Блог администрации: свежие новости о жизни сайта
Новые звания на Дриме
Восстановление старого архива
Свод правил

Наследие солнечного дракона. Часть 4

Опубликовано в разделе: Творчество / Проза  
Читают: 1
- Это то самое место? – спросил он дракониху, и та медленно кивнула - говорить сейчас было выше ее сил, после чего осторожно, по-кошачьи зашагала вперед, почти неслышно касаясь земли. Феникс следовал за ней, перепархивая с камня на камень, и именно он, не погруженный в болезненные раздумья, заметил кое-что необычное.
- Хм-м-м… Кажется, здесь кто-то живет, - пробормотал он.
- Что? – встрепенулась Мелинайра.
- Говорю, здесь кто-то живет, - повторил феникс и указал на большое и бесформенное темно-бурое пятно на скале – более чем четкое указание на то, что не так давно здесь пролилась чья-то кровь.
- Может, коршун, - предположила Мелинайра, хотя и она сама не очень-то поверила собственным словам. Преодолевая отвращение, она осторожно дотронулась когтем до пятна, и еще не совсем высохшая, довольно вязкая жидкость заставила ее содрогнуться – она терпеть не могла смерть. Крови здесь пролилось порядочно, вряд ли столько ее могло уместиться в одном лесном тетереве, а, заметив рядом пару крупных костей, дракониха окончательно отказалась от столь безобидной версии, и в глазах ее полыхнуло пламя. Ни один обычный зверь не смог бы взобраться на эти скалы с такой добычей в пасти – выходит, либо в этих местах поселилось огромное крылатое существо, либо бескрылое, но наделенное разумом. А то и то, и другое вместе. И ей это очень не нравилось. Издав очень низкое, угрожающее рычание, она пригнулась к земле и, крадучись, отправилась дальше, а Ильтиан, понимающе кивнув, перелетел к ней на плечо, и теперь покачивался там, пока вдруг – одновременно с драконихой – не услышал нечто странное: легкое позвякивание, сопровождающееся скрежетом и довольно неприятным хлюпаньем. Оно доносилось из-за скал, и Мелинайра, стараясь даже не дышать, медленно и очень осторожно высунула голову из-за камней, тут же увидев… впрочем, довольно сложно было сказать, что же именно она увидела. Вне всякого сомнения, впереди, на открытом месте, сидело некое существо и с завидным проворством что-то выковыривало из одной из многочисленных расщелин, избороздивших камень, но вот кто это был – определенного ответа дракониха бы не дала. С головы до ног это создание было закутано в драный, весь испещренный заплатами черно-коричневый плащ, заляпанный кровью и грязью, но зато щедро расшитый какими-то золотыми бляшками, и при каждом движении вразнобой позвякивали висевшие на худых запястьях бесчисленные цепи, браслеты и даже – Мелинайра едва не фыркнула от смеха, - медный коровий колокольчик, начищенный песком до блеска. Из-за этой странной одежды ни лица, ни фигуры незнакомца было не разобрать, и Мелинайра чуть передвинулась, чтобы рассмотреть его получше, но тут она заметила, как в расщелине, поймав косой солнечный луч, ярко блеснуло золото – и дыхание ее перехватило…
- Р-р-рарррх!
Даже Ильтиан, услышав ее рев, с перепугу «свечкой» ушел в небо, чего уж говорить о бедняге, на которого прямо с небес рухнул разъяренный дракон! Испуганно заверещав, оно отшвырнуло острый осколок сланца и на четвереньках бросилось наутек, но в следующее мгновение когтистая лапа перехватила его прямо в прыжке и шмякнула оземь, крепко придавив сверху. От этого капюшон плаща свалился с его головы, открыв сухое и сморщенное, как печеное яблоко, лицо древнего старика с косматой седой шевелюрой и безумным взглядом выпученных глаз. Кожа его казалась не толще пергамента, но даже она потеряла последние краски и стала совершенно восковой, когда Мелинайра, свирепо рыча, приблизила к его лицу свою пасть, полную острых белых зубов.
- Мелинайра, ты что, рехнулась? – оправившись от первого испуга, закричал на нее Ильтиан, - Ты же его сейчас раздав… - но тут взгляд его упал на странный плащ старика, и ему стала понятна причина ее гнева. Ибо не золотые бляшки, а драконьи чешуйки украшали темную ткань, а, оглянувшись, феникс увидел еще одну пластинку, и именно ее и пытался достать этот тщедушный человечек, что, оказавшись под лапой дракона, не закричал во все горло, а залился диким, необузданным смехом, извиваясь так и сяк под острыми когтями. Тут уж даже Мелинайра в недоумении спрятала клыки и удивленно уставилась на этого сумасшедшего.
- Ага! – наконец истерически вскричал тот, тыча худым пальцем ей прямо в морду, - Так значит, не все ящерицы с красивыми золотыми шкурами сдохли от чар Экстеллиора! Не все, потому что одна из них поймала бедного Бурбала, и теперь она съест его со всеми потрохами, а потом доберется и до гадкого волшебника, чтобы откусить ему голову! – и, не обращая внимания на то, что Мелинайра и не думала убирать лапу с его груди, он расхохотался, обхватив себя руками и по-детски дрыгая тощими ногами, показавшимися из-под складок его одеяния. На его бледных губах показалась пена.
- Да он не в себе! – сказал Ильтиан, сев на землю, - У него что-то с головой явно не в порядке! – и феникс уже хотел подойти поближе, не сводя с человека любопытных глаз, как старик, с удивительной для его возраста ловкостью извернувшись, схватил его за длинный золотой хвост. Протестующе вскрикнув, наш герой шарахнулся в сторону, но ненормальный вцепился крепко, и гулять бы Ильтиану без половины хвоста, если бы не Мелинайра – зарычав, она щелкнула челюстями и самого носа старика, опалив его своим дыханием, и тот, мгновенно разжав пальцы, надрывно завизжал:
- Да! Да! Сейчас большая ящерица сожрет Бурбала, а потом отправится в деревню, чтобы разыскать проклятого колдуна и разорвать его в клочья! Да, да, в клочья! В клочья!
- Вот чокнутый, - пробормотал Ильтиан, на всякий случай держась от него подальше, - Чуть мне весь хвост не выдрал…
- Да, но все же он может оказаться нам полезным, - заметила Мелинайра и, склонившись к лицу старика, прорычала, - Эй, ты! Ты меня понимаешь?
- О, ящерица говорит с Бурбалом… говорящая ящерица…
- Отлично, тогда отвечай, и останешься жив: ты давно поселился здесь?
- У-у-у, много, много лет назад, с тех самых пор, как чертов колдун убил всех золотых ящериц. Бурбала выгнали из деревни, и Бурбал поселился здесь, - он хихикнул, - Здесь, где так много красивых золотых штучек, - и он ткнул в одну из чешуек, прилепленных к его плащу.
- Хорошо. Что за колдун убил живших здесь драконов? – и, заметив недо-умевающий взгляд Бурбала, пояснила, - Золотых ящериц?
- Плохой, плохой, отвратительный колдун! Экстеллиор очень, очень гадкий волшебник! Он сильный, он может даже камень заставить летать, но он очень злой! Бурбал боится его! Но, если золотая ящерица съест противного колдуна, Бурбал будет очень рад!
- Почему же он плохой, Бурбал?
- Он прогнал Бурбала из деревни! Он сказал, что Бурбал вор и лентяй, а потом злые красные пчелы гнали бедного Бурбала до самого леса!
- А как же твоя семья? Они за тебя не вступились?
- О, нет. У Бурбала нет семьи. Бурбал с детства жил один. Все гоняли и били Бурбала, пока он жил в деревне, но теперь Бурбал поселился здесь, и ему нравится искать в камнях золотые искорки… красивые искорки, даже лучше, чем побрякушка! – и он потряс рукой, отчего коровий колокольчик зазвенел.
- Хорошо, тогда у меня к тебе последний вопрос, Бурбал: где мне найти этого… как его там? Экстеллиора?
- Он живет за деревней, в большом доме за оградой. Высокая ограда, и дом высокий, с блестящей крышей, флажками на башенках… - тут он почти умоляюще посмотрел на Мелинайру, - Там много всяких злых ловушек, которые стерегут плохого колдуна, но ты сможешь добраться до него, большая сильная ящерица! И тогда ты слопаешь плохого волшебника! Ам – и нету! – и он вновь расхохотался, даже не заметив, как дракониха его отпустила – все лежал, катаясь, как в припадке, и на тонкой его шее болтался кожаный собачий ошейник, усеянный стальными шипами, а борода уже вся покрылась слюной и пеной, пока жуткий кашель не прервал его, и старик, схватившись за грудь, прижал ладонь ко рту, а когда отнял ее, то на ней алела свежая кровь. Мелинайра с ужасом посмотрела на нее, но Бурбал, как ни в чем не бывало, обтер руку о рваную рубаху и неуклюже поднялся на ноги, по-прежнему хихикая и не сводя глаз с двоих друзей.
- Красивая птичка, - резюмировал он, - Красивая ящерица. Блестит птичка, блестит ящерица, - и, пошатываясь, побрел прочь, размахивая руками и что-то бормоча. Мелинайра покосилась на Ильтиана, но тот только плечами пожал.
- Сумасшедший, что с него взять!
- Но неопасный, - заметила дракониха, - С такой жизнью, и не свихнуться в полном одиночестве да на старости лет было бы подвигом! – после чего, покачав головой, она расправила крылья.
- Уже?
- А что нам остается? – она грустно улыбнулась, - Теперь в этих скалах живут лишь тени да старый сумасшедший бродяга. Оставим эти камни им.
- А саки нанесем визит колдуну? – феникс прищурился.
- Именно, - блеснула острыми клыками Мелинайра, полувесело, полуугрожающе, и Ильтиан не стал с ней спорить. Наша же героиня, в последний раз окинув серые скалы прощальным взором, подошла к обрыву и просто спрыгнула вниз, навстречу ветрам, что легко подхватили и понесли ее тело. Ильтиан задержался лишь на несколько мгновений, вытянув свое правое крыло и остервенело шаря в нем клювом, выискивая то надоедливое перышко, что так досаждало ему сегодня в полете. Оно было уже очень старым, истрепавшимся и распушенным, но все равно блестело на солнце чистым золотом, и феникс, вырвав его, аккуратно положил перо на камень, там, где его было хорошо видно. Кивнув и непонятно почему чувствуя себя весьма удовлетворенным, он, не оглядываясь, полетел за сестрой, и не увидел, как темная фигура с проворством ласки метнулась среди камней… А Бурбал, восхищенно разглядывая перо, все смотрел им вслед, бормоча себе под нос:
- Красивое. Блестящая птичка оставила Бурбалу подарок… Хорошая птичка, хорошая. И золотая ящерица тоже сделает Бурбалу подарок, когда слопает плохого колдуна. Да-да. Слопает, и даже не подавится. Хи-хи-хи…



Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Аннаэйра | 2-09-2009, 23:00 | Просмотров: 127 | Комментариев: 0






Добавление комментария
Наверх