Небольшие прозаические миниатюры
Опубликовано в разделе: Творчество / Проза
Никак иначе


   Интересно ли мне? Я сижу в одной из пекарен, мой кофе давно остыл, а сахар так и остался на дне чашки. Сижу и думаю. Думаю, о том, что если бы мне захотелось написать романтическую историю, то в рамках мировой литературы её порядковый номер был бы семизначным, если не сказать большего. Однако несколько трепетных сердец на всё равно бы откликнулись, а кого-то эта история, возможно, даже восхитила.
   Быть может, написать одну или две?
   Допустим, молодой человек. Он складен, не лишен вкуса и, конечно же, является обладателем острого ума -  такова моя прихоть.
   И, конечно же, девушка… Хотя это ведь слишком мало сказать, что героиня была бы просто девушкой: юная и бесконечно милая «небожительница», с тонкими чертами лица, мистическим обаянием и всё таким же острым умом и языком, как у её кавалера, представленного выше. 
   Ох, как интересна была бы их любовь. Борьба темпераментов и сокровенное друг другом восхищение. Нескончаемая битва на поле взаимных колкостей и несомненная друг к другу нежность. Трепетная до замирания влюбленность и, конечно же, страсть. Говоря языком образов, это была бы любовь ученика чародея и юной ведьмы.
  Однако читателю не стоило бы надеяться на мою доброту и снисходительность: я ни за что бы не оставил эту пару вместе надолго.
   Если быть честным до конца, мне самому неведомо было бы, почему вдруг юный остряк загрустил и попытался заговорить со своею прекрасной подругой о чём-то серьёзном и, что называется, вечном, чем привел в конце концов свою спутницу сначала к замешательству, а далее к обыкновенной скуке.
   Они, конечно, не сразу, но всё-таки расстались бы. Юноше в этой истории надоел бы её флирт почти с каждым симпатичным проходимцем, а ей в свою очередь набили бы оскомину его заумные, скучные речи.
   Они расстались бы. И встретились бы лишь спустя значительное количество времени. Допустим, в каком-нибудь небольшом и тихом кафе или пекарне. Смотрите, вот он заходит выпить чашку чаю или кофе в свой обеденный перерыв и видит её: одну, сидящую в углу у самой стены, с открытой книгой на столе. Он, конечно, подсядет к ней, и она удивится столь неожиданной, но и приятной встрече.
   Разговор их начнётся плавно: от степенного диалога двух прежних знакомых до теплой беседы двух старых друзей. Лёд растает. Он расскажет о своей семье и работе, а она будет полушутя жаловаться на своих кавалеров.
   Под конец, они замолчат, перебрав всё весёлое и радостное, что было в их прошлом, и она вдруг тихо скажет:
 - Знаешь… – начнёт она с небольшим сомненьем, – Я иногда думаю о прошлом, наверное, зря, но… Быть может, всё могло бы быть по-другому… 
  На минуту воцарится молчание, а потом он с улыбкой ответит:
 - Разве?
   На прощанье она напишет ему свой номер телефона на салфетке и пригласит к себе на чашку кофе где-нибудь в ближайшем будущем. Он же промолчит.
   Она уйдёт первой. Он вернётся на свою работу, а после работы домой. Официант уберёт со стола две чашки с недопитым кофе, пару смятых салфеток и ещё одну, лежащую посередине стола.
   Да, пожалуй, именно так я бы и закончил свою историю, если бы действительно её написал. Именно так и никак иначе…
 
15.06.13

Кроссовер


      
Фёдор буквально влетел в офис с оглушительным и радостным криком:
- Друзья, я гениален!
    Мы привычно переглянулись и, сделав вид, будто ничего не слышали, продолжили заниматься своими делами. Так начиналось почти каждое утро, а точнее та его часть, когда Фёдор всё-таки соизволял появиться на рабочем месте.
   - Это будет просто гениально! – продолжал он невозмутимо, снимая свой шёлковый шарф и небрежно бросая его на край рабочего стола. 
   - Что на этот раз, выкладывай? – спросил-таки с лёгкой ноткой нетерпения в голосе наш начальник Михаил Львович. В силу своего относительно мягкого характера он уже давно смирился и с опозданиями, и с самолюбованием подчиненного, однако иногда, будучи, как говорится, не в настроении, всё же старался прервать очередную оду Фёдора самому себе ещё в зачатках.
   - С удовольствием! – почти пропел Фёдор, устраиваясь в рабочем кресле так, чтобы его было хорошо видно всем, - Мы возьмем антураж произведений моего тезки, Фёдора Михайловича…
   - Достоевского? – перебил Михаил Львович.
   - Достоевского, - подтвердил Фёдор, - Так вот, берём антураж какого-нибудь «Преступления и наказания» и вместо Раскольникова подселяем в текст Парашураму!
     В офисе повисла тишина, явно засвидетельствовавшая общее недоумение. Михаил Львович протяжно выдохнул:
     - Фёдор, иногда я устаю повторять: наша фирма по созданию альтернативных реальностей – дело крупное. И мы, хоть и являемся IT отделом, не можем делать здесь всё, что нам вздумается. Давай по порядку. Во-первых, - он обратился ко всем, - кто может мне объяснить, кто такой этот “Парашурма”, - было видно, что произнесение заморского имени далось нашему начальнику с трудом? 
    - Чтобы объяснить, кто такой Парашурама, нужно довольно глубоко разбираться в индийском эпосе, - начала вещать со своего рабочего места Катя обыкновенным для неё менторским тоном. Катя была андроидом, распределенным к нам по государственной программе по привыканию граждан к роботам в быту и работе. А если быть более точным, Катя была чипом с предустановленным искусственным интеллектом, и поэтому ей обычно прощали небольшое занудство.
   - Окей, Катя, - побеждено отозвался Михаил Львович, - дай нам, пожалуйста, краткую справку. И как-нибудь не заумно.  
   - Можно и не заумно, - равнодушно ответила Катя, - Есть в индийской мифологии несколько самых популярных богов. Один из них – это Вишну, охранитель Вселенной. Вишну периодически приходит на Землю во плоти, дабы восстановить закон и порядок – воплощается в форме аватар. Одна из его аватар  - это Парашурама, что дословно переводится как «Рама с топором». Собственно говоря, Парашурама -  брахман, священнослужитель, который этим самым топором «покрошил», - Катя явно выделила последнее слово, видимо, чтобы показать, что она умеет рассказывать незаумно и непринужденно, - всех царей-злодеев, которые в какой-то момент устроили настоящее беззаконие в обществе.
  - Подожди, пожалуйста, - прервал её Михаил Львович, - священнослужитель и, как ты выразилась, «покрошил»?
  - Именно, - невозмутимо парировала Катя (с её искусственным интеллектом вообще было довольно сложно спорить), - кастовое общество. Царя, по мнению эпоса, может убить только ещё более привилегированная личность – брахман. Да и то, в исключительных случаях.
 - Интересно у них там было, - протянул Михаил Львович, - спасибо, Катя!
 - Не за что. Скинула всем на почту выдержку по культурному контексту.
 - Ну, - протянул Фёдор, самодовольно улыбаясь, - теперь понятно?
 Мы снова переглянулись.
 - Нет, подожди и какая связь между Парашурамой и Достоевским?
 - Как это какая? - чуть не вскричал Фёдор, - факт массовых убийств есть? Есть. Благие намерения или намеки на оные есть? Есть. Топоры, в конце-то концов, есть? Конечно, есть! Это же готовый кроссовер для любителей экзотики! Представьте, вы играете за сыщика, расследуете загадочное убийство и в конце оказывает, что убийца - индийское божество!
  - Понятно, - вздохнул Михаил Львович, - Запускайте кластер. Продемонстрировать будет проще.
  Я, как ответственное за данное действо лицо, открыл окно терминала, набрал нужные команды и через некоторую паузу, возникающую при загрузке почти любого программного обеспечения, подключился-таки и графическому интерфейсу нашего симулятора реальностей. Это чудо современной техники ещё недавно было привилегией лишь нескольких IT-гигантов, а теперь лежит в открытом доступе и вовсю подпитывает даже таких относительных середняков, как наша “контора”. Индустрия развлечений буквально воспряла духом, когда люди открыли для себя новую ветку досуга: создавать под свой вкус виртуальную реальность и проживать в ней некоторое неопределенное время. Или пользоваться готовыми решениями, подготовкой которых мы всем нашим отделом и занимались. Мощностей хватало: аренда серверных ресурсов, которые мы обычно называли по-простому “кластером”, у всё тех же IT-гигантов с лихвой покрывалась выручкой. Весь вопрос заключался, как правило, в том, насколько яркую и проработанную идею могла предложить та или иная компания. И пока наша фирма была в самом расцвете: за яркость успешно отвечал Фёдор, а за проработанность отвечали мы - все остальные. И всех такой порядок вещей, в общем, устраивал.
  - Тестовый стенд запущен, - отрапортовался я.
  - Отлично, - отозвался Михаил Львович со своего рабочего места, - вот и проверим на минимальных настройках, как будет работать сюжет. И будет ли работать вообще...
  - Я подключил окружение с Петербургом времён Достоевского из стандартной библиотеки, - продолжил я свой доклад, - но вот по Индии ничего не вижу.
  - Катя, можешь нам помочь? - обратился Михаил Львович к нашей кибер-сотруднице.
  - Секунду, - ответила Катя, - есть открытые шаблоны в репозиториях из Нью-Дели - скачиваю.
  - Ну, хоть библиотеки пополним, - прокомментировал находку наш начальник.
Мы подождали немного, пока все необходимые файлы наконец были скачаны, и я снова приступил к своей части работы.
  - Готово, - резюмировал я, когда на экране появился мужчина средних лет восточной наружности, одетый в тигровую накидку и держащий в руке увесистый топор.
  Михаил Львович подошел к моему рабочему месту, попутно пригласив жестом и других наших коллег.
  - Загружай антураж, - скомандовал Михаил Львович, и я набрал необходимые команды в консоли.
  Парашурама был успешно помещен в “северную Пальмиру” XIX века. Легкий моросящий дождь почти сразу же ухудшил видимость, однако было понятно, что аватара Вишну был совершенно безучастен к плохим погодным условиям. Загрузка необходимой предыстории подошла к концу, и брахман молча огляделся вокруг.
 - Сейчас пойдёт к старухе, - пропел Фёдор, потирая ладони.
 - Кстати, Фёдор, - обратился к нему наш начальник, - а откуда ты почерпнул эту идею? Не уж-то читаешь на досуге про индийский эпос?
 - А, да нет, конечно, - усмехнулся Фёдор, - Бродил вчера по Википедии, сначала читал про топоры, потом наткнулся на это, сразу пришло в голову...
 - Всё ясно, - резюмировал Михаил Львович, - Ну, благо, сегодня пятница. Будем считать всё это за командный тренинг.
  Все, кроме Кати и Фёдора, негромко и беззлобно посмеялись. Катя промолчала в силу того, что редко разделяла человеческий юмор, а Фёдор в силу того, что редко разделял юмор, нацеленный на его персону.
  Парашурама тем временем перехватил топор из руки в руку и мерно пошёл по направлению к Дворцовой площади.
 - А куда это он? - растеряно спросил Фёдор.
 - Видимо, свергать грешных монархов - безучастно прокомментировала Катя.
  Около часа мы все наблюдали за интереснейшим триллером с боевыми сценами в стиле восточной анимации: мужчина с топором прорывался сквозь все блокпосты дворцовой охраны, управляясь со своим оружием так же легко и изящно, как самурай с катаной. И вот наконец он добрался до своей цели... Слабонервные решили не досматривать.
 - Эпично, - подытожил Михаил Львович, - Видимо, дальше он объявит войну всем монархиям и империалистам, - добавил он, посмеиваясь, - Выключай, я думаю, всем всё понятно, - обратился он ко мне, и я набрал в терминале комбинацию клавиш выхода. Программа стала последовательно завершаться.
 - Ну, Фёдор, - обратился Михаил Львович к подчиненному, - что скажешь?
 По всему было видно, что Фёдор решил отмалчиваться.
 - Молчишь? А надо бы сказать, что сёрфинг Википедии нужно подкреплять изучением матчасти.
  Фёдор немного задумался и, повеселев, спросил с легким прищуром:
 - Бюджет на специализированные курсы согласуете?
 Смеялись все, включая Михаила Львовича. Весёлая вышла пятница.

 2019


Притча 


  «Моя жизнь пуста», - заключил про себя Илья и тяжело упал в уютную как никогда кровать.  Юноша зарылся в одеяло с головой в надежде как можно скорее  провалиться в забытье и урвать хоть два часа для сна. Пять утра. За окном уже занимался рассвет. 
   Илья перестал ворочаться. В установившейся тишине он ясно услышал, как на карниз что-то капает: не то дождь, не то остатки дождя… Парень поежился:
   «Ох, - продолжил он свой внутренний и устремленный к жизни монолог, - Так и вижу: холодное весеннее утро, выпавший снег, как всегда, смешался с землёй, а ветер будет дуть».
    Говоря вообще, хотелось бы отметить, что в обычный образ мысли Ильи  нытьё, брюзжание и депрессия  до сего дня не входили. Однако сегодня, наедине с личной тишиной и вселенской усталостью его как будто озарило: 
 - Ветер этот будет дуть в шею, дуть в уши, - продолжил он уже вслух, -  в лицо и вообще во все части тела, куда только сможет дотянуться.  О, - распалялся он, - я непременно забуду шарф, чертыхнусь и вернусь за ним, презрев тем самым ряд примет. А с неба непременно будет что-то капать: не то дождь, не то снег. В общем, будет дрянь, а не погода», - мрачно подвел итог Илья и снова поежился.
    В голове у него шумело. Шумело от недостатка сна и усталости от проделанной ночью рутины. Очередной доклад. На очередную научную тему к очередной научной конференции. Наверное, не всем будет понятно, как такое солидное мероприятие могло вызвать у юноши такой упадок чувств, но Илья вообще не очень любил такие события.  Официоз, студенты без доли творчества в работах, преподаватели, растягивающие свои области исследований в разные стороны, будто в известной басне, - пустота… Оставалось надеяться, что такая картина будет близка и понятна не всем.
   Не спалось. Юноша встал, подошёл к компьютерному столу и убрал со стула рубашку с растекшимся чернильным пятном на груди. Сел. Включил монитор (компьютер на ночь он обычно не выключал) и стал подбирать музыку на остаток ночи. Музыка всегда слегка отвлекала его перед сном, в голове переставало шуметь, и каменное до тошноты утомление незаметно сменялось сном.
   Он выбрал. Вызвал в плейлист желаемую композицию - и компьютер решил перезагрузиться. Илья отрешенно вздохнул, сел покорно перед монитором и, коротая время, ещё раз пролистал на смартфоне страничку своей девушки Лены.
   В голове у Ильи вдруг промелькнуло, что он уже не помнит причин случившейся днём ссоры, однако компьютер успел вернуться к тому времени в боевую готовность и юноша не стал развивать свою мысль. 
   Илья снова выбрал нужную композицию и снова вызвал её в плейлист.  Пусть сегодня в страну грёз он пройдет в сопровождение Иоганна Себастьяна Баха, а если быть точным, его прелюдии и фуги №1. «Хорошо темперированный клавир – сказка, а не название», -  всё так же жизнеутверждающе добавил про себя Илья. Юноша снова прошёл к кровати. Тихо лег и почувствовал благую весть: напряжение медленно спадало.
   «Завтра нужно будет купить рубашку, посмотреть в Интернете новый комп, - Илья зевнул, - И помириться. Ветер непременно будет дуть, - снова промелькнула усталая мысль, - Ну, и ладно. Люди и не в таких условиях живут.  А я ведь самый что-то ни на есть человек, - вяло и какими-то урывками продолжал юноша свой внутренний монолог, - что мне ветер…  Пусть гоняет свои облака. Не унесёт же он меня, в самом деле - хотел было закончить свою логическую цепочку Илья, но забытье оказалось крайне неблагодарным слушателем. Хотя говорят, однажды…
 
 ***
 
  Однажды ветер всё-таки занёс на облака человека.
  Было холодно и немного неуютно, но человек постепенно привык.
  Он был один. 
  Над человеком парил лишь орёл, и поэтому человек подождал, пока тот его заметит. 
  Заметил. Круг, другой... Сел рядом и уставился на человека своими желтыми, немигающими глазами.
  Помолчал. И отвернулся. Осведомился, зачем именно человек пришёл. 
  Ответить человеку, в сущности, было нечего, и поэтому он лишь пожал плечами. 
  Орёл, как мог, усмехнулся. Он, вероятно, повидал таких, как пришедший, великое множество, и поэтому, ткнув лапой вниз, лукаво протянул что-то вроде: «Там опять всё как-то не так?», и человек вместо ответа неопределённо развёл руками, хотя логичней всего было бы с орлом согласиться.
  Пауза… 
  Пауза человеку не понравилась, и поэтому он решился рассказать орлу, почему именно он сюда пришёл (или прилетел). Но орёл, похоже, читал мысли, и поэтому очень громко расхохотался.
  Человек подождал. 
  Его собеседник довольно быстро успокоился, и опять же лукаво спросил, надолго ли человек «к нему».
  Человек сказал, что надолго.
  Тогда орел молвил: "Послушай, я расскажу тебе одну притчу, а потом задам тебе свой вопрос снова. Мы орлы очень любим рассказывать притчи, а вы, люди, я знаю, любите их пересказывать, поэтому не отказывайся".
  Человек не отказался.
  И  орел начал: 
  «Жил на свете писатель, что сказал себе однажды…»
 
 
 ***
 
  Всё очень плохо. Хуже не бывает. И, наверное, быть не может. Что-то заставило меня задуматься, бывает ли вообще хорошо, и я пришёл к ответу, что, видимо, нет. Поэтому я написал роман. Длинный. Серьёзный. И правдивый. Всё как есть. Без счастливого конца.
  Местный мудрец прочел его и сказал, что роман мой – лишь удобрение в саду моих амбиций. Я был взбешен. Что он понимает? Я же правдив!
  Мудрец на то ответил, что нет, я не правдив.
  - Почему? – вопрошал я мудреца.
  - Походи по землям, сам поймешь, - отвечал мудрец.
  Я пустился в долгое путешествие. Много миль я прошел, много народов видел, много стран перешел я от края до края. Бывали дни, недели и даже месяцы, когда я и не чаял остаться живым, но всё же преодолевал. 
  Много лет прошло. Голову мою тронул пепел, взгляд стал чуть мягче взирать на мир, а молчание я стал ценить выше слов. И вот я оказался в родном краю. Я нашел свой старый дом, и новые хозяева приютили меня на ночь. На чердаке отыскали мой старый роман.
  За ночь я прочел его. И понял, что очень во многом был не прав. Следующий месяц я провел, исправляя главу за главой, будто бы совершая свой личный ритуал.  Я переписал его почти полностью, выкидывая лишние страницы в камин. Я вымел всю словесную пыль и стержень моего романа - его суть четко предстала передо мной в своей прекрасной и яростной простоте. Роман получился жестким, суровым, про жизнь. Именно теперь про жизнь, а не про тление.
  На следующий день я решил найти нашего мудреца, чтобы прочитать ему новую версию. Но его дом оказался пуст. Я поселился в том доме навсегда. Теперь я живу спокойно.
  И недавно ко мне приходил ещё совсем молодой писатель…
 
 ***
 
  «Итак, человек, - орел повел своими крыльями, будто разминаясь после своей речи, -  я повторяю свой вопрос – надолго ли ты здесь?» 
 Человек улыбнулся и, побеждено вздохнув, ответил: 
  - Нет.
  Совершенно ничего не сказав, взмахнул орел своими крылами и полетел куда-то вдаль, оставив человека одного. 
  Человеку здесь было уже не так холодно.
 
 ***
 
   Илья проснулся. На часах было полвосьмого утра, но недостатка сна юноша не почувствовал. На улице было уже довольно солнечно и птицы уже пели свои яркие и жадные до жизни песни. 
   Илья встал и понял, что ему неимоверно сильно хочется надеть спортивный костюм и пробежать вокруг стадиона у соседней школы кружок другой. Он умылся и стал собираться.
   Перед выходом он по привычке взял в руки телефон и сам не ожидая от себя написал Лене:
  «Лен. Я  тебя люблю!»
   Подождал. И несмотря на довольно ранний час всё же получил ответ. Илья улыбнулся как-то уже совсем безмятежно и радостно...
   За окном было тихо и солнечно. 
 
 Март 2017




Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Кир Эл(L) Ф. | 5-01-2020, 16:53 | Просмотров: 108 | Комментариев: 0






Добавление комментария


Наверх