Блог администрации: свежие новости о жизни сайта
Новые звания на Дриме
Восстановление старого архива
Свод правил

Наследие солнечного дракона. Часть 16

Опубликовано в разделе: Творчество / Проза  
Читают: 1
Такого необычного и странного существа Эделлир еще не видела. Сперва она решила, что это и есть тот самый морской змей, по слухам, обитавший где-то за Алым рифом, но потом она поняла, что это не он. Это существо было куда меньше, чем ей рассказывали, и у него были лапы, а еще какие-то странные огромные плавники, сложенные вдоль боков, и его чешуя была не серой, как у змея, но ярко-золотой, будто и впрямь отлитой из драгоценного металла. Сгорая от любопытства и страха одновременно, девочка снова осторожно раздвинула водоросли. Кажется, это чудовище спало, хотя сказать точно было трудно – его голова покоилась как раз среди зарослей той самой гургулы, которую просила нарвать мама, и девочка, понадеявшись, что густые водоросли не дадут ее увидеть, выплыла на открытое место, с искренним восхищением это странное создание, словно бы окутанное сияющим синим ореолом, из-за которого по блестящим чешуйкам то и дело проскальзывали лазурные искры. А на его передней лапе, на тонкой серебристой цепочке, висела как бы небольшая клетка, в которой покоился большой и ярко светящийся синий камень, что, будто почувствовав ее взгляд, как живой дернулся в ее сторону. Эделлир это показалось забавным, и она чуть-чуть приблизилась к спящему чудовищу, не отрывая глаз от странного самоцвета, которые теперь вел себя действительно необычно – как железный гвоздь, если к нему приблизить магнит. Он так сильно натягивал цепочку, что казалось, вот-вот порвет и бросится ей в руки, точно домашний питомец. Множество огоньков плясали на его треугольных гранях, переливаясь и подмигивая, зачаровывая глаз своим удивительным танцем. Эделлир смотрела и не могла оторваться, ее словно затягивало вглубь этого камня, вслед за пляшущими искорками. Сапфир чувствовал родственную душу, как и он сам, принадлежа-щую океану, и хотел уйти с ней, далеко-далеко, чтобы его наконец-то оставили в покое, чтобы не заставляли идти непонятно, куда, и непонятно, зачем… А девочка так увлеклась им, что не заметила, как златошкурое существ пошевелилось, и когда она все же подняла взгляд, то тут же застыла на месте, окоченев от страха – прямо над ней склонилась громадная голова с множеством шипов на бровях и скулах, с длинным, плавно изогнутым рогом на затылке и большими янтарными глазами, что смотрели прямо на нее, и в них читалось любопытство и удивление, но никак не враждебность. Эделлир застыла на месте, не в силах пошевелиться, а странное создание еще ниже опустило голову, но не схватило ее клыками, а просто внимательно обнюхало ее руки, пару раз фыркнуло и отодвинулось, после чего о чем-то негромко спросило, но девочка не поняла ни слова. В ответ существо повторило вопрос, и, по выражению его морды, можно было бы предположить, что оно спрашивало, кто она, и та ответила:
- Эделлир, - громко сказала девочка, на всякий случай ткнув себя в грудь и надеясь, что ее поймут, - Я – Эделлир, а ты кто?
Негромкое урчание было ей ответом, а потом золотистая лапа с огромными когтями повторила ее жест, дотронувшись до чешуйчатой шеи, и существо промурлыкало:
- Мелинайра.
- Тебя зовут Мелинайра? – спросила Эделлир, выговаривая слова как можно громче и отчетливее, но без толку – они явно не понимали друг друга, и ее странная знакомая только беспомощно пожала плечами. Видимо, язык морского народа совсем не походил на тот, что знала она, выходит…
- Оставайся здесь, я скоро! – крикнула Эделлир, но, заметив, как та непонимающе покачала головой, ткнула на нее пальцем и указала на землю под ногами. Разбираться, поняла ли она ее, не было времени – стремительно развернувшись, девочка бросилась прочь, почти тут же исчезнув из виду.
- Ну? – Ильтиан высунулся из водорослей, - Уплыла?
- Да, но, кажется, собирается вернуться. А ты что спрятался? Неужто испугался?
- Я? Да ни за что!
- А чего ж тогда в кустах делал?
- Так ты хоть на ее лицо смотрела? Как она тебя разглядывала? Да она ж до смерти перепугалась! Не хватало еще, чтобы к тому же и моя персона на горизонте маячила… Так что, поплыли побыстрее? Или все-таки ее дождемся?
- Думаю, стоит ее подождать. Если она найдет кого-то, с кем мы сможем поговорить, думаю, это существенно облегчит нам путешествие… да и вообще – невежливо вот так удирать, поджав хвосты, раз уж тебя попросили подождать.
- Ну ладно, как знаешь. Но, если что, разбираться придется тебе!
- Я поняла, - она засмеялась и поудобнее легла на песок, готовясь ждать. Впрочем, ждать ей пришлось не слишком долго – не успела дракониха соскучиться, как заметила вдалеке движение, а там показалась и давешняя девчушка, вместе с которой плыла взрослая женщина – видимо, ее мать. Вид у нее был довольно встревоженный, и в руках она держала трезубец, а когда наша героиня посмотрела на нее, то в тот же миг три острых, как кинжалы лезвия тут же направились ей в грудь, однако Эделлир успела положить руку на древко и пригнуть оружие, торопливо что-то втолковывая матери на своем странном свистящем языке. Мелинайра не шевелилась, и в конце концов лицо женщины несколько прояснилось, и голос ее, хоть и несколько охрипший от страха, ясно и отчетливо прозвучал в ушах драконихи:
- Кто вы?
Говорила она со странным акцентом, и голос у нее был необычный - свистящий и пришептывающий едва ли не на каждом слове, он шел словно бы не из горла, а из самых глубин груди.
- Я – Мелинайра, - ответила наша героиня, - солнечный дракон. А со мной Ильтиан, феникс, - она кивнула брату, и тот, вздохнув, показался из водорослей. В синем сиянии Сапфира он выглядел несколько причудливо, но Эделлир все равно взвизгнула от восторга, и он искренне смутился.
- Здравствуйте, - все же выдавил он и отвесил поклон, а женщина кивнула ему, и на ее лице мелькнула улыбка.
- И что же привело вас двоих на самое дно океана? – спросила она.
- Понимаете, мы ищем… одну вещь. И нам кажется, что она где-то поблизости.
- Вещь? Ценную?
- Ну, по внешнему виду не скажешь, что она представляет хоть какую-то ценность, но если знать, что это такое – ей просто нет цены, - Мелинайра покосилась на свой теплый светящийся браслет, - И она где-то рядом, - после чего, подняв лапу, она повернулась вокруг своей оси, пока не ткнула когтем куда-то в сторону, - Вот это направление. Вы не знаете, что там?
- Алый риф. А за ним… - женщина запнулась.
- Что?
- За ним… логово Оругула… Серой Смерти.
От этих слов глаза женщины расширились от страха, и даже ее дочка при-тихла, съежившись за спиной матери.
- А кто это? – спросила Мелинайра.
- Морской змей.
- Как Аверлог?
- Да, ведь они родные братья. Оругулу уже много сотен лет, но если его брата силы стихий избрали хранителем вод за его благородство и доброту, то Серая Смерть – его полная противоположность. Он злобен, хитер и коварен, да, к тому же, алчен и жаден. Где-то за Алым рифом находится его пещера, где он собрал невиданные сокровища со всего океана. Вполне возможно, что то, что вы ищете, находится у него.
- А… как до него добраться?
- Никто не знает. Никто из тех, кто пытался попасть в логово Оругула, не вернулся назад.
- Ясно, - вздохнула Мелинайра, - Но все же мы должны туда идти. Спасибо за то, что вы нам рассказали.
- И вы поплывете туда? Навстречу смерти?
- Это наш долг. Но не хороните нас прежде времени, госпожа, - она слегка улыбнулась, - Мы уже не раз рисковали своими жизнями. Надеюсь, что справимся и на этот раз.
- Ну… тогда я могу только пожелать вам удачи, хотя, признаться честно, не верю, что в этом есть какой-то смысл… и прощайте, безмерно храбрые или же безмерно глупые странники. Идем, Эделлир! – позвала она дочь, и та, неуверенно посмотрев на наших друзей, поплыла за ней.
- Ну, значит, решено, - сказал Ильтиан, когда они скрылись из виду, - Мы отправляемся в логово морского змея, от которого еще никому не удалось спастись, надеясь не только обокрасть его, но еще и остаться в живых… Блестяще! Похоже, мы с тобой окончательно спятили, Мелинайра!
- Похоже, - невозмутимо кивнула та, - И все же я намереваюсь нанести визит этому змею. Не могу сказать, что горю желанием столкнуться с ним нос к носу, но все равно – выхода у нас нет.
- Скорее уж ты столкнешься с ним нос к клыкам… Нет, ну просто потря-сающе! – феникс провел крылом по голове, взъерошив перья, - Да о нас потом легенды сложат, сестренка!
- И с особым интересом наши потомки будут читать строки, посвященные Ильтиану, бесстрашному фениксу, спустившемуся на самое дно океана в поисках легендарного Талисмана! – улыбнулась она, и Ильтиан засмеялся, хотя сама мысль ему очень понравилась. Представить, что лет так через сто о них будут петь барды и сказители… определенно понравилась! И когда Мелинайра поплыла вперед, заливая все вокруг синим сиянием своего магического кокона, он сидел у нее на плече, тихо мечтая, а в глазах его не было ни страха, ни беспокойства – лишь веселый азарт и мрачноватая радость от того, что в своей жизни он выбрал не тихий и спокойный путь мирного обывателя, а тропу искателя приключений, которому не по вкусу день за днем видеть одни и те же горизонты, который идет по жизни, как по широкой дороге, то проторенной, то едва заметной, а то и вовсе без нее, прокладывая свой собственный путь и открывая все чудеса этого огромного странного мира… Целые рощицы зеленых, бурых и золотистых водорослей покрывали морское дно, щекоча Мелинайру по брюху, тут и там виднелись деревца причудливых кораллов, а всевозможные рыбки всех цветов и размеров в страхе расплывались прочь, когда их накрывала громадная драконья тень. Правда, одна из них, особенно крупная и храбрая, все же выплыла вперед, показав пасть, полную острых, как иголки, зубов, но Мелинайра на нее даже не посмотрела, и та, посчитав себя удовлетворенной, гордо отправилась по своим делам, лениво помахивая хвостом. А дракониха и феникс, ведомые все сильнее нагревающимся Браслетом, плыли вперед, туда, где из синей толщи воды медленно вырисовывалась гора не гора, гряда не гряда… словно бы стена, завалившаяся на бок, складка земли, сплошь покрытая багряными водорослями кроваво-красными кораллами, отчего весь риф казался залитым предзакатным светом солнцем…
- Я скучаю по солнцу, - вздохнула Мелинайра, - Я чувствую, что слабею здесь, на дне океана… Но все равно это очень красивое место.
- Да уж, - пробормотал Ильтиан, что то и дело оглядывался назад, а потому, судя по всему, даже не слышал, о чем она говорит, - Кстати, а тебе не кажется, что за нами кто-то следит?
- Мне? Нет. А что, ты кого-то заметил?
- Рыб. Они беспокоятся. Мне кажется, что кто-то плывет за нами следом, и при этом не слишком-то прячется. Странно, правда?
- Более чем, - кивнула Мелинайра, - Ну что ж… Мне не нравится, когда за мной исподтишка подглядывают! Попробуем выяснить, кому это так любопытно стало! – и, свернув в сторону, она спряталась у подножия огромного коралла, в густом ковре красных водорослей, надеясь, что преследователи не заметят блеска ее золотой чешуи. Солнечные лучи едва-едва пробивались сквозь воду, и хотя на поверхности, должно быть, только-только миновал полдень, здесь уже сгустились вечерние сумерки. И когда неподалеку колыхнулись водоросли, а стайка мелкой рыбешки сиганула прочь, дракониха еще сильнее вжалась в песок, каждая мышца ее тела натянулась струной, глаза сузились – она была готова в любой момент атаковать. Водоросли заколыхались сильнее, и вот, раздвинув их руками, на открытое место выскользнула тонкая фигурка, Мелинайра едва не прыгнула вперед, чтобы всем своим весом обрушиться на неведомого преследователя, но вовремя узнала аквамариновые волосы – и растерянно остановилась, выдавив всего одно-единственное слово:
- Эделлир?!
Да, это была она, та самая девочка, что едва ли полдня назад разбудила их в подводной долине. Но вот Мелинайре показалось, что с того дня прошло, как минимум, несколько лет… во всяком случае, она никак не могла узнать ее лица. Еще недавно такое веселое, жизнерадостное и смеющееся, теперь оно напоминало маску с неподвижными, ничего не выражающими глазами, слепо смотрящими куда-то в пустоту.
- Вот тебе и на, - присвистнул Ильтиан, - И что она, интересно, здесь поза-была, а?
- Это ты у нее спроси, - не глядя на него, бросила Мелинайра, что не сводила взгляда с девочки, уже поднимавшейся по склону рифа, - Но тебе не кажется, что она… какая-то…
- Не того? Это точно. Надо же додуматься – плыть за нами!
- Да я не о том! Ты ее лицо видел?
- Ага. Только мне кажется, что оно… ну… какое-то уж больно неподвижное для маленькой девочки!
- Вот именно, - кивнула дракониха и показалась из зарослей, выступив на песок прямо перед носом Эделлир, но та, видимо, нимало не испугалась – она даже не смотрела вверх. Все ее внимание было приковано к лапе Мелинайре, на которой висел, искрясь и переливаясь, точно живой, драгоценный Сапфир.
- Эй, - окликнула ее дракониха, и, не получив никакого ответа, махнула лапой прямо перед самым носом девочки. Та даже глазом не моргнула, продолжая тупо пялиться куда-то вниз.
- Похоже, она… загипнотизирована, что ли, - пробормотал Ильтиан, тронув малышку кончиком крыла, - Эй, красавица! Эделлир! Мы к тебе обращаемся!
Ноль внимания. Девочка даже бровью не повела.
- Точно загипнотизирована, - кивнул феникс, - Поэтому и плыла за нами все это время. В своем уме она бы ни за что так не поступила… надеюсь.
- Но что ее зачаровало? – Мелинайра смотрела на девочку с выражением жалости и недоумения одновременно, - Что позвало за нами?
- Мне кажется, она сама может тебе ответить, - Ильтиан кивнул на Эделлир, - Кажется, малышка неравнодушна к твоему камушку, подруга!
- К Сапфиру? – дракониха недоверчиво приподняла лапу с серебряной цепью, и тут же получила подтверждение догадки Ильтиана – взгляд Эделлир не отрывался от сверкающего самоцвета, хотя лицо ее оставалось полностью бесстрастным.
- У девочки неплохой вкус, - хихикнул Ильтиан, хотя в его смехе слышалось скорее беспокойство, нежели веселье.
- А как снять эти чары? – Мелинайра так и стояла, подняв переднюю лапу, точно статуя у входа во дворец, и взгляд Эделлир ее по-настоящему пугал, - Есть же какой-нибудь способ снять это наваждение?
- Да я ж откуда знаю? – феникс развел крыльями, - Я же не маг, и, слава Фааралю, до сих пор с этой дрянью не сталкивался. Хотя… ты помнишь малыша Хаммара?
- Помню… и что? Думаешь, сработает?
- Не знаю, но попробовать стоит. Потому что что-то меня не прельщает перспектива идти в логово к морскому змею с маленькой девочкой на хвосте! Это лишает меня уверенности в успехе нашего предприятия!
- Уверенности, - хмыкнула Мелинайра, но больше ничего не добавила – мысли ее уже неслись по совсем другому руслу, никакого отношения к язвительному замечанию, сколько мгновений назад зародилась эта самая уверенность, не имевшему. Сапфир зачаровал Эделлир… но на ее маму он никак не подействовал, та на него и не взглянула… значит, он действует не на всех… значит ли это, что это не проявление темной магии? Хотелось верить, что да. Видимо, магическая аура этого камня действовала только на созданий моря, причем на слабых, чей еще не вполне сформировавшийся внутренний мир не мог ей противостоять… но как же пробудить разум Эделлир? Мелинайра сощурилась и бережно, словно касаясь хрустальной вазы, заставила девочку поднять голову – получилось с трудом – и заглянула в ее серые глаза с большими, неправдоподобно расширенными зрачками, в которых не отражалось ничего, кроме какого-то жуткого отрешения и пугающей пустоты. Дракониха нахмурилась. Так дело не пойдет…
- Держи, - сказала она Ильтиану, - А то я сосредоточиться не могу, - и, стянув с лапы цепочку с Сапфиром, протянула его фениксу, как-то даже позабыв, что именно благодаря ему они свободно дышат и разговаривают на дне океана. Синий щит на мгновение померк, но, не успела она испугаться, засиял снова, и Мелинайра перевела дух от невероятного облегчения, что волной прокатилось по ее телу, словно бы она сбросила с плеч невероятный груз, который как бы и не чувствовала, пока не пришлось расстаться с этой ношей, с этим ощущением себя краеугольным камнем, столбом на перекрестке… центром борьбы двух противоположных, двух враждующих стихий… и, покосившись на свой браслет, она решила, что это утверждение не так уж далеко от истины. Взгляд Эделлир тут же переметнулся на Ильтиана, однако Мелинайра была настроена решительно, и нежно, но без лишних промедлений вновь заставила девочку взглянуть на себя. То, что ей предстояло сделать, пугало ее, но это была ее единственная надежда развеять морок, а оправданий дальнейшего промедления у нее не было, поэтому она вздохнула и, собрав в кулак всю свою волю, устремилась всей душой вперед, в недра этих пустых черных зрачков, на поиски какого-нибудь – ну хоть какого-нибудь! – проблеска разума. Но ей долго не удавалось пробиться внутрь. Она билась так и эдак, пытаясь проникнуть дальше, но путь ей словно преградила какая-то невидимая стена, и, как бы она ни искала в ней слабину или лазейку, ничего не получалось. Она методично и по возможности спокойно исследовала это необычное препятствие, но стена – это уже сама по себе проблема, а если она еще и мысленная… Мелинайра старалась действовать неторопливо, без лишней спешки, стараясь ничего не пропустить и памятуя, что в ее лапах находится жизнь невинного ребенка, однако время шло, и потихоньку она начала злиться. Медленно, очень медленно ее гнев начал закипать под разгорающимся пламенем ярости, грозясь вскоре выплеснуться наружу, и дракониха, рассвирепев – они уже так близко к цели, ради достижения которой им пришлось пройти такой долгий путь, полный опасностей и невзгод, а тут, когда до потерянного обломка Талисмана лапой подать, их остановила какая-то глупая магия! – сложила всю свою силу в некое подобие тарана, и, взревев, рванулась вперед, сметая все на своем пути. Стена встретила ее как-то странно – не ответила жесткой твердостью, а прогнулась, точно живое существо, изо всех сил пытающееся удержаться на месте, и долго не продержавшееся – стена дала трещину и рассыпалась осколками, полыхнувшими синим огнем… и в тот же миг Мелинайра словно выкатилась из недр головы Эделлир в свое собственное тело, а глаза девочки наконец-то стали живыми и заморгали, недоуменно оглядываясь по сторонам – она явно пыталась сообразить, куда это ее занесло, и, попытайся она это выразить словами, не понадобилось бы и переводчика.
- Все? – осторожно спросил Ильтиан.
- Кажется, - слабо ответила Мелинайра – она чувствовала себя совершенно опустошенной, словно ее вывернули наизнанку и тщательно выскребли все, что было внутри, - А теперь, когда все в относительном порядке, уходи! – зарычала она на Эделлир, но, вспомнив, что та ни слова не понимает, указала в сторону, противоположную той, куда они сами направлялись, и сделала жест, будто муху прогоняя, - Иди давай! Иди!
Кажется, она поняла – во всяком случае, посмотрела в ту же сторону, после чего ткнула себя в грудь с вопросительным видом: дескать, я, что ли?
- Ты, ты, - Мелинайра кивнула, - Иди уже! Мы и так из-за тебя задержались!
Однако девчонка не сдвинулась с места, хотя, кажется, прекрасно ее поняла. Более того, она еще и категорично покачала головой, явно отказываясь от этого. Мелинайра в ответ оскалила зубы, и, пусть даже она была скорее раздражена, чем по-настоящему разозлилась, в глазах Эделлир мелькнул страх, однако она не уплыла, а вместо этого что-то горячо закричала драконихе, указывая то на Сапфир, то на Алый риф.
- О чем это она? – нахмурился Ильтиан, но и сама девочка, поняв, что ее не понимают, замолчала и, присев на корточки, принялась что-то чертить на песке. Мелинайра, в которой нетерпение и злость мешались с любопытством, склонила голову, пытаясь разобраться, что же это. Может быть, она пишет? И Ильтиан сможет это прочесть? Но, приглядевшись повнимательнее, дракониха разобрала, что это вовсе не буквы, и даже не руны, а рисунок. Нахмурившись – нашла время творчеством заниматься! – она все же стала внимательно разглядывать это скопище линий, гадая, что же хотела этим сказать несносная девчушка. Какой-то пузырь… длинная «ножка»… извитая линия… линия? Да это же змей! А пузырь… пещера! Мелинайра удивленно посмотрела на Эделлир, и та, добавив для наглядности пару штрихов, ткнула на нее пальцем, а потом провела им по входу в пещеру и указала прямо на змея.
- Что она хочет сказать? – спросил Ильтиан.
- Кажется, намекает на то, что, если мы поплывем через вход в пещеру, то попадем прямо в пасть к Серой Смерти, - пробормотала Мелинайра.
- Потрясающе, и как это мы сами не догадались? – вздохнул феникс.
- Да погоди ты! – махнула на него лапой дракониха, а Эделлир тем временем проворно чертила еще одну линию, еще один проход в пещеру, и указала на него.
- Еще один путь? Но… а вдруг змей о нем знает? Ну… - она попыталась показать, что ее беспокоит, но чуть не стерла весь рисунок, и покосилась на Ильтиана, - Объясни ей.
- Всегда хотел стать художником, - проворчал феникс и, спрыгнув наземь, аккуратно стер змея, после чего нарисовал его с разинутой пастью, обращенной ко второму проходу, и вопросительно посмотрел на Эделлир. Та тут же замотала головой, что-то прочирикав, а потом подняла со дна небольшую раковину и ткнула между створок.
- Раковина? – Ильтиан посмотрел на нее с полнейшим недоумением, - И что это, во имя Фаараля, значит?
- Да не раковина, а то, что внутри, под створками… под замком… точно, секрет! Она говорит, что это секретный вход, змей о нем не знает!
- А ей-то тогда откуда о нем известно? И вообще, откуда ей это ВСЕ известно? – и он посмотрел на девочку с громадным подозрением, а та, видно, поняв, что его беспокоит, указала сперва на Сапфир, а потом на собственную голову.
- Она что, совсем того? – Ильтиан выгнул бровь, и смотрел на девочку едва ли не с жалостью, - Может быть, этот камень ей совсем мозги расплавил?
- Да нет же, дурачок! – засмеялась Мелинайра, - Она имеет в виду, что это он ей сказал… Сапфир. Нам с тобой, сухопутным, этого не понять.
- Камень сказал? Нет, я не спорю, что он магический, великий и все такое… но, простите меня, ГОВОРЯЩИЙ?
- Она – дочь воды, Ильтиан, той стихии, что создала этот камень. Ты бы, я уверена, чувствовал бы то же самое, будь это Рубин, Камень Огня. Или я – будь это Камень Света!
- Ладно, ладно, убедила, - проворчал он, - Если этот Сапфир может с ней разговаривать, нам с тобой от этого только легче. Пусть он ей и растолкует, что мы не на увеселительную прогулку собрались!
- Она и так это знает, но все равно хочет нам помочь. Ты разве не слушал ее или, на худой конец, меня? Есть тайный вход в пещеру Оругула, о котором он даже не подозревает! И Эделлир знает, где он! Она может привести нас к нему, и тогда, если постараемся, он даже не узнает, что мы у него были! Это наш шанс!
- И ты уверена, что девчонка не полезет в пещеру за нами? – он скептически хмыкнул.
- Разумеется не полезет. Ты же останешься с ней.
- Чего?! Да ни за что!
- А что тебе остается? Ты же не потащишь ее за нами!
- Но… но… - феникс даже крыльями взмахнул, - Но это же невозможно! Я тебя не брошу!
- Я знаю, но ведь иначе не получится. А если уж и придется столкнуться со змеем, то будет во всех отношениях лучше, если он увидит дракона, а не маленького феникса!
- Маленького? Это я-то, что ли, маленький?
- Нет, но пойми, этот змей просто огромен! Рядом с ним даже я – новорожденный цыпленок!
- Но ведь ты одна не справишься! Не сможешь!
- Отчего же?
- Потому… да потому, что… что Сапфир у нас всего один! И тебе он потребуется, чтобы войти в пещеру змея, и мне – чтобы не захлебнуться, пока буду тебя ждать! Ты что, распилить его надвое предлагаешь?
- А как же… как же Эделлир?
- Если у нее хватит мозгов, - и феникс пристально посмотрел на девочку, - то за нами она не полезет. Должна же она понимать, что в гостях у братца Аверлога нам не до нее будет!
- Ну что ж, - Мелинайра с силой провела лапой по глазам, словно надеясь стереть с них какую-то пленку, - Делать-то нечего! Поплыли, что ли, - и, дождавшись, пока феникс заберется к ней на плечо, она мотнула головой Эделлир – показывай, что ли, дорогу. Девчонка, чуть ли не подпрыгнув от радости – наивный ребенок! – тут же выскочила вперед и поплыла так, что Мелинайре пришлось поднажать, чтобы не отстать от нее. До вершины рифа они добрались в считанные мгновения, и там, как по команде, остановились, потому что дальше, за Алым рифом, им открылся крутой обрыв, темный и зловещий, лишенный малейших признаков жизни. Даже неприхотливые красные водоросли не ютились по его осыпающимся берегам, и не верилось, что совсем рядом с этим жутким местом вовсю бурлит неугомонная жизнь. Только песок и черные камни уходили вниз сплошной стеной, теряясь в темноте, и казалось, что у этого громадного подводного ущелья нет и не может быть никакого дна, что и внизу лишь клубится сплошной туман, и это и есть одни из легендарных врат преисподней… Дракониха, феникс и маленькая морская девочка долго стояли на вершине рифа, на границе своего ласкового и теплого мира, но потом Мелинайра глубоко вздохнула – делать нечего! – и, кивнув Эделлир, оттолкнулась лапами от обрыва, чтоб начать погружаться вниз. В бездну. Сквозь удивительно холодную, почти ледяную воду… Лишь малая толика солнечных лучей проникала сюда с поверхности океана, и мало того, что Мелинайра сразу ощутила себя чуть ли не брошенным ребенком – бледный свет едва ли был в состоянии справиться с окружившей их темнотой, и они плыли почти вслепую – сияние браслета и Сапфира не проникала дальше, чем на расстояние вытянутой лапы. Тьма все сгущалась, она словно становилась осязаемой, плотной и пугающей материей, окутывающей их со всех сторон, мешающей двигаться дальше, и Мелинайре только оставалось надеяться, что Эделлир не забыла путь, показанный ей магическим камнем… и что Оругул или какая-нибудь другая тварь, избравшая обиталищем эти зловещие воды, не отыщет их раньше. Какая-то жуткого вида большеголовая рыбина со светящейся приманкой на конце длинной «удочки» проплыла мимо, тускло блеснув белесыми глазами, красная креветка, испуганная их приближением, выпустила мерцающее облачко и тут же скрылась из виду, а вот огромный монстр, напоминающий угря, но с пастью, длиной в половину собственного тела, нимало не перетрусил, увидав дракона – он так и сяк обследовал странных пришлецов, и даже попытался выяснить, какова на вкус рука у Эделлир, но Мелинайре такие шутки не понравились, и она так на него рявкнула, что даже скудных рыбьих мозгов хватило для того чтобы осознать опасность, и он благополучно исчез во мраке, только его и видели. Эделлир в ответ благодарно улыбнулась, хотя и в полумраке было заметно, насколько она бледна – двенадцатилетнюю девчонку разве что не трясло от страха. Мелинайра то и дело на нее встревожено поглядывала, а потому едва не подпрыгнула, когда та резко рванулась вперед, захлопав от радости в ладоши, но, спустя пару мгновений, поняла, в чем дело – из сплошной черной стены наконец-то выступил крутой каменный склон, а в нем – провал, ведущий куда-то вниз...



Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Аннаэйра | 21-09-2009, 23:30 | Просмотров: 115 | Комментариев: 0






Добавление комментария
Наверх