Атмосферный флешмоб
Блог администрации: свежие новости о жизни сайта
Опрос про будущее сайта
Новые звания на Дриме
Восстановление старого архива
Свод правил

Леди Зима

Опубликовано в разделе: Творчество / Проза  
Читают: 1
ГЛАВА 14. ЧЁРТОВА СКАЛА
  Джонрако лежал, ощущая, как его бока давит что-то твёрдое. Спросонья капитан никак не мг сообразить; опять ли он скатился на пол или же уснул не на месте. Впрочем, всё это больше всего напоминало...
  Мореход рывком поднялся, пытаясь одновременно продрать глаза. После этого уставился на место, где находился. Ну что же, чувства его не обманули: он лежал на острых камнях и округлой гальке знакомого побережья. Всё те же серые волны с шелестом накатывали на пустынный берег, усыпанный тусклыми обломками скал. Мутное небо с угрюмыми тучами нависало над унылой землёй, точно прохудившийся навес. Итак, Собболи вновь оказался в странном месте, которое загадочный незнакомец из предыдущего сновидения называл Залом Ожидания.
  Капитан поднялся, ощущая неприятное покалывание в босых ступнях и злобно плюнул в шипящий прибой, тотчас откатившийся назад, словно испугался плевка Джонрако. Отступившая волна отставила на берегу какой-то небольшой предмет, блеснувший ярко жёлтым светом. В этом унылом бесцветном царстве явление яркой краски тут же бросалось в глаза, поэтому Собболи тут же подошёл взглянуть, какую добычу принесло ему море.
  В мокром песке в небольшом чашеобразном углублении, напоминающем человеческую ладонь, лежал массивный золотой перстень с ярко-красным камнем, похожим на рубин. Почему то Джонрако показалось, что никогда в жизни не видел ничего, более прекрасного. Капитан наклонился и протянул руку, намереваясь взять находку.
  - А ты подумал о последствиях? - послышался за его спиной знакомый голос, - Если нет, остановись, подумай.
  Джонрако обернулся и увидел человека в глухом чёрном плаще, с капюшоном опущенным на лицо. У Собболи не было абсолютной уверенности, но он посчитал, что перед ним находится всё тот же собеседник из прошлого кошмара. Он повернулся, но время оказалось упущено и набежавшая волна подхватила вожделенный перстень, утащив его в океанскую бездну. Красный камень последний раз подмигнул ему из серой толщи вод и погас.
  Ощутив смутное раздражение от потери, Собболи повернулся к незнакомцу. Тот успел сесть на давешний плоский камень и казалось, рассматривает морехода.
  - Ну и какого дьявола значат твои фокусы? - недовольно буркнул капитан, - Сначала ты показываешь мне красивую цацку, а потом отбираешь её...И снова притащил меня в эту задницу. Зачем?
  Плечи загадочного человека качнулись, словно он пожал ими. Потом глухой голос произнёс:
  - Это - Зал Ожидания и всё, происходящее здесь, не зависит от моей воли. Высшие силы принуждают человека сделать некий выбор, терпеливо ожидая момента, когда это произойдёт.
  - И ты думаешь я куплюсь на эту бредятину? - Джонако криво ухмыльнулся, ощущая злость по отношению к лживому колдуну, - Разрази меня гром, если я поверю хоть в одно твоё слов, засранец! Ну да ладно, если ты не желаешь говорить правду, придётся выбить её из тебя и поверь, тебе не поможет вся твоя магия, когда я нащупаю пальцами горло под плащом. Лучше вложи всё начистоту.
  Усталый вздох донёсся до его ушей.
  - Я могу повторить ещё раз и ещё, если потребуется, но это никак не отменит того факта, что я не причастен к твоему здесь присутствию. Знаешь, мне, по большому счёту, вообще от тебя ничего не нужно, но если ты продолжишь упрямиться, то будешь каждую ночь возвращаться в Зал Ожидания.
  - И понятное дело, правильным выбором станет отказ от путешествия на Калларис? - вкрадчиво осведомился капитан, подступая к сидящему собеседнику, - А если я продолжу путь, то ты так и будешь тащить меня в это чёртово местечко?
  Плечи незнакомца поникли, словно он впал в отчаяние.
  - А может всё дело в том, что ваши долбанные попытки остановить нас не приносят нужного результата? - Собболи приблизился в плотную и поднял руки, - Поэтому твой хозяин решил перегадить мой сон?
  - Путешествие далеко от завершения, - парировал человек и тихо хмыкнул, - А силы ваших врагов тебе неведомы и на треть. Или ты думаешь, что выстояв в паре стычек, уже победил? И да, подумай хорошо: нужна ли тебе эта победа вообще? Ты ввязался в чужую, непонятную самому, схватку и победа в ней не принесет ничего хорошего.
  - Победа - всегда победа! - твёрдо ответил Джонрако, сжимаясь, словно пружина, - И ты не сумеешь напугать меня мощью своего повелителя. Плевать я на него хотел!
  Выкрикнув последнюю фразу, капитан набросился на сидящего незнакомца, пытаясь нащупать тело под складками плаща. Но вместо этого, он ощутил прикосновение чего-то холодного и скользкого, как лёд. Правда чувство это оказалось мимолётным, словно касание снежинки. В следующее мгновение, мореход пролетел сквозь призрачную фигуру и растянулся на мокрых камнях, оцарапав ладони до крови.
  Взревев от ярости, Джонрако вскочил на ноги и повернулся к противнику, успевшему встать. Тот стоял на месте и казалось, глядел на моряка сквозь мрак под капюшоном. И вдруг неизвестный точно взорвался, разлетевшись мириадами точек тьмы, которые мгновенно объединились в единое покрывало темноты, поглотившее Собболи. Тот продолжал выкрикивать яростные проклятия и шарил руками, пытаясь достать исчезнувшего врага.
  В густом мраке мелькнуло красное око золотого перстня и чьи-то холодные пальцы коснулись щеки Джонрако. Тот дёрнулся, пытаясь разорвать оковы темноты...
  ...И рухнул с койки на пол. Сердце в груди исходило барабанной дробью, едва не расколачивая рёбра на куски. Первые лучи утреннего светила успели проникнуть в иллюминатор и прокравшись по доскам пола, коснулись ног морехода. Капитан покачал тяжёлой головой и опёршись ладонями, попытался встать. Тотчас острая боль в пораненной коже рук вынудила его громко выругаться.
  Широко открытыми глазами Собболи разглядывал ладони, порезанные об острые камни Зала Ожидания. Потом моряк выкрикнул нечто непонятное и стукнул кулаками о пол.
  Девушка, лежавшая в кровати под балдахином, рассматривала красочные иллюстрации в огромной старой книге. Неяркий свет позволял разглядеть, как яркие картинки, под её взглядом, медленно оживали, демонстрируя короткие сценки. Иногда девушка смеялась, иногда на её красивом лице отражалась грусть. Магистр же, сидящий рядом в своём неудобно кресле, наблюдал за ней с непроницаемой физиономией и постукивал тонкими пальцами по деревянным подлокотникам. Его зелёные глаза пульсировали, то озаряясь ярким светом, то потухая.
  Книга надоела девушке и она отбросила том в сторону. Потом её тёмные глаза уставились на чародея и тот вопросительно кивнул головой.
  - Я слышала, - сказала девушка и опёрлась спиной о груду мягких подушек, - что ты опять начал свою охоту. Мне это не нравится.
  - А мне казалось, что именно ты должна, как никто другой, понимать истинную причину, движущую моими поступками, - с грустью в голосе, произнёс волшебник и сложил руки на груди, - Но даже мне невдомёк, кого же я пытаюсь преследовать. Иногда кажется, это - точно ОН; я вновь ощущаю ЕГО руку во всём происходящем, ЕГО запах, ЕГО намерение. А потом туман рассеивается и в моих ладонях нет ничего, кроме мрака. Скажи, ты ничего не ощущала последнее время?
  - Когда? - с ноткой истерики в звонком голосе выдала девушка и приподнялась на локте, - В тот момент, когда ты уходишь? Когда мрак поглощает меня, без остатка? Ты то должен знать, что в этот время я не ощущаю ничего, кроме холода и бесконечного ужаса!
  - Знаю, - очень мягко ответил Магистр, - И пытаюсь помочь. Однако изначальная магия намного сильнее всего, что доступно мне и ты отлично знаешь, кому обязана этим проклятием. Но ведь ты, как Леди, просто обязана ощущать ЕГО присутствие.
  Девушка задумалась. Её тонкие брови сошлись над переносицей, а пухлые губы слегка оттопырились. Потом она открыла, закрытые было, глаза и неуверенно сказала:
  - Что-то есть, - она неуверенно взмахнула рукой, как будто не могла точно описать испытанное чувство, - Но это - точно не ОН. У НЕГО всегда имелся особый привкус, который не спутаешь ни с чем. А так...В общем, я бы сказала, что мне удалось пару раз установить слабый контакт с кем то, из Леди.
  - Вряд ли это была Зима, - сказал Магистр, после некоторого раздумья, - Она не сможет освободиться, пока ОН не придёт за ней. Стало быть, остаются двое...
  - Весна и Осень, - подтвердила девушка и на её губах появилась мечтательная улыбка, - Как бы я хотела встретить их, поговорить, ПООБЩАТЬСЯ...Ах, думаю, если бы это удалось, моя клетка тотчас бы рухнула.
  - Ты не хотела бы встретиться с Зимой? - спросил Магистр и нахмурился, - Не желаешь её видеть?
  Словно тень набежала на прекрасное смуглое лицо и девушка тотчас закрыла его ладонями. Потом глухо, едва слышно, произнесла:
  - Даже не знаю...Она была старшей, из нас. Самой могущественной. Но Зима...Она же никогда не была близка никому, из остальных Леди. Совсем другая, - девушка тяжело вздохнула, словно следующие слова потребовали от неё определённого усилия, - Намного красивее и умнее всех нас. Видимо поэтому, только ей удалось приворожить ЕГО. Но цена оказалась слишком велика, - она помолчала и через силу спросила, - Скажи честно: ты никогда не был влюблён в неё?
  Из груди Магистра вырвался глухой смешок, больше напоминающий стон.
  - Я бы солгал тебе, если бы смог, - сказал он, с трудом унимая дрожь тонких пальцев, - Но ты же всё равно ощутишь ложь. Я просто не могу представить человека, увидевшего её и оставшегося равнодушным к её красоте. Да, я любил её и ненавидел ЕГО, за то что любовь этой Леди принадлежала только ЕМУ. Мне до сих пор больно, что для победы мне пришлось использовать её, да ещё и таким образом.
  - Уходи, - сказала девушка, лежавшая на кровати и устало закрыла глаза, - Я не хочу погружаться во мрак и терять самую себя, но твои слова...Они ранят много больнее. Уходи.
  Не пытаясь возразить, Магистр поднялся с кресла и подошёл к выходу. Возле стены чародей остановился и не оборачиваясь, тихо сказал:
  - Ты же знаешь: те чувства давно канули в прошлое. Осталась только тупая боль от того, как всё могло сложиться, но не сложилось, - его костлявые плечи бессильно опустились, - И за это я ЕГО тоже ненавижу. Но теперь только ты, ты одна, владеешь мной и никто, даже Леди Зима не способна это изменить.
  Не дожидаясь ответа, он вышел наружу, оставив за спиной маленькую комнату, залитую неярким светом ночника. Девушка едва слышно всхлипнула, когда тьма начала заливать её крохотный мирок. Больше она не издала ни звука.
  Магистр, застывший у выщербленной стены, сочащейся влагой, вцепился пальцами в лысую голову, точно надеялся удержать бурю, бушевавшую внутри черепа. Полностью сделать это так и не удалось, поэтому сияние зелёных глаз было способно озарить самую тёмную ночь. Чародей застонал и не оборачиваясь, стукнул кулаками о щербатые камни.
  Постояв ещё немного, волшебник тяжело вздохнул и окунулся во мрак длинных переходов, ведущих в лабораторию. Магический экран, разрушенный ворами, уже восстановился и теперь едва заметно мерцал, когда по нему бежали серебристые язычки пламени.
  Волшебник подошёл к столу и взял в руки тяжёлый шар, наполненный кружащимся туманом. В глубинах тусклой сферы вспыхивал красный маячок срочного вызова, а это означало, что кто-то из эмиссаров желает переговорить с повелителем. Магистр приложил к шару кроваво-красный камень своего перстня и поставил Большой Посредник на стол.
  Мгла, внутри магического прибора, изменила цвет на бледно-зелёный, а затем ослепительная вспышка и вовсе прогнала туманную муть. Когда искрящаяся рябь отступила, стало ясно, что у другого Посредника находится Джабба Джинсерхуа. Капитан гвардейцев выглядел измотанным до предела, а седые волосы в его чёрной шевелюре превратились в целые серые участки. Угрюмые складки пролегли по обе стороны рта, а под воспалёнными, от усталости, глазами появились синие тени.
  - Говори, - приказал Магистр и повернул сферу, после чего сел на высокий стул, - Есть новости?
  Несмотря на то, что изображение Джаббы всё время плыло, как круги на штормовой воде, голос гвардейца звучал отчётливо, словно он находился в паре шагов.
  - Операция по захвату полностью провалилась, - пояснил причину вызова Джинсерхуа, - Но я практически уверен, что этот ублюдок - не тот, кто вам нужен.
  - Откуда же такая уверенность? - Магистр плотно сжал тонкие губы, что означало лёгкое раздражение.
  - Во время задержания, выяснилось, что он мастерски владеет Сантрийским боевым искусством. Причём, по уровню я бы отнёс его к Специалисту, а может - даже к Учителю. Если судить по его внешнему виду, то можно предположить одно из двух: либо гад использует Зеркала Лет, для омоложения; либо обучался Сантри с раннего детства. В любом случае, боец такого уровня просто не может быть ещё и магом.
  - Сантри? - о протянул Магистр и прищурился, - Да, владение Сантри обычно исключает магию. Однако...Кстати, насколько мне известно, ты тоже обучался искусству и даже получил ранг Специалиста?
  - Да, - кратко ответил Джабба.
  - Ну и почему же ты не смог нейтрализовать его? С таким то количеством подчинённых? Или они не помогали тебе?
  - Скорее - мешали, - ответил капитан, - А если бы я знал, с кем придётся иметь дело, то и вовсе отослал бы всех прочь. А по поводу нейтрализации...Когда встречаются два Сантри одного ранга, они могут либо убить друг друга, либо разойтись, как и произошло.
  - Ладно, поверим Специалисту на слово. Но ведь я же позаботился и о непредвиденном и дал тебе определённые инструкции, - Магистр склонился к самому шару, - Что с этим? То существо, которое я придал в помощь, должно было пленить их всех.
  - Насколько я понял, скорее - убить, - проворчал гвардеец и на его скулах появился след румянца, точно Джабба испытывал неловкость, - Распроклятая тварь набросилась на моих ребят, когда мы начали преследование.
  Магистр тяжело вздохнул и в приступе внезапной ярости, хлопнул по шару ладонью, отчего по сфере прокатилась волна ослепительного пламени. Капитан отпрянул назад, закрываясь рукой, точно в лицо ему ударил поток огня. Уже не сдерживая себя, чародей изо всех сил крикнул:
  - Неужели я плохо объясняю?! Я же сказал: после вызова Могильщика, сиди на месте! - волшебник взял себя в руки и уже много спокойнее, продолжил, - Что мне делать, когда самые умные, из моих людей, совершают идиотские ошибки? Или вы предлагаете делать всё самому? - Магистр потёр лоб ладонью и совсем тихо добавил, - Однако, непонятно. В этот раз Могильщик должен был искать вполне определённую жертву и поймав её, ждать...Неважно. Почему он набросился на солдат?
  - Что делать дальше? - поинтересовался капитан, словно ничего не произошло.
  - Отправляйтесь к южному побережью Карта и дежурьте там, - приказал чародей, - У вас будет неделя, чтобы ожидать изменения планов. Если я не свяжусь с тобой и цель не объявится, можете возвращаться домой. Если же враг появится, действуй по обстановке, но в глубь острова не суйся.
  Джабба хотел что-то сказать, но поверхность Посредника закрылась сеткой лиловых разрядов, скрывших лицо гвардейца. Некоторое время ещё можно было различить удаляющийся голос Джинсерхуа, однако потом глухой вой скрыл неразличимую речь, а сфера налилась изумрудным сиянием и затряслась мелкой дрожью. Выплюнув глухое проклятие, чародей ткнул в шар перстнем и яркий свет тотчас погас.
  Теперь Посредник лежал абсолютно спокойно и медленно переваривал остатки зелёного тумана, клубящиеся в его чреве. Поднявшись, Магистр положил руку на шар и задумчиво побарабанил пальцами по гладкой поверхности.
  Видимо приняв решение, чародей подошёл к своим магическим зеркалам. По дороге он достал из круглой шкатулки небольшую связку крохотных жёлтых шариков, напоминающих ожерелье. После некоторого раздумья, волшебник остановил свой выбор на треугольном зеркале, отражающем все предметы перевёрнутыми.
  Магистр, который по ту сторону висел вниз головой, коснулся своего отражения пальцами, установив в нужное положение. Всё пришло в норму, но ненадолго. Не успел волшебник опустить руку, как отражение исчезло вовсе, а в глубинах зеркала появилась картинка бескрайнего пространства сине-зелёного океана.
  - Ну и где же? - спросил чародей, напряжённо вглядываясь в мелкую рябь далёких волн, - Должен быть где-то здесь...
  Точно отвечая на его вопрос, треугольная рамка показала маленький кораблик под распущенными парусами, скользящий вперёд. Убедившись в том, что перед ним действительно "Морской Чёрт", Магистр начал вращать на пальце связку жёлтых шариков, пока они не слились в одно сияющее кольцо. После этого волшебник медленно опустил руку, но светящийся круг продолжил висеть в воздухе, издавая тихое шипение.
  Тогда чародей легко дунул и обод погрузился в треугольное окно, повисшее над океаном. Что-то зазвенело и круг стремительно уменьшился, исчезая из вида.
  Склонившись к самому зеркалу, Магистр принялся следить за развитием событий.
  Шхуну сильно тряхнуло и повело в сторону, направляя нос между валами волн. Матросы навалились на штурвал, возвращая корабль на прежний курс. Ветер вёл себя странно, набрасывая на Чёрта словно оголодавший волкодав на копчёный окорок. Временами его порывы оказывались настолько сильными, что боцман, с тревогой, осматривал такелаж, уделяя особое внимание сохранности парусов. Оснастка угрожающе поскрипывала, как бы пытаясь напомнить про солидный возраст, но ветру было плевать и он продолжал свои безумные шалости. Казалось такие шквальные порывы должны предварять ураган, но горизонт казался чистым, как душа монаха.
  Джонрако достал зрительную трубку и начал внимательно изучать океан. Его физиономия, ещё сохранявшая бледность, после ночного кошмара, казалась угрюмой, как никогда. С самого утра Собболи оставался непривычно молчалив. Поднявшись на палубу, он ограничился кратким приветствием, после чего застыл, словно памятник всем меланхоличным капитанам. Далин практически в одиночку руководил командой, с тревогой посматривая на капитана.
  Джонрако опустил трубку и потёр висок пальцем, словно это могло отогнать застывшую внутри черепа режущую боль, напоминающую огромную иглу, которыми сшивают паруса. Потом мореход тяжело вздохнул и поманил к себе боцмана. Далин поправил косички тщательно уложенной бороды и торопливо взбежал по трапу, пыхтя и отдуваясь.
  Поднявшись, помощник ещё раз оправил предмет своей гордости и только после этого вопросительно взглянул на капитана. Тот, продолжая сохранять молчание, протянул ему трубку и указал пальцем на горизонт, где появилась едва заметная чёрная точка. Далин бросил беглый взгляд в окуляр, потом присвистнув, вгляделся внимательнее и громко выругался.
  Эти действия никак нельзя было игнорировать и пассажиры, стоящие рядом, обратили на них внимание. Хастол поправил полу плаща, терзаемого хищным ветром и подошёл к Джонрако. Шания предпочла остаться на месте, но было очевидно, что девушка не намерена упускать ни слова из грядущего разговора. Причина, по которой девушка не составила компанию Черстоли была следующая: когда утром она подошла к Собболи, намереваясь отблагодарить морехода, тот слушал её невнимательно, часто зевал и вообще, вёл себя так, словно слова Шании для него ничего не значили. Надувшись от обиды, Волли весь завтрак молчала, а после вела беседу исключительно с Хастолом, причём делала это всегда перед капитаном. Равнодушие капитана ко всем её мелким уловкам, окончательно расстроило девушку и она принялась угрюмо наблюдать за волнами бегущими вдаль.
  - Мне кажется или у нас появились какие-то проблемы, капитан? - вежливо поинтересовался Черстоли, - Не могу ли узнать, в чём они заключаются?
  - Да какая, к дьяволу, разница, - начал Далин, раздражённо дёргая себя за косички, но Джонрако жестом остановил его и повернулся к юноше.
  Выглядел капитан неважно: загорелое лицо утратило свой бронзовый отлив, сменившийся серым цветом, а вокруг ввалившихся глаз появились чёрные круги. Около плотно сжатых губ пролегли глубокие складки, состарившие морехода на добрый десяток лет.
  - Проблемы? - сиплым голосом переспросил Джонрако, продолжая размышлять над какими-то своими мыслями, - Можно сказать и так. Прямо по курсу у нас лежит огрызок земли, известный под названием Чёртова Скала. О чём-то говорит?
  - Я слышал, насколько все моряки - суеверные личности, - пожал плечами парень, - Возможно, у вас есть поверье, что на острове живут существа, напоминающие чертей.
  Далин хрюкнул, переполняемый угрюмым весельем и даже Собболи позволил себе лёгкую усмешку.
  - Чёртова скала называется так, потому что на ней живут черти, - уточнил Джонрако, - Твари, вполовину меньше меня ростом, с рожками на голове и длинным хвостом, напоминающим крысиный. Когда человек сходит на их чёртову Чёртову скалу, он обязательно дерут с него дань: копошатся в башке и забирают воспоминание. Причём, сам понимаешь, берут не худшее.
  - Мерзкое ощущение! - боцмана передёрнуло, при воспоминании о неприятной процедуре, - Эти уроды смотрят на тебя и в башке словно когти скребут. Твою же мать! А потом, бац - и чего-то не хватает, как отрезало. Чтобы я сдох! Прихожу я, значит, в порт, встречаю видную такую деваху, а она мне, повторим? А я её и первый раз то вижу! Ну, я...
  - Ладно, - махнул рукой Джонрако, - Сто раз уже слышал этот трёп.
  Хастол непонимающе взглянул на моряков.
  - Я, видимо, чего-то не понимаю, - сказал он, наконец, - Если высадка на остров связана с такими потерями, зачем вообще приставать к берегу? Обойдём стороной и дело с концом.
  Вместо ответа, капитан взял парня за плечи и развернул, так что тому открылся вид за кормой. Только теперь Черстоли увидел, что хаотичное движение ветров сменилось круговым вращением, которое уже привело к появлению странного образования. Воды океана начали подниматься вверх тонкими жгутами, которые соединялись в приплюснутый шар. С каждым мгновением странная штуковина увеличивалась в размерах и приобретала всё более тёмный окрас.
  - Просто, выхода не остаётся, - пробормотал Джонрако, - Потеря воспоминаний -вполне пристойная плата за спасение шкуры.
  - Это уж точно, - буркнул Далин и заткнул конец бороды за пояс, пытаясь спасти свою гордость от порывов ветра, - У тех, кто попал в Око Дьявола чёртовых воспоминаний нет вовсе, провалиться мне на этом месте!
  - Око Дьявола, - Хастол вопросительно взглянул на капитана, - Это ещё что?
  - Достаточно редкая штука, - Джонрако указал пальцем на водяной шар, окружённый щетиной из полупрозрачных жгутов, - которая появляется исключительно в окрестностях Чёртовой скалы. То ли местные вымогатели таким настойчивым образом приглашают гостей; то ли что ещё, но если корабль, оказавшийся рядом с Оком, не успевает пристать к берегу - ему кранты. Не останется даже обломков. И движется эта мерзость так, словно у неё имеется разум или ей кто-то руководит.
  - Стало быть...
  - Стало быть, приятель, тебе придётся поделиться своими воспоминаниями с чертями, раз уж ты так и не захотел открыться нам, - невесело рассмеялся капитан, - Потому как дрянь за кормой и есть - Око Дьявола.
  - Успеем удрать? - деловито-озабоченно поинтересовался Далин, - Команда из кожи лезет. Если бы ещё не эти проклятущие порывы ветра!
  - Да, времени в обрез, - согласился Джонрако, - можем и не успеть.
  Шания, которая внимательно выслушала весь разговор и успела изучить Око, услышала последнюю фразу и тотчас испуганно вскрикнула. Капитан озабоченно уставился на неё, потом тяжело вздохнул и повернулся к Хастолу.
  - Забирай-ка ты дамочку и веди в каюту, - он покачал головой, - Скоро чёртова погода окончательно испаршивится и оставаться на воздухе будет совсем дерьмово.
  - Я похожа на маленькую девочку, которую отправляют в детскую, стоит взрослым затеять свои игры? - Шания вздёрнула нос, - Я желаю видеть всё, от начала и до конца.
  - Дело твоё, - капитан пожал плечами, - Не думаю, что ты пропустила бы много интересного. Далин, поднять штормовые рифы, обычной оснасткой нам явно не обойтись.
  Не успел боцман скатиться по трапу, отдавая, на ходу, приказы, как ветер, приутихший было, взревел и набросился на шхуну с неистовой яростью. Паруса тотчас затрещали, с трудом выдерживая подобный напор, а мачты жалобно застонали. "Морской чёрт" затрясся, словно подхватил лихорадку и заметно прибавил в скорости.
  Шания, до последнего мгновения, стоявшая подбоченюсь, не удержалась на месте и ураган потащил её прямиком к борту корабля. Неизвестно, как бы всё обернулось, если бы не мускулистая рука, которая обхватила девушку за талию. Девушка, с облегчением, выдохнула, подняла голову и увидела насмешливый взор пронзительно синих глаз.
  - Очень сильный ветер, - смущённо пробормотала Волли, - Не удержалась на ногах.
  - Немудрено, особенно для такой тощей цыпы, которую способен унести даже лёгкий бриз, - хмыкнул капитан, - Поэтому я посоветовал спуститься вниз. Скоро здесь поднимется такой ветрюган, что и мне то придётся привязывать себя, чтобы не улететь ко всем морским чертям.
  - Значит привяжете и меня, - Шании уже приходилось выкрикивать слова, чтобы пересилить оглушительный вой ураганного ветра, - Я останусь здесь!
  - Что, такая упрямая?
  Волли лишь вызывающе сверкнула зелёными глазами и промолчала. Как бы невзначай рука Джонрако подтянула гибкое тело ближе и капитан прижал пассажирку к себе. В этот раз возражений и возмущений не последовало, напротив, Шания с готовностью укрылась за могучим торсом морехода. Взгляды парочки встретились и произошла странная штука: на несколько мгновений тёмное небо, грозовые валы и буря напрочь исчезли, словно в мире оставались только эти двое. Лица их внезапно оказались так близко, что губы, словно сами по себе, соединились в поцелуе. Но, поскольку остального мира не существовало, никто другой этого не заметил. В следующее мгновение, поцелуй прервался, оставив незримую нить, соединившую два, бешено стучащих, сердца.
  Хастол, всё это время, стоял спиной к ним, наблюдая за метаморфозами, происходящими с рождающимся Оком Дьявола. Огромная сфера, налитая зловещим мраком, повисла над океаном, опираясь о водяной жгут, как на уродливую дрожащую ногу. Над шаром мерцал тревожный багровый свет, бросая блики на само небо. Словно приняв этот недобрый сигнал, небосклон стремительно закрывался грозовыми облаками. И лишь над самим Оком тучи рассеивались, оставляя бездонную чёрную дыру.
  Внезапно из этого тёмного отверстия полыхнул ослепительный разряд молнии, ударив в зловещую сферу. Чёрный шар скрылся под сетью светящихся отростков и вдруг пропал вовсе, нырнув в непроницаемую чёрную пелену, напоминающую туман.
  Стемнело. Ясный день обратился в настоящую ночь. Ветер, и без того сильный, окончательно превратился в ураган, способный сшибить человека с ног. Матросы спешно вязались к леерам, передвигаясь по кренящейся палубе с крайней осторожностью. Паруса вздулись так, что едва не лопались под напором ветра. Штормовая команда пыталась сменить оснастку, но время оказалось упущено и канаты плясали в пальцах, срывая клочья кожи, до крови. Сквозь оглушающий рёв урагана слышали проклятия моряков, изнемогающих в борьбе со стихией. На штурвале повисло шестеро матросов, но их попытки сменить курс оказались смехотворны: шхуна неслась по воле ветра, прямиком к растущему, на глазах, острову.
  В глазах Шании, прижимающейся к Джонрако, не было ни капли страха, а лишь выражение задора и возбуждения, словно девушка не верила, что всё это происходит на самом деле. Да и сам капитан, в конце концов избавился от тягостного последствия ночного кошмара и ощутил непоколебимую уверенность в благополучном завершении сегодняшнего приключения. Ухмыляясь, мореход привязал Шанию к себе и ещё раз, от души, приложился к её губам. Потом повернул голову на ветер, чтобы посмотреть, чем занят второй пассажир.
  Хастол замер на краю спардека, сжимая в руках брус фальшборта и неотрывно глядел на тьму, сгущающуюся за кормой. В глубинах бурлящего мрака, словно адское пламя, пылал багровый огонь. Внезапно тёмная мгла разошлась и выпустила наружу иссиня-чёрную сферу с алой точкой посередине, которая делала образование похожим на чей-то исполинский глаз какого-то недоброго существа. Точка непрерывно металась из стороны в сторону, словно злобная тварь отыскивала добычу.
  Поиск продолжался совсем недолго. Алый зрачок остановился, будто существо уставилось на шхуну и у всей команды появилось ощущение давящего взгляда. Матросы почувствовали давление на плечи и слабость в ногах. Это, в совокупности с ураганным ветром, вынудило многих падать на колени, с хриплыми возгласами, цепляясь за леера. Те же, кто ещё мог противостоять злобной силе, выполняли обязанности всё хуже, отдав "Морского чёрта" на волю урагана.
  По пятам же шхуны, несущейся по волнам, подобно свихнувшемуся дельфину, летел исполинский шар, ощетинившийся разрядами молний. Казалось, даже волны океана не могут выдержать его близости, расступаясь в стороны и соединяясь, лишь за пролетевшей сферой. За оком следовали десятки крошечных смерчей, иногда впивавшихся в бок шара, словно подпитывая энергией бури.
  Око Дьявола и Чёртова скала приближались к шхуне с одинаковой скоростью и было непонятно, какая судьба ожидает корабль в ближайшее время: спасение или жуткая гибель. Девушка, прижавшаяся к Джонрако, закрыла глаза и положила голову на грудь морехода. Боцман, изо всех сил, пытался взобраться на шканцы, но даже его могучие руки не могли преодолеть напор ветра. Рот Далина открывался и закрывался, но рёв ветра полностью поглотил слова помощника и унёс прочь. Но даже оглушительный свист не смог скрыть громоподобный хлопок лопнувшего паруса, не выдержавшего невероятного напора стихии. Было очевидно: оснастка на пределе, да и команда окончательно сдалась, предпочитая спасать собственные жизни.
  Волны, настигающие Чёрт, с лёгкостью перехлёстывали борт, заливая палубу потоками пенящейся жидкости. Отдельные валы вздымались до спардека, так что на борту не осталось ни единого сухого человека.
  Джонрако с огромным трудом повернул голову, чтобы посмотреть, как обстоят дела за его спиной. Рулевые, зафиксировали штурвал, чтобы вертящееся колесо не переломало им руки и теперь использовали его, как простую опору. Один Хастол продолжал оставаться на своём наблюдательном пункте, рассматривая Око Дьявола, почти настигнувшее корабль.
  Тёмный шар, окутанный сетью грозовых разрядов, нависал над головой юноши и алый огонь в центре сферы опустился, словно неведомая тварь пыталась рассмотреть жертву, перед тем, как сокрушить её. Капитан увидел, что адское пламя полыхнуло, мигом заполнив всё око ослепительным сиянием. В этот момент рёв урагана стал таким громким, что его звук оказался способен вызывать боль в ушах.
  "Это - конец, - осознал капитан, - Теперь уже не поможет ничего. Как это не вовремя, будь я трижды проклят!"
  - Чтоб ты сдох! - выкрикнул он, неизвестно к кому обращаясь и его голос раскатом грома прозвучал в наступившей тишине.
  Поначалу Собболи не понял, что за штука произошла. Ещё мгновение назад им грозила неминуемая гибель от жуткого Ока, а теперь Чертяка тихо покачивается на низкой волне, паруса безвольно свисают, утратив ветер, а с безоблачного неба льётся ласковый свет безмятежного светила. Недалеко от борта корабля сверкает белым песком пологий берег, словно приглашая пристать и дать отдых уставшему телу.
  Берег! Вот в чём дело: они успели приблизиться к Чёртовой скале и тем самым обрели защиту от смертельной угрозы. Джонрако покрутил головой, отыскивая малейший признак шторма, едва не отправившего их кормить рыб. Абсолютно ничего. До самого горизонта простиралась спокойная гладь океана.
  Матросы, мало-помалу, начали приходить в себя и подниматься на ноги. Послышались первые проклятия, стоны, жалобы и благодарности богам. Далин, сумевший таки преодолеть половину сходен, постоял немного, в раздумьях, потом тяжело вздохнул, махнул рукой и отправился обратно. Его борода, растрёпанная ветром и слипшаяся от воды, выглядело довольно комично, однако мрачный взгляд исподлобья, отбивал любое желание шутить по этому поводу.
  Взгляд Джонрако наткнулся на испуганную физиономию повара, выглядывающего из люка. На круглом лице кока появились свежие царапины, а под глазом наливался фиолетовым огромный фингал. Впрочем, остальные члены команды выглядели ненамного лучше. Некоторым, так и вовсе, не обойтись без помощи фельдшера, а то и без постельного режима. Парочка неудачников баюкала то ли вывихнутые, то ли сломанные руки, а одного матроса его товарищи осторожно вели вниз по трапу. Тот ступал на одну ногу, не забывая рассыпать потоки проклятий, при каждом шаге
  Только отметив всё это, Джонрако обратил внимание, что Шания продолжает стоять с закрытыми глазами и не торопится поднимать веки. Поэтому он осторожно склонился и поцеловал её в губы. Девушка вздрогнула, после чего испуганно уставилась на капитана. Потом она недоуменно осмотрелся и удивлённо спросила:
  - Так мы, всё-таки, спаслись?
  - Ты сомневалась во мне и моей посудине? - поинтересовался Собболи, ухмыляясь, - Мы ещё и не из таких передряг выбирались, пусть у меня отсохнет язык, если вру!
  - Развяжите меня! - немедленно потребовала Волли, по лицу которой медленно ползли красные пятна, - Как вы могли себе позволить такие вольности, на глазах у всей команды! Что вы себе позволяете?
  - Что? - изумлённо крякнул Джонрако, уставившись на девушку, - Какого чёрта? Только-только, ты вела себя совеем иначе и на тебе!
  Пятна на лице девушки стали гораздо ярче, а сама она принялась распутывать верёвку, связавшую их воедино. В глаза капитана Волли старательно не смотрела. Собболи, ошеломлённый подобным поведением, не выдержал и взяв Шанию за подбородок, вынудил встретить его взгляд.
  - Эй! - рыкнул он, - А ну, отвечай, когда я тебя спрашиваю! Что всё это значит? Сначала мы стоим так, словно кроме нас никого и нет, а теперь ты делаешь вид, будто ничего не происходило. Что изменилось то?
  - Честно говоря, - призналась Волли, - тогда я думала, что мы вот-вот погибнем.
  - И что? - не понял Джонрако, - Не погибли же, лопни моя селезёнка! Это же хорошо.
  - Теперь я вновь, просто пассажирка на вашем корабле, - медленно, словно объясняла простейшую вещь маленькому ребёнку, сказала Шания, - А вы - капитан и у нас с вами очень мало общего. Поэтому, с вашей стороны неприлично обнимать меня на глазах всей команды. Если вас не затруднит, развяжите верёвку.
  Джонрако, который так ничего и не понял, оказался настолько ошарашен, что молча развязал Шанию. Та отряхнула мокрые волосы, поправила платье и отошла, бросив на капитана мимолётный взгляд, полный непонятной грусти.
  Мореход некоторое время стоял на месте, видимо, не зная, как поступить. Потом издал короткий нервный смешок и направился к Хастолу. Тот успел отойти от борта и внимательно рассматривал берег Чёртовой скалы. В отличие от всех остальных, парень не казался вымотанным тяжёлым испытанием. Он лишь отёр воду с лица, да оправил плащ.
  - Похоже островок не очень соответствует своему названию, - заметил Черстоли, кивнув на идиллический пляж с белоснежным песком и чистой, прозрачной водой прибоя, - Ему бы больше подошло - Райский уголок.
  - А ты думал тут сера кипит? - хихикнул Джонрако, - Я же говорил: черти тут живут, черти, чтобы им лопнуть! Вот, откуда название.
  - Ну и каким же образом эти адские жители райского острова собираются взимать с нас дань? Пришлют посланников?
  - Нет, - Джонрако покачал головой и указал пальцем на красную, от какой-то вьющейся растительности, скалу, - Вот ха этим куском камня есть дыра, пещера, то есть. Спускаешься туда и попадаешь в маленький грот, с озером. Там эти твари и живут.
  Хастол озадаченно уставился на собеседника.
  - Так что это получается: мы ещё и сами должны прийти к ним в гости? - он покачал головой и рассмеялся, - Чтобы они обчистили наши головы? Нет уж, увольте! Шторм закончился, так почему бы не отдать приказ поднять паруса и отправляться дальше?
  - Умник какой! Не выйдет из этого ничего, - спокойно парировал Собболи и достал верную трубку, - Думаешь, первый додумался? Если кто-то не пожелает расплатиться, черти нипочём не отпустят жадину, пока не получат причитающегося. Стоит нарушителю попытаться отчалить и какая-то невидимая хрень завернёт его посудину назад. И такое повторится несчётное число раз.
  - Увлекательная перспективка, - согласился Хастол и ещё раз окинул взором идиллический берег, - Красиво, конечно, однако у меня нет никакого желания видеть этот пляж до скончания века.
  - У меня тоже, - хмыкнул капитан, - Поэтому собирайся, нам всем предстоит короткое путешествие и небольшая утрата. Спустить шлюпку на воду!
  Последнее относилось к группе дееспособных, после шторма, матросов, которые достаточно быстро сумели подготовить и спустить на воду большую шлюпку. Не успело её днище коснуться водной глади, как моряки скользнули вниз, занимая места по расписанию. Вёсла тотчас вставили в уключины, а на корме закрепили потрёпанный руль, с металлической рукоятью.
  - Как я погляжу, вы берёте с собой далеко не всех? - поинтересовался Черстоли, наблюдая за поведением остальной команды, - Если не ошибаюсь, большинство остаётся на борту? Или их воспоминания не так сильно интересуют местных грабителей?
  - Не волнуйся, приятель, - Джонрако похлопал его по плечу и подошёл к борту шхуны, - Никто не уйдёт обиженным, мозги вычистят всем. Нише путешествие - просто необходимый визит вежливости, чёрт бы побрал! И ведь поберёт!
  - Меня вы, естественно, не берёте? - с холодком в голосе, поинтересовалась Шания, до этого стоящая поодаль.
  - Естественно, - передразнил её Джонрако, в голосе которого различались обиженные нотки, - Ведь в данный момент нам не угрожает немедленная гибель, поэтому любые мои действия могут быть поняты неправильно, черти бы меня взяли! К тому же совсем ни к чему лишний раз находиться в компании столь постороннего человека, чтоб ему подохнуть!
  Хастол остался абсолютно серьёзен, когда слушал эту тираду, но на мгновение губы парня дрогнули, словно он с трудом сдерживал смешок. Шания тотчас надулась, но её обида походила на имитацию, а полные губы кривились и девушка норовила прикрыть их ладошкой. Впрочем, всем и так было ясно: пассажирка остаётся на судне из соображений безопасности. Хоть капитан и убеждал в миролюбивости местных обитателей, их название говорило само за себя.
  За борт опустили верёвочный трап, в то время, как гребцы удерживали шлюпку на месте. Джонрако перебросился парой фраз с Далином, оставшимся на борту, после чего легко перемахнул наружу и быстро спустился вниз. Спуск Хастола оказался ещё стремительнее и легче.
  Наблюдая за гибким юношей, Джонрако, в очередной раз, проклял дырявую память. Сколько уж раз он собирался спросить у пассажира о странностях его поведения. Взять хотя бы случай в том распроклятом трактире. Что за странный бой они тогда видели? Но стоило капитану сформулировать более или менее вразумительный вопрос, как происходило очередное происшествие, вышибавшее все слова из головы. Ведь, чёрт побери, до сих пор, Джонрако не знал ни грамма сверх того, о чём поведал пассажир при первой встрече. Ну ничего, именно сейчас, пока они идут к берегу, у него будет время задать хотя бы пару самых важных вопросов. Немедленно!
  Хастол спрыгнул в покачивающуюся шлюпку и обратился к Собболи, успевшему открыть рот:
  - Капитан, поскольку вы уже бывали на этом острове, думаю, вы обладаете определённой информацией, - он указал рукой за спину морехода и тот послушно повернул голову, - Что бы мог означать этот столб дыма?
  Собболи изумлённо повернулся и уставился на колонну жирного чёрного дыма, подпирающую небеса. Поразительное дело: прошло совсем немного времени, от того, как мореход смотрел в сторону красного холма и там ничего не было. И на тебе: пересекает голубые небеса и странным образом не рассеивается, а лишь покачивается из стороны в сторону. Капитан прикинул; по всему выходило, что дым валит из той самой пещеры, где располагалось обиталище чертей.
  В голову капитана пришла незваная, но очень назойливая мысль, озвученная прежде боцманом: все неожиданности этого рейса оказывались неприятными. Стоило приготовиться к самым нехорошим сюрпризам.
  - Боцман, черти б тебя взяли! - рявкнул он, приложив ладони ко рту и увидел лохматую голову над бортом судна, - Бегом в крюйтовую и тащи сюда ружья! Чтоб мне сдохнуть на берегу, если тут не происходит какая-то мерзопакость.
  Удаляющиеся проклятия подсказали ему, что помощник придерживается сходного мнения. Через некоторое время оружие спустили вниз и лодка скользнула в сторону берега.
  Когда до ослепительно белого песка оставалось всего ничего, тоскливый вой разорвал тишину и поплыл над водой, подобно звону траурного колокола. Гребцы тотчас побросали вёсла и ухватились за оружие, встревоженно всматриваясь в полосу зелени за песчаным пляжем. Джонрако и сам не заметил, как пистолет оказался в его руке. Один Хастол сидел с невесёлым видом и никак не реагировал на стихающий стон неведомого существа.
  - Дым исчез, - констатировал он и поёжился, точно ему внезапно стало зябко.
  И точно: чёрный столб пропал, как и не было. От густого жирного дыма не осталось и следа в ясном небе. Никаких звуков больше не улавливали уши матросов; только тихий свист ветра да плеск прибоя.
  Шлюпка, которая всё это время продолжала двигаться вперёд, зарылась носом в песок и замерла. Все сидели на местах и не торопились сходить на берег, предпочитая безопасность привычного окружения. Первым нарушил неподвижность Хастол, в один прыжок оказавшийся на пляже острова. Джонрако, досадуя на него и на себя, одновременно, перемахнул борт лодки и подняв фонтан брызг, зашагал вперёд, пока не оказался рядом с пассажиром. За спиной капитана послышалось многократное: "Плюх, плюх", по мере того, как матросы покидали шлюпку, следуя примеру командира.
  Лодку спешно вытащили на песок и люди окружили её, сжимая оружие в потных ладонях.
  - Замус и Фарини - остаётесь здесь, - скомандовал капитан, - От шлюпки - ни на шаг, отвечаете головой. Если с ней что-то случится - оставлю здесь, клянусь селезёнкой. Остальные - за мной. Оружие держать на готове.
  Шустрый Узан хотел что-то ляпнуть, но серьёзная обстановка места подействовала и на него, поэтому он смолчал, угрюмо потирая свой шрам. Другие матросы и не думали открывать рты, положив пальцы на спуск ружей и медленно следуя за капитаном. Джонрако рассеянно вытрусил пепел из трубки и спрятал её. В голове морехода мелькнула мысль о каком-то задуманном, но не осуществлённом, деле и тут же пропала. И без того, нервы казались натянутыми канатами.
  Узкую полоску пляжа они преодолели достаточно быстро, оказавшись в некоем подобии крошечного леса, состоящего из карликовых деревьев с красными стволами и серо-зелёными листьями, напоминающими плоские иглы. По веткам растений ползали крошечные ящерицы, успешно маскирующиеся под сухие ветки. Лишь когда один из матросов решил обломать мешающий проходу "сук", выяснилось, с чем они имеют дело. "Ветка" дёрнулась и зашипела, после чего матрос заорал благим матом и запустил её куда подальше. В ближайшие пару мгновений, остальные едва не устроили пальбу, но всё закончилось нестройным нервным смехом. После этого товарищи принялись изгаляться, насмехаясь над виновником переполоха.
  - Так страшно же! - оправдывался тот, - Я её хвать, а она - шевелится!
  - А если что другое схватишь, а оно тоже зашевелится, - потешался Узун, - Ты его тоже выбросишь?
  - Да пошёл ты! - огрызнулся Конурри, которого все эти шутки начали порядком раздражать, - Я посмотрел бы на тебя, если бы такое приключилось.
  Продолжая подколки, они миновали полоску карликовых деревьев и оказались у начала узкой дорожки, выложенной бурыми кирпичами, плотно пригнанными, один к другому. На тропинке лежал толстый слой бархатистой пыли, где отпечатались следы чьих-то босых ног. Точнее - лап, поскольку на человеческие эти отпечатки совершенно не походили. Дорожка огибала приземистый холм, поросший густой низкой травой красного цвета. На вершине, среди зарослей колючего кустарника сохранялись остатки древнего строения, но понять, что возвели там в незапамятные времена, было невозможно.
  Группа людей медленно двинулась по дороге, с опаской озираясь и направляя ружья в разные стороны. Но тревога оказалась напрасной: вокруг стояла полная тишина и не было слышно даже обычного птичьего гвалта. Над Чёртовой скалой повисло безмолвие, точно остров накрыли невидимым колпаком. Но это совсем не успокаивало, напротив - заставляло ожидать внезапную опасность. То одному, то - другому матросу казалось, будто он различает осторожные шаги неведомого противника, подкрадывающегося сзади.
  Обойдя холм, путники остановились, рассматривая тёмный зев пещеры, почти закрытый разросшимися вьющимися растениями. Всем показалось, что они различили смутную тень, метнувшуюся вглубь провала, но звуков шагов никто не услышал. Должно быть это была обычная игра света и тьмы.
  - Здесь никогда не было так темно и тихо, - вполголоса пробормотал Джонрако, ощущая, как немеют пальцы, сжимающие пистолет, - Пещера всегда слабо светилась и там непрерывно позвякивало и похрустывало. Не нравится мне это, ох не нравится. Хрень тут творится, лопни моя селезёнка!
  - Может не пойдём, а? - спросил Узан, шумно сглатывая слюну и пытаясь поймать взгляд капитана, - Немного подождём, а оно само наладится...
  - Дело, ведь, грит, - поддержал Шимир, шмыгнув носом, - Как-то оно дерьмово выходит!
  - Если кто-то собирается оставаться здесь на зимовку - милости просим, - решительно отрубил Джонрако и направился к пещере, - Удерживать не собираюсь. Только трусов мне ещё не хватало.
  Хастол, не колеблясь ни секунды, скользнул следом за капитаном и матросам, которые продолжали переминаться с ноги на ногу, на мгновение почудилось, что в руках парня появился и пропал длинный чёрный клинок. Но видение было настолько мимолётным, что клясться бы никто не стал.
  Джонрако остановился у входа и отвёл в сторону заросли кустарника, загораживающие вход. Мореход ощущал внутри бешенную птицу, которая намеревается сломать его рёбра. Собболи стукнул кулаком по груди, пытаясь успокоить взбесившееся пернатое и глухо выругался.
  "Чёрт, - подумал капитан, ощущая глухую тоску, - Никто не молодеет и я, в том числе. А может воспользоваться платой за рейс до его окончания? Но ведь это, всё равно, не вернёт того ощущения свежести и новизны, чёрт бы их побрал, а лишь продлит то, что есть. Просто нужно собраться и доказать всем, насколько я ещё хорош. Всем? - переспросил он и кто-то внутри иронично хмыкнул, - Или кому-то одному? Кому-то, женского пола?"
  Отбросив внутренние колебания, капитан глубоко вздохнул, ощутив запах сырости и чего-то гниющего. Потом заставил себя шагать вперёд. Черстоли, который за последнее время не проронил ни слова, так же молча двинулся следом. Потом послышался топот матросских ботинок; никто из моряков не пожелал оставаться снаружи. Все погрузились в чернильную тьму, казалось, не имеющую ни конца ни края. Лишь где-то, далеко позади, продолжало тускло светиться отверстие входа. Кто-то споткнулся о невидимое, во мраке, препятствие и громко, с чувством, выругался.
  - Нет, так не пойдёт, сдохни я от водянки! - буркнул Джонрако, - Не я же один должен думать обо всём. Фаленни, твою мать, ты же должен был захватить фальшфейера. Почему бы не зажечь чёртовы огоньки и не разогнать этот поганый мрак?
  В темноте послышалась громкая возня и смущённый голос первого матроса прогудел:
  - Простите, чиф. Разволновался, из головы вылетело.
  - Хорошо, хоть было, откуда вылетать, - буркнул Собболи, удержавшись от рыка в сторону подчинённого.
  Раздался громкий хлопок и с тихим шипением во мраке рассыпалось искрами жёлтое пламя, отбрасывая полчища пляшущих теней на стены пещеры. Фаленни сжимавший длинную трубку фальшфейера, передал её Шимиру, а сам достал ещё одну.
  - По4ка довольно, - сказал Джонрако, после того, как вспыхнул второй огонёк, - Дорогу видно, а если каждый примется работать маяком, то и стрелять станет некому.
  Он хотел было предложить взять сигнальное устройство Хастолу, как единственному невооружённому, но тотчас вспомнил бой в таверне и промолчал. Правда, при этом ему вспомнилось и другое: как он собирался задать пару важных вопросов и напрочь забыл об этом. В очередной раз капитан поразился всем тем совпадениям, которые так удачно играли на руку загадочному парню. Однако, стоило Собболи задуматься об этом и он тотчас ударился ногой о незамеченный камень, тихо зашипев от боли.
  Группа путешественников двигалась по низкому коридору, на стенах которого сохранились следы древних горных работ: сколы от ударов кирки и неудачные попытки сгладить нервности. Кое-где попадались неглубокие ниши, в которых, как помнил Джонрако, должны были находиться масляные светильники, прежде разгонявшие мрак. Сейчас все углубления оказались пусты и лишь в одном капитан заметил несколько блестящих осколков. Похоже кто-то старательно уничтожил все источники света на их пути.
  Постепенно проход начал расширяться и наступил момент, когда стены окончательно исчезли из вида отступив во тьму. Джонрако остановился и поднял руку, подавая сигнал остальным.
  - Внимание, - сказал он, - Где-то здесь будет спуск и ступени.
  И точно: широкие потрескавшиеся, от времени, блоки, уложенные плашмя, образовали своего рода лестницу, ведущую во мрак. Казалось спуск будет бесконечным, но капитан знал: впечатление обманчиво: стоило сделать пару десятков шагов и все увидели отражение сигнальных огней в воде подземного озера.
  - Кажется я на что-то наступил, - неуверенно пробормотал Шимир, - Мягкое... Похоже на труп.
  Все собрались вокруг говорившего и направили свет факелов вниз. Там действительно оказалось тело существа, отдалённо напоминающего человека. Чешуйчатое тело болотного цвета распласталось на ступенях, а длинный хвост обвился вокруг нижних конечностей, каждая из которых оканчивалась раздвоенным копытом. На плоской голове из короткой курчавой шерсти торчали маленькие рожки. Из-под трупа вытекал ручеёк коричневой жидкости. Тварь несомненно была мертва.
  Почему-то, невзирая на непривычный облик существа, никто не испытывал отвращения, страха или неприязни. Скорее все ощутили печаль.
  - Один из чертей, - сумрачно сказал Джонрако и присел рядом с трупом, - И почему-то у меня есть ощущение, что это - не последний труп. Будь оно всё проклято!
  - И кто же нас теперь выпустит отсюда? - проскрипел Узан, пятясь прочь, - Теперь что, придётся оставаться здесь? Я на это не подписывался! Полундра, ребята!
  - Заткнись! - оборвал его Фаленни и поморщился, - Продолжишь выть - дам в глаз. Главный вопрос: почему чёрт мёртв и кто его прикончил.
  - В точку, - Джонрако тронул мертвеца, - Тело ещё тёплое; значит убийца совершил свое грязное дело совсем недавно. Но, чёрт возьми, если они не прикончили один другого, кто мог убить чертей в их же логове?
  - Ну, вообще-то, они всегда были крайне беззащитны, - внезапно заметил Хастол, до этого державшийся за спинами матросов, - Поэтому и распускали всякие пугающие слухи. Стоило неизвестному проникнуть сюда с враждебными намерениями и никто не смог оказать ему достойного сопротивления.
  - Ты-то откуда об этом знаешь, разрази тебя гром? - изумился Собболи, поднимаясь на ноги, - Тебе никак известно, кто это такие и каким воздухом дышат?
  - Кое что, - печально пояснил парень, - Перед вами - представитель древнейшей расы, нашего мира. Когда-то они жили повсюду, помогая людям познавать начала всех наук и возводить первые города. Но человеческая магия вступила в противоречие с той силой, которой владели Старожилы и это привело к серьёзному противоборству рас. Могучие и мудрые существа запросто могли уничтожить невежественных людей, но это противоречило их кодексу жизни. Старожилы предпочли отступать всё дальше, по мере того, как человек увеличивал ареал своего обитания. Старейшин становилось всё меньше, их силы таяли, а следы прежнего могущества исчезали в веках. Должно быть Чёртова скала - я знавал её под другим названием - была их последним форпостом. Но старожилы никогда не питали ненависти к тем, кто занял их место. Об этом говорит тот факт, что они всегда спасали путников, попавших в беду.
  - На кой же они тогда лазили в наши бошки? - запальчиво выкрикнул Узан, - Врёшь, не были они такими уж хорошими! Тоже хотели иметь свою выгоду и грабили нас. Да наверняка и Око Дьявола они сами запускали, чтобы заманивать жертв к себе.
  - Всё может быть, - пожал плечами Хастол, - Но я слышал, что воспоминания им были нужны для создания идеального существа. Этим они занимаются с древнейших времён. Теперь, насколько я понимаю, их изысканиям пришёл конец.
  - Да и ладно, чёрт с ними, с этими чертями, - Джонрако подозрительно покосился на парня, - Скажи-ка лучше, загадочный молчун, откуда ты всё это знаешь? Когда я трепался с боцманом о Чёртовой скале, ты прикинулся незнающим, а теперь вот выдал...
  - Капитан, вы когда-нибудь слышали о книге Луибира: "Сон основателя"? - спросил Хастол у Джонракко и на его губах появилась лёгкая усмешка, точно у парня возникла смешная мысль, - Это - сборник старых легенд об основании мира. Честно говоря, я не знаю других книг, где ещё упоминаются Старейшины. А ваш вопрос...Я же объяснил: Чёртову скалу я знал под другим названием.
  - Ох, чую приятель, ты мне пытаешься развешать лапшу на ушах, - проворчал капитан, но смягчился, - Чёрт с тобой, сейчас одно не время устраивать исторические диспуты. Если убийца не успел далеко уйти, он может проделать с нами то же самое, а мы тут треплем языками, как старые клуши!
  Стоило капитану сказать свою фразу и все принялись напряжённо разглядывать окружающий мрак. Внезапно Конурри глухо выдохнул и ткнул пальцем.
  - А это ещё какого дьявола?
  В непроницаемой тьме появились слабые сполохи света, поначалу неуверенные, но с каждым мгновением всё больше прогоняющие мрак. Не успел капитан придумать нормального объяснения, как пространство вокруг оказалось освещено не хуже, чем океан в полнолуние. Появилась возможность рассмотреть подземный грот, в полной мере оценив его величину. Своды огромной пещеры уходили всё выше, пока не терялись из виду, а бугристые стены, украшенные то ли разросшимся мхом, то ли выступающими кристаллами, окружали тёмное озеро с круглым островком, посередине.
  На крохотном куске суши некогда располагалось странное строение, состоящее, казалось, из одних колонн и арок. Сейчас оно оказалось охвачено языками ослепительного голубого пламени и оплывало, точно кусок воска рядом с камином. В мертвенном свете пожара, глазам путников предстала жуткая картина: повсюду, куда не кинь взгляд, лежали неподвижные зелёные тела. Никто не выжил.
  А тем временем пламя, пожирающее жилище Старожилов, разгоралось всё ярче. Теперь уже можно было различить тоскливый вой, с которым огонь пожирал строение, а спустя несколько мгновений, кожи коснулся жар, становящийся всё сильнее. Температура увеличивалась так быстро, что людям очень скоро пришлось пятиться назад, заслоняя лица ладонями.
  - Срочно уходим, - скомандовал Джонрако, первым сообразивший, чем грозит столь стремительное увеличение температуры, - Клянусь громом, если не поднажмём, то поджаримся, как рыба на углях!
  В то же мгновение островок взорвался и в оглушительном грохоте его осколки начали падать в озеро, издавая недовольное шипение. Но пламя и не думало гаснуть! Его синие языки плясали на волнах, точно вода превратилась в сухие дрова. Не успели путники начать подъём, как огонь охватил весь водоём.
  Теперь уже не требовалось никаких команд: люди со всех ног неслись к выходу, едва успевая сбивать пламя с тлеющей одежды. Словно ощутив, что добыча ускользает, пожар полыхнул с небывалой силой, разом превратив весь грот в подобие кузнечного горна. Воздух устремился навстречу беглецам, сбивая с ног и препятствуя спасению, а сзади уже настигали прожорливые синие языки, норовя ухватить за ноги и оставляя на ткани чёрные пропалины. Будь подъём хоть немного длиннее, неизвестно, удалось бы кому-нибудь спастись вообще.
  Когда последний беглец выпрыгнул из огненной ловушки, стены пещеры успели раскалиться докрасна, а подошвы ботинок начали прилипать к блокам лестницы. Задыхаясь и кашляя от невыносимого жара, путники выбирались наружу и тотчас бежали прочь, не думая задерживаться, после быстрого бега. Следом, из дыры в холме, вырвался огромный язык синего пламени и лизнул спину замешкавшегося Узана. Матрос оглушительно взвыл и сбросил вспыхнувшую рубаху, предоставив на всеобщее обозрение торс, покрытый множеством разноцветных татуировок. Однако никто не пожелал знакомиться с внушительной коллекцией пошлых картинок, предпочитая спасться бегством.
  Джонрако оглянулся на бегу и увидел, как пышная растительность на глазах превращается в чёрные угли и уносится вверх. Долго наблюдать не получилось: лицо опалило неимоверным жаром и капитан бросился следом за матросами. Спотыкаясь, те мчались по знакомой тропинке, ощущая приближение смертельного огня. Райский островок начинал оправдывать своё название, превращаясь в истинное подобие преисподней.
  Ящерицы, живущие на карликовых деревьях, перестали маскироваться и сыпались вниз, сплошным потоком устремляясь в сторону берега. Их маленькие тела оказались необыкновенно твёрдыми и скользкими, отчего беглецы то и дело поскальзывались и падали. Ошеломлённые Замус и Фурини, стоявшие около шлюпки не знали, на кого и смотреть: на спотыкающихся товарищей или на стену памяти за их спинами.
  - Быстрее, дармоедлы! - кричал Джонрако, на бегу, - Шлюпку на воду, чтоб вас разорвало! На воду!
  - Давай, давай! - вопили матросы, утопая ногами в песке, - Пол-лундра!
  Изумлённый Замус ещё топтался на одном месте, а более сообразительный Фурини уже толкал лодку, изо всех сил упираясь ногами. Его усилия принесли нужные плоды и к тому времени, как группа путников достигла берега, шлюпка уже покачивалась на волнах. Люди, поднимая брызги, прыгали в воду и торопливо взбирались на борт спасительной посудины. Последний ещё забирался внутрь, а вёсла уже вонзились в волны, направляя шлюпку к "Морскому Чёрту". Всех очень подстёгивала картина невероятного пожара, торопливо дожирающего последние деревья и приступавшего к уничтожению песчаного пляжа. Островок превращался в сгусток пламени, где нет места ничему живому.
  - Не успеем свалить - нам крышка, - пробормотал Джонрако и опустил руку за борт, - Тепло, дьявол! Если это чёртово пламя жрёт даже воду, вряд ли нам удастся выжить просто оставаясь вдали от богом проклятой земли.
  - Что за дерьмо! - прохрипел Конрри, налегая на вёсла, - Попали из одного шторма прямиком в другой; из водяного в огненный, мать бы его...
  Шхуна была уже рядом и множество голов, торчащих над бортом говорило о том, что происшествие на Чёртовой скале не осталось незамеченным для остальной команды. Стоило шлюпке стукнуть бортом о корабль, как вниз тотчас полетели концы и трап. Лодку поднимали так быстро, что умудрились вытащить ею зазевавшегося Узана.
  Среди множества любопытствующих лиц, капитан в первую очередь отыскал то, на котором тревога мешалась с облегчением и мгновенно успокоился. Почему лицо пассажирки так успокоило его, даже во время этой грозной опасности, он и сам не смог бы сказать. Но первым делом он подозвал помощника. Далин отпихнул сразу несколько матросов и приблизившись, поинтересовался, указывая пальцем на пылающий остров:
  - Ваша работа?
  - Слишком хорошо о нас думаешь, - буркнул капитан, - Мне, чтоб устраивать такой кавардак, ещё учиться и учиться. Не знаю, какой мерзавец учинил эту пакость, но нам нужно срочно делать ноги, пока задница не задымилась.
  - А что с чертями?
  - В том-то и дело, - скрипнул зубами Джонрако, - Все мертвы, до единого! Ума не приложу, как будем уходить. Но попытаться стоит - не подыхать же, подняв лапки. Парус сменили?
  - Только что, - ухмыльнулся помощник и ткнул пальцем на свежее полотнище, - Ребята работали, как настоящие дьяволы. Я им пообещал выдать линьков, если не успеют к твоему возвращению.
  - Тогда, немедленно поднять якоря и к чёртовой матери, пока распроклятый кусок земли не отправился в небеса вместе с нами! - капитан бросил взгляд в сторону Чёртовой скалы, где вздувался огромный синий пузырь, напоминающий зрелый чирей, - И времени у нас остаётся - всего ничего.
  Бешено затарахтел кабестан, наматывая канат на конце которого висело раскорячившееся чудовище. На поверхности странно посветлевшей воды можно было заметить множество дохлых рыбин, всплывающих животом вверх и прочих водных тварей, убитых невыносимым жаром.
  Паруса шхуны наполнялись ветром так медленно, словно корабль не торопился уходить с места стоянки. А тем временем деревянные части корпуса начали испускать струйки бледного дыма. К металлическим же и вовсе было не прикоснуться.
  За бортом происходило совсем фантастическое: воды океана бурлили, как похлёбка в раскалённом котелке. Недалеко от кормы Чёрта волны взметнулись высоким фонтаном и на поверхность вырвалось огромное чудовище, ревущее от боли и ярости. Это была исполинская тварь, напоминающая бочонок с коротким плоским хвостом, шипастыми плавниками и бугристым черепом на длинной шее. Голова непрерывно поворачивалась из стороны в сторону и щёлкала острыми клыками.
  Когда-то чудовище наводило ужас на обитателей местных вод, а теперь само спасалось от смертельной опасности. Всё тело твари покрывали жуткие язвы мертвенно белого цвета, сочащиеся гноем, а один из глаз лопнул. Чудовище пыталось загребать плавниками, но силы окончательно оставили израненное тело и крикнув в последний раз, монстр безвольно закачался на кипящих волнах.
  Морщась от многочисленных ожогов, матросы с ужасом поглядывали на раскалившийся добела пузырь пламени, приближающийся к шхуне. Все отлично понимали, какая участь ожидает их, если не удастся покинуть зону жуткого пожарища.
  - На островах, за полосой Сумрака, - проворчал Собболи, стряхивая пот со лба, - У одного, из богом забытых племён есть дурацкий обычай: одного из дикарей привязывают к лодке и оправляют в плавание, подпалив чёртову посудину. Если лодка утонет до того, как сгорит полностью - племя обречено на голод; если наоборот - год ожидается урожайный.
  - Какой ужас! - выдохнула Шания, обмахиваясь кружевным платком, - Бедные люди!
  - Они - не люди, - уточнил Джонрако, - И плыть на огненной лодке, у них - высочайшая честь, для самых достойных.
  - К чему вы это сейчас, капитан? - поинтересовался Хастол, на смуглой физиономии которого не наблюдалось и следа переживаний.
  - Мне кажется, - криво ухмыльнулся моряк, - Что мы можем оказаться теми, самыми достойными, которые отправятся на дно, вместе с пылающим кораблём.
  - Не говорите так! - ужаснулась Шания, бледнея, - Я верю, что нам удастся спастись и от этой опасности. Ваше судно, капитан, выдержало уже столько опасностей!
  - В тот то и дело, - Джонрако пожал плечами, испытывая непереносимое желание сбросить одежду, пропитавшуюся потом, - Что на нас обрушивается слишком много, этих самых, испытаний, мать бы их так! Словно все демоны ада ополчились против нас. Когда-нибудь что-то да закончится; то ли иссякнет наше везение; то ли придёт предел прочности моей посудины; то ли я сам свихнусь от постоянного невезения.
  - Вы, очевидно, считаете, что это именно я принесла неприятности вашему кораблю? - виновато спросила девушка, - Я случайно слышала разговор двух матросов и они высказались вполне определённо.
  - И какого же чёрта они трепали? - прищурился Собболи, в то время, как желваки на его щеках ходили, словно два булыжника, - Если не способна повторить слово в слово, можешь передать общий смысл.
  Шания зарделась, видимо припоминая разговор, насыщенный солеными словечками и отрицательно покачала головой.
  - Мне бы смовсем не хотелось, - она оборвала фразу, - В общем, смысл такой: женщина, на корабле - к несчастью. Всё так же, как вы сказали мне тогда.
  Джонрако, уже заготовивший гневную фразу, услыхав последние слова, поперхнулся и громко кашлянул. Затем он, неожиданно для самого себя, ощутил, как его физиономия получила дополнительный заряд жара, не имеющий ничего общего с повышением температуры воздуха. Впервые, за долгий промежуток времени, этот, просоленный и обветренный морской волк краснел от слов обычной девушки. Собболи осторожно посмотрел по сторонам: никто ничего не заметил? Но Шания стояла, потупив взор, Хастол следил за пылающим островом, а матросы были слишком заняты делом, чтобы следить за переживаниями капитана.
  Тем временем, шхуна-таки начала набирать ход, разрезая форштевнем шипящие волны и оставляя за кормой след чистой воды, свободной от тел умерших обитателей океана. Ветер, поначалу обжигающе-горячий, приобрёл некоторую свежесть, немного охладившую разгорячённых матросов. "Морской чёрт", поскрипывая дымящимися бортами, начал споро уходить из опасной зоны.
  Однако вздыхать с облегчением оказалось слишком рано: катастрофа ещё не миновала. Белый пузырь, раздувающийся на месте, где прежде поднималась Чёртова скала, внезапно лопнул, растекаясь по волнам океана озером расплавленного металла. А в центре огненного пятна вздымался исполинский фонтан пламени, точно намереваясь достигнуть небес и пронзить их. Глухой рокот наполнил пространство, вынуждая вибрировать нутро каждого и наполняя сердце предчувствием неминуемой гибели.
  В то же мгновение произошло то, чего так опасался капитан. Шхуна, быстро идущая вперёд, начала замедлять ход, невзирая на паруса, полные ветра, а нос корабля повело влево, словно он скользил по прочному стеклу невидимой преграды. Джонрако изрыгнул замысловатое ругательство и повернулся к рулевым.
  - Удерживать курс, мать бы вашу так!
  Рослые парни, напрягая мышцы и обливаясь потом пытались вывернуть штурвал, но он, точно живое существо, обладающее собственной волей, не желал подчиняться их усилиям, возвращая корабль на гибельный курс.
  - Держаться! - ещё раз рявкнул Собболи и не удержавшись, сам бросился к штурвалу, - Я покажу этому, богом проклятому, сыну шлюхи, кто тут хозяин!
  Зубы капитана скрипели, а мышцы разрывались от боли, но ему-таки удалось направить корабль вперёд. К сожалению, положения это не спасло: скорость продолжала падать, пока Чёрт не остановился, ткнувшись бушпритом в незримую преграду.
  - Этот распроклятый барьер, о котором я толковал! - рявкнул капитан и в бессильной ярости, стукнул кулаком по рукояти штурвала, - Поганый остров исчез, а барьер остался.
  - Может шмальнём из пушки? - прохрипел взъерошенный Далин, замерший посреди толпы обескураженных матросов, - Пробьём заразу к такой-то матери!
  - Чёрта с два! - угрюмо бросил Джонрако и со вздохом отпустил рукоять штурвала, - Поганый луч проходит насквозь, без всякого результата. Уже пробовали.
  - Позвольте-ка мне, капитан, - Хастол с безмятежным видом оправил плащ и достал из-под него странный предмет, напоминающий клубок металлических змей, - Возможно у меня получится решить эту небольшую проблему.
  - Небольшую? - хохотнул капитан и взглянул на штуковину в руках пассажира, - Не такая уж она небольшая. Что это за хрень? Думаешь, поможет?
  - Понятия не имею, - пожал плечами Черстоли, но в уголках его губ обозначилась скрытая усмешка, - Попробовать то стоит, в любом случае. Всё равно, ничего другого никто предложить не сможет, насколько я понял.
  - Валяй, - махнул рукой Джонрако, ощущая безумную надежду и пытаясь загнать её, как можно дальше.
  Не говоря более ни единого слова, Хастол сбежал по трапу шканцев и пройдя через толпу расступившихся матросов, поднялся на бак. Там он замер и несколько секунд разглядывал пространство перед кораблём, точно видел нечто, скрытое от глаз остальных. Потом пассажир принялся сжимать металлический клубок, как это делают дети севера, когда лепят снежок. Предмет уменьшился почти в два раза и начал светиться, точно восходящее светило.
  Внезапно светящийся шар вылетел из рук парня и на огромной скорости устремился вперёд. Но полёт этот оказался недолог; почти сразу сияющий шарик вонзился в невидимую преграду и взорвался. Стоило рассеяться багровому дыму взрыва и по воздуху побежали расходящиеся концентрические круги красного цвета. Запахло грозой.
  В то же мгновение "Морской Чёрт" дёрнулся так, словно ему кто-то отвесил мощного пинка и устремился вперёд. Оглушительно засвистело и под аккомпанемент пронзительного визга, корабль вырвался на свободу. Волна, возникшая на месте прорыва, подпихнула шхуну вперёд, а свежий ветерок, не тронутый дыханием всепожирающего пламени, взъерошил волосы людей и освежил пылающие тела.
  Тотчас вопли радости заглушили плеск волн и посвистывание ветра. Многие матросы, не в силах удержаться, после неожиданного спасения, пустились в пляс. Шания, с сияющими глазами, бросилась на грудь Джонрако и принялась целовать его в обе щеки, восклицая нечто непонятное, но несомненно выражающее счастье. Ошеломлённый этим проявлением чувств, капитан не преминул обнять девушку за талию и притянуть поближе.
  При этом он случайно взглянул вперёд и увидел одинокого Хастола на носу корабля. Парень, лицо которого не выражало особой радости, смотрел назад, за корму шхуны.
  Стараясь не отстранять прижавшуюся девушку, Джонрако осторожно обернулся. Глаза морехода, на мгновение, ослепила вспышка невероятной яркости, принявшая форму купола, выраставшего из тела океана. Потом она погасла и более ничто не нарушало ход бесконечных серо-зелёных валов. Казалось, будто ужасное происшествие было лишь кошмарным сном, который благополучно завершился.
  Магистр, застигнутый врасплох полыхнувшим светом, отпрянул от зеркала и прикрыл лицо узкой костлявой ладонью. Лицо чародея искажали жуткие гримасы, словно его мучила сильная боль. Когда колдун вновь посмотрел на магическое приспособление, то увидел, как за прозрачной преградой бушует бесконечное море огня. Магистр осторожно протянул руку и коснулся пальцами поверхности зеркала. Словно дожидаясь именно этого, стекло лопнуло, с оглушительным звоном, разлетевшись длинными кривыми осколками.
  Волшебник, с громким воплем, отскочил назад и рухнул на пол. Язык пламени, похожий на щупальце, вырвался из зеркала и протянулся вперёд, точно пытался схватить лежащего чародея. Однако Магистр, мотая ушибленной головой, выбросил правую руку вперёд и огонь, затрепетав, втянулся обратно. Пламя полыхнуло ещё раз и погасло. На стене осталась лишь пустая рама, скалящаяся уцелевшими осколками, точно пасть издохшего монстра.
  ГЛАВА 15. КОЛОННА
  - А я говорю: проверь ещё раз, дряхлая треска! - настаивал Джонрако, нависая над картой, - Я же вижу, какая ерунда получается, лопни моя селезёнка! И если я говорю проверить - проверяй, иначе я сверну твою тощую шею!
  Шея навигатора действительно напоминала сухую палку, настолько была худа. Да и сам старикашка, спрятавшийся от гнева капитана за своими хитроумными приборами походил на пугало, которое, ради смеха, нарядили в матросские штаны и невообразимо длинный бушлат. Сейчас Фич подслеповато щурился, пытаясь разобраться в собственном мелком почерке. Навигатор подносил то к одному, то к другому глазу линзу в медной оправе и едва не водил носом по жёлтым страницам навигации. Всякий раз, когда Джонрако негодующе громыхал, обращаясь к пассажирам, старик втягивал голову в плечи.
  - Это же надо! Пока мы рискуем жизнью в бурях и стычках со всякой мерзостью, это трухлявое бревно отлёживает бока в каюте, - Собболи метнул в навигатора негодующий взгляд, - А когда начинаются проблемы по его части, я не слышу ничего кроме дурацкого кряхтения и пердежа! Нет, я всё-таки сверну ему шею.
  Фич поднял голову от записей и сипло пропищал:
  - Все вычисления составлены точно, - он ткнул узловатым пальцем в таблицу, напоминающую творение сумасшедшего паука, - Ошибок нет. Мы находимся именно там, где и должны.
  - А ты должен находиться за бортом! - взревел капитан и схватив навигатора одной рукой, легко приподнял над столом, - Если я говорю: перепроверь - значит делай. Иначе я заменю тебя Фалином, у мальчишки и то больше мозгов.
  - Но может он действительно прав? - неуверенно поинтересовался боцман, поглядывая на карту, испещрённую множеством разноцветных пометок, - Плавание и до этого нельзя было назвать обычным. Просто на одну сраную непонятность больше.
  - Но не до такой же степени, чёрт меня дери! - воскликнул Джонрако и приложил кулаком по столу, - Хочешь сказать, что Чертяка перепрыгнул столько миль?
  - Капитан, - Хастол решил поучаствовать в оживлённой беседе, - Не могли бы вы объяснить, в чём суть происходящего. Честно говоря, я нахожусь в недоумении.
  Джонрако повернул к нему багровое, о ярости лицо и открыл было рот, для резкой отповеди, но не успел. Шания, стоящая рядом с Черстоли, улыбнулась и очень тихо сказала:
  - Пожалуйста.
  - Вот ведь какое дело, - приходилось быстро проглатывать слова, вертевшиеся на языке, - По всему выходит, что наше посудина прошла не больше трёх миль, - он указал на карте точку, обозначающую расположение погибшего острова, - А эта старая развалина высчитала, что Чёрту остаётся до острова Колонны около тридцати миль. То есть выходит мы разом перепрыгнули чёртову прорву океана. По крайней мере, прежде мы проходили этот путь за неделю.
  - Я три раза производил вычисления, - вставил Фич, пытаясь освободиться из хватки капитанской руки, - И ни разу не допустил ошибок. Координаты совпадают.
  - Заткнись! - Джонрако разжал пальцы и навигатор шлёпнулся на палубу, - Или объясни, как мы могли так быстро достигнуть Колонны? Не знаешь, чёртов придурок? Тогда, просто молчи.
  - Капитан, что вы себе позволяете? - возмутилась Шания, - Это же - старый человек!
  - Тебя забыл спросить! - огрызнулся Собболи, ощущая, тем не менее, нечто похожее на угрызения совести, - В первую очередь, он - член команды. Моей команды! А значит должен хорошо выполнять свою работу. А я этого не наблюдаю.
  - Мне кажется, вы ошибаетесь, - возразил Хастол и глядя на вздыбившегося капитана, пояснил, - Когда мне удалось проделать дыру в барьере, образовался своего рода тоннель и он мог вывести куда угодно, совсем не обязательно в окрестности Чёртовой скалы.
  - Так какого же чёрта, - начал Джонрако, но Хастол прервал его, закончив объяснение.
  - Предмет, которым я воспользовался, назовём его - ключ, к моему огромному сожалению, давным-давно не действует, как должно, поэтому решительно невозможно предсказать, куда способен привести образованный тоннель. Если бы не угроза гибели, я бы, честно говоря, не стал рисковать.
  Фич, который внимательно слушал разговор, сообразил, что гроза прошла стороной и тотчас оживился. На впалых щеках заиграл румянец и навигатор самодовольно провёл пальцем по чахлым кустикам усов.
  - Я же говорил, - сказал старик, сияя, точно начищенная медь, - В моих вычислениях не может быть ошибок. Ещё никогда Фич не допускал серьёзных неточностей...
  - Ну, можно не принимать во внимание тот случай, когда мы промахнулись мимо Ширине на проклятую сотню миль, - хмуро сказал Далин, который, как и капитан, недолюбливал ленивого старикашку, - Это - навскидку, а ведь я могу напрячь память.
  - Погодные условия, - Фич сник.
  - Лучше заткнись, - оборвал его Джонрако и склонился над картой, сосредоточенно изучая участок, обведённый пером навигатора, - Стало быть, мы приближаемся к острову Колонны, а значит нужно менять курс, если мы хотим его обойти без потерь времени.
  - Юго-юго-восток, - подтвердил боцман, внимательно следящий за перемещением капитанского пальца по карте, - Тогда нам не придётся огибать тот гадский мыс, с его банками.
  Хастол подошёл ближе и взглянув на карту, попытался разобраться в мешанине непонятных пометок. Судя по всему, получалось плохо. Шания же, которая последовала его примеру, вообще ничего не поняла в замысловатых линиях, кружках и пересекающихся стрелочках. Пожав плечами, девушка отвернулась, предпочитая рассматривать просторы океана.
  - Капитан, - вежливо обратился Хастол к Джонрако, - Насколько я понял из вашей беседы с помощником, вы собираетесь обогнуть остров Колонны?
  - Совершенно в точку, - подтвердил мореход и посмотрел на пассажира, - Если немедленно не сменить курс, то спустя несколько миль нам придётся потратить массу сил и времени, чтобы лавировать между банками и отмелями.
  - Я не об этом, - Хастол улыбнулся, - Хотелось бы попросить вас об одолжении. Не могли бы мы сделать остановку на острове?
  Далин громко хрюкнул, разглядывая пассажира так, словно видел его в первый раз. Собболи же нисколько не удивился, точно ожидал чего-то подобного. Взгляд холодных голубых глаза встретился с непроницаемым мраком глаз Черстоли и увяз в их несокрушимой защите. На мгновение у капитана возникло ощущение падения в бездну и он предпочёл опустить взор на карту. Потом глухо кашлянул.
  - Ну и какого же чёрта тебе нужно в этом собачьем раю? - поинтересовался мореход, поглаживая бороду и ухмыльнулся, точно вспомнил нечто, крайне забавное, - Мне-то, в своё время, приходилось частенько бывать в этой дыре и я сыт ею по горло. Лохматые бездельники, живущие на острове тащат всё, что плохо лежит, но не останавливаются и перед хорошо стоящим, висящим и даже прибитым к стене. Один раз я не выдержал и хотел вздёрнуть парочку воришек, но Ива отговорил.
  - Ива? - Хастол прищурился, - Вы имеете в виду Иварода?
  - Да его же, кого ещё! Чёрт бы побрал толстого мошенника, - теперь капитан усмехался вовсю, - Вот же продувная бестия, этот руководитель собачьего сброда. Сколько раз его собирались казнить и всякий раз мерзавцу удавалось улизнуть из-под самого топора. Ты знаешь его?
  По лицу парня словно скользнула тень, а тёмные глаза, на мгновение, стали ещё темнее. Потом Хастол медленно кивнул.
  У тебя никак дело к нему? - Джонрако хохотнул. Вторя ему засмеялся боцман, возбуждённо хлопая себя по ляжкам, точно выслушал сальный анекдот, - Тогда, приятель, слушай, что я скажу. Нет, если ты хорошо знаешь негодяя, мой совет не потребуется, а вот если нет...Когда будешь разговаривать с мошенником, держи ухо востро, а карманы - под наблюдением. Если Ива сам не может обчистить тебя, то всегда приглашает парочку помощников. Ты разговариваешь с гадом на серьёзные темы, а в этот момент какое-то лохматое чудо, с жалобным взглядом, карабкается на твои колени и преданно смотрит в глаза. Расчувствовавшись, гладишь сволочь по голове, а окончив разговор, обнаруживаешь отсутствие кошелька, часов и целой кучи других ценных вещей. Ива негодует, надувается от важности и обещает наказать ублюдка и вернуть всё обратно. Естественно, ты уже никогда в жизни не увидишь украденного.
  - Помнишь Скрюченного? - хихикнул Далин, - Как он тогда орал, что сроет это мерзкое логово, а всех волосатых негодяев повесит на остатке колонны.
  - Больше он здесь не появлялся, - хмыкнул Джонрако, - И до сих пор, при одном воспоминании об Иве его скрючивает ещё больше, а ругательства сыплются, как из дырявого мешка.
  - Постараюсь принять это к сведению, - улыбнулся Хастол, - И надеюсь, мне удастся избежать подобной участи. Так, стало быть, Иварод руководит собачьей колонией?
  - Руководит - сильно сказано, отсохни его хвост, - Джонрако покачал головой, - Разве этой бандой разгильдяев вообще возможно командовать? Мерзавец ведёт кое-какие торговые операции, а остальные вынуждены слушаться, чтобы получить свой кусок мяса на обед. Чёртова псина умудряется накалывать и своих и чужих, чтоб ему издохнуть от переедания!
  - Что это?! - испуганно вскрикнула Шания, которая напряжённо всматривалась в воды океана, - Там - морское чудовище! Змей!
  - Эй, засранец! - боцман поднял голову, злобно уставившись на матроса в марсовой бочке, - Глаза повылазили, сонная морда? Так я тебе их на зад натяну!
  - Право руля! - скомандовал Джонрако, повернувшись к рулевым, - Быстрее, олухи, пока мы не оцарапали киль! Только этого не хватало, проглоти меня акула!
  Матросы навалились на штурвал и "Морской чёрт", скрежетнув о что-то, под водой, дал правый крен. Далин сплюнул за борт и погрозив наблюдателю кулаком, скатился со спардека на палубу. Джонрако же, в сопровождении Хастола, подошёл к Шании, которая продолжала указывать пальцем куда-то, в катящиеся зелёные валы волн.
  Нечто огромное, округлое, выступало из глубин океана, показывая людям лишь небольшой кусок, покрытый сплошным ковром изумрудных водорослей. Лучи светила, прорвав толщу вод, играл на этом живом покрытии, превращая его в подобие шкуры исполинского змея. Среди колышущихся зелёных прядей играли в прятки разноцветные рыбёшки и тускло блестели панцирем большие пурпурные раковины.
  Чем бы ни была непонятная штуковина, её размеры поражали воображение: уходя на неведомую глубину в одну сторону, она другим концом устремлялась к острову, который из точки уже успел превратиться в чётко очерченную землю.
  Осмотрев странный предмет, Джонрако улыбнулся и сказал:
  - Сколько лет хожу здесь, а она всё не меняется, - он задумчиво почесал нос, - Впрочем, что ей до моего возраста? Она ведь лежит здесь пятое тысячелетие и хоть бы что! Не знаю, насколько птицекрылы сильны в другом, но строители они были отменные.
  - Так \это - не змей? - понизив голос, поинтересовалась Шания, рассматривая необычный предмет без прежнего ужаса, - Тогда, что?
  - Змей, ха! - ухмыльнулся капитан, - Змеюки подобного размера водятся только за Сумеречной полосой и если ты видишь тварь на таком расстоянии, то можешь считать, что твоя песенка спета. Перед тобой - Великая Колонна птицекрылого народа, разрушенная во время Войны за Возвышение.
  - Колонна? - Волли, с благоговением, уставилась на циклопическое сооружение, - Какой же она была высоты, когда стояла вертикально? Протыкала облака до самого неба?
  - К этому строители и стремились, - сказал Хастол, не оборачиваясь, - Их вражда с Молитаром достигла своего пика именно во время Войны за Возвышение. Крылатые люди сумели остановить воздушный замок Тёмного владыки над островом и начали возводить Колонну, пытаясь ворваться в его обитель.
  - Ты тоже читал "Криммени не Винзеретто"? - поинтересовался Джонрако, - Всегда приходил в бешенство, когда доходил до этого места. Чёртов автор подробно описывает нудные собрания религиозных конфессий, подготовку штурмовых отрядов и тактику обороны. Потом десяток фраз о завершении боевых действий и разрушении Колонны. Всё, мать бы его, справился!
  - Нет, я изучал Войну за Возвышение не по этой книге, - хмыкнул Хастол и плечи его затряслись, точно парня повеселила какая-то шутка, - Но я могу предложить вам, капитан, более подробное издание.
  Пассажир повернулся и в его руках Джонрако увидел крошечный, по формату, но очень толстый том, в металлическом переплёте. На обложке блестело одно-единственное слово: "Молитар" причём заглавную букву выделили в самостоятельный знак.
  Собболи осторожно принял книгу и бережно отомкнул защёлку, скрепляющую обложку. С лёгким щелчком фолиант распахнулся, выпустив на свободу тысячи тончайших страниц, испещрённых мелкими, почти неразличимыми буквами. Ни единой иллюстрации или хотя бы фронтисписа - только текст. Капитан прочитал начало первой главы, а потом благоговейно перелистал страницы, изредка останавливаясь в особо интригующих его местах. Когда мореход оторвался от чтения, его физиономия отражала крайнюю степень изумления.
  - Я очень давно и очень много слышал про эту книгу, - сказал он Хастолу, поглаживая металл обложки, - Но никто не мог сказать, где её можно найти. Однажды один князёк, из Фира, предлагал целое состояние тому, кто доставит ему это произведение. Я не взялся - зачем заниматься бесполезным делом? Даже лесные братья Карта не сумели отыскать ни единого экземпляра! Честно говоря, я уже начал думать, будто "Молитар" - мифическая книга, как и трактат о Бессмертии. Чёрт меня дери!
  - Ну, вообще-то, вы не так уж далеки от истины, - на губах Хастола блуждала загадочная улыбка, - Осталось всего три экземпляра жизнеописания Тёмного повелителя и два из них находятся в недоступных человеку местах. Один хранится в Магистериуме - логове Магистра, посреди Сумеречной полосы, а второй...Кажется я подзабыл, где его скрывает одна демоница.
  Шания, различившая фальшь в последней фразе, пристально уставилась на парня, но так ничего и не смогла прочитать на смуглом лице.
  - Я дарю вам эту книгу, - юноша учтиво склонил голову, - Как залог нашего счастливого прибытия на Калларис. Кстати, если вас ещё интересует история падения Колонны, то она находится на страницах, с две тысячи трёхсот третьей по пятую.
  Джонрако, который утратил речь, получив столь щедрый подарок, оказался способен лишь пролистать страницы до указанного места.
  - Возможно стоило бы прочитать вслух, капитан, - с ноткой язвительности в голосе, заметила Шания, - Кое-кому здесь тоже интересно узнать об этой громадине.
  - Это тебе, что ли? - промычал Джонрако, но спорить не стал, а откашлявшись, принялся за чтение.
  "В день пятисотый, от начала ведения боевых действий, когда все города на побережье двух островов оказались сметены искусственно направленной волной, Колонна достигла середины задуманной высоты и пришлось спешно начинать работы по её укреплению, ибо драконы, направляемые Молитаром, непрерывно атаковали постройку, пытаясь его разрушить или хотя бы замедлить Возвышение.
  В небе, над островом, возвели заграждение из призрачных сетей с отравленными шипами и многие драконы пали замертво, наткнувшись на ядовитые колья. Молитар отозвал уцелевших крылатых ящеров и строительство Колонны далее продолжалось без помех.
  Тёмный повелитель погрузился в размышления. Враги его осуществляли свой замысел и по расчётам выходило, что Колонна достигнет Воздушного замка не более, чем через пятнадцать дней. После этого неминуемым становилось вторжение птицекрылов и ближний бой.
  Крылатые воины в этот момент производили концентрацию сил, собирая армии и военную технику у подножия Колонны. Воздух потемнел от изобилия отрядов, а остров напоминал исполинский муравейник, где не наблюдалось и клочка свободной земли.
  Тем временем, наверх подняли мощные осадные орудия, из которых канониры пытались поразить основание Воздушного замка. Высота Колоны еще не позволяла достигнуть нужной точности и плазменные заряды рассеивались в пространстве, не достигнув цели. Но строение продолжало расти и уже недалёк был тот час, когда артиллеристы начнут реально угрожать жилищу Молитара.
  Осознав это, тёмный властелин, принял решение обратиться к союзникам и сошёл с Чёрного трона. Его вассалы на двух островах пали в жестокой сече, а их города лежали в руинах. Континент же поддерживал птицекрылое племя в борьбе против тёмного властелина, надеясь поживиться, как это делают все стервятники.
  Единственной надеждой Молитара оставался Сантри, где он основал школу изучения воинского искусства. С тех пор, правда, миновало полторы сотни лет и сменилось два поколения бойцов. Когда властелин прибыл на остров, то с горечью обнаружил, что учеников там крайне мало и выглядят они скорее, как слабые подростки, чем как непобедимые витязи.
  И впал тогда Молитар в чёрное отчаяние, ибо предвидел он своё поражение в грядущей битве. И когда стоял он, погружённый в мрачные раздумья, подошёл к нему один из отцов-настоятелей Сантри и поинтересовался, в чём причина печали их основателя. Поведал владыка, что ведёт он неравную борьбу с армией надменных птицекрылов и ждёт поражения, ибо прежние союзники пали, а новых у него - нет. И рад бы Молитар применить магию, но не способен из-за козней неведомого чародея, окружившего Колонну таинственным заклятием.
  Тогда удивлённый отец-настоятель спросил, почему не желает воспользоваться владыка помощью бойцов Сантри. Когда услышал он, что разочарован Молитар внешним видом бойцов, то сильно развеселился. Властелин, не понимая причин столь неуместного веселья, спросил, почему смеётся собеседник и тот поведал, что внешность бойцов не соответствует их возможностям. Подозвал он одного из послушникам и приказал продемонстрировать Молитару простейшую технику владения мечом и оказалось это так поразительно, что владыка был поражён.
  Тотчас же организовали несколько отрядов из самых опытных и умелых бойцов, которые выдвинулись к острову Колонны. Большая часть воинов атаковала подножие сооружения, а меньшая, во главе с самим Молитаром, поднялась на вершину.
  Наступил пятьсот тринадцатый день Войны за Возвышение и Колонна была практически завершена. Оставалось поднять тяжёлые орудия на штурмовую площадку и разрушить основание воздушного замка. Но этому уже не суждено оказалось сбыться.
  Тёмный властелин создал мощный шторм, под прикрытием которого началась атака воинов Сантри. Войска птицекрылов, ожидающие сигнала к началу штурма не ожидали внезапного нападения и не сумели организовать оборону тылов. Кроме того, мощные птицекрылы, успевшие разбить армию Двух островов, с презрением отнеслись к малочисленной группе низкорослых тщедушных бойцов. Прежде чем крылатые люди успели осознать ошибку, ряды их солдат значительно поредели.
  Маленькие проворные солдаты перемещались необыкновенно быстро, демонстрируя истинные чудеса нападения и защиты. Большинство из них оказались способны блокировать и перехватывать заряды луков и арбалетов, а в ближнем бою они не оставляли противнику ни единого шанса. Слишком поздно надменные птицекрылы попытались воспользоваться своим природным преимуществом - крыльями, но даже это не принесло им ожидаемого успеха.
  Молитар снабдил воинов Сантри специальными магическими поясами, которые позволили им сражаться не только на земле, но и воздухе. Потерпев поражение, птицекрылы начали отступать к Колонне, пытаясь укрыться за её неприступными стенами, избежав неминуемого истребления. Если бы им это удалось, то нападающие попали бы под мощный огонь штурмовых орудий. Чтобы спасти большую часть сил, Главный Гнездовщик бросал в бой всё новые заградительные отряды и всё пространство у входа в Колонну оказалось усыпано телами павших птицекрылов.
  Именно в этот момент небольшой отряд бойцов Сантри атаковал вершину Колонны, мгновенно смяв строителей и немногочисленные отряды охраны. Тем не менее, погибающие успели послать зов о помощи и Главный Гнездовщие понял, в чём заключается план Тёмного властелина. Он тотчас послал элитные войска своего племени наверх, пытаясь избежать полного разгрома.
  Таинственный чародей, выступивший на стороне Гнездовий, пытался сообразить, стоит ли ему и дальше помогать союзникам или пришло время предоставить их самим себе. В то время, когда гвардия птицекрылов теряла лучших солдат, отступая ярус за ярусом, волшебник-ренегат осуществил акт повторной измены и покинул Колонну. С его исчезновением, защитные чары, возложенные на строение, начали слабеть, пока не истаяли совсем.
  Молитар первым ощутил это и тотчас приказал своим бойцам отступать. Бойцы Сантри, хоть и удивились непонятному приказу, но в силу своей дисциплины не стали его обсуждать, а мгновенно подчинились. Солдаты птицекрылов, воодушевлённые видом бегущего врага, пытались организовать преследование, но их противник растаял в тенях и пропал, как и не было.
  Главный Гнездовщик понял, что происходит нечто трагичное, для его народа, но уже ничего не успел предпринять. Из чёрных туч, собравшихся в небе над Колонной, ударили тысячи молний, поразивших основание сооружения, а уцелевшие драконы, тотчас набросились на верхушку постройки. Грохот стоял такой, что его могли расслышать даже жители континента.
  Основание гигантской башни не выдержало и дало трещину. Птицекрылы, которые находились внутри, поняли, что их цитадель превращается в смертельную ловушку и ринулись наружу. Напрасно Главный Гнездовщик призывал их остаться и предотвратить падение Колонны - никто его не слушал. Крылатые люди гибли у врат, сминая один другого, но всё оказалось напрасно.
  Тучи вторично изрыгнули молнии, а драконы направили удар в одну точку и Колонна не выдержала. Гигантское сооружение переломилось у основания и обрушилась в воды океана, окружающего остров. Но величина строения оказалась так велика, что часть её осталась на поверхности и лишь со временем, волны немного укрыли упавшую Колонну. Однако даже спустя сотни лет, проплывающие мимо путники, могут наблюдать её сквозь толщу вод.
  Жалкие остатки некогда великой армии птицекрылов, потерпев чудовищное фиаско, попытались укрыться в многочисленных пещерах острова. Воины Сантри намеревались преследовать их и уничтожить, до единого, но Молитар запретил бессмысленное истребление выживших.
  Тёмный властелин поблагодарил союзников за помощь и отпустил их, пообещав вечное покровительство, а сам остался на развалинах Колонны. Молитар смог различить, тайные глубины поверженной башни, уходящие так глубоко, что почти касались демонической преисподней. Настоящий лабиринт, полный смертоносных ловушек, уходил вглубь и властелин ощутил присутствие волшебника -ренегата среди запутанных тоннелей. Велико было желание узнать, кто скрывается под маской и сорвать её с предателя, но внизу власть врага оставалась сильнее мощи Молитара и властелин отказался от погони. Он лишь наложил на кони Колонны мощное заклинание, навсегда закупорив подземелье.
  После этого Молитар вернулся в свой замок и заняв место на Чёрном троне, вновь погрузился в мир плывущих грёз. И это - конец Войны за Возвышение и конец Колонны птицекрылов. Смертным преподнесли урок, который они запомнили надолго.
  - Это - всё, - заметил Хастол, стоило Джонрако оторваться от прочитанной страницы, - Дальше идёт совершенно иная история, которую вы прочтёте позже.
  - Какая? - тут же спросила Шания, внимательно выслушавшая всю историю падения Колонны, - Просто обожаю читать и слушать исторические рассказы, особенно если там есть любовь.
  - Наш уважаемый капитан почитает и о любви, - губы парня улыбались, а глаза оставались непроницаемо-печальными, - Это как раз следующая история. Рассказ о сложных отношениях Молитара и сестёр Сезонов.
  - Леди Осень, Леди Весна, - пробормотал Джонрако, с явной неохотой закрывая книгу, - Слышал я эти россказни и они больше напоминают сказки для маленьких детей.
  - Особенно та, которая относится к Леди Зиме, - заметил Хастол и Шания ощутила некий хорошо скрываемый надрыв в его голосе, - Но она и самая интересная.
  - Я тоже слышал такое, - подал голос один из матросов, стоящих за штурвалом, - Прошу прощения, конечно, что лезу не в своё дело, просто детство вспомнилось. Бабка много чего такого рассказывала, она сказок цельную прорву знала.
  Под тяжёлым взглядом Джонрако болтливый матрос слегка стушевался, но капитан промолчал и вахтенный решил таки закончить мысль, тем более, что оба пассажира с интересом смотрели на него.
  - Нет, оно понятно, если полжизни хлестать богом проклятый ром, башка уже не так варит и энти детские сказочки успели напрочь выветрится, но кое что задержалось. А энта то была самой красивой, из всех историй. Там про злобного чародея, который насылал на людей всякие болезни и прочие несчастья. А Магистр, значится, противостоял злодею, как мог. Так вот, энтот, значится, злодей, влюбился в невесту Магистра, энту самую Леди Зиму. Была страшная битва и злодей одолел Магистра и хотел его убить, но Леди предложила себя, в обмен на жизнь любимого. Тот обрадовался и согласился. Но жить с нелюбимым Зима не пожелала и в тот момент, когда гад собирался её поцеловать, прочитала заклинание, которое отправило обоих в преисподнюю. Как то так...
  - Перед собой смотри, - хмыкнул капитан и пробормотал под нос, - Совсем распустились, разрази их гром! Надо боцману сказать.
  - Вот значит, как это звучит теперь, - удивлённо протянул Хастол и почесал в затылке, - Да, историям свойственно обрастать неправдой, но чтобы изолгать до такой степени...
  - А как всё было на самом деле? - спросила любопытная Волли, пристально вглядываясь в лицо парня, - Почему то мне кажется, что вы принимаете детские сказки слишком близко к сердцу.
  Джонрако и самому было интересно выслушать ответ на заданный вопрос, но он обратил внимание на положение Колонны и повернулся к рулевым.
  - Лево руля, мать вашу! Вы что сегодня, с ума посходили? Или другие сказки вспомнили? Сейчас я вам напомню историю про тяжёлый кулак капитана!
  Вдоль лежащей Колонны пролегал своего рода канал, по которому корабли могли пройти до самого берега, но стоило отклониться и появлялся риск пробить днище. По трапу уже спешил боцман, намереваясь напомнить о корректировке курка, но увидев, что капитан и сам разобрался, Далин ограничился вопросом:
  - Причалим или вышлем шлюпку? - он подёргал себя за плетёные косички, - Чиф, честно говоря у меня нет никакого желания опять наблюдать, как эта свора шастает вокруг нашей посудины. Того и гляди не досчитаешься мачты, а то и парочки.
  - Причалим, - ответил Джонрако, потирая лоб, - Время идёт к вечеру и у меня появилось желание переночевать на берегу.
  - Где?! - поразился Далин, - В Колонии, что ли? С ума сошёл? Они же оставят тебя в одном исподнем!
  - Я похож на идиота? - огрызнулся Собболи, - Прикажи достать палатки. Разобьём лагерь у пристани и выставим вахтенных.
  - Первый раз слышу, чтобы тебе захотелось ночевать на чёртовом берегу, - буркнул боцман и вперился в капитана, - Клянусь громом, дело тут нечисто!
  - Скажи лучше, как там наш лысый приятель? - вместо ответа, поинтересовался Джонрако, вспоминая про шпиона Острия Тьмы, - Не буянит?
  - Помалкивает, - боцман пожал плечами, - Фалин кормит его, а тот только жрёт, да извиняюсь, срёт, черти бы его взяли!
  Джонрако важно кивнул головой, словно вопрос пленника крайне интересовал его. В реальности же мореход размышлял: если он останется на берегу, придёт ли к нему пугающий сон о Зале Ожидания.
  ГЛАВА 16. ИВА
  Остров Колонны встретил путешественников голым истоптанным берегом и жалкими остатками причала, где гнилыми пеньками торчали изъеденные временем и погодой остатки кнехтов. Большинство из них явно не годились для швартовки и причальной команде пришлось побегать, чтобы отыскать три более-менее целые и закрепить на них концы. При этом матросы громко ругались, балансируя на хлипких досках причала, которые угрожающе скрипели, прогибаясь под тяжёлыми башмаками мореходов.
  Всё это время пассажиры внимательно изучали стену леса за пределами вытоптанной площадки. Заросли выглядели точно ухоженная парковая зона, при этом особо поражала одинаковая высота деревьев, над которой возвышались лишь остатки Колонны, напоминающие диковинный гриб. Рядом с развалинами можно было различить остатки других строений, правда не таких высоких и не таких древних. Дальше тонули в лёгкой дымке голые холмы, занимавшие противоположный берег острова.
  Берег казался вымершим, молчали даже птицы и лишь на сухой ветке одного из деревьев сидел огромный чёрный ворон. Он прятал клюв под крылом им вообще, казался спящим.
  Матросы налегли на лебёдки, натягивая швартовые концы. Канаты натянулись и один из кнехтов не выдержал: дряхлая тумба закряхтела, громко треснула и улетела в воду, показав всем своё гнило нутро. Джонрако тяжело вздохнул и с чувством ударил кулаком по борту.
  - Твою же мать! - капитан выпустил воздух сквозь сцепленные зубы, - Чёртовы бездельники не желают заниматься даже элементарной работой. Скоро распроклятая пристань превратится в кучу долбанных деревяшек, не пригодных ни к чему и разрази меня гром, если хоть кто-то, после этого, пристанет к берегу.
  - А что это за шевеление в зарослях? - поинтересовалась Шания, которая пристально изучала незнакомый берег, - Нам ничего не угрожает? Какие-нибудь враги?
  "Морской чёрт" стукнулся бортом о доски причала, которые затрещали, но выдержали. Концы закрепили и шхуна замерла, покачиваясь на слабой волне прибоя.
  - Увидишь, какие это враги, - ухмыльнулся Джонрако, - Если бы...Это - много-много хуже.
  Не успел он развить мысль, как пространство под деревьями словно ожило и двинулось в сторону корабля. Тишину разорвали оглушительные вопли, которые заставили одинокого ворона подняться и тяжело хлопая крыльями, удалиться в сторону остатков Колонны.
  Могло показаться, что к берегу устремились кусты, потому как существа, бегущие к воде, передвигались на четырёх лапах и были покрыты густым длинным волосом. При этом некоторые заросли настолько, что при беге, умудрялись наступать на собственную шерсть. Тогда неуклюжий бегун с громким визгом падал, образовав настоящий затор из десятка-другого барахтающихся тел. Даже на таком расстоянии хорошо слышались ругательства, которыми неудачники осыпали друг друга.
  Специально выделенные для охраны матросы заняли места вокруг пристани, но из оружия им выдали только длинные тонкие палки. Глядя на то, как охранники, посмеиваясь, готовят их к использованию, Шания изумлённо воскликнула:
  - Но это же - собаки! И их так много...
  - А кого ты ожидала увидеть в собачьей колонии? - пожал плечами Джонрако и его загорелая физиономия отразила покорность судьбе, - А насчёт количества...Скажем так, это - далеко не все лохматые дармоеды, проживающие на острове Колонны
  - А они не причинят нам неприятностей? - спросила Волли, которую изумило и даже несколько испугало огромное число четвероногих.
  - Естественно, будут пытаться, - раздражённо бросил Собболи, - Если бы держала уши открытыми, то уже успела бы запомнить: все он - жулики и воры. Даю голову на отсечение, несмотря на все предосторожности, когда покинем остров - недосчитаемся солидной части провианта.
  Кок, стоявший неподалёку и прислушивающийся к разговору, громко охнул и схватился за голову. Потом круглая физиономия отразила крайнюю решимость и Санорени едва не бегом направился вниз по трапу. Боцман, который следил за поваром, ухмыльнулся и ткнул ему вслед пальцем:
  - Очевидно наш доблестный кок решил собственным брюхом заслонить продукты от наглых врагов. Чтоб мне лопнуть! Если он заткнёт пузом дверь на камбуз, туда не проползёт даже крыса.
  Матросы встретили шутку Далина оглушительным хохотом.
  Тем временем волна несущихся псов достигла вытоптанного участка и стало ясно, что не все собаки носят одну лишь собственную шкурку. Многие щеголяли роскошными лохмотьями, некогда бывшими человеческой одеждой. Кое кто даже напялил женские чепцы, подвязанные под челюстями. Глаза у бегунов горели, словно они находились на охоте и вот-вот могли настичь добычу. Однако, бегущие впереди, уже успели разглядеть палки в руках у матросов и начали притормаживать.
  В результате получилась огромная куча из лохматых тел, пытающихся выбраться наружу и при этом, громко рычащих, визжащих и ругающихся. Тех же, кто умудрился выбраться и попытался проскользнуть на пристань, матросы угощали ударами длинных палок.
  - Чёрт знает, что! - проворчал Джонрако, наблюдая за этим хаосом, - И так, каждый раз.
  - А что будет дальше? - поинтересовался Хастол, который всматривался в общую собачью кучу так, словно пытался что-то разглядеть, - Он же не станут сутки напролёт заниматься этим?
  - Почему бы и нет? - Собболи только ухмыльнулся, - Как будто у них есть другое занятие! Они же целыми днями только и шастают по своему островку в поисках пищи да устраивают всякие пари да азартные игры. В этом они - большие мастера, чтоб у них хвосты поотпадали!
  - А на что они играют? - Не поняла Шания, - Насколько я поняла, у них нет ни денег, ни имущества.
  - Денег у них действительно нет, - согласился капитан, - А имущество...Кое что всё же имеется - ворованные ценности, пища, кое что, из одежды. Удобное место для сна, в конце концов! А некоторые, из тех, что поазартнее, способны поставить на кон самих себя.
  - Они попадают в рабство друг к другу? - ужаснулась Шания, поглядывая на толпу псов, понемногу отступающих от охраняемой пристани, - Но это же - кошмар!
  - Не друг к другу, - поправил её капитан, - Проигравших, если они на что-то способны, продают на материк в качестве шпионов, мусорщиков или загонщиков. Если же продувший - никчёмная тварь, его отправляют на Карт. Тамошним братьям, для их ритуалов, частенько нужны жертвы.
  - Ужасно! - девушка не могла подобрать слова, чтобы выразить переполнявшие её чувства, - такая жестокость! Не могу поверить, что эти существа способны быть столь безжалостными к своим собратьям.
  - Не хочешь - не играй, - пожал плечами Джонрако и двинулся к сходням, опущенным на берег, - Начинающие игру, хорошо знают правила и понимают, чем всё может закончиться.
  - Но всё же...
  - Ты идёшь на берег или так и будешь рассматривать его отсюда? - перебил её Собболи, - Лично я намереваюсь ночевать на твёрдой земле и сейчас отправляюсь искать подходящее место.
  Когда Джонрако сказал, что в его намерения входит ночёвка на суше, Хастол пристально посмотрел на капитана, но не стал комментировать. Оба пассажира медленно спустились по трапу, причём Шания с явным опасением посматривала на собачью свору. Впрочем, большая часть матросов уже успела сойти на берег, поэтому нападения можно было не опасаться.
  Тем временем вопли собачьего племени начали стихать, пока в наступившей тишине не стал слышен один-единственный голос, доносящийся откуда-то, из задних рядов лохматого сброда. Услыхав его, капитан приподнял одну бровь и его губы раздвинула широкая ухмылка. Но одновременно мореход проверил: все ли карманы застёгнуты. Потом неторопливо раскурил трубку и ткнул пальцем в собак.
  - А сейчас вам, обоим, представится высочайшая честь: возможность лицезреть самого знаменитого мошенника, из, которые ходили на четырёх лапах и таскали позади хвост, полный репьев.
  - Это тот, о котором вы упоминали раньше? - поинтересовалась Шания, пытаясь различить среди лохматых спин кого-то определённого.
  Тем временем голос приблизился настолько, что уже различались слова, но говоривший, по-прежнему скрывался среди прочей собачьей братии.
  - А ну, убирайся с моей дороги, чудовище! - вопил невидимый пёс, - Отваливай отсюда, волосатая падаль! Если ты не уберёшься, то я не стану ждать, пока твои блохи сожрут тебя, а помогу им! Ну что, ещё непонятно? Вон! Вон отсюда! Ах ты, ещё и кусаться? Получай, мерзавец!
  Глухие звуки ударов сопровождались оглушительным визгом пострадавших. Прислушиваясь к ним, Хастол задумчиво поинтересовался у Джонрако:
  - Интересно, а как он умудряется раздавать пинки и оплеухи? Всегда думал, что для собаки такое невозможно.
  - Ива - очень разносторонняя личность, - крайне серьёзно ответил Собболи, выпуская струю дыма, - Некоторые его трюки необходимо только увидеть, чтобы понять; даже если судьба заставила тебя родиться четвероногим, это - ещё не повод опускать руки, ну или что там у тебя имеется. Впрочем, большинство его штучек радуют лишь самого Иву.
  Пока он рассуждал, визг и вопли, обозначавшие перемещение главного пса, переместились к самой границе, установленной матросами. Собаки, нерешительно топтавшиеся на краю, разбежались в стороны и в образовавшийся просвет сунулась здоровенная голова с оскаленной пастью, откуда свисал кончик тёмно-синего языка. Одно ухо к пришельца казалось длиннее другого из-за рваной раны, оставленной клыками неведомого противника. В целом - болталась большая жёлтая серьга.
  Пёс остановился, поводил глазами влево-вправо и его взор остановился на Джонрако. Странно, но оскаленная пасть каким-то образом сумела изобразить нечто, напоминающее дружелюбную улыбку. Потом собака двинулась вперёд и стало видно огромное брюхо, свисающее между мощных лап. Пузо поддерживал пёстрый вязаный жилет с множеством карманов. Шерсть на этом псе, в отличие от остальных, выглядела ухоженной, словно её тщательно вычёсывали и укладывали. Однако, даже не это оказалось самым поразительным.
  - Его когти! - изумлённо протянула Шания и потёрла глаза, пытаясь убедиться в реальности увиденного, - Они накрашены?!
  - Ну вы же их тоже красите, - хохотнул Джонрако, - А наш любезный Иварод, лопни его ненасытное брюхо - самый большой модник в окрестностях.
  - Джонри! Старый дружище! - пёс повысил голос и слегка ускорил шаг, чтобы стало понятно: он очень торопится на встречу с другом, - Сколько лет и зим ты не появлялся в наших гостеприимных норах, я сбился со счёта! Дай обнюхаю тебя, проказник. Ты по-прежнему пахнешь смесью рома и табака?
  Внезапно девушка отвлеклась от странной собаки и обратила внимание на одну удивительную штуку: Хастол, стоявший позади капитана, всё время делал небольшие шажки, позволяющие ему скрываться за спиной Джонрако от взгляда Ивы. Похоже пёс до сих пор не замечал второго пассажира. Зачем Черстоли делает это - оставалось загадкой.
  Тем временем Иварод добрался до шеренги матросов с палками и сходу попытался преодолеть охранников. Однако, чувствительный удар лозины заставил его попятиться, недовольно мотая головой. С презрением уставившись на обидчика, пёс истошно завопил, не скрывая изумления:
  - Джонрако, что за ерунда? Меня, твоего лучшего друга, лупит какой-то немытый пожиратель рома! - он демонстративно охватил морду лапами, - Да ещё и на моём собственном острове! Это же - позор!
  - Пропустить, - скомандовал капитан и ещё раз предупредил спутников, - Держите карманы под наблюдением; мерзавец здорово работает хвостом.
  Ива уже трусил по дряхлым доскам пристани, останавливаюсь, чтобы осторожно переступить дырки и прогнившие места. Его когти, окрашенные в ярко-синий цвет, звонко цокали по дереву, а хвост, выбритый на конце, дружелюбно крутился в воздухе.
  - Если желаешь видеть меня чаще, почему не починишь причал? - прогудел, вместо приветствия, капитан, - Когда он рухнет, клянусь всеми демонами преисподней, я не подойду к этой, богом забытой дыре и на сотню миль.
  - Джонри, Джонри, - отдуваясь, точно пробежал десяток миль, ива подошёл к путешественникам и вывалил наружу длинный язык, - Как обычно, в своём репертуаре. Я так рад тебя видеть, после долгого отсутствия, а ты сразу начинаешь ворчать.
  - Благодари небеса, что я - трезвый, - капитан наклонился, нависнув над псом, - А ведь мог и в морду дать. Был бы похож на этих, с плоской физией, как их там...
  - Скалогрызы, - печально сказал Ива и потёр лапой свой нос, точно пытался удостовериться, что тот ещё остался прежней формы, - Ты уже пытался один раз проделать такую шутку и мне пришлось целый месяц лечит сломанные хрящи.
  - Это, как мне помнится, было связано с наглым похищением книг из моей библиотеки, - уточнил Джонрако и коротко хохотнул, - Ладно, кто старое вспомнит - тому голову долой. Тебе же твоя башка ещё нужна?
  - Нужна, очень нужна, - покивал означенным предметом пёс, - Без неё я вряд ли смогу управлять всем этим сбродом. Ну и хрен с ним, пусть пропадут пропадом со всеми своими блохами. Представь-ка мне лучше своих друзей, похоже я вижу их первый раз.О! Симпатичная девушка, чем то напоминает Верину, - тяжёлый ботинок опустился на хвост и собака прихрюкнула, а потом с воодушевлением воскликнула, - Наш остров был так долго лишён женского общества! Я имею в виду настоящих леди, а не каких-то жалких самок.
  - Подлиза, - прокомментировал Джонрако, - Можно подумать, вы в них сильно нуждались. Это - леди Шания Волли. Можешь называть просто - леди. Понял, лохматая задница? Если назовёшь самкой - обрею налысо и моргнуть не успеешь.
  Шания не выдержала и расхохоталась, наблюдая, как на собачьей морде проступает выражение растерянности. Внезапно удивление прошло и девушка смогла увидеть нечто, совсем поразительное: глаза у пса едва не вылезли из орбит, а пасть громко щёлкнула, закрываясь. Поначалу Волли не сообразила, в чём причина изменений, но после, повернула голову и увидела, как Джонрако отступил в сторону, представляя Хастола. Однако, капитан не успел произнести ни слова, уставившись на собаку, трясущуюся мелкой дрожью. Черстоли же обозначил холодную улыбку.
  - Привет...Э-э, Ива? Так ты теперь что-то, вроде начальника? Правитель, так сказать?
  Иварод издал странный подвывающий звук, в котором угадывался утвердительный ответ. Собболи перевёл изумлённый взор с одного на другого и нахмурившись, спросил:
  - Так вы знаете друг друга? Знаешь, приятель, - он повернулся к пассажиру, - Ты мог бы хоть словом обмолвиться, когда я описывал этого пройдоху, а не делать вид, будто слышишь о мошеннике первый раз.
  - Не видел в этом не малейшего смысла, - пожал плечами юноша, не отрывая взгляда от пса, который продолжал трястись, - Дела мы вели очень давно и уже долгое время не встречались.
  - Очень долгое, - выдавил из себя Ива, - И ещё столько бы не встречаться...
  Последнюю фразу он произнёс совсем тихо, себе под нос, однако каждый из присутствующих её расслышал. Капитан только приподнял одну бровь и хмыкнул. Шания встревоженно посмотрела на Хастола: как отреагирует? Юноша остался невозмутим. Склонившись, он потрепал Иварода по загривку и ласково сказал:
  - Это ведь это не со зла, дружище? Признайся: ты рад меня видеть, - улыбка Черстоли стала шире, - Надеюсь, хоть имя моё не забыл? Хастол, Хастол Черстоли.
  Ива страдальчески дёрнул головой, соглашаюсь с каждым словом. Возможно от наивной Шании ускользнул смысл происходящего, но Джонрако тут же сообразил: когда-то (вот только, когда?) его пассажира звали совсем иначе. Черстоли последний раз провёл рукой по шерсти и отступил
  Подошёл боцман и косясь на понурого Иву поинтересовался: всем ли матросам обязательно ночевать на берегу. Выяснилось, что некоторые моряки изъявили желание остаться на борту. Джонрако только пожал мощными плечами.
  - Да пусть остаются, чёрт бы с ними! - он внимательно посмотрел на понурого Иварода, - Распорядись: пусть установят палатки и внимательно следят за лохматым сбродом. Просто чувствую, как засранцы что-то тянут из трюма!
  - В точку! - с угрюмым весельем подтвердил Далин и указал пальцем на рослого матроса, который нёс за шкирку маленького взъерошенного пса, громко жалующегося на злодейку-судьбу, - Погляди на гадёныша! Умудрился подплыть со стороны океана и вскарабкаться наверх. Дождался, пока кок отвлёкся и принялся за дело. Жирдяй услышал, как гремят кастрюли и успел вытащить засранца из супа, где тот едва не утонул.
  - Пусть бы утоп, чёртово отродье! - выругался Джонрако, наблюдая, как получивший пинок пёс, влетел в толпу собратьев.
  - Суп жалко, - лаконично согласился боцман, - Кок рвёт волосы и клянётся, что варево было - пальчики оближешь.
  - Так и знал, - вздохнул капитан и повернулся к Иве, - Что скажешь, приятель? Можно доверять такому сброду, как твои подопечные?
  - Надо выпить, - вместо ответа, выдал пёс, переваливаясь с одной лапы на другую, - У меня стоит пара бутылей Солнечного побережья и кажется, одному несчастному псу их не одолеть.
  Джонрако усмехнулся и хлопнув в ладоши, оживлённо потёр одну о другую. Потом подмигнул пассажирам.
  - Не желаете составить компанию? У этого мерзавца всегда имелся отличный запас украденных вин, - ухмыльнувшись, мореход посмотрел на Хастола, - Впрочем, ты должен знать это и без меня.
  - Когда я знал его, он ещё не мог похвалиться подобными запасами, - Черстоли покачал головой, - Впрочем, я с удовольствием попробую Солнечное побережье, чтобы убедиться: вкус моего, хм, старого приятеля остался таким же, как и раньше.
  - Конечно же мы пойдём! - в голосе Шании звучал неприкрытый энтузиазм, - Очень хочется посмотреть, как живут собаки на своём острове.
  - Это - не наш остров, - Ива продолжал удерживать на морде унылую мину, - Это - обиталище птицекрылов, а мы его лишь арендуем.
  - Но ведь они все погибли! - изумлённо воскликнула Шагия, вспоминая отрывок, из недавно прочитанной книги, - Как остров может принадлежать давно исчезнувшим существам?
  - Во-первых, погибли не все, - рассудительно заметил Иварод и повернувшись, медленно направился в сторону вопящей оравы собак, - Правда, выжившие совершенно одичали и даже позабыли собственный язык. Дошло до того, что некоторые люди приплывают сюда, чтобы поохотиться на диких птицекрылов. С моей точки зрения - совершенное варварство.
  - Но, очевидно, имеется и другая причина? - вкрадчиво осведомился Хастол, - Повод, считать остров, принадлежащим погибшему племени?
  Пёс поперхнулся, едва не запутавшись в лапах, потом уставился на парня, но возражать не решился. Джонрако просто диву давался, глядя на, обычно горячего, спорщика, почему то ставшего весьма смиренным.
  - Ладно, раз ты так настаиваешь: существует документ, договор между птицекрылами и Молитаром, - в голосе пса мелькнула нотка мстительности, после чего Иварод тряхнул головой, сдерживая смех, - Там записано, что остров, до скончания века, принадлежит крылатым людям. После падения Колонны и гибели всех гнёзд, Молитар, по какой-то причине, не стал разрывать соглашение.
  - Но птицекрылы вымерли, - задумчиво протянул Джонрако, пытаясь приноровиться к необычной походке четвероногого спутника, - Молитар, как мне известно, тоже погиб. Обе стороны исчезли и договор можно считать расторгнутым.
  - До официального расторжения, договор остаётся в силе, - пёс вновь искоса посмотрел на Хастола, - Да и насчёт всего остального...
  Они миновали цепочку матросов и Джонрако велел передать, что он отлучается до ночи, поэтому Далин получает всю полноту власти. Боцману вменялось разбить лагерь и обеспечить команду всем необходимым. Подумав, Собболи разрешил откупорить бочонок с ромом. Плавание оказалось слишком тяжёлым и мореходам просто требовалось выпустить пар. Тем не менее, Джонрако не преминул напомнить, что все вахтенные должны оставаться трезвыми, точно стекло. Буде какой напьётся и пропустит лохматого мошенника - с ним он и останется на берегу, после отхода шхуны. Матрос, заметно погрустневший, после этого замечания, отправился передавать сообщение.
  - Ну что же, - сказал Джонрако, похлопывая Иварода по толстому загривку, - Вот теперь никто и ничто не помешает мне, в должной мере, оценить весь букет Золотого побережья.
  Ива приложил переднюю лапу к пасти и сунув когти между клыками, оглушительно свистнул. Тотчас, под оглушительное визжание, к нему пропихнулась четвёрка огромных мускулистых псов тёмной масти, с чёрными платками на мощных шеях. Внимательно осмотрев людей, волкодавы пристально уставились на своего начальника.
  - Так, - рассеянно заметил Ива, размышляя о чём-то другом, - Немедленно освободите проход, чтобы ни одна мохнатая сволочь не влезла под ноги.
  Он ещё не закончил фразу, а вышибалы отправились выполнять приказ. Мелкие и не очень, собаки, полетели в разные стороны, точно в толпу ударили четыре тарана. Под оглушительный визг и громкие жалобы, Шания принялась пенять на жестокость происходящего. Ива внимательно слушал упрёки девушки, кивал, соглашаясь с каждым словом, но ничем не пытался остановить телохранителей. Для матросов оцепления, происходящее послужило отличным развлечением и каждый взлетающий в воздух тотчас становился предметом для солёной шутки.
  Впрочем, свора довольно быстро сообразила, откуда дует ветер и собаки начали разбегаться в разные стороны, освобождая проход для группы людей, ведомой Ивародом. Пока путешественники шли по лохматому коридору, со всех сторон доносились просьбы о помощи, мольбы о пропитании и глухие проклятия от собак, тщательно укрывшихся за спинами своих, более рослых приятелей.
  Ива игнорировал всю эту суматоху и шёл, понурив тяжёлую голову. Изредка он поднимал её и рассматривал Хастола, точно пытаясь убедиться, что парень ему не привиделся. Всякий раз юноша улыбался псу и тот, в ответ, издавал тяжёлый вздох безысходности.
  Когда визжащая толпа осталась позади, телохранители тотчас убрались подальше и теперь обменивались какими-то странными отрывистыми звуками, не похожими ни на человеческую речь, ни на собачий лай.
  В лесу, куда вошли путники, обнаружилась узкая тропинка, выложенная древними каменными плитками, изрядно пострадавшими от времени и собачьих когтей. Когда-то на плитах имелись надписи, но теперь понять, на каком языке и что там было написано, абсолютно не представлялось возможным.
  Когда-то дорожка была много шире, но теперь деревья подступили вплотную, взломав крайние плитки и превратив их в зарастающие травой обломки камня. Кое где, в зарослях колючих кустов, проглядывали уродливые головы каких-то, обезличенных столетиями, изваяний. Некоторые из статуй стояли свободные, от вездесущей поросли, но из подробностей в них различались лишь обломанные крылья. Подробности сожрало безжалостное время.
  Иварод и Джонрако должно быть частенько ходили этой дорогой, потому что вся эта экзотика оставляла из абсолютно равнодушной. Пёс и мореход оживлённо обсуждали достоинства и недостатки тёмного пива. А вот Шания, первый раз в жизни попала в место, где могла наблюдать такие древние памятники и теперь шла с открытым ртом, поворачивая голову из стороны в сторону.
  Девушка постоянно спрашивала капитана, что означаает то или иное изваяние, но в лучшем случае получала расплывчатое пояснение, ничего не пояснявшее.. Судя по кратким репликам Иварода, пёс знал много больше, но не торопился делиться познаниями. Хастол вообще не вмешивался в беседу. Парень поотстал от группы, внимательно изучая остатки надписей на пъедесталах изваяний. Иногда он удовлетворённо хмыкал, видимо обнаружив ожидание, а временами поднимал брови, удивляясь чему-то неожиданному.
  Тем временем впереди показалось странное приземистое здание, больше всего напоминающее панцирь исполинской черепахи, заползшей некогда в заросли высокого колючего кустарника и навсегда упокоившейся в них. На буром куполе постройки чернели узкие продолговатые прорпези окон, похожих на бойницы сторожевого замка. По гладким стенам строения карабкались лианы с большими яркими цветами, но даже они не могли избавить от тягостного впечатления, которое возникало, при взгляде на здание.
  - Это...ваш дом? - несколько неуверенно обратилась Шания к собаке.
  Та, в ответ, громко хрюкнула. Во всяком случае,звук выглядел именно так. Потом пёс посмотрел на Джонрако и вздохнул:
  - Некоторых людей, насколько я понимаю, история не интересует ни в малейшей степени? - потом он повернулся к обескураженной Волли и пояснил, - Я был бы последним идиотом, если бы решил поселиться в Магистразе - тайном убежище Магистра, где он безвылазно проторчал полсотни лет. Ловушек там хватит на всё население острова. Иногда некоторые придурки, проигравшиеся в пух и прах, суют туда свой нос, надеясь чем-нибудь поживиться.
  - Ну и? - в голосе девушки звучала заинтересованность, - Что там внутри?
  - Почём мне знать? - искренне удивился Иварод, - Я же говорю: туда суются только полные придурки. Назад никто не возвращается.
  - Жалко, - протянула Шания, не уточняя, чего именно: пропавших собак или отсутствия информации о таинственном пристанище зловещего чародея.
  Тропинка вела дальше, огибая купола Магистраза, казавшийся теперь Шании средоточием тёмных сил - местом, внушающим смертельную угрозу. Девушка даже ускорила шаг, пытаясь быстрее удалиться от дома, таящего в себе множество зловещих тайн.
  Теперь дорожка стала ещё уже, причём многие плиты попросту отсутствовали, оставив проёмы, заросшие травой и кустарником. Деревья здесь стали много ниже и потянуло странным запахом. Джонрако недовольно поморщился и поинтересовался у Шании, нет ли у неё платка.
  - Зачем? - удивилась та, но показала небольшой кусочек кружевной материи, издающей приятный аромат.
  Иварод тут же остановился и угрюмо уставившись на капитана, сварливо заявил:
  - Джонри, мать же твою так, морской ты чёрт! Знаешь где у меня сидят твои идиотские шуточки по поводу моего лагеря? - пёс поднял переднюю лапу и показал средний коготь ухмыляющемуся мореходу, - Если тебе что-то не нравится, вали на свою вонючую лахань и жри ром, а я и сам неплохо справлюсь со всеми своими запасами.
  Джонрако расхохотался и протянул ладонь.
  - Ладно, ладно, приятель, разрази меня гром, если сегодняшним вечером скажу ещё хоть слово об ароматах твоего поселения. Хоть здесь и хватает грязи, но должен признать, попадались мне человеческие посёлки намного хуже твоей загаженной деревеньки.
  - Вот говнюк! - со вздохом сказал Ива, но видя, что вокруг все улыбаются, оскалился в ухмылке, - Но я тебе это припомню.
  Ладно, пошли, - подпихнул его Джонрако, - Похвастаешь перед остальными своим царством. Жён не прибавилось, за последнее время?
  - Не прибавилось, - осклабился Ива, - Я их просто заменил. Старых отдал телохранителям, а себе набрал помоложе.
  Шания удивлённо посмотрела на спутника, не зная, шутит тот или нет. У девушки возникло странное желание прикоснуться к локтю капитана, а ещё лучше - взять его под руку. К сожалению, она не знала, как мореход отнесётся к подобному жесту. Хастол же несколько озадаченно посмотрел на развеселившегося пса и покачал головой. Поймав взглядом этот жест, Иварод тотчас посерьёзнел и сцепив зубы свернул с главной тропки на другую, протоптанную в зарослях.
  Тотчас они наткнулись на облезлого, но поразительно толстого пса, дремлющего в тени развесистого кустарника. На шее у спящего красовался новенький кожаный ошейник с серебряными бубенчиками. Собака громко посапывала и на её морже было написано такое невероятное счастье, что хотелось немедленно лечь и уснуть рядом. Иварод подошёл ближе и некоторое время молча смотрел. Внезапно он куснул спящего за ляжку и завопил:
  - Ах ты, мерзкая тварь! На кой чёрт я тебя здесь поставил?
  Пёс немедленно перекатился на брюхо и не открывая глаз, поднялся на очень короткие лапки. Лишь после этого веки поднялись и два мутных глаза уставились прямо перед собой. В хриплом рычании с огромным трудом различались слова доклада.
  - За время моего дежурства никаких происшествий не замечено!
  - Откуда тебе это знать? - поинтересовался Ива, наполняя голос невероятным количеством яда, - Приснилось?
  - Да я же ни в едином глазу! - ничуть не смущаясь, ответил "страж" и выкатил глаза, демонстрируя крайнюю степень усердия, - А прилёг, чтобы, э-э...В засаду залёг, в общем.
  - После дежурства, подойдёшь, - угрюмо сказал Ива, - Посидишь в...Засаде. Там у тебя найдётся время поспать. А если ещё раз увижу, как спишь на задании, сдеру с тебя шкуру. Ну, или что там у тебя осталось.
  Лягнув проштрафившегося дежурного, Ива решительно развернулся и пошёл дальше. Когда они поворачивали, Шания обернулась и посмотрела назад. Толстый охранник уже успел завалиться на бок и теперь подёргивал короткими ножками, устраиваясь поудобнее.



Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Fidelkastro | 20-04-2020, 13:06 | Просмотров: 97 | Комментариев: 0






Добавление комментария
Наверх