
Я была привязана к крепкому столбу, возвышающемуся над небольшим плацем посреди площади, полной людей. Кажется, я в какой-то книге читала, что такие сооружения называются «эшафот» и служат местом публичной казни преступников.
КАЗНЬ?! Это меня что же, казнят?! Что я такого сделала?
- Ведьма!!! Казнить ее!
- Сжечь! Сжечь!
- В костер эту тварь! – заголосила стоящая прямо напротив меня тетка в непонятных тряпках землистой расцветки.
- На себя посмотри, мымра лохматая! – не выдержала я. Сами понимаете – стресс, нервы на пределе.
Тетка побледнела, потом сразу пошла пятнами, но, всё же относительно быстро пришла в себя и ... Я думала, что ударной волной от ее визга меня снесет вместе со столбом. Да что там, вместе с эшафотом и всеми «зрителями» на площади…
- ЛЮДИ!!!! – заверещала она, - ведьма треклятая, сглазила! Не будет мне теперь житья на белом свете, покудова прах нечистой не развеется над землей-матушкой!...
Всякому терпенью приходит конец. Вот и моему пришел.
- Ты на себя посмотри, страшилище чумазое! – голос мой полыхнул гневом, – небось слово ванна в твоем лексиконе вообще не числится! Я в отличие от тебя умываюсь дважды в день! – кипятилась я.
- ТИШИНА! – раздался над площадью громозвучный мужской голос. Как не странно, звуковая атака подействовала. Замолчали все, даже я. Интересно стало, кто ж это так орет?
На плац поднимался… шкаф… собственной персоной. Этакий весь из себя порядочный дяденька с до неприличного честными глазами, фигурой восемь на пять футов, в жутком красном балахоне и (вы не поверите!) красным блинчиком ткани на затылке. Меня разобрал истерический смех. Нервы, господа!
- А шапочка, чтоб солнце не напекло? – я не смогла удержаться от комментария.
Толпа уставилась на меня с нездоровым изумлением. Где-то хихикнули, кто-то кашлянул, кто-то ахнул. Но только не «красненький»… Надо отдать ему должное, он довольно быстро пришел в себя от моего хамства и даже попытался сделать вид, что ничего не произошло.
- О, благочестивый народ Даркена! – возвел он руки к небу. – Страшное испытание пало в этот день на наши чела в лице двух порождений ада!
Двух? Это я что, получается, первое? Интересно, где же тогда мой компаньон по несчастью?
- Проявив истинное мужество и отвагу, - «шкаф» махнул рукой в сторону изрядно потрепанных мужиков, стоящих недалеко от помоста, - мужи нашего города в нелёгком честном бою пленили это порождение хаоса!
Ага, «честный» бой, да? Ещё и «нелёгкий»?! Это теперь так называется. Ударить несчастную, израненную, хрупкую девушку по голове кулаком. Ну-ну.
- И сегодня, на спасительном костре ее душа очистится от скверны.
Священник, а я так поняла, что мужик с «блином» на голове, представлял интересы местной церкви, обернулся ко мне, и шепотом добавил:
- Хотя, ты так молода и невинна, – с грустью произнес он, – Возможно, что порок еще не полностью поглотил твою душу…. – В глазах его заблестел огонек похоти, – Если ты согласишься провести ночь в покаянной молитве в моей келье, я подарю тебе целые сутки жизни, – высокопарно произнес он. – Задумайся, девочка, это вполне приемлемая плата за…
Договорить я ему не дала. Меня уже выворачивало от «радужной» перспективы этой ночи.
- Плата говоришь?! - мои глаза опасно сузились – сутки? За необходимость терпеть твое пыхтение над моим невинным телом?! – в голосе звенел металл.
Каюсь, я таскала из библиотеки книжки не только по магии айров. Интересно же, я ведь тоже когда-нибудь собираюсь замуж. Хотела предстать перед будущим (ну когда-нибудь) мужем во всей своей красе, изобретательности и искусности в любовных делах.
Священник отшатнулся и замер. Что, не ожидал от «невинного дитя» таких речей?
Однако, на народ моя откровенность произвела обратную реакцию. Я просто кожей ощущала их ненависть и страх.
- Ведьма!!!! Сжечь!!!! Сжечь!!! На костер ее!!! - с новой силой заголосила толпа.
- Она отреклась Бога нашего! – пришел в себя священнослужитель (быстро однако, помню, когда нечто подобное в плане моего знания искусства любви, я выдала в присутствии мадам Буффуй, так та полтора часа пребывала в глубоком обмороке) - Ведьма, она отказалась от молитвы! – тем временем продолжал шкафообразный – нет света в ее душе, так пусть огонь погасит ярость в ее сердце!
Он вскользь оглянулся в мою сторону, пробежал глазами по изрядно увеличенному царапинами вырезу на груди, вздохнул на тему «сама напросилась» и брезгливо отчеканил:
-Сжечь.
В туже секунду, крутящиеся вокруг помоста мужланы, опустили на хворост горящие факелы. Пламя у моих ног вспыхнуло. Толпа загудела от предвкушения зрелища под названием «подкопченная ведьма, и так ей и надо». Они не учли одного: я не ведьма, я – айра. И для колдовства мне зачастую не нужны руки, которые они предусмотрительно связали у меня за спиной, мне нужно только мое желание. Я возвела глаза к небу. Раскат грома охватил площадь. Кто-то закричал, кто-то поспешил убраться подальше. Правильно, сейчас здесь будет жарко… и не только мне.
Я после долгое время удивлялась, как я смогла ничего не напутать. Но, видимо, в критической ситуации мозг выкидывает из головы всю легкомысленность и дурь, давая свободу знаниям и опыту.
Молния, озарившая в следующее мгновение помост, на котором меня собирались сжечь, прошлась аккуратно вдоль столба. Веревка лопнула, я размяла затекшие руки. Дождь хлестал сплошной стеной. Даже поток воды из водопада Тарку не обладал такой плотностью и стремительностью. Люди бежали с площади во все стороны, спасаясь от жуткой грозы, подобно которой, судя по всему, за все время существования Даркена ещё не было. На площади остались только мой несостоявшийся любовник, да парочка мужиков из «конвоя», что меня сюда доставил.
- Слабо я ей тогда врезал, крепче надо было, – шепнул один из них своему приятелю, – надо было наверняка, а костер уже после, для зрелища бы устроили…
Он говорил очень тихо, но я услышала. Вспомнила. Отомстила. Следующие минут десять женоненавистник отплясывал забавный танец с подскоками, приправляя его весьма «лестными» словами в мой адрес. Молнии били поочередно в землю под его ногами.
Вы, видимо думаете, что я специально выбрала такой эффектный способ расквитаться? Смею вас разочаровать: у меня просто не было выхода. Потрепали меня изрядно, и большая часть магии непроизвольно уходила на то, чтобы я элементарно могла держаться на ногах. Единственный выход был – это привлечь стихию. Магия в такой ситуации расходовалась лишь на то, чтобы придавать направления ударам молнии - это на какое-то время могло отвлечь моих палачей, однако нужно было искать способ быстрее отсюда исчезнуть, ибо резерв моих сил мельчал с каждой секундой.
Сквозь пелену дождя я вдруг заметила нехорошее движение вокруг. «А вот и народное ополчение» - поняла я. Это было не трудно, если учесть тот факт, что весь имеющийся сельхозинвентарь, правда какой-то уж больно поломанный, своими сохранившимися острыми элементами нацеливался на меня со всех сторон.
«Срочно надо покидать этот веселый праздник» - подумала я. Но как? Магии осталось совсем немного, убивать людей как-то не входило в мои планы, а уж умирать самой - так тем более. Оставался один выход.
Я попыталась представить себе ЕЁ. Получилось! Стальные хищные глаза, чёрные волосы… Хотя нет, волосы почему-то приобрели странный пепельный оттенок. «От страха, что ли посидела?» - пронеслась у меня в голове шальная мысль. Она устала и голодна. Странно, но именно её голод я прочувствовала яснее всего… Недалеко отсюда, в лесу.
Собрав остатки магии, я прекратила пускать молнии под ноги моим гонителям и одновременно с этим произнесла заклинание перемещения.
ХЛОП!
«Ну почему меня все бьют по голове?» - последняя моя мысль, а дальше темнота…























Глава IV.


«Боль – это событие. Которое происходит с тобой
и справляться с которым ты должен
в одиночку – любыми доступными тебе способами».
Х. Лори.


***

Ну, что ж… разведка боем, в целом, прошла удачно. Мысль о том, что меня по собственной неосмотрительности чуть не убили, (всё-таки другой мир, и последовавшая за ним смена обстановки, подействовали как-то расслабляющее!) теснилась приятным возбуждением после драки. На Акреоне мне давно не удавалось так повеселиться!.. С осады цитадели Хэйрон и последовавшей за нашим прорывом резни прошло, кажется… лет пятьдесят. А после того я стала правительницей клана и политические игры позволяли выбраться в другую часть Акреона всё реже и реже. Да и теперь, когда моя власть достаточно окрепла, все радости достаются Джерго и его слегка сумасшедшей компании головорезов…
Кроме того, вместе с пониманием местного языка, кровь того человечишки дала мне ещё одно существенное знание: умами этих серых людей всецело владел СТРАХ. Не тот вполне естественный привкус, который неизбежно возникает от ужаса, когда кто-нибудь впиваются вам в глотку. Уж его-то, поверьте, я различу! Нет, у него в теле сидел CТРАХ совершенно иного рода... Именно так, большими буквами. Подавляющий волю, заскорузлый… как плесень подземелья. У человеческих существ моей родины - оснований еженощно опасаться за свою жизнь - более чем достаточно, но даже бегущая по их венам живительная влага не отдаёт такой обречённостью…
И вряд ли это черта только одного человека… Чтобы так въесться в кровь, стать частью родовой памяти, СТРАХ должен быть всеобщим и довлеть над умами людей в течении жизни нескольких поколений… Что же наводит на них такую панику, с источником которой не возникает даже мысли бороться?!
Была, конечно, и негативная сторона у моего дневного приключения: неожиданное видение с рыжей девчонкой запросто могло стоить мне если не жизни, то, как минимум, пары конечностей. Да и молва о нагло вламывающемся в селения, средь бела дня, вампире, наверное, уже понеслась по округе…
Что ж, похоже, слава о Дэкиене Аргнеш дэн Адель будет обгонять ее саму в любом мире!
Несмотря на то, что с наступлением ночи сила била из меня ключом, я неспешно брела по тёмному лесу. А куда спешить, когда, может впервые за сто лет, понятия не имеешь, что предпринять дальше?!
Но, чтоб подумать об этом, самое время было озаботиться о насущном: как говорится, война войной, а… полученной в драке крови мне явно не достаточно!
Я прислушалась: справа, в шагах пяти, за густыми зарослями, вдоль кромки поля проходила накатанная дорога. Если мои ощущения не свихнулись после солнцепёка, минут через пятнадцать по ней проедет повозка, запряжённая двумя головами какой-то ездовой скотины, а правит ей… возница.
Но тут меня отвлекло… какое-то странное чувство. Тело обдало холодным ветерком, хотя ни один лист на деревьях не шевельнулся. Ночь стояла безветренная, тёмная. Небо в преддверии грозы затянуло тучами, хотя, какие это тучи? Так, лёгкая дымка, по сравнению с Акреонским небом. Но всё же, я могла быть уверена, что, ни одному человеку, появись он вдруг в этих зарослях, меня не разглядеть. Обратившись в слух, я замерла в боевой стойке.
БАХ!!!
В одно мгновение все мои органы чувств огорошило волной впечатлений. Обоняние – явным духом человека (почему-то с неаппетитным привкусом палёного), слух резануло его дыханием и сердцебиением, сначала учащёнными и взволнованными, а в следующую секунду - уже притихшими… Глаза… Вот так встреча!
На расстоянии вытянутой руки, на траве, безмятежно прислонившись головой к дереву, лежала миниатюрная девушка с огненно-рыжими курчавыми волосами. Впрочем, узнать её я смогла бы и вслепую: уникальный эмоционально-чувственный образ, представший передо мной сложной гаммой запахов и цветов, не оставлял места для сомнений - это же мой Проводник!
Небо озарил блеск молнии и в этот самый момент я, всегда имевшая слабость к эффектным появлениям, вышла вперёд. Вот только никто так и не смог по достоинству его оценить, ибо «гостья» была без сознания. Опыта реанимации бесчувственных девиц у меня, мягко скажем, не много, потому я просто присела рядом и стала ждать. Удариться разок головой о дерево – это ещё не смертельно. Любопытство пересилило даже досаду от пропущенного ужина. Впрочем, если, несмотря на предчувствие, выяснится, что наши с ней интересы не совпадают и выгоды от дальнейшего общения - никакой, этот самый будущий ужин преспокойно располагается сейчас прямо передо мной.
Прошло около пятнадцати минут, как незнакомка начала приходить в себя: открыла глаза и, потирая затылок, посмотрела прямо на меня:
- Ты?! - произнесла она на местном наречии, - Ух ты! У меня получилось! Именно к тебе я и направлялась!
«Что значит – направлялась?! Да твоё приближение я бы за милю почуяла! Что же это, неужто и есть МАГИЯ?!»
Но, памятуя о том, что, лучшая зашита – нападение, сказала, разумеется, совсем иное:
- Не спеши благодарить - за то, что я тебя ещё не убила.
«Это-то всегда можно исправить» - пронеслось в голове.
Незнакомка непонимающе уставилась на меня.
- Не знаю, из какой сказки ты свалилась, девочка, но в моём мире, пролежать четверть часа в отключке рядом с вампиром - и остаться при этом живой – действия несопоставимые друг с другом.
«И это при том, что у меня, после всего, на тебя и так оба клыка заточены»
- Вампиром? – заинтересовалась она, - Ой, а это ты, да?... Как интересно!
Она не боялась! Последняя реплика была не наигранной бравадой, а настоящим, самым естественным из всех, что мне когда-нибудь доводилось услышать, любопытством. Значит, либо передо мной - любящая риск мастерица блефовать, или же – невероятная идиотка. Простите за некую ограниченность суждений, но на Акреоне даже последние – явление редкое.
- Так что, ты действительно ничего не знаешь о вампирах?!
- Нет, кроме того, что чокнутые крестьяне из-за какого-то из них меня только что чуть заживо не спалили на костре. И ещё, что «вампиры бояться света»… вот.
«В общем и целом – всё в точку»
- Кстати, я – Лидия Арлисс де Фанте Друа Парманталь. Можно просто Ли, - дружелюбно улыбнулось мне это рыжее недоразумение…
- Дэкиена Аргнеш дэн Адэль. Дэ-ки-е-на, - повторила я с нажимом на каждом слоге, явно подчёркивая, мол, для тебя, так и никак иначе. - Собственно – вампир, - «дружелюбно» улыбнулась я в ответ откровенной (в смысле - открывающей зубы) улыбкой.
- Здорово!
«Опять эта воняющая цветами искренность! Ну, всё!!!»
- Зачем ты влезаешь в мою голову, жертва инквизиции?! – не выдержала я. Наверное, более резко, чем следовало, но голод и так порядочно нервировал, так что усмирять свой праведный гнев я не утруждалась.
- На себя бы посмотрела! – слегка обиделась она. – И я не специально, ты мне тоже частенько видишься, и уж извини, зрелища эти - не из приятных! А уж их последствия, тем более – добавила она, снова поглаживая ушиб на лбу.
«Хорошо же, наверное, мы сейчас смотримся – две изрядно потрёпанные местным «гостеприимством» иномирянки, горячо обсуждающие глюки друг с другом в главных ролях»
- Твои крылатые змее-питомцы аналогично эстетического наслаждения не доставили! – был мой ответный выпад.
- Мои?! Хотела бы я и сама знать, что это было и где я находилась, до того как попасть… Сюда.
- Это Даркен.
Ноль эмоций. И ни капли понимания в глазах.
- Что, даже не знаешь, куда попала? И… кстати, смертная, как ты это сделала?
«Сожри меня саблезубый койот, если она ещё и окажется магом!»
Далее шёл взаимный обмен (крайне эмоциональный со стороны Лидии, более сдержанный – с моей) нет, не «любезностями», а предысториями нашего появления на Даркене, включая краткое описание родных миров, видений друг друга, и, наконец - цели нашего здесь нахождения. Рыжая по этому поводу несла какой-то патриотический бред насчёт «огня истинной справедливости». Я же о своих нескромных планах на «огонь прародителей» предпочла благоразумно умолчать, высказав, что так же, как и она, желаю для Акреона «мира и процветания». А что? Можно ведь и так сформулировать, не уточняя при этом, что понятие «мир» последние тысячелетия к Акреону вообще не применимо.
Вырисовывалось одно - обеим из нас по зарез нужно раздобыть в этом мире нечто в равной степени «горючее» и «мифологическое».
И пока что мы понятия не имели, где и с чего начать поиски…
И, кстати, в довершение ко всем бедам, Лидия действительно оказалась магом.
- Как здорово, что мы наконец встретились, Дэна! Мама сказала, что вместе мы сможем спасти Алардан! – заливалась она, разжигая кучку сухих веток струйкой горячего воздуха, не принуждённо соскальзывающего с кончиков её пальцев.
Я поморщилась. Что-то подсказывало, что заставить девчонку называть меня полным именем, не затронув при этом целостности её телесной оболочки – задача в принципе невыполнимая.
«Ага, конечно уже бегу, спасаю…».
Тело снова пробирал лёгкий озноб, теперь я поняла, что так мои органы чувств распознают магию, а глаза предательски заморгали от предчувствия болезненной яркости огня. Испоганить им такую чудную ночь!... Но, делать нечего: план действий мы пока всё равно не выработали, а сидеть в ночном лесу без привычного источника тепла и света, да ещё под наливающимся грозой небом, девчонке было заметно не уютно. От себя я бы добавила, что логично, если бы дискомфорта ей добавляло ещё присутствие рядом голодного вампира. Но, то ли она не до конца вникла в суть нашей диеты, то ли, что не менее вероятно, «разумность» для неё не существовало как явление. Ну, хоть чем-то мы с ней похожи…
- Подожди, «мама сказала»? Мама, у нас, тоже маг? – осторожно осведомилась я.
- Она… была кетрой, абсолютным магом… - Лидия опустила вмиг погрустневшие глаза - умерла, как только я появилась на свет.
«Боль… будто саму душу выворачивает наизнанку…»
- Папочка постарался? – понимающе кивнула я, одновременно стараясь вытряхнуть эту гадость из своих ощущений.
- Да ты что?! Они любили друг друга! – возмутилась моя нежданная союзница.
Тут уж пришлось и мне, после очередной её сентиментальной истории, провести дополнительный устный экскурс, посвящённый особенностям межличностных отношений на Акреоне - в целом, и конкретно процедурам «наследования» и раздела «совместно нажитого имущества» в кланах - в частности.
- Ну и ну… - только и выдохнула Лидия.
Как выглядит то Ничто, куда уходят мои, не признающие богов, мёртвые сородичи – я предпочитала не задумываться, уповая, по понятным причинам, лишь на то, что от туда не возвращаются. А вот самопишущийся магический дневник-подсказка, в котором, по словам Лидии, её мать обещала наставлять её в поисках – это уже очень даже не плохо!
ЗАПАХ. Мускусный аромат СИЛЫ, неразрывно сплетённый с симфонией трав на блестящей шкуре и ощущением свободного бега в быстрых лапах - хором ворвались в моё сознание. Что ж за ночь сегодня такая, не вижу никого дальше собственного носа!
Я медленно повернула голову туда, где вот-вот готов был зашевелиться полог из оплетённых колючками ветвей, уже зная, кого там увижу.
- Ой… - следом раздалось от костра.
- Тихо! – оборвала я, - это же…
Я зачарованно наблюдала, как совсем не большой, но неописуемо прекрасный, царственный зверь с ленивой грацией подошёл к освещённому краю занимаемой нами поляны.
- Странный он какой-то… - обеспокоенно прошептала Лидия – никогда не знала, что волки бывают величиной с медведя...
- Малыш наверное. У нас они в три раза крупнее. – Я, не отрываясь, смотрела в глубокие, зелёные с жёлтыми прожилками глаза зверя. Силуэт такого же красавца, правда замершего в прыжке на пути к жертве, украшает фамильный герб клана Аргнеш. Давно же я не видела их на Акреоне…
- Не удивлюсь, - не унималась Лидия, – если мухи у вас тоже размером с поросёнка!
Больше я её не слышала. Изумруды глаз затягивали в себя словно наваждение. Прибираясь мне в душу, их блеск отчаянно будил некие старинные воспоминания… Эй, лесной брат, что же ты делаешь?! Я не хочу ничего вспоминать!...

Совсем юная девушка, из последних сил карабкается по скользким камням. Безжалостные преследователи, враги её отца, вот-вот настигнут её, и тогда… Знала же, что опасно покидать крепостные стены не в своё время! Но как нестерпимо сильно хотелось позабыть о пристальных взглядах бдительной охраны, сменить плен неприступных стен на вольное дыхание опаляющего кожу ветра, снова насладиться скоростью своего тела, несущего её по запретным простором… Знала, но ничего не могла с собой поделать…
Бесполезно болтающийся на поясе моаровый клинок больно бьёт по ногам… В эти часы он способен помочь ей не лучше простой деревяшки… Выхода нет. Но, из двух зол…
Бушующие внизу изумрудные волны жадно облизывают острые скалы, ещё несколько шагов до обрыва… и можно будет шагнуть в их милостивые объятия… Ещё немного и…уже бросаются в лицо солёные брызги…
Они – враги её отца, её расы, ЕЁ враги – не щадят даже детей своих противников, а свою нынешнюю жертву – не пощадят тем более… Беглянка почти ощущает, как дышит ей в затылок смрадное пламя их ненависти… Внутренний голос подсказывает, что они бы давно догнали её, но намеренно предпочитают не торопиться – не слишком часто выпадает удовольствие погонять вражеское отродье, всё равно никуда не денется! Ну уж нет! Никуда?! На тот свет они за ней не кинутся! Ещё немного!...
Боль!!! Острая боль в ноге… Поскользнувшись на мокром валуне, она падает. Нет!!! До пропасти ещё слишком далеко… пробует ползти… выходит через чур медленно! Нет!!!...
Её окружают, но… это не охотники. Точнее, не те охотники. Крупные взрослые волки, целая стая. Откуда они на побережье?... Их утробное рычание заглушает рёв пенящейся океанской стихии… глаза горят ненавистью и… голодом.
Жестокие гордые звери, как вы вовремя! Умоляю, подарите лучше ВЫ мне смерть!…
Но они не спешат разодрать её в клочья, оскаленные морды смотрят туда, откуда должны появиться её палачи. Неужели… волки пришли защитить её?...

«Дэна! Очнись, Дэна!» - крик Лидии, становясь всё громче, доносился будто из другого мира... Как во сне я следила, за тем, как волк медленно опускает голову, одновременно на загривке встаёт дыбом, отливающая чернёным серебром, шерсть. Так же, не торопясь, угрожающе открывается пасть, полная острых белоснежных зубов… Волк приблизился настолько, что при желании я могла бы коснуться отбрасываемой им в свете костра тени… Тени? Её не было!!!
«ВИНГАРЛЭШ!»
Одно из главных достоинств хорошего воина – способность вовремя распознавать ситуации, когда имеет смысл хвататься за оружие (или магию - кому что), и когда делать этого - категорически не рекомендуется. Попросту говоря - не имеет смысла. Вскочив и схватив в охапку, пронзительнее свежевыкопанной мандрагоры заверещавшую Лидию, я со всех сил рванула туда, откуда доносился запах проточной воды…
Вингарлэш – призрачные волки - одни из самых опасных существ, встречающихся не только на Акреоне, но, если верить сказаниям, во всех других мирах – при всей их бестелесной неуязвимости, не в состоянии перейти (хотя скорей уж перелететь!) преграды даже из тончайшей полоски бегущего по земле ручья… Вода – это жизнь, а они её лишены.
Прыжок! Готова поклясться, что в тот момент, когда я, сама подобно волчице, оттолкнулась от берега буйной лесной речушки, мой разум поймал отголосок мысли беспощадного хищника…
«K′erros!» (5)

Где-то пол часа спустя, промокшие и вконец измотанные, мы с Лидией лежали, отстранённо пялясь в тёмные небеса, на небольшом островке суши, образовавшемся посреди грохочущей стремнины.
- Вингарлэш – призрачные волки, стражи мироздания… Если они пришли за нами, значит, в этом мире нам не место, - вслух рассуждала я. - Оно, в общем-то понятно, ибо мы обе не от сюда. Но ведь, были и другие путешественники… Что-то я не слышала, что ночами за ними гонялось нечто подобное!
K′erros… Как-то странно кричать это тому, кого собираешься сожрать, пусть и не в привычном смысле, а лишив души. K′erros… Или же он хотел о чём-то предупредить? Так что же это могло значить?!!
- Дэна, почему ты не реагировала, когда я тебя звала… там, на поляне? – стуча зубами, произнесла Лидия.
Рассказывать ей о видении, смысл которого пока никак не могла понять, я не собиралась. Что ещё за одна деваха решилась объявиться у меня в голове?! Судя по окружающей её местности – она Акреонка. Вот только из-за не до конца ясной ситуации, ведь наблюдала я её со стороны, и через чур расплывчатых образов, она может быть и вампиром, и человеком…. Можно подумать, мне там этой рыжей не хватает! Тоже мне – ментальный приют для сирых и убогих.!
Вместо ответа я продемонстрировала ей одетый на палец перстень с символом рода. Сверкающий, даже во мраке, мертвенно-голубым светом, топаз явственно очерчивал вырезанную на нём фигурку опасного хищника.
- Тотем Аргнешев, - от нахлынувшей новой волны голода, вдаваться в подробные объяснения не было никаких сил… но, всё же, я добавила: с обычными волками мы чувствовали друг-друга, это как общение с… кем-то близким…
Наверное, так… Ведь, хоть убейте, не знаю, каково это – чувствовать к кому-то настоящую родственную привязанность… не ожидая при этом удара в спину.
Но было и ещё кое-что, чем околдовали меня зелёные, как вереск Векского болота, глаза инфернального хищника… Но об этом тогда я даже самой себе не спешила признаваться.
Как выяснилось позже, зря.
- Раньше волков было много на Акреоне, и они часто пели свои грустные песни под стенами моего семейного замка. Потом в нашем мире появились вингарлэш и обычных волков стало становиться всё меньше и меньше…. И в какой-то момент… они просто исчезли. Вряд ли дело в их призрачных двойниках, существа из плоти не годятся для последних в «конкуренты», других врагов у настоящих зверей нет, разве что голод мог заставить волков …
ГОЛОД. Нет, на рассвете надо найти пищу, иначе ещё одного дня на солнцепёке я просто не выдержу.
Вас, вероятно, интересует, отчего я не испытывала желания вгрызться в глотку Лидии? Испытывала, да ещё как! Но подобное потакание инстинктам – удел фэйлори – вампиров низкого происхождения, не ведущих напрямую своей линии от «прародителей» (вот ещё одно подтверждение моей теории о том, что человеческая легенда, по большей части, правда), а также, полукровок, или «обращённых» – не рождённых вампирами, а людей, чудом выживших и ставших таковыми после укуса нашими собратьями. Мы же – дженви – вампиры-аристократы, можем контролировать свои действия. Само собой, если подобные ограничения несут выгоду.
Повинуясь непонятному мне стремлению, Лидия протянула правую руку в небо и что-то быстро прошептала. Прямо над нами, тучи, так и не успевшие пролиться дождём, спешно потеснились, обнажив чёрный бархат небосклона с пылающими на нём мириадами хрустальных точек. А среди всего этого великолепия пылал, не причиняя никакого неудобства глазам, белый диск луны… Первый раз воочию представший передо мною за всё время насыщенного событиями существования…
Невозможно, но мне казалось, что Лидия, догадалась о том, что я в тот момент почувствовала.
- Что ж, весьма симпатично, - сказала я, просто потому, что надо было что-то сказать, дабы сбить самодовольную улыбочку с лица рыжей, - но, не удобно, на Акреоне в её свете врагу легче было бы нас замечать.
- Луна не светит сама по себе, - решила она блеснуть познаниями (как же, ведь её отец алхимик! Или как там это у них называется… графф?), - она мертва, и её свет – лишь отражение получаемой от солнца энергии…
«Ну надо же, прямо как вампиры! Прямо как мы…»


***

Возвращение в сознание проходило тяжко. Может, виной тому очень уж насыщенная событиями жизнь в последние пару дней, может частые удары головой или элементарный перерасход магии. Последнее - более вероятно.
Мысли разбегались в разные стороны как пшенная крупа, миску с которой я, учась ливетировать предметы, нечаянно (повторяю – НЕЧАЯНО!) уронила как раз над верхней ступенькой лестницы. Представили, каково собрать их обратно? Вот примерно тоже самое сейчас творилось в моей многострадальной голове. «Надо собраться!» - подумала я и отважно открыла глаза. ТАКОГО я увидеть не ожидала!
- Ты?!
Сказать, что я была удивлена – это не сказать ничего. Прямо передо мной мраморной статуей сидела ОНА! Причем, сидела, как я поняла, довольно давно. Ее нереально серые глаза были очень уставшими. Словно она только что в одиночку уничтожила целое войско. Хотя… память понемногу возвращалась ко мне. Судя по последнему видению, так оно и было.. И тут меня посетила невероятно радостная мысль, на фоне которой меркло все остальное! Я впервые всё сделала правильно в новом для меня виде магии!!! Что было для меня настоящим чудом, как бы ни парадоксально это не звучало из уст мага!
- Ух ты! У меня получилось! Именно к тебе я и направлялась! - воскликнула я.
Предмет моих прежних видений выглядела потрясенной. Могло показаться, что мои слова ее огорошили. Однако не скрою, держалась она очень спокойно. Ни словом, ни действием не выдавая, как я поняла, новых для себя эмоций. Мне почему-то показалось, что сдержанность эта не напущенная и не казовая, а врожденная. Точно проявление эмоций было для нее чем-то диким, непривычным. В следующее мгновение она взяла себя в руки… и выдала ТАКОЕ!
- Не спеши благодарить - за то, что я тебя ещё не убила.
Я искренне не понимала, что значит эта странная фраза. Вероятно, на моем лице изумление читалось большими буквами, т.к. незнакомка пояснила:
- Не знаю, из какой сказки ты свалилась, девочка, но в моём мире, пролежать четверть часа в отключке рядом с вампиром - и остаться при этом живой – действия несопоставимые друг с другом.
- Вампиром? Ой, а это ты, да?... Как интересно!
Что-то последнее время я частенько слышу это слово - «вампир». Я никогда не видела живых вампиров, если, конечно, к ним можно применить данную характеристику. В Алардане упоминание о них можно было встретить только в старинных легендах. Якобы, это злобные, кровожадные существа, ожившие мертвецы, с огромными выставляющимися зубами, перепончатыми крыльями и страшными длиннющими когтями. Описание не совпадало – толи незнакомка на себя наговаривала, толи в книжках всё врут. Я почему-то склонялась ко второму варианту.
- Так что, ты действительно ничего не знаешь о вампирах?! – изумленно спросила она.
- Нет, кроме того, что чокнутые крестьяне из-за какого-то из них меня только что чуть заживо не спалили на костре. И ещё, что «вампиры бояться света»… вот. - Изложила я свои скудные знания по данному вопросу.
Незнакомка не спешила представляться, и я решила начать первой.
- Кстати, я – Лидия Арлисс де Фанте Друа Парманталь. Можно просто Ли, - я улыбнулась…
- Дэкиена Аргнеш Дэн Адэль. Дэ-ки-е-на, - сдержанно произнесла она, обнажая как-то уж чересчур длинные клыки, видно не всё в книгах – неправда! - Собственно – вампир.
Это было так необычно! Опасно и, в тоже время, интересно!
- Здорово! – воскликнула я.
Похоже, новую знакомую шокировала моя реакция не ее откровения.
- Зачем ты влезаешь в мою голову, жертва инквизиции?! – неожиданно резко спросила Дэна. Дэкиена уж очень длинное имя. Язык сломать можно.
Я обиделась. Это кто еще кому в голову лезет!
- На себя бы посмотрела! И я не специально, ты мне тоже частенько видишься, и уж извини, зрелища эти - не из приятных! А уж их последствия, тем более, – вспомнила я все результаты видений с ее участием и непроизвольно потерла лоб.
- Твои крылатые змее-питомцы аналогично эстетического наслаждения не доставили! – был ответный выпад.
- Мои?! Хотела бы я и сама знать, что это было и где я находилась, до того как попасть сюда…
- Это Даркен.
Название мне абсолютно ни о чем не говорило. Главное, что я поняла, я все-таки попала в другой мир, и, как ни странно, кажется именно в тот, в котором должна была очутиться. Об этом свидетельствовало наличие моей несколько агрессивно настроенной компаньонки.
- Что, даже не знаешь, куда попала? И… кстати, смертная, как ты это сделала? – спросила она.
Пришлось рассказывать все с самого начала, включая повествования о собственном мире и образе жизни в нем. Дэна в свою очередь рассказала мне об Акреоне и ее причине оказаться здесь. Хотя, мне показалось, что она что-то недоговаривает. Ну, ничего, поживем-увидим. Все-таки интересно, почему мы, такие разные, и при том, согласно предупреждению мамы, только вместе можем найти Светоч?
А тем временем, ночь набирала обороты, становилось зябко. Я, как единственный маг из нас двоих, решила заняться костром. К счастью, бытовая магия удавалась мне лучше прочих по причине большего опыта ее применения. Мы еще о чем-то разговаривали с Дэной, когда на полянке, где мы остановились, появился новый персонаж.
- Ой… - только и смогла сказать я.
Я впервые видела такого крупного волка. Дэна тоже заволновалась.
- Тихо! – сурово произнесла она, - это же…
Кто же это, ответа я не дождалась. Дэна зачарованно смотрела на нашего гостя.
- Странный он какой-то… - заволновалась я, – никогда не знала, что волки бывают величиной с медведя...
- Малыш наверное. У нас они в три раза крупнее – произнесла она как околдованная. Что-то с ней происходило. Я не могла понять что.
- Не удивлюсь, - пыталась я обратить на себя ее внимание, – если мухи у вас тоже размером с поросёнка!
Но Дэна не реагировала. Со стороны казалось, что между ней и волком происходит некая зрительная дуэль. Оба замерли. Я чудом заметила мимолетное движение хвоста хищника. «Он же сейчас прыгнет!» - в панике подумала я.
-Дэна! Очнись, Дэна! – похоже, что мой крик она попросту не слышит.
Однако, спустя несколько мгновений (я даже не успела понять, что произошло) мы почему-то оказались на поросшем осокой островке среди широкого ручья, который, как мне казалось, находился футах в двадцати от места нашей стоянки. Точнее, сначала, мы оказались в ручье, а уже потом – выбрались на сушу.
Мы лежали на земле измотанные и уставшие. С Дэной что-то происходило. Я долго не могла понять, откуда во мне такая уверенность, пока не пришло осознание того, что связь через которую я смогла к ней попасть, осталась. Я слабо, но все же чувствовала ее. Она была голодна. И овощами и хлебом утолить этот голод было нельзя. Ей нужна была кровь. Только сейчас я поняла смысл ее странных фраз про нахождение рядом с вампиром. Но страшно не было, было жалко… ее. Я даже не могу сказать почему, но я просто физически ощущала КАК ей плохо. Плохо не от вечного вампирьего голода, плохо от холода… в душе. Эта женщина очень давно, а может, и никогда в жизни, не знала любви и заботы. Вот это и было страшно.

***
Правитель задумчиво расхаживал по залу совещаний дома магистров Вайлесса – столицы Даркена. Девчонки прибыли в ЕГО мир. Он знал кто они, и знал, зачем оказались здесь. И знал, примерно, чем все кончится. Они настолько разные, что просто не смогут довести дело до конца, ведь им всегда придётся быть вместе и прикрывать тылы друг друга, они на такое не способны. Властитель Даркена решил поиграть. Ему так давно наскучила его однообразная беззаботная жизнь, что он решил поразвлечься. В конце концов, какой вред могут причинить ему маг-недоучка, причем, не абсолютный маг, а так, айра, да опалая вампирша, которая ради власти готова на все. «Пускай они подберутся поближе, а там разберемся» - размышлял мужчина. Ох, если бы он знал, чем грозит ему такое легкомыслие…

***
Когда я очнулась, солнце уже было в зените. Дэна не спала, ее знобило. Она сидела рядом, закутавшись в плащ, всем своим видом стараясь показать, что ей безразлично все, что происходит вокруг. Странно, но я не восприняла ее напыщенность за чистую монету.
«Вампиры боятся света» - всплыла у меня в памяти фраза из материнского письма. Я посмотрела на небо – солнце светило во всю свою мощь. Мимолетное движение руками – и вот уже кучерявые облака заволокли небо над нами. Я, конечно, очень люблю солнце, но когда рядом со мной человек (ну хорошо, НЕ человек) мучается от его лучей, могу обойтись и без него.
Дэна странно на меня посмотрела: с некоторой смесью недоумения, брезгливости и благодарности. На одно мгновение мне показалось, что она хочет поблагодарить меня… оно прошло. А вместо этого:
- Великолепно!, - недовольно фыркнула она, - не знаешь, как привлечь внимание местных религиозных фанатиков – сотвори облако, плывущее за нами против ветра!
Но, тем не менее, убрать его не попросила. «Ну как же! Вампир! Гроза людей! Княгиня Аргнеш будет рассыпаться в благодарностях перед какой-то смертной!» - подумала я. Но быстро отогнала эту недостойную мысль. «Людей надо принимать такими, какие они есть. Они не лучше и не хуже тебя, они другие» - убеждала я себя. Сознание неожиданно помутнело.

 

Две маленькие девочки на площади перед фонтаном.
- А мы с мамой едем в Вайлесс на праздник Первородного Огня, – хвасталась одна.
- Праздник ведь только через две декады.
- Мы едем завтра. Мама приглашена ко двору. Правитель Кайен собирает много гостей, поэтому, нужно больше слуг. Мы едем помогать на кухне. За работу в праздник маме заплатят большие деньги! И мы сможем купить корову.

- Эй, рыжая, ты как себя чувствуешь? – раздался над головой голос Дэны, - Ну, хоть об дерево в этот раз не ударилась, уже маленькая победа.
Я приподнялась на локтях.
- Нормально, жить буду.
- А жаль. – Добавила она тихо, но я услышала.
- Это ты к чему?
- Ты о чем, деточка? – эта… вампирша сделала невинные глаза.
- Я не деточка!!!! – внутри у меня всё кипело. Ненавижу такое к себе обращение. – Не называй меня так! Что тебе жаль, что я жива?!
- Да. – с неприкрытой искренностью ответила та.
Я не находила слов от негодования.
- Ну, так можешь позавтракать мной, кровопийца!
В глазах княгини Аргнеш заплясал огонь злости. Похоже, своей непочтительностью я вызвала её недовольство? Плевать!
В следующую секунду я поняла, скорее даже почувствовала, что она просто бросится на меня. По кончикам пальцев побежали искорки – я была готова к удару. Дэна, вооружённая кривыми кинжалами в каждой руке (и откуда только она их достала?) прыгнула, я подняла руки для атаки воздушной волной, но тут….
- Отойди от нее, порождение тьмы! – раздался наполненный ненавистью голос.
Дэну отбросило от меня огненным смерчем. В двадцати шагах от нас стояли … фаеры! ОТКУДА?! Трое мужчин в традиционной боевой экипировке магов Алардана. Странно, последние несколько сотен лет, ее можно было увидеть только в музее, но никак не на магах. Неужели…
- Лидия Арлисс, мы пришли за вами, – таким голосом разговаривает папа, чтобы мне стало понятно, что разговор окончен. – Алардан поглотила война. Граффы пошли против магов. Вы должны принять одну из сторон. Либо вы с нами возвращаетесь и сражаетесь на стороне магов, либо…
Договорить ему я не дала. Все! Я разозлилась, нет, я в бешенстве!!! Еще не прейдя в себя от последнего разговора с вампиршей, вспомнив обстоятельства моего бегства из отчего дома… напоминание про то, что я должна выбирать между своей сущностью мага и отцом - привело меня в состояние, которое я, после никак не могла объяснить. Я просто понятия не имела, что способна испытывать такой гнев и ненависть!
Фаер замолчал. Видимо, он прекрасно понял, что уговорить меня «по-хорошему» не удастся.
- Что ж, - в руках у него появился огненный шар. Он опасно взглянул на Дэну, – Даю вам последнюю попытку. Взгляните, что вас ждет в случае отказа.
Шар в его руках увеличивался.
Все, что произошло после, было для моего слабого сознания большим потрясением.
Маг подбросил огненный шар в руках и, размахнувшись, кинул его в сторону только начавшей приходить в себя женщины. Вся накопившаяся магия на кончиках моих пальцев устремилась на встречу летящему огню. В нескольких шагах от несостоявшейся жертвы встретились две магии. Пламенный вихрь, получившийся от столкновения двух магий огня подчинился сильнейшему. «Двух магий огня? Откуда?» - мелькнула короткая мысль. Фаер, так неосторожно рассердивший меня, перестал существовать, поверженный собственной магией. Двое его попутчиков, пораженные произошедшим, поспешили исчезнуть. Интересно вообще, как они меня нашли? Сколько вопросов и не одного ответа! Жуть!
Ко мне потихоньку подошла Дэна. Выглядела она, мягко скажем, не очень.
- Знаешь, я тут подумала – сказала она тихо, - можешь пока пожить. Убить я тебя всегда успею.
-Вот спасибо! – я еле держалась на ногах, – Не ожидала от тебя такой изящной благодарности!
- Да не за что. Не грамотно бы было с моей стороны убивать дуолу. Не делай большие глаза, если в моём мире нет магии, это не значит, что я ничего о ней не знаю, – произнесла она вкрадчиво. – Дуола - по другому тебя теперь и не назовешь.
Дуола… вот так новость! Я еще не осознавала в полной мере, что же сейчас произошло. А ведь вправду, я только что применила мощнейшее из заклинаний фаеров, будучи айрой... Дуола воздуха и огня. Восторга не было, на меня напала некоторая апатия. От большого количества происшествий за последние два дня, я почти разучилась удивлятся.
- Знаешь, Дэна, – сказала я, поднимая глаза на вампиршу. – Что-то мне подсказывает, что о нашем появлении на Даркене кто-то знал еще до этого самого появления. Тебе не кажется, что нас здесь ждали?
- Кажется. – Произнесла она. – причем ждут нас здесь не с цветами и лаврами... Разве что, на похоронном венке.





Глава V.

Пустыня ширится сама собою: горе тому,
кто сам в себе свою пустыню носит!
Ф.Ницше.


- Нельзя ли в следующий раз не испепелять врагов, а, скажем, приглушить немного?
Весь день мы брели по выжженной солнцем, пустынной степи, конца которой, судя по моим ощущениям, не предвиделось ещё миль десять. В какой стороне расположен этот Вайлесс, о котором было видение Лидии, можно будет узнать, только оказавшись хоть в каком-нибудь «очаге цивилизации», но вот добраться до него сегодня уже точно не удастся. Хорошо человеку – насобирала в траве сомнительного вида ягодок и бодро шагает дальше, мне же оставалось только крепиться.
Наступил вечер, но от истощения жжение в плече, доставшееся мне после атаки фаера не только не прошло, но даже усилилось…
- Зачем? – опешила от моего вопроса Лидия.
Я показала руками по сторонам, демонстрируя безжизненный пейзаж:
- Низкий уровень народонаселения, при возрастающей у меня, не без общения с тобой, потребности в пище!
- Так ты действительно ешь людей?!
- Нет, только пью их кровь.
- Какая разница? Это же убийство!
- А ты ешь мясо животных, гуманная ты наша? Или только корешками питаешься? Извини, если это оскорбляет, - решила я сменить тактику, - но я так устроена, что чужая кровь – это моя жизнь, без длительного получения человеческой крови, мои собственный кровяные тельца умрут.
Похоже, уловка подействовала:
- Но…, - заколебалась на секунду Лидия, но, тут же нашлась, - как можно сравнивать людей с животными?!
Не подействовало…
- Разница лишь в размерах черепной коробки, кроме того…
Я не договорила.
Они появились из ниоткуда, как, собственно и положено при перемещении из одного мира в другой. Тем не менее, за мгновение до этого, доселе верно служившая мне интуиция проорала в голове, что «что-то не так»! Не очень конкретно, скажите вы, но какая, по сути, разница, если в результате, этой жалкой форы мне хватило лишь на то, чтобы вытащить меч и занять боевую позицию?
Как ни странно, мысли вроде «какого…(6) они здесь делают?!» в тот момент даже не пытались мне докучать, ибо туманное «что-то не так» молниеносно материализовалось перед глазами, а вот кто они, несмотря на длинные плащи с глубокими капюшонами, скрывающими фигуры и лица, - я как-то даже ни секунды не сомневалась…
Хотя, чего собственного не понятного в том, как они меня нашли? Я отправилась на Даркен на месяц раньше акреонского времени, думая при этом о Лидии, которая подобной цели - обеспечить себе временной запас - не ставила…. В результате – временная петля, которая забросила девчонку в туманное межмирье, а потом уже – нас обеих – на Даркен, вот только уловка не сработала и меня уже успели «заждаться»… Ишь ты, соскучились «сироты бедные»! Но шутки шутками…
Десять воинов-акреонцев. С поблёскивающими зелёным, даже сквозь плащи, кристаллами-маяками. Вооружённых, естественно, острейшим моаром. Ночью, в самом пике своей силы. Бодрые (я вспомнила свои ощущения сразу после перемещения и невольно им позавидовала) и наверняка сытые, в отличие от меня... Даже при самом оптимистическом рассмотрении, коим я никогда не отличалась, ситуация более чем паршивая. Но, если не дать им зажать меня в кольцо… Меня? Проклятье, Лидия!!!
Всё произошло настолько быстро, что несносная девчонка, открывшая было рот для очередного недовольства по поводу моего рациона, не успела даже обернуться, когда один из вассалов Габриэля Болдизсара, (где-то я видела этого долговязого?...) железной хваткой правой руки сжал её шею у основания черепа. Я знала этот захват: одно лёгкое, по меркам вампира, нажатие – и позвоночник моей несносной спутницы треснет в миллионах мест по всей длине… При этом она будет жить. Захлёбываясь кровью и недолго, но более чем достаточно, чтобы познать агонию человеческой жизни во всей её ужасающей красоте… Да плевать на неё! О чём, то есть о ком, я вообще сейчас думаю?! Но при виде хрупкой девчоночьей фигурки в руках у головореза Болдизсаров в голове у меня что-то щёлкнуло... Вместо того, чтобы разрабатывать сложную, но выполнимую стратегию прорыва, я вдруг ясно поняла, что, ни в коем случае, не должна допустить её гибели! «Она нужна мне, нужна…» - бесперебойно, словно уговаривая самое себя, твердило сознание. Сопротивляться, в тот момент, даже превознемогая жестокую боль от того, что цепкие пальцы впились в её плоть, Ли не смогла бы. Долговязый, словно дёргающий за ниточки кукловод, контролировал все её движения. И я бы не смогла, а уж на тренировках по саглавату приходилось испытывать на себе и не такие приёмчики... Но, она наверняка попробует использовать магию – а это они почуют, подобно тому, как ощущаю её я, и результат будет тем же…
«Доверься мне! – мысленно прокричала я, совершенно безосновательно уповая на то, что она меня услышит, и ещё более безосновательно, что действительно доверится… - Что бы не произошло, не предпринимай ничего!!!»
Мой обеспокоенный взгляд, всего на мгновение, брошенный на Лидию, не укрылся от их главаря.
- Якшаешься со смертными, Дэна? – презрительно, как брошенный на землю плевок, выдал Габриэль, одновременно картинно скинув капюшон. Длинные чёрные волосы, заплетённые в сотни мелких косичек, рассыпались по спине и плечам, явив знакомое суровое лицо. Острый волевой подбородок, орлиный нос, чуть припухлые алые губы, не бледные, как у большинства моих соплеменников, а алые, почти цвета крови. И широко распахнутые, зеленоватые, всегда и во всех впивающиеся звериной жестокости взглядом, глаза…но не волчьи, а скорее, змеиные… K′erros! Вот о чём, то есть, о ком, всё же пытались предупредить меня изумрудные глаза вингарлэш! Но с чего это вдруг призрачные убийцы стали обо мне заботиться?
По телу промчался холодок, от чего мне даже показалось, что Ли не услышала меня и решилась таки колдовать. Но никто из вампиров не шелохнулся, а значит, это всё-таки ощущение другого рода. В подтверждении догадке, внутри, где-то на уровне груди, будто вскипела расплавленная лава… У меня было и остаётся множество самых опасных врагов, но почему именно эти черты я ненавижу столь сильно?!
Следом за командиром остальные вампиры сбросили свои капюшоны. Все, кроме держащего Лидию. Набежавший ветерок тронул ткань, скрывавшую левую его конечность. Тонкое и прочное акреонское сукно колыхнулось так, словно под ней ничего не было... От осознания страшной истины ноги чуть не подкосились, но я не только не вздрогнула, но даже выдавила из себя некое подобие высокомерной улыбки. А глава клана Болдизсаров, тем временем, продолжал декламировать монолог из собственной, бездарной как и её автор, пьесы под названием «Триумф Габриэля»:
- … хотя, этого и следовало ожидать… Грязь к грязи тянется. Ведь так, моя дорогая мачеха? – злорадно рассмеялся он, - Стоило отцу привезти тебя с собой из похода на восточное побережье, я сказал ему, что он крайне необдуманно подошёл к выбору третьей жены…
- После чего Вираг выгнал тебя из клана, - отрезала я, - а «третья жена» вскоре стала единственной, подсказать каким образом? – не смогла я удержаться от издёвки.
- Догадываюсь, что тем же, каким юная бездетная выскочка из мелкого и никому не известного клана Адель, в отличие, от моей высокородной матери, к тому же, произведшей на свет наследника (не буду показывать на него пальцем), как-то очень уж скоро стала «безутешной» вдовой, а затем, в обход традиции, и княгиней Аргнеш! Вот только вернуть её на законное место мешал один маленький, но удручающий факт: свидетелей убийства правящего князя не было, ибо хищная стерва и об этом позаботилась! Подсказать, что изменилось? – копируя мою интонацию, подвёл итог Габриэль.
- Полагаю, свидетель нашёлся.
Я знала, что сейчас этот выродок пафосным жестом сдёрнет капюшон с лица своего главного козыря. И в тот момент на меня посмотрят чёрные точки зрачков бледно-жёлтых, чуть прищуренных, глаз. Как всегда, без единой эмоции. Без укора, без гнева, без злобы…без какого-либо намёка на ответ.
В точности так и случилось.
«Почему, Лоранд?! Зачем ты это сделал?!! - мысли беспорядочно метались, - Мой бессменный советник… Предал? Да. Но при этом остался верным – и это также без сомнения. Ведь главное ты от него утаил. Знай Габриэль ВСЁ, наверное, умер бы, распинаясь собственным красноречием… Моя тайна ему пока не ведома. Пока… не заставил тебя присягнуть ему…
«Ты знаешь, что надо делать» - прорезала хаос, в котором пребывало моё сознание, до боли знакомая фраза. Нет, Лоранд не говорил со мной мысленно, но я услышала эти слова так же отчётливо, как если бы его плотно-сжатые губы разомкнулись, облекая последний совет звуком. Излучаемое им холодное спокойствие и непоколебимая уверенность, как и много лет назад, передались его госпоже.
«Ты сам сделал свой выбор»
Не успела я оформить приказ словом, как мои ментальные силы, подпитываемые стекающимися в невидимый шар соками власти сюзерена сформировались в упругую, пульсирующую световую дугу, которую я в своём воображении согнула на манер лука. Пылающая линия злости стала дрожащей от нетерпения тетивой, на которую легла чёрная стрела мгновенной смерти. Нацелила в сердце. Натянула…
- Умри! – сквозь зубы прошептала я и спустила тетиву.
Не проронив ни звука, Лоранд рухнул замертво. Блёклые глаза вспыхнули янтарным светом… благодарности?! И погасли навсегда. Удерживаемая им до сих пор Лидия упала мгновением позже, потеряв сознание от болевого шока. Стараясь не смотреть на оба лежащих на земле тела, я сконцентрировалась на физиономии «родственничка». Зрелище это, ввиду резко понизившейся концентрации спеси и самодовольства на каждую единицу его врождённой кровожадности, стало чуть менее отвратительным, нежели в начале нашей беседы. Без живого свидетеля ему не удастся унизить меня судом и казнью на Акреоне, а, значит, непременно попытается прикончить здесь. Извини, но так просто, как ты рассчитываешь, я не дамся!
- Бей своих, чтоб чужие боялись? – стараясь, чтобы это прозвучало также насмешливо, как и предыдущая тирада, и тем самым скрыть острое разочарование, спешно выпалил Болдизсар.
- Ты и так всегда меня боялся, – оппонировала я с вопиющей безмятежностью.
- Отцу это чувство было незнакомо – и каковы последствия? Ты же чокнутая, Дэна! – в голосе появились старательно, но плохо скрываемые истерические нотки (не иначе от матушки своей унаследовал), – Веришь тупым легендам, не признаёшь правил и всё такое… Но хотя бы в память о Вираге - одно единственной стоило запомнить: никогда не недооценивай своих врагов!
- Долго речь репетировал?
- Кристалл и зелье – жёстко потребовал Габриэль.
Вот оно, ЧТО ты для меня приготовил! Весьма изощрённо…
Я не шевелилась. Тогда, повинуюсь кивку головы Габриэля, один из его солдат направил наконечник меча на горло бесчувственной Лидии. Неделю назад я бы, не сомневаясь, вступила в бой, и, вполне возможно, отвоевала бы своё право вернуться домой… Да, без огня прародителей…Да, ну прирезали бы они рыжую, что такого?! Надоела же своей моралью хуже болотной сиселии(7)! Так почему сейчас, в данный момент, мне вдруг стало легче запереть себя в этом ужасном мире, чем видеть её мёртвой?!!
Может, потому, что Лоранд, по непонятной пока причине, также не хотел, чтобы я возвращалась?
- Не знаю, зачем тебе эта девчонка, но третий раз повторять не буду!
Ненавидя своё малодушие, я сняла цепочку и флягу и бросила их шантажисту. Естественно, напиток перемещения тут же был вылит, а кристалл памяти с мстительной радостью растёрт в порошок. Потухшие пылинки с ледяным звоном осыпались на влажную землю, раз и навсегда отрезая мне путь домой.
- Счастливо оставаться, Дэна! – оскалился в прощальной улыбочке Габриэль, - Надеюсь, здесь, ты, наконец, успокоишь свою метущуюся душу!
Девять вспышек разбивающихся маяков, и они исчезли.


Меня и раньше предавали. Но я холодно выносила смертные приговоры, не чувствую и капли той горечи, которая затопила меня сейчас. И почему-то, эта горечь была небывало, свинцово тяжёлой. Может, из-за непонятно откуда взявшихся, тошнотворно отдающих гвоздикой, вкраплений вины? Неизвестность… Она плотным покровом скрывала мотивы, которые подвигли моего слугу к этому шагу. И от неё было ещё хуже…

- Что случилось с его рукой? – спросила очнувшаяся Лидия, видно пытаясь как-то отвлечь меня от бесцельного и бесстрастного созерцания трупа Лоранда. Спрашивать, всё ли со мной в порядке, было явной бессмыслицей, ибо даже человеческим взглядом было заметно, что далеко не всё.
- Я отрубила – сказала я не своим голосом, - много лет назад.
- Как?! – изумилась она.
- По приказу тогдашнего князя Аргнеш. Он заподозрил нас в заговоре, и, надо сказать, не безосновательно. Решив убить двух турбов одним ударом, он приказал мне отрубить левую руку его «левой руке», коей тогда был Лоранд. Я же – была «правой». От меня требовалось беспрекословно подчиниться, от него – не сопротивляться. Попытаться доказать свою невиновность, в подобных случаях, словами или ещё как – нельзя. Даже если колеблешься, значит твоя присяга дала трещину… Наша же с… - я показала взглядом на тело, -… с ним присяга в тот момент уже давно развалилась на части. Откажись я, нас обоих бы тут же казнили. Лоранд и глазом не моргнул. «Ты знаешь, что делать» - сказал он. Без укора, без гнева, без злобы в глазах стоял, когда моаровый клинок отсёк его руку. Но зато потом… мы смогли отомстить.
- И ты стала княгиней, убив своего супруга? – вопреки всему услышанному, не верила Ли.
- Какая же ты «умная»! – с издёвкой «похвалила» я, - Так и чувствовала, что подслушиваешь, применив магию… Вот люди! Я же просила: ничего не предпринимать! Да, я это сделала, довольна?!
- Но ведь ты его любила? – настаивала она.
- Совсем сдурела?! – я снова вспылила, но тут резко посерьёзнела, – По-твоему, можно любить того, кто имеет над тобой абсолютную власть?!! Кто в любую минуту может приказать тебе умереть?
Нет, мы не способны на любовь. Скорее это была тёмная страсть – да и то, только по началу… Эйфория с привкусом крови… Зато он был талантливым политиком, и я смогла многому у него научиться.
- Зачем же ты вышла за не любимого?
Ну что за ребячество, право слово?
- Никто меня не спрашивал. И давай закончим эту тему. Скоро рассветёт, надо убраться отсюда подальше и сделать полноценный привал.
За неимением других вариантов, я всё же надеялась, что мы найдём этот проклятый огонь, и если он в действительности обладает хоть какими-то полезными свойствами, может, поможет мне вернуться на Акреон. Теперь там у меня появилось вдвое больше дел, чем раньше…. Ха! Всего-то: в одиночестве отвоевать у Габриэля и его армии, то, что принадлежит мне по праву! Раз плюнуть! Спокойно, Дэкиена, ты и не такие дела проворачивала…
- Спасибо, - сказала вдруг Лидия, - Спасибо, что не дала им убить меня.
Потрясающе! Этого мне ещё не хватало!
- Не надейся. Таков был мой план. Ты мне нужна, как и я тебе. Ведь потому-то ты мне и … помогла днём.
- Ага, разумеется, только по этому, - как-то не очень уверенно согласилась Ли, - а мы его не похороним?
Да он же её чуть не убил!
- Разумеется, и местного жреца позовём, чтоб помолился о грешной душе кровопийцы… Не беспокойся, взойдёт солнце и от него ничего не останется.
От тела, по крайней мере…
Назад Вперед






Mary Whyte. Портреты акварелью.

Читать далее
Обычный закат

Читать далее
Ночной дракон: летящий во мраке

Читать далее

Автор поста
Родника {user-xf-profit}
Создан 2-11-2009, 23:22


286


6

Оцените пост
Нравится 0



Рандомный пост


  Нырнуть в портал!  

Популярное



ОММЕНТАРИИ





  1.       Сиэлла
    Путник
    #1 Ответить
    Написано 3 ноября 2009 12:37

    Мне становиться жаль модераторов, когда они все это читают((
    Осилила только первые три главы... понравилось, но все произведение как-нибудь позже... такой объем мои глаза не выдержат...


  2.       Арикел
    Путник
    #2 Ответить
    Написано 3 ноября 2009 18:52

    Знаете, интересно, только "многобукаф", надо было лучше несколько постов сделать, зато читать будет удобнее.


  3.       Родника
    Путник
    #3 Ответить
    Написано 3 ноября 2009 21:07

    Учтём! Следующий роман буду выкладывать по главам)))



  4.       ashitaka ashihoro
    Путник
    #4 Ответить
    Написано 5 ноября 2009 13:34

    Превосходное творение, читала долго, но не пожалела ни об одной минуте потраченного времени!!! Ну, объем действительно несколько великоват для одного поста, но это мелочи. winked мне в Ворде все равно читать удобнее. надеюсь, вы порадуете нас еще своим творчеством!


  5.       Родника
    Путник
    #5 Ответить
    Написано 5 ноября 2009 20:50

    Спасибо за тёплые слова!!!) Будем стараться!:)


  6.       Celise
    Путник
    #6 Ответить
    Написано 4 января 2010 00:56

    ПРЕВОСХОДНО!!!! Мне очень понравилось, с нетерпением жду следующей новеллы)))



Добавление комментария


Наверх