Леди Зима. Часть 3
Опубликовано в разделе: Творчество / Проза
ЧАСТЬ 2. ДВА ОСТРОВА
  ГЛАВА 9. НАМИРДАН
  Казалось, даже океанское солнце выглядит иначе, чем светило над сушей. Свет его, необычайно яркий и чистый вонзался в волны Намирдана, пытаясь пронзить толщу вод до самого дна. Но если море Зац ещё могло позволить такие шутки, особенно вблизи берега, то океан смеялся над подобными попытками, храня таинственные глубины в полной неприкосновенности. Валы, высокие и крутые катились с глухим рокотом, совсем не похожим на шелест морских волн, а океанский ветер важно трубил своим могучим голосом, обещая испытания слабым или неумелым мореходам.
  Утро выхода в океан выдалось на редкость ясным и спокойным, так что Джонрако велев вынести обеденный стол на шканцы, как он это частенько делал, даже когда завтракал сам. Пока стюард сервировал столик, капитан рассматривал в зрительную трубку удаляющийся берег континента, который для невооружённого глаза выглядел простой серой полоской на горизонте. В окуляр же ещё можно было различить несколько толстых башен, напоминающих пеньки.
  Джонрако сплюнул, в сердцах. Лямине ему никогда особо не нравился, поэтому он старался не заходить в его порт, без особой необходимости. Даже возможность избавиться о двух неприятных "зайцев" не заставила его изменить курс Чёрта. Проклятый городишко, чтобы ему утонуть, населяли одни чёртовы религиозные фанатики и за лишне слово в адрес Магистра, ты мог запросто получить кинжал под ребро, прежде, чем сообразил, какую хрень ляпнул. Именно в Лямине Магистр набирал пушечное мясо для войн, которые затевал и там происходили самые пышные торжества в его честь.
  Шания, стоявшая рядом, разрывалась между желанием взглянуть в странную трубку, приближающую далёкие предметы и своей гордостью. За весь вчерашний день они больше не сказали друг-другу ни слова, предпочитая использовать Хастола, в качестве посредника. Именно он, неизменно ухмыляясь, сообщал девушке, что капитан соизволил выделить ей каюту или приглашает отобедать.
  Санорени, до смерти испуганный шуткой капитана, постарался на славу и все остались довольны изысканными блюдами, больше напоминающими яства из дорогого ресторана, чем обычную матросскую еду. Чтобы кок не расслаблялся, Джонрако попенял на расход провизии, но после смягчился и заявил, что с таким коком он не боится преодолеть Полосу Мрака и идти дальше. Услыхав про Полосу, толстяк схватился за голову и со стоном, удалился на камбуз.
  Итак, гордость взяла верх и поджав губы, Волли отошла к обеденному столу, куда уже начали прибывать чашки с дымящимся напитком и бутерброды. Хастол, занявший своё место чуть раньше, поднялся и помог девушке, заслужив нарочито громкие слова благодарности. Джонрако, краем глаза наблюдавший за этой картиной, яростно схлопнул трубку и прикрикнул на матросов.
  Эти окрики раздавались весь вчерашний день и матросы, не допускавшие ни одной ошибки, пожимали плечами и спрашивали, какая креветка искусала капитана. Узан, успевший-таки стащить бутылку и опорожнивший половину, авторитетно заявил, что ему-то известна причина. Дескать шкип буйствует из-за того, что аппетитная цыпочка отклонила его притязания. Уж лучше бы, заявил матрос, поглаживая неприличную татуировку на ляжке, начальник дал действовать опытному парню. Уж он, Узан бы, так не оплошал!
  Капитан, стоявший в задних рядах слушателей, тотчас дал действовать опытному парню и тот не оплошал, выдраивая кубрик. Когда вечером, грязный и злой, Узан поднялся на палубу, ничто на свете не заставило бы его начать снова трепать языком.
  - Капитан, - окликнул Черстоли, намазывая тёплую булку маслом и передавая её девушке, - Не желаете составить нам компанию? Я, надеюсь, наше общество вас не слишком тяготит? Или вы чего-то опасаетесь?
  Джонрако, твёрдо решивший позавтракать в одиночку, закрыл рот и скрипнув зубами, подошёл к столу. Шания тотчас повернула голову в другую сторону и капитан, всхрапнув носом, сделал то же самое. То, что оба ведут себя, как дети, никого не волновало. Больше тяготило молчание, повисшее над столом. Волли ощутила, что мягкая вкусная булка напрочь не лезет в её горло и громко откашлялась. Тотчас волна кашля овладела всеми присутствующими, словно все глотнули крепкого рома. Угрюмый капитан откашлялся и обратился к Хастолу так, словно за столом больше никого не было:
  - Возможно это и не моё дело, приятель, - он пожал могучими плечами, - Но уж такой я любопытный человек. Скажи, на кой чёрт ты прёшься на это самый Калларис? Скажу тебе, как на духу, я кое что слышал про эту землю и всё что я слышал, пахло весьма неаппетитно. Плохое это место.
  - Плохое? - удивился парень, откидываясь на спинку раскладного стула и недоуменно рассматривая собеседника, - И кто же об этом поведал? Честно говоря, не слышал, чтобы кто-то из людей побывал на острове. Кстати, думаю вы очень внимательно читали "Ла тонга Симмерико", но вряд ли вам известно, что это - отредактированный вариант. Несколько глав удалили из печати и достать их теперь - очень сложная задача.
  - О чём же там говорилось? - поинтересовалась Шания, невольно опередив капитана, - Просто обожаю читать интересные книги.
  - Наверняка, это - те, где разводятся слюни о несчастной любви, - буркнул Собболи, не в силах удержаться от комментария, - Чтобы обязательно дворянин влюбился в нищенку или принцесса втрескалась в смазливого бродягу.
  - Я уже выросла из детского возраста! - отрезала девушка, сверкая глазами.
  - Сомневаюсь, - проворчал Джонрако, щурясь, как сытый кот и отхлёбывая из чашки, - Все признаки детства налицо: худорба, скверный характер и отсутствие логики.
  - Я - не худая! - повысила голос Шания, из всех упрёков в свой адрес уловившая лишь тот, который касался внешности, - И не заросшему откормленному громиле меня этим попрекать!
  - В этих главах говорилось о скрытых островах, - как нив чём не бывало, продолжил Хастол и внимание спорщиков тут же вернулось к юноше. Тот же сидел, уставившись в пространство и загадочно улыбался.
  - Гро...Что значит: скрытые острова? - спросил Джонрако, с некоторым сожалением отвлекаясь от начавшегося скандала, - Никогда о таких не слышал.
  - Скрытые? Куски суши в Южном полушарии, которые по определённым причинам оказались вырваны из ткани обычного мира. Некоторые даже невозможно ощутить: корабль запросто пройдёт через такое место и никто ничего не почувствует. Даже названия этих мест успели стереться из памяти людей.
  - А на этих островах жили люди? - тихо спросила Шания, опираясь локтями о стол и укладывая подбородок в подставленные ладони.
  - Чушь! В Южном людей нет и никогда не было, - проворчал Джонрако, - Только на Трописе мы встретили каких-то странных тварей, которых можно было, хоть и с натяжкой, назвать людьми. Они - маленькие, мне по пуп и покрыты чёрной шерстью.
  - Раньше там жили люди, обычные люди, - возразил Хастол, - именно на тех кусках суши, которые позже исчезли из нашего мира. Что с ними случилось, не скажет уже никто.
  - Кошмар! - выдохнула Волли и нервно сжевала бутерброд, даже не заметив этого, - Жалко людей!
  Хастол только пожал плечами.
  - Книга говорит, что они сами были повинны в случившемся несчастье, - он задумчиво посмотрел в небо и его глаза затуманились, словно парень пытался вспомнить нечто, давно позабытое, - Не стоит идти против устоявшегося порядка. Рано или поздно всё вернётся на круги своя, а нарушители традиций получат заслуженное наказание.
  - Это ты сейчас о чём? - буркнул Собболи, разглядывая бутерброд и размышляя о том, насколько тот невелик, - Кто получит наказание? Какие устоявшиеся традиции?
  Черстоли очнулся от владевшего им транса и с некоторым замешательством посмотрел на капитана. В поисках поддержки парень взглянул на девушку, но она растерянно улыбнулась и пожала плечами.
  - Жители островов, конечно же, - сказал парень, в конце концов, но в его голосе сквозила неуверенность, точно это было первое, что пришло ему в голову, - Образ их жизни не соответствовал законам древнего мира и Владыка Ночи закрыл острова властью, дарованной ему.
  - Будь моя власть я бы тоже закрыл кое-какие места, - проворчал Джонрако и в один укус расправился с произведением кулинарного искусства, - Мелочь какая...Я бы стёр с лица земли чёртов Лямине. Вот уже поганое местечко!
  - А я слышала, что это - очень пристойный город, - с вызовом откликнулась Шания и Собболи, издав тяжёлый вздох, уставился на неё, ожидая продолжения, - Говорят, что Острие Тьмы не имеет там такой власти, как в остальных городах и старается там вообще не появляться. Любой город, где нет его людей, будет хорошим местом.
  - Ты то была в этом распроклятом местечке? - скривившись, спросил Джонрако, - Пойми, кроме твоего любимого Острия существует ещё целая прорва замечательных людей, встреча с которыми не сулит ничего хорошего. А это ублюдочное селение, провалиться ему в преисподнюю, просто кишит такими отличными парнями.
  Пока он говорил, Хастол внимательно смотрел на девушку и заметил, что всякий раз, когда Шания слышала имя предводителя разбойников или сама произносила его, её начинало бить мелкой дрожью, а кожа бледнеет. Поэтому, когда взволнованная Волли попыталась дать отпор Соболи, Хастол положил ладонь на её руку и спокойно спросил:
  - А что вас связывает с этим человеком? Как мне кажется, он не принадлежит к тому кругу, откуда вы вышли, - он виновато улыбнулся, - Но если эта тема слишком болезненна, можете не отвечать.
  - Да нет, пусть отвечает, - капитан деловито отряхнул крошки с бороды, - Я же должен знать, за каким чёртом на моей посудине болтаются тощая цыпа и лысый придурок с цепочками на башке.
  - Я не тощая!
  - Тощая, но это не слишком важно, гораздо важнее причина, которая вынудила тебя удирать от этого ублюдка, - Джонрако важно кивнул и допил напиток, - Должен же я понимать причины происходящего, чёрт меня побери, чтобы меня не застали врасплох, как в прошлый раз! Ненавижу, когда меня внезапно хватают за жопу!
  - Остриё приходил к вам? - девушка так удивилась, что напрочь позабыла про гнев, - и чего же он хотел?
  - Ну, насколько я знаю этого негодяя, больше всего он хочет отправить всех в преисподнюю. Изначально он желал отправить меня на свидание с моим покойным папашкой, - Собболи невесело усмехнулся, - И всё из-за того, что я дескать согласился взять на борт Чёрта одну молоденькую тощую девицу. Но когда выяснилось, что мой пассажир другого пола, мы стали закадычными друзьями и если бы не появление гвардейцев, краб им в печёнку, начали бы целоваться, как заправские голубки.
  Джонрако сплюнул, с явным омерзением вспоминая тонкие губы бандита, смазанные каким-то блестящим составом. Потом вернулся к затронутой теме.
  - Так в чём же дело, дорогуша? В чём ты провинилась перед моим корешем, гореть ему вечно в преисподней? - Собболи сделал торопливый жест, отгоняющий злых духов, - Вряд ли ты его любовница; эта гадюка предпочитает других соседей по кровати. Скрюченный пару раз доставлял в Ченс груз живого товара, предназначенный Острию, это были исключительно мальчики. Может чего спёрла? Хоть я и не представляю, что такая, как ты могла украсть у прожжённого головореза. Так в чём причина? Давай, давай, раскалывайся!
  - Просьба вашего пассажира была высказана намного вежливее, чем эти грубые домогания, - холодно ответила Шания, - Поэтому я буду отвечать исключительно Хастолу.
  - Да хоть этому столику! - расхохотался Джонрако, которого здорово повеселила фраза пассажирки, - Я то всё равно выслушаю всё. Хастол, приятель, ты же не станешь прогонять неотёсанного капитана?
  - Капитан, ваши манеры находятся ниже всякой критики! - заметила Шания, но, тем не менее, начала рассказ, - Возможно вам не известно, а уж этому неотёсанному дубине-капитану, так точно невдомёк, но семейство Волли - один из древнейших родов Ченса. В своё время именно нам принадлежали леса к востоку от города, до Шиммина и дальше, до самого побережья. Затем один из Волли оказался замешан в заговоре против Магистра и лишён большей части имущества, а род сильно обеднел. Были годы, когда семейство выживало, перебиваясь подачками Магистрата, но никогда мы не смешивались с разбогатевшими лавочниками, как другие дворяне, сохранив чистоту рода.
  - И причём тут этот убийца? Какое ему дело до обедневшего дворянского рода?
  - Звонкое имя. Острие хочет быть вхож в знатные дома Ченса, - Шанию передёрнуло, - Если бы он женился на мне, то, по закону, имел бы полное право именоваться графом. Есть нюансы, но у мерзавца полным-полно продажных юристов, которые отшлифовали бы сделку. Мой отец имел неосторожность один раз довериться этому человеку, за что вскоре и поплатился своей жизнью и жизнью моей матери, - На глазах девушки сверкнули крупные капли, а сама она тихо шмыгнула носом, - Это случилось восемь лет назад. К счастью в завещании было указано, что замуж я выйду не раньше, чем мне исполнится двадцать, иначе меня бы отдали тотчас, после гибели родителей. Но Острие позаботился о том, чтобы я никуда не сбежала и приставил людей, стерегущих меня день и ночь. Сначала я ничего не понимала и не знала, насколько это жуткий человек. Когда я немного подросла, он пришёл ко мне и объяснил, для чего я ему нужна. А потом ухмыльнулся и объявил, что прикончит меня сразу, после церемонии. Потому, что ему так хочется. И все эти годы я с ужасом ожидала своего двадцатилетия и пыталась строить планы побега. Десять раз я пыталась спастись и всё оказалось тщетно. Меня ловили и возвращали обратно. Они, - голос девушки задрожал и слёзы начали струиться по щекам, - Они пороли меня, как какую-то уличную девку и угрожали изнасиловать. Если бы не строгий приказ хозяина, эти мерзавцы так бы и поступили! До двадцатилетия мне остаётся ровно месяц и, к счастью, вчера мне удалось сбежать. Бандиты гнались по пятам, поэтому собраться, как следует, мне не удалось: пришлось хватать то, что попалось под руку.
  - Ну и что же ты трепала языком о каком-то ином окружении, к которому привыкла? - Джонрако был тронут рассказом, но постарался скрыть истинные чувства за показной грубостью, - окружение то действительно другое: сплошь насильники да убийцы!
  Девушка сверкнула в его сторону мгновенно высохшими глазами и отрезала:
  - Я общалась с людьми моего круга. Острие не мог допустить, чтобы кто-то заподозрил неладное, поэтому я получила то же образование, что и другие дворянские девушки и выходила в свет. Естественно, под присмотром соглядатаев.
  - Ну и что же ты не попросила о помощи своих друзей- дворянчиков? - насмешливо поинтересовался Собболи, раскуривая трубку, - Или они решили не марать ручки, путаясь со всяким сбродом?
  - Я пыталась, - плечи Шании опустились, - Но мои охранники заметили это и предупредили: если я продолжу эти попытки - меня перестанут выпускать из дома. Я бы тогда совсем утратила рассудок. Пришлось пожертвовать этой возможностью, обменяв на общение со сверстниками.
  - Но неужели у столь красивой девушки не нашлось поклонников? - удивился Хастол, - Настойчивые молодые люди, которые поют серенады и лезут на балкон к своим любимым, всегда готовы помочь девушке, попавшей в беду.
  - Опека оказалась очень плотной, - Волли пожала плечами и печально усмехнулась, - Рядом постоянно находился парень, выдающий себя за воздыхателя. Его поведение...Я ненавидела этого мерзавца!
  - Ненавидела? - насмешливо переспросил капитан, - И что же с ним случилось? Он жив, вообще?
  - Не знаю, - покрасневшая девушка, смущённо опустила глаза, - Он отвлёкся, а я изо всех сил приложила его по голове и сбежала. Когда я спускалась по стене, он ещё лежал без движения. Возможно, удар оказался слишком сильным, не знаю.
  Последние её слова заглушил громовой хохот Джонрако, который едва не поперхнулся дымом и теперь громко кашлял, шлёпая ладонью по столу. Судя по всему, капитан испытывал настоящий восторг. Смахивая выступившие слёзы, он, с некоторым усилием, проворчал:
  - Постараюсь не поворачиваться к тебе спиной, подруга! Особенно, если ты опять рассердишься на меня. Клянусь, мне ещё ни разу не попадалась девица, так обожающая колотить мужиков по головам! - ещё один приступ хохота прервал его речь, - Нет, всё-таки старые книги не врут и существует связь между внешностью и характером человека.
  - Это вы о чём? - девушка прищурилась, подозревая подвох, - Какая тут может быть связь?
  - Толстые люди, обычно - весёлые и жизнерадостные, - охотно пояснил Джонрако, игнорируя предостерегающие жесты Хастола, - Склонны к шумным пирушкам, весёлым шуткам и розыгрышам. В жизни их нет опасных врагов, а количество друзей превышает необходимое число. Это - Сердар: "О характере человека, его происхождении и возможностях развития", - капитан поднял дымящуюся трубку и покачал ею, - Люди тощие, обычно склонны к меланхолии и приступам неконтролируемой злобы. Им свойственна повышенная обидчивость и вспыльчивость, переходящая в неприкрытый гнев. Особо для тощих людей свойственна скрытая мстительность, которую они готовы распространить на весь мир, считая оный своим главным врагом. Вот и всё, что я хотел сказать.
  На некоторое время капитану потребовалось всё его проворство, чтобы успеть пригнуться. Однако это не уменьшило его веселья.
  - Жаль, - сказал он, усмехаясь, - Это была очень хорошая чашка. В Черзе раньше изготавливали великолепные сервизы. Печально, но с тех пор мастерство горшечников пошло на убыль.
  Джабба даже не думал скрывать недовольство, глядя на человека, сидящего во главе стола. Кроме них двоих, на верхушке Башни Облаков присутствовал ещё один гость: невысокий человек, неопределённого возраста, зябко кутающийся в пурпурный плащ высшего совета Академии. На лице учёного читалась откровенная растерянность, причиной которой несомненно являлось это странное приглашение на Обзорную площадку. Сиред Зарелли уже больше пяти лет не встречался с Магистром и совсем не стремился к новым свиданиям. Напротив, заслуженный картограф старался всеми способами избегать возможного внимания со стороны чародея и если намечалось некое торжественное событие с участием Магистра, тут же сказывался больным.
  Прошло уже достаточно много времени, с последней встречи, но сейчас, под взглядом холодных глаз, полыхающих зелёным пламенем, к Зарелли возвращался прежний страх и слабость в коленях. "Что ему нужно от меня?" - единственная мысль крутилась в голове учёного и как он не пытался думать о чём-то ином, она возвращалась снова и снова. Ощущая усиливающийся ужас, Сиред видел, как губы чародея раздвинула издевательская ухмылка, свидетельствующая о том, что мысли картографа, стали ему доступны. Потом чародей отвернулся, разом прекратив улыбаться.
  Состояние Джинсерхуа не имело ничего общего с обычным недовольством: он пребывал в ярости и лишь огромным усилием воли сдерживал себя в руках. В лице капитана, за прошедшее время, появились изменения, вынуждающие гадать, какое потрясение он успел пережить. Глубокие морщины прорезали гладкую кожу смуглого лица, около глаз появились тёмные круги, а в чёрных волосах белели пряди седых волос.
  Некоторое время чёрные глаза противостояли зелёным, а потом Магистр усмехнулся и опустил взгляд на чёрную птицу, которая лениво прохаживалась по прозрачной крышке стола. Шурт коротко каркал и постукивал клювом по своему отражению в столешнице. Ощутив на себе взгляд повелителя, ворон поднял голову и спросил:
  - Ну что, приступим?
  - Даже не знаю, - маг пожал плечами, - может быть кто-то из присутствующих желает высказаться. Пожаловаться, например, или обвинить меня в чём-то.
  Он вновь усмехнулся и бросил косой взгляд на гвардейца. У того лицо пошло багровыми пятнами, а пальцы сжались в кулаки, которыми Джабба опёрся о стол. Потом, почти не разжимая зубов, Джинсерхуа процедил:
  - Пожаловаться? Может до меня просто не доходят некоторые вещи? - его напряжённый голос внезапно сорвался на крик, а сам капитан привстал, стукнув кулаками по столешнице, - Возможно я не понимаю, на кого, собственно, работаю? Мне трудно представить, как же нужно презирать своих помощников, чтобы поступать с ними таким образом!
  - Каким? - Магистр сложил руки на груди и прямо посмотрел на гвардейца, обозначив на тонких губах холодную усмешку, - С моей точки зрения произошло небольшое недоразумение, вот и всё. Вы провалили своё задание, упустили нужного человека и теперь пытаетесь оправдаться, устраивая истерики? Ай, ай! Как это недостойно истинного воина! А вы как считаете, глубокоуважаемый Сиред?
  Тот ничего не сказал, твёрдо решив не вмешиваться в перепалку и мечтая лишь об одном: как можно быстрее покинуть Обзорную площадку, вернуться в родной дом и за чашкой подогретого вина, навсегда забыть о неприятном визите. Поэтому картограф игнорировал ехидный вопрос и лишь поправил складки одежды, точно это занятие оказалось гораздо важнее всего остального. Джабба таки покосился в его сторону, но тотчас вновь уставился на Магистра, который лениво играл с перьями в хвосте Шурта.
  - Истерики? Оправдаться? Я знаю свои ошибки и не пытаюсь переложить их на других. Мы почти взяли этого гада и если бы не проклятый туман! - он скривился и вновь стукнул кулаками по столу, - Но и он бы нас не остановил: подумаешь, какой-то вонючий кусок дерьма, но эти твари...Очень хотелось бы знать, кто послал этих монстров. Да, это недостойно гвардейца, но я до сих пор ощущаю ужас, когда вспоминаю, как эти чудовища лезли на борт! Это была магия, чтоб мне сдохнуть! А магией у нас заведует только один человек и на его руках кровь тридцати пяти моих подчинённых! И ещё пятнадцати, сошедших с ума. Или вы совсем не при чём?
  Шурт поднял голову и посмотрел на своего повелителя. Тот продолжал усмехаться, но его улыбка превратилась в застывшую гримасу, а когда ворон попытался открыть клюв, длинные пальцы тотчас оказались у горла птицы и плотно сжались на нём, недвусмысленно намекая на необходимости помалкивать.
  - Да, туман был моей работой, - словно рассуждая, неторопливо сказал чародей и посмотрел в голубое небо, где лениво плыли беспечные облака, - Мне казалось, что он задержит судно беглецов и облегчит вашу задачу. Но существа из тумана оказались неожиданностью и для меня. А я предупреждал, что человек, которого вы преследовали, может оказаться опасным противником. Теперь вы и сами в этом убедились.
  Лицо Джинсрхуа отразило сомнение, а потом краткую борьбу, словно он пытался заставить себя поверить в сказанное Магистром. А тот мгновенно почуял эту слабину и тотчас его улыбка стала шире. Чародей ослабил пальцы на шее Шурта и ворон тут же отпрыгнул в сторону, издав тихий сип.
  - Молчу я, молчу! - бормотал он, - Задушишь когда-нибудь...
  - Значит, туманную мерзость прислал тот человек, - медленно произнёс Джинсерхуа, - Его зовут Хастол Черстоли, на вид ему - двадцать с небольшим и судя по всему, он - из какого-то дворянского рода. Я хорошо запомнил его физиономию и не забуду, даже если пройдёт тысяча лет! Тридцать пять опытных воинов погибли, чтобы он спас свою вонючую шкуру и десятерых я мог назвать своими верными товарищами! Храбрые парни. Но как они кричали, когда эти кошмарные существа лезли на борт и ничто не могло их остановить.
  - Это печально, - согласился Магистр, - Я уже распорядился, чтобы семьям всех погибших выплатили достойное вознаграждение. А в тот момент...Каюсь, спохватился слишком поздно, но всё же успел применить конрзаклинание, рассеивающее туман, иначе вы погибли бы все, до единого. Джабба, мой верный помощник, предоставь мне полный список всех своих людей, чтобы я смог обеспечить каждого защитным амулетом. Думаю магическая защита окажется совсем не лишней, в грядущем походе. Ну, а самый лучший, мы предоставим Сиреду. Ты ведь этого достоин, не правда ли?
  - Наверное, - пожал плечами Зарелли и тут до него дошёл смысл сказанного. Глаза учёного полезли на лоб, а сам он вскочил на ноги, выставив руки перед собой, - Но вы же обещали! Вы же говорили, что то плавание будет последним! Пусть возьмут меня боги картографии, но я - слишком стар и даже добавленные годы не сделают легче новое путешествие.
  - Даже добавленные пятьдесят лет? - вкрадчиво осведомился Магистр и словно в раздумье, добавил, - Даже сто добавленных лет? Это же позволит любому вновь ощутить себя молодым и беззаботным!
  Сиред Зарелли тяжело вздохнул и бессильно уронив длинные костлявые руки, опустился на край кресла. На его морщинистом лице появилась печальная улыбка, а в глазах мелькнуло тоскливое выражение. Магистр терпеливо ждал ответа.
  - Продлённая старость - ничто иное, как та же старость, - картограф пожал плечами, - И она не даст новой молодости. Однако, как я понимаю, в дальнейших спорах нет ни малейшего смысла? Если я не соглашусь выполнять поручение за награду, меня отправят в качестве наказания, ведь так? Уж лучше получить хоть какую-то выгоду. Однако, можно узнать, почему возникла нужда именно во мне? Мой помощник столь же эрудирован и ему всего лишь сорок пять. Почему бы не взять его?
  - И он тоже совершил несколько экспедиций в Южное полушарие? - безмятежно осведомился Магистр и щёлкнув пальцами, приказал ворону, - Карту, немедленно!
  Шурт сорвался с места и мгновенно растворился в чёрной мембране выхода. Джабба отвлёкся от подсчёта нужного числа людей и заинтересованно уставился на чародея. Волшебник насмешливо рассматривал учёного, который, услыхав о цели путешествия, едва не рухнул с кресла и теперь усиленно восстанавливал утраченное равновесие. Убедившись, что его слова произвели нужный эффект, Магистр продолжил:
  - В путешествии потребуется лоцман, способный привести корабль за полосу тени и хорошо ориентироваться в водах юга. Честно говоря, я готов оставить тебя в покое, если ты предложишь достойную замену. Но помни: преследовать придётся корабль, которым управляет весьма опытный мореход.
  Пока Сиред лихорадочно вспоминал известных ему капитанов и географов, Джинсерхуа недоуменно поинтересовался:
  - Откуда такая уверенность, касательно Юного полушария? Учитывая прошедшее время и характеристики хода, наши беглецы не проделали и полпути к Твайру.
  - Нужно быть предусмотрительным, - пояснил Магистр и тихо рассмеялся, - Очень предусмотрительным. Я дам вам список примерных точек, где весьма вероятно их присутствие в процессе эгого похода.
  Сиред нервно хлопнул себя по лбу и рассмеялся дребезжащим смехопутешествия. Пусть это и весьма сомнительный шанс, но у нас нет дрм. Капитан и Магистр задумчиво разглядывали учёного, ожидая продолжения.
  -Я вспомнил! - почти выкрикнул картограф, - Я точно знаю, кто вам нужен! Лучшего капитана вам не найти. Это - мореход, с которым я три раза ходил за Полосу тени, отличный моряк, с достойным кораблём и опытной командой. Зовут его - Джонрако Собболи и думаю...
  - Как называется шхуна, которую вы преследовали? - тускло осведомился чародей, перебив озадаченного картографа, - Вы же узнали имя капитана?
  - Морской Чёрт, - отчеканил Джабба и с видимым сочувствием посмотрел на поникшего Сиреда, - Капитан - Джонрако Собболи. Должен заметить, я успел навести справки и да: он действительно весьма и весьма неплохой мореход, но не без грешков. Был замечен в контрабанде во время Войны двух островов. И я уже успел заметить, что его посудина лишь слегка уступает в скорости самым быстроходным единицам флота.
  - Собболи, Собболи, - задумчиво протянул Магистр, - Знакомая фамилия. Он никак не связан с тем Собболи, которого казнили за шпионаж?
  - По официальной версии, - уточнил гвардеец, почти не задумываясь, - Помнится, истинные причины никто афишировать не стал.
  - Не будем и мы сейчас, - согласился чародей, - так всё же?
  - Его сын. Такой же своенравный и буйный, как папаша. В прошлый раз ему удалось избежать наказания, но теперь, он - попался.
  - Посмотрим, - Магистр вздохнул, - Посмотрим.
  Он посмотрел на Зарелли, который сидел, охватив опущенную голову длинными пальцами и позволяя клочкам седых редких волос торчать наружу. Ощутив на себе тяжёлый взгляд волшебника, картограф убрал руки и с вымученной улыбкой пожал плечами. Магистр повторил жест и отвернулся. Всё было решено.
  Чёрная клякса входной мембраны хлопнула, пропусти внутрь взъерошенного ворона, сжимающего в огромном клюве рулон бумаги. Плюхнувшись на стол, Шурт торопливо освободился от принесённой карты и каркнул, прочистив горло. Вместо благодарности, маг смахнул птицу и развернул карту, открыв цветное изображение Магистериума.
  Окинув взглядом картину мира, известного человеку, чародей провёл рукой по гладкой поверхности бумаги, точно пытался ощутить неровности рельефа. Потом лысая голова поднялась, а в зелёных глазах вспыхнул огонёк возбуждения. Волшебник поманил пальцем помощников, приглашая их подойти ближе.
  Сиред Зарелли понуро протрусил к креслу волшебника и послушно уставился на знакомые очертания материков и океанов. Джабба, который, до последнего времени, не слишком интересовался географией, изучал карту с большим интересом.
  Убедившись в том, что привлёк необходимое внимание, Магистр повёл пальцем по синему пространству Настигана и остановился на зелёном пятне, изображающем Твайр.
  - Первую остановку они сделают здесь, - сказал он, постукивая по изображению острова, - И пробудут здесь не менее суток. Возможно этого не хватит вам, чтобы настичь беглецов, но всё же задержит преступников, а всякая их задержка идёт нам на пользу. Со своей стороны я попытаюсь приложить максимум усилий, чтобы судно этого Собболи оставалось на Твайре, как можно дольше. Если вы успеете прибыть на Твайр, когда беглецы ещё будут там, я вас непременно уведомлю.
  Сиред послушно кивал, даже не пытаясь вдумываться в смысл произнесённых слов. Жалость картографа к самому себе была так велика, что полностью поглотила его, не оставив места для чего бы то ни было ещё. Джабба же поднял бровь и произнёс голосом, полным сомнения:
  - Корабль, снаряжённый для дальнего плавания и спасающийся от преследования, станет делать длинную остановку на Твайре? Бред! Откуда такая уверенность?
  Магистр самодовольно улыбнулся.
  - У них не будет другого выхода, - уверенно пояснил он, - На судне не останется пригодной, к употреблению, воды и либо они предпочтут смерть от жажды, либо будут вынуждены зайти в Черз.
  - Но как? - нахмурился гвардеец, - Если и прежде была возможность портить продукты на расстоянии...
  - Не было, - покачал головой маг и вновь ухмыльнулся, - Но ведь не всё в мире решает волшебство. Среди команды имеется мой лазутчик; не вижу смысла скрывать это от вас. У него есть определённые указания, среди которых - испортить воду, если Морской Чёрт сумеет избежать преследования.
  - Лазутчик? - изумился картограф, - Среди маленькой команды? Да его же враз раскроют!
  - Этого человека никто никогда не заподозрит. С его способностью менять внешность и изворотливым умом - никогда в жизни.
  Джабба тотчас вспомнил предыдущую встречу и безликого, оставшегося для особых указаний мага. Сообразив, в чём дело, гвардеец понимающе кивнул. Сиред повторил его жест, даже не пытаясь догадаться, в чём подоплёка странного заявления Магимстра.
  Тем временем, чародей продолжал бороздить пальцем пространство карты. Он остановился около двух точек, едва заметных в синеве океана и стало заметно колебание волшебника, точно он не знал, какой из двух крошечных отметин отдать предпочтение. Однако замешательство минуло и палец двинулся влево.
  - Остров Колонны, - возвестил бесцветный голос, - Мне кажется, что беглецы постараются забрать отсюда одного, весьма необычного, пассажира.
  - Необычного, ха! Я думаю! - хмыкнул картограф, точно пробуждаясь от глубокого сна, - Всем известно, что этот клочок земли - официальная колония собачьей общины. Людей на острове совсем нет.
  - Точно, - согласился волшебник и похлопал учёного по плечу, - Теперь понимаешь, почему я нуждаюсь именно в тебе, старина? Из-за твоих знаний. Если на корабле Собболи находится тот, о ком я думаю, или кто-то, связанный с ним, ему потребуется пёс, возглавляющий общину. Очень особенная собака.
  - Иварод или попросту - Ива, - заметил Зарелли, уставившись на карту с пробуждающимся интересом, - Мы с ним беседовали несколько раз. У него чудовищная эрудиция и не менее кошмарное самомнение.
  - Знакомое имя, - усмехнулся Джабба, - Эта блохастая тварь не всегда руководила общиной на острове Колонны. Помнится, во время последней войны, он шпионил в пользу Карта, причём оказался настолько ловок, что его ни разу не удалось прищучить! Я до сих пор подозреваю, что похищение планов оборонительных сооружений Ширине - дело лап именно этой милой собачки. После победы, когда арестовывали всех подряд, я пытался его отыскать, но чёртов пёс успел удрать на остров Колонны.
  - Ладно, ладно, - Магистр махнул рукой, - Мне известно, насколько вы все - знающие люди, поэтому я и остановился на ваших кандидатурах. Итак, дальше у нас идёт Карт, причём порт Ле Карта можно исключить сразу же. А вот Южная часть острова, изобилующая тайными пристанями братьев - именно то, что их заинтересует. Должен предупредить об опасности, которую представляют собой мятежники Карта: могущество братьев лишь немногим уступает моему, а вблизи своих источников силы, чёртовы заговорщики почти непобедимы. Настроены они враждебно, поэтому беглецам не составит особого труда натравить их на вас. В таком случае, очень рекомендую немедленно покинуть Карт и удалиться от него на максимальное расстояние. Направляйтесь к Зару, но ни в коем случае не делайте в нём остановок; ваша цель - Сквозная река, по которой беглецы постараются преодолеть Полосу Тени.
  - Но к чему столь подробные объяснения всего маршрута? - поинтересовался Сиред, приподняв лохматую бровь, - Ведь мы можем обсуждать перипетии путешествия, используя Посредник? Это же - намного удобнее, чем вспоминать и путаться в указаниях.
  Не говоря ни слова, Магистр отнял руку от рулона бумаги, позволив карте свернуться. После этого сделал быстрый жест и в его ладони появился крошечный жёлтый шарик, сияющий тусклым жёлтым светом. Чародей поставил предмет на стол и тот тотчас принялся увеличиваться в размерах, одновременно теряя в яркости. Когда сфера достигла величины человеческой головы, её сияние угасло и она превратилась в тёмный мёртвый шар.
  - Это - Дальний Посредник, - пояснил Магистр, кривя тонкие губы и пощипывая пальцами кончик длинного носа, - Прежде эта штуковина без проблем устанавливала связь с Южным полушарие, с самыми отдалёнными его участками. Уже который день я пытаюсь использовать Посредник, чтобы связаться со своим агентом на Карте и мои усилия тщетны. В эфирном пространстве бушует магическая буря, самая сильная, за последнюю тысячу лет. Посылать сообщения можно, лишь затратив невероятное количество энергии. Тем не менее, я дам вам Посредник, ведь не вечность же будут продолжаться эти возмущения!
  Больше никто ничего не спрашивал и Обзорная Площадка наполнилась тишиной. Даже Шурт неподвижно замер на хрустальном столе, рассматривая чародея. На него же устремились взоры Джаббы и Сиреда. Сам Магистр глядел в голубую даль небес, смыкающуюся с пространством океана, точно пытался отыскать там крошечный кораблик, везущий на борту загадочного пассажира.
  Сиред Зарелли, размышлял о том, как быстрее вернуться домой; Джабба Джинерхуа лелеял мстительные мечты о встрече с ненавистным Хастолом. О чём думал Магистр, не знал никто.
  ГЛАВА 10. НЕПРИЯТНОСТИ
  Джонрако сидел на пустынном каменистом берегу, неведомой ему земли и тупо разглядывал высокие валы волн, которые со злобным шипением накатывали на изрезанные истуканы валунов и откатывались назад, подготавливая следующую атаку. Угрюмое серое небо, без единого просвета, низко нависало над головой капитана, точно намеревалось сокрушить морехода своим облачным животом. Ни единого яркого пятна: растительности вокруг не наблюдалось и даже неизменной, на побережье, морской травы не было. Одни камни виднелись по обе стороны, сплошные камни. Размеры их были самые разнообразные; от песчинки до исполинского валуна, торчащего вверх уродливым ломанным пальцем. Тоскливое завывание ветра довершало неприятное впечатление от окружающей Собболи местности.
  Но главной проблемой было не это. Капитан никак не мог вспомнить, почему он здесь находится и как, вообще, сюда угодил. Последним воспоминанием, задержавшимся в памяти, оставался разговор с пассажиром. О чём же они говорили? Какое-то предостережение, вроде бы...Нет, память отказывалась помочь.
  Капитан неторопливо поднялся на ноги и повертел головой, надеясь отыскать нечто, способное подсказать, какого чёрта он делает на пустынном берегу: разбитую лодку, кусок рангоута, хотя бы клочок разорванного паруса! Возможно, пока он спал, Чёрт потерпел крушение и его выбросило на какой-то чёртов риф. Но все старания оказались тщетны: кроме осточертевших камней - ничего. Джонрако почесал в затылке и пнул один из булыжников, едва не расшибив палец. Что ему делать? Где, мать их, все остальные? И как, будь проклято всё, он сюда угодил?
  - Да чтоб меня черти взяли!
  - Иногда желание может сбыться, стоит его озвучить.
  Сжав кулаки, Собболи обернулся, оказавшись лицом к лицу с неизвестным, ответившим на его проклятие. Впрочем, лицом к лицу, слишком сильно сказано. Незнакомец оказался одет в глухой чёрный плащ с глубоким капюшоном, низко опущенным на лицо. Можно было различить лишь две зелёные точки, скорее всего - глаза. Просторная одежда полностью скрывала тело человека, не позволяя понять: толст он или тощ, стар или молод, да и вообще, какого пола.
  - Это ты меня сюда притащил? - выпалил Джонрако первое, что пришло ему в голову, - Да и кто ты, вообще?! Какого чёрта тебе от меня надо, разрази тебя гром!
  - Я ли доставил тебя в это место? - задумчиво спросил неизвестный, - Скорее, ты сам угодил сюда. Моё участие оказалось минимальным: лишь указывать путь, чтобы душа не потерялась во мраке Путей. Кто я? Это не имеет особого значения, рано или поздно всё откроется и без моих слов. А вот последний вопрос не лишён смысла. Это место, - человек повёл рукой и Джонрако почудилось нечто знакомое в этом жесте, - Зал Ожидания. Здесь никогда и ничего не происходит. Когда то Зал был обычным островом, но высшие силы выбросили его из реального мира в безвременье и предназначили для Ожидания. Здесь люди, которые нуждаются в обдумывании важных вещей могут спокойно поразмыслить. Вот и тебе, любезный Джонрако, настала пора, кое над чем подумать.
  Голос человека, приглушённый плотной тканью плаща, показался Джонрако смутно знакомым, словно он уже слышал его когда-то. Но вот кому может принадлежать этот голос...
  - Не думаю, что нуждаюсь в чёртовых советах не пойми кого, - угрюмо проворчал Собболи и его огромные кулаки сжались-разжались, - Мне нечего обдумывать, особенно в этом проклятом месте. Так что, приятель, немедленно верни меня на корабль. Живо, я сказал!
  - Ты должно быть плохо меня понял, - незнакомец хмыкнул и вновь смешок показался капитану знакомым, - Ты сам попал сюда и следовательно, уйти сможешь сразу же, как только пожелаешь этого.
  - Так значит я хочу обратно! - рявкнул Джонрако, не ожидая, впрочем, какого-то результата. Он, с самого начала, подозревал, что имеет дело с чародеем и поэтому нужно ожидать подвоха. Так и вышло: Собболи остался там, где и был, ветер продолжал выть свою тоскливую песню над грудами камней, а чёрная фигура неизвестного поблескивала зелёными пятнами глаз. Капитан хрустнул костяшками пальцев, как делал всегда, перед дракой и спросил, - Ну и как там, с моими желаниями и твоими обещаниями? Почему я не отправился обратно, если захотел?
  - Значит, некая часть тебя желает остаться здесь, - пожал плечами незнакомец и вновь капитана пронзило чувство узнавания, - Я же говорю: тебе необходимо поразмыслить.
  - Ладно, проклятый ублюдок, чтоб тебе лопнуть! - взревел капитан, поднимая сжатые кулаки на уровень груди и подступая к волшебнику, - Выкладывай, что тебе нужно! Думаешь до меня не дошло, что тебе потребовалась какая-то чертовщина от старого доброго Джонрако?
  Голова в капюшоне качнулась из стороны в сторону, словно человек не соглашался со сказанным. Странный звук, напоминающий вздох сожаления, коснулся ушей морехода.
  - Ещё раз повторю: лично мне от тебя, пока, ничего не нужно, - проникновенно сказал незнакомец, - Это нужно тебе.
  - Ну ка, напомни, что же так нужно мне, что я никак не могу покинуть этот чёртов клочок земли?
  Джонрако попытался вложить в голос максимум яда, но все его усилия пропали втуне.
  - Подумай, - собеседник качнул капюшоном, точно осматривался и присел на плоский камень, после чего сделал жест рукой, приглашая капитана последовать его примеру, - Так ли необходимо, именно тебе, идти к Калларису? Возможно этот путь таит больше опасностей, чем ты предполагал изначально?
  - Так вот, откуда дует ветер! - мореход понимающе кивнул головой, даже не думая сходить с места и зло хохотнул, - Стало быть, оставаться здесь выгодно мне? Так, прихвостень Магистра? Или ты и есть этот лысый урод? Знай, я срать хотел на тебя и твоих посланников, пусть они будут в тысячу раз страшнее тех, которых ты послал по нашу душу! И нам ничто не помешает добраться до Каллариса!
  - Этого я и опасаюсь, - печально сказал незнакомец и его голова поникла, - Стало быть, ты думаешь, что я - Магистр, или его посланник? Смелая догадка.
  Краем глаза Собболи уловил непонятное движение и резко повернувшись, обнаружил небольшое чёрное пятно, повисшее на уровне его глаз, в полутора десятках шагов. Темнота, казалось, бурлила и быстро увеличивалась в размерах.
  - Твои штуки, засранец? - Джонрако обернулся к неизвестному, но обнаружил, что тот исчез и плоский камень - пуст, - Сволочь, что ты ещё задумал, разрази тебя гром?!
  Пространство острова стремительно исчезало под клокочущим мраком и очень скоро капитан оказался на узкой полоске между шипящим прибоем и стеной тьмы, подбирающейся к нему всё ближе и ближе. Могильным холодом веяло от колышущейся темноты и мореход начал, против своей воли, отступать к океану, твёрдо решив, лучше отдать себя на волю волн. Однако, повернувшись к прибою, капитан нашёл там ту же жуткую тьму. Отступать стало некуда и Джонрако замер на месте.
  Мрак приблизился вплотную, оставив свободным лишь маленький кусок каменистой почвы, где стоял Собболи. Внезапно в стене тьмы, как в зеркале, моряк увидел своё отражение. У отражённого Джонрако глаза оказались плотно закрыты. Внезапно они распахнулись и зелёный свет, хлынувший из них, отбросил капитана прочь.
  С глухим рыком, моряк рухнул на твёрдую поверхность, очень хорошо ощутив это именно ягодицами. Некоторое время Джонрако сидел абсолютно неподвижно и приходил в себя. Потом попытался понять, где находится. В этот раз с ориентировкой вышло намного лучше. По всем признакам он находился в своей каюте.
  В иллюминатор робко проникал серый свет раннего утра и бросал тусклые блики на книжный шкаф. Тёмное пятно, за стеклом, напомнило Собболи о кошмарном сновидении, но приглядевшись, он сообразил, что это - пустое место, оставшееся после того, как он вчера взял с полки "Синвертори за Пунам" - "Путешествие по Синвертори". Книга потребовалась ему, чтобы уточнить некоторые моменты в лоции Сквозной реки.
  - Чтоб я сдох! - проворчал Собболи и установил в крепление светильник, почему то лежащий на полу. После этого мореход задумчиво уставился на вмятину в полу. Весил капитан достаточно много.
  - Надо или сбросить вес, - буркнул Джонрако и присел на койку, - Или видеть только хорошие сны.
  Собственный голос помог ему немного сбросить напряжение, вызванное ужасным сновидением и чтобы окончательно развеяться, Собболи налил себе рома, проглотив напиток в один глоток. Теперь капитан окончательно успокоился и сердце перестало рваться из груди, но картины кошмара продолжали ясно стоять перед глазами. Таких реалистичных сновидений он ещё никогда не видел. Его кожа до сих пор ощущала брызг солёной воды и дуновение холодного ветра.
  Капитан вновь взял бутылку, но подумав, отставил: скверная привычка - начинать день с опорожнённой бутыли. Спать не хотелось совершенно: подобные сновидения отобьют желание закрыть глаза у кого угодно. Почесав затылок и пригладив всклокоченную бороду, Собболи зевнул и подошёл к иллюминатору. М-да, похоже сегодня светило не порадует его своими тёплыми лучами. Над волнами медленно плыли седые космы тумана. К счастью, не того зловонного облака, которое настигло их у Туманной косы, а самого обычного, способного сбить с курса лишь неопытного юнгу.
  - Сон в руку, - буркнул Джонрако и зевнул, едва не вывихнув челюсть, - Надо подниматься к моим лодырям, проверить, как они держат Чертяку.
  Стоило ему выйти на палубу, как в нос ударил промозглый запах сырости, а перед глазами качнулась непроницаемая пелена туманного облака. Все металлические части такелажа блестели так, словно их тщательно надраили, а дерево потемнело, напитавшись влагой. Воздух казался неподвижным и подозревая худшее, Джонрако запрокинул голову, уставившись на оснастку. Дела обстояли именно так, как он и предполагал: полотнища парусов безвольно обвисли, напоминая бесформенные тряпки вокруг прачечной. Ветра не было. Злобно плюнув в шпигат, Джонрако поёжился и начал подниматься на спардек, едва не поскользнувшись на последней ступени.
  Фигуры вахтенных, сгорбившихся у штурвала, напомнили ему про неприятного собеседника из недавнего кошмара. Блеклая пелена преобразила моряков, надевших штормовые плащи, чтобы хоть как-то уберечься от пронизывающей до самих костей, сырости. Вот и капитан, ощущая ломоту в суставах, усел пожалеть о забытом в каюте бушлате.
  Один из вахтенных, услыхав шаги капитана, отбросил с лица капюшон и глухо кашлянул. Джонрако узнал Далина, даже если бы тот не стал открывать лицо, и с любопытством посмотрел на серую физиономию помощника, отбывающего наказание за своё поведение в первый день плавания. Боцман смахнул с носа огромную мутную каплю и хрипло поприветствовал капитана. Второй вахтенный повторил слова приветствия, предпочитая не поднимать капюшон.
  Увидев, кто стоит у штурвала, Джонрако тотчас успокоился: в таких руках Чёрт будет идти, словно вокруг - ясный солнечный день. Далин, если не пил, был одним из лучших мореходов Ченса. Тем не менее, ответив на приветствие, Джонрако отпер крышку нактоуза и сверил лоцию со стрелкой компаса. Корабль должен был идти на юго-юго-запад и судя по всему, расхождение с проложенным курсом составляло ничтожные доли градуса.
  - Сойдёт, - буркнул капитан, избегая похвал в адрес боцмана, на которого продолжал сердиться, - Когда начался туман и убился ветер?
  - Около трёх, - отрапортовал второй вахтенный, - Мы вошли в полосу тумана и почти сразу исчез ветер.
  - Какая скорость была до этого? - поинтересовался Джонрако, листая страницы корабельного журнала, который отдал ему Далин.
  - Пять, пять с половиной. - почесав ухо, сообщил помощник, - Я отметил. А после, упала до половины узла. Может, даже меньше.
  - Почти дрейф, - проворчал Собболи, отмеряя отрезок на карте, - Как жаба в луже. Так мы далеко не уйдём.
  Больше он ничего не говорил, погрузившись в расчёты. По всему выходило, что они болтаются в сотне миль северо-восточнее Твайра. Поскольку Джонрако и мысли не имел заходить в Черз, через полсотни миль следовало корректировать курс. Но при таком ходе пятьдесят миль они преодолею очень нескоро.
  Капитан так погрузился в раздумья, что голос боцмана заставил его вздрогнуть.
  - Это ещё кто? - прохрипел Далин и шмыгнул носом, - Кому ещё не спится в чёртову рань?
  Джонрако оторвался от вычислений и обернулся, уставившись на тёмную фигуру, неторопливо вырастающую над краем надстройки. Шагов моряк так и не слышал, да и вообще - плеск волн, был единственным шумом, который доносился до его ушей. То ли от промозглой сырости, то ли по какой другой причине, но Собболи ощутил озноб и его рука, сама по себе, скользнула в карман безрукавки, где хранился верный пистолет. А неизвестный, чей силуэт дрожал в пасмах тумана, продолжил приближаться, уже ступив на доски спардека. Под тяжёлое дыхание вахтенных, Джонрако медленно потянул оружие из кармана.
  - Доброе утро, капитан, - голос, лишённый интонаций, казался многозначительно-зловещим, - Скверная погодка.
  Узнав подошедшего, мореход сплюнул, в сердцах и забросил пистолет обратно.
  - Скверная, - согласился Собболи, с трудом удержавшись от ругательств в адрес Хастола, - Чего это тебе, приятель, не спится? Пришёл подменить моих матросиков?
  - Да я уже давно не сплю, - Черстоли подошёл уже так близко, что капитан мог сам убедиться: сонливости в лице пассажира не было ни капли, - Хотел прогуляться по палубе, но, честно говоря, отпугнула погода. А теперь вот услышал ваш голос и решил составить компанию.
  - Твоё дело, - буркнул капитан и с внезапным подозрением, поинтересовался, - А что там мой "заяц", тоже не спит?
  - Ну вообще то, - Хастол обозначил улыбку, словно понимал причину беспокойства собеседника, - Когда я проходил мимо её каюты, то различил лёгкий шелест. Может быть она просто повернулась во сне...
  - А может? - выдохнул Собболи, подозревая ответ.
  - Ну вообще-то, так шелестит одежда, когда её надевают на себя, - любезно сообщил Хастол, - Но я не рискнул постучать, чтобы убедиться в этом.
  Вахтенные, приняв последнюю фразу за шутку, начали было смеяться, но тяжёлый взгляд капитана вынудил их поумерить веселье. Собболи поманил пассажира и они отошли к борту, где матросы не могли бы их подслушать.
  - Послушай, приятель, хотел задать вопрос, пока рядом нет лишних ушей, - начал Джонрако и тут же остановился, в нерешительности. Его огромная лапища вцепилась в бороду и потянула вниз, отчего физиономия капитана приобрела забавное выражение обиженного ламантина,- По поводу этой Шании...Кстати, что тебя с ней?
  - У меня?! - поразился Хастол, но в уголках его рта притаилась почти незаметная усмешка, - Вообще-то мне казалось, будто именно у вас имеются какие-то виды на эту девушку.
  - Да ты сбрендил! Чтобы я запал на какую-то...Ты рехнулся, приятель! - капитан вскинулся, размахивая кулаками и вдруг сник, - Чтоб меня черти взяли, если я понимаю, какая дьявольщина происходит. Она ведь совершенно не в моём вкусе! А вообще-то, как считаешь, девица и в самом деле...тощая?
  Черстоли, явно скрывающий улыбку, за сосредоточенным выражением лица, уже хотел было ответить, но не успел. Их содержательную беседу прервал голос взбешённой девушки, которая сумела незаметно подойти к парочке и услышать последние фразы капитана. Не составляло особого труда догадаться, кому они были адресованы.
  - И сколько же я должна повторить, что не тощая! - сверкая глазам, Шания уставилась на капитана, - И мне кажется, что у больших толстых мужчин должны быть другие занятия, кроме как перемывать кости несчастным девушкам, особенно в их отстутствие!
  - Я сам выбираю занятия для себя! - взревел Джонрако, мотая лохматой головой, точно взбешённый бык, - И буду обсуждать кого захочу и когда захочу!
  - А я считаю недостойным...
  Хастол тяжело вздохнул, отступая от скандалящей парочки. Потом и вовсе отошел подальше, разглядывая тяжёлые валы волн, выкатывающиеся из тумана и с лёгким хлюпаньем бьющие о борта Морского чёрта. Лицо парня заострилось, а чёрные глаза стали темнее самого мрака, глубоко провалившись в глазницы. Если бы Джонрако и Шания отвлеклись от скандала и обратили внимание на спутника, то поразились бы до глубины души.
  Опираясь о борт и печально глядя вниз, стояло незнакомое им существо, лишь отдалённо напоминающее человека. Впрочем, возможно это просто туман исказил облик парня, изменив внешность до неузнаваемости. Скорее всего так и было, потому что черты Хастола непрерывно таяли, преображаясь в нечто новое, невиданное ранее. Потом серая мгла скользнула в сторону и в воду вновь глядел самый обычный парень, с печальным выражением на бледном лице. Вот только глаза его, по-прежнему, казались средоточием ночного мрака.
  Тем временем, капитан и его пассажирка, самозабвенно продолжали скандалить. Матросы, которые, позёвывая, выбирались на палубу, изумлённо замирали, разглядывая орущую парочку. Никто даже не вспоминал о своих обязанностях. Джонрако отлично понимал, что его поведение вряд ли можно назвать подобающим опытному морскому волку, но остановиться уже не мог.
  Так же и Шания, смахивая слёзы то ли обиды, то ли ярости, бесстрашно наступала на огромного мужчину, вынуждая его пятиться к самому нактоузу. Вахтенные, из последних сил, пытались делать вид, будто ничего особенного не происходит и вообще, они просто ведут корабль по курсу. Получалось не очень хорошо.
  Всё это, больше всего напоминало комичное представление, из тех, которые пользуются спросом у непритязательной публики, пришедшей на выступление бродячего театра. Единственной причиной, по которой матросы удерживались от хохота, был страх перед гневом капитана. Но уже начинали проскальзывать лёгкие смешки, скрывающиеся за покашливанием. Чем дальше, тем больше казалось, что команду одолевает чахотка.
  Внезапно всё прекратилось. Громкий и протяжный звон тревожной рынды, вынудил Шанию застыть с полуоткрытым ртом, а капитана вернул в реальный мир, где он нёс ответственность за свой корабль. Один из матросов, стоявших по левому борту, вцепившись рукой в ванты, указывал пальцем куда-то, в глубины тумана. В громком вопле слышался неподдельный страх и все разговоры тотчас умолкли. Наступило полное безмолвие, в котором различалось странное позвякивание, мало-помалу приближающееся к Морскому Чёрту.
  - Я уже слышал этот звук, - деревянным голосом произнёс Джонрако и отстранив Шанию, начал спускать по трапу.
  Хастол немедленно устремился следом, а потом и Волли простучала каблуками по сходням, не в силах оставаться на месте.
  На ходу она пожимала плечами и бормотала, что не видит ничего странного в каком-то звоне, что мужчины всегда склонны всё преувеличивать, да ещё и находить дурацкие причины, для прекращения разговора. На самом же деле, девушка ощутила, как ростки липкого страха, пустили свои ледяные корни в её душе и начали быстро разрастаться.
  Из толпы встревоженных матросов выбрался лысый моряк с глубоким шрамом на впалой щеке и указывая большим пальцем в сторону приближающегося звона, угрюмо сказал:
  - Шкип, будь я проклят, если не знаю, что это за дрянь! - он сплюнул и почесал волосатую грудь четырёхпалой конечностью, - Думаю и вам оно знакомо. Когда эскадра Задорри угодила в распроклятый шторм, я был на одной из чёртовых посудин, не добравшихся до Карта. Тогда мы тоже слышали мерзкий звук, а потом увидели, что его издаёт.
  Джонрако, набычившись, смотрел на подчинённого, а остальные столпились вокруг, взирая на говорившего со смесью интереса и нескрываемого страха. Тот же, ощутив общее внимание, заметно воодушевился и ткнув пальцем за спину, замогильным голосом возвестил:
  - Чумной корабль! - он сложил руки на груди, изображая мёртвое тело и продолжил, - Чёртовы мёртвые корабли, которые попали под удар колдунов Магистра, во время первой атаки мятежников Карта. Все матросы истлели, превратившись в не упокоенные души, а потом исчезли и корабли, оставив только призрачные остовы. Но стоит живому человеку коснуться привидения и он тоже умрёт в жутких мучениях. И невозможно уйти от Чумного корабля, потому, как мертвецам доступен ход против ветра и в штиль!
  Из туманной мглы, мало-помалу, начали вырисовываться смутные очертания обветшавшего военного судна, с лохмотьями парусов на покосившихся мачтах. Бушприт призрачного фрегата недвусмысленно указывал на борт Морского Чёрта, а лёгкий звон окончательно трансформировался в похоронный марш военных моряков. Один из моряков закричал от страха, указывая на привидение, в форме капитана, повисшее на дряхлом штурвале. Ещё один скелет в лохмотьях неподвижно замер у мачты, охватив её руками. И ещё, ещё... Черепа скалились в зловещих ухмылках, уставившись на людей пустыми провалами глазниц.
  - Нам конец! - завопил лысый матрос и рванул куртку на груди, - Никому не спастись!
  Раздались глухие стоны ужаса. Моряки, неотрывно глядя на приближающийся Чумной Корабль, начали вторить воплям паникёра. И тогда Джонрако, сцепив зубы, изо всех сил ударил заводилу в челюсть, отправив на палубу. Крики тотчас превратились. Все ошеломлённо уставились на капитана, а тот, воздев лопатообразную ладонь, громогласно объявил:
  - Всем сохранять спокойствие, мать вашу! Немедленно вернулись к своим обязанностям. Или вы думаете, крысы станут выполнять их за вас? Да они много смелее, чем вы, но не обучены морскому ремеслу, к моему сожалению, - он грозно уставился на подчинённых и они подались назад, - Если ещё какой-то засранец устроит верещание, я отправлю его за борт. А пока я обещаю вам, ничего страшного не случится. По местам, куски рыбьей требухи!
  Матросы, глухо ворча, начали расходиться, а Джонрако, переступив лежащего, отправился на бак. Чумной корабль был уже совсем рядом, нависая над шхуной огромным жутким силуэтом. В бортах фрегата зияли прогнившие дыры, а заплесневевший такелаж свисал с бушприта, подобно жуткой паутине. Несколько истлевших остовов, стояли по носу призрачного корабля и казалось, склоняются всё ниже, чтобы рассмотреть встреченную, жертву.
  Шания, которая в ужасе глядела на оживший кошмар, внезапно всхлипнула и прижалась к широкой спине капитана. Тот только повёл плечами, пытаясь, как можно лучше, защитить хрупкую фигурку. Хастол, стоящий рядом, спокойно рассматривал жуткое видение. Потом повернулся к Собболи и сказал:
  - Но ведь здесь же ничего нет!
  - Нет, - согласился Джонрако, - Но всё равно, будет очень страшно. Один раз меня уже угораздило налететь на такую же штуковину. Не могу сказать, что получил большое удовльствие.
  - А что, - начала Шания и в тот же миг призрачный корабль вонзил свой хищный нос в борт Морского чёрта.
  Раздались возбуждённые крики. Некоторые матросы, ещё не успевшие отойти от нападения монстров Туманной косы, падали на палубу и закрывали головы ладонями. Внезапно всех окатило волной сухого жара, неожиданного посреди промозглой сырости тумана. Дрожащий призрачный свет серой мглы сменился багровым сиянием адского пламени.
  Тем из людей, кто не закрыл глаза, предстала странная картина: Чумной корабль в одно мгновение преобразился, обретая давно утраченную плоть. Мужчина в форме военно-морских сил Карта, стоящий у самого бушприта, возбуждённо кричал, указывая вперёд стволом тяжёлого пистолета. Пара голов показалась из-за его плеча и тут же спряталась обратно. Капитан, огромный широкоплечий бородач, стоявший у штурвала, дымил длинной трубкой и уголок его рта шевелился, когда он отдавал указания помощнику.
  И вдруг над палубой ожившего фрегата возник большой шар, пылающий ослепительным зелёным светом. Сияние поутихло и сфера превратилась в гигантский шар, слепо взирающий на мир. Но взор этот оказался смертоносен: моряки оказавшиеся в зоне действия зелёного сияния, падали на палубу и бились в конвульсиях, раскрывая рты в беззвучных воплях. Кто-то пытался стрелять, но шар продолжал плыть вперёд, неуязвимый и беспощадный. Капитан, не выпускавший штурвал из мозолистых рук, обвис на нём неподвижной грудой тряпья и это оказалось последней смертью. На корабле остались только мёртвые тела, вповалку лежащие на палубе. Шар замер и начал сиять всё ярче. Пахнуло могильной сыростью. Фрегат побледнел, выцветая в своё призрачное подобие. Тела людей утратили плоть, обратившись в скелеты с развевающимися лохмотьями одежды, однако наблюдателям уже не казалось, что мертвецы насмехаются над ними. Скорее черепа погибших продолжали кричать от безмерного ужаса и боли, которую пережили в момент смерти.
  Неторопливо покачиваясь на волнах, Чумной корабль миновал Морского Чёрта и теперь медленно растворялся в тумане, сливаясь с его белёсой пеленой. Позвякивание, сопровождающее путь призрачного корабля, мало-помалу затихало, до тех пор, пока тихий плеск волн не заглушил его окончательно. Шхуна вновь осталась в полном одиночестве, посреди непроницаемого облака серого тумана.
  Шания словно только сейчас обратила внимание на то, к кому прижимается и покраснев, от смущения, отодвинулась подальше. Пытаясь скрыть неловкость, она принялась делать вид, будто поправляет причёску, приводит в порядок одежду и вообще, просто споткнулась и случайно коснулась спины капитана. Джонрако же, ощущая себя не в своей тарелке из-за круговорота необычных событий: кошмарного сна, явления Чумного корабля и внезапной близости, интересующей его, женщины, громко кашлянул и прикрикнул на матросов, медленно подымающихся на ноги:
  - Быстрее, бездельники! Если шхуна плетётся, как черепаха, это - совсем не повод, брать с неё пример.
  Лысый матрос, получивший удар от капитана, сидел на палубе, держась искалеченной ладонью за желвак на подбородке. В его глазах, устремлённых на Собболи, разгорался огонёк ненависти. Джонрако склонился над ним и очень тихо произнёс:
  - Если ты ещё раз вздумаешь устраивать подобные представления, то, лопни моя селезёнка, если доберёшься до ближайшего порта! Марш на место, засранец.
  Матрос молча кивнул и продолжая сжимать распухающую челюсть, поднялся на ноги. Хастол лишь мимоходом обратил внимание на эту сценку, продолжая смотреть вслед исчезнувшему призраку. Потом задумчиво отметил:
  - Странный вид магии, но мне кажется, я его припоминаю, - все изумлённо уставились на него и парень счёл нужным пояснить произнесённые слова, - Есть множество разновидностей военного чародейства. Все они требуют массовых затрат магии, большого количества чародеев и крепкой защиты. В данном случае применили одно из самых жутких заклятий. Души людей, погибших на этом корабле никогда не получат возможности отправиться в Башню Создателя и обрести второй шанс на воскрешение. Их навечно приковали к месту гибели и вынудили вечность переживать собственную смерть. Впрочем, для живых людей призраки абсолютно безвредны.
  - Есть поверье, что встреча с Чумным кораблём приносит несчастье, - угрюмо возразил Собболи, хмуря косматые брови, - Во время предыдущей встречи, посудина, шедшая с нами, налетела на риф, а мы получили большую пробоину и едва не отправились кормить крабов.
  - Жалко, - прошептала Шания и в её глазах мелькнули слёзы, - Жалко несчастных моряков на этом жутком корабле. Страшно представить, что они будут целую вечность скитаться по океану, непрерывно ощущая боль, погубившую их тела. Милосерднее было бы просто убить их, чем обречь на вечные муки.
  - Никто не обвинит Магистра в излишнем мягкосердечии, - угрюмо усмехнулся Джонрако и сложил руки на груди, - Особенно по отношению к его врагам.
  Никто не заметил, как Хастол, соглашаясь с последней фразой, коротко кивнул головой. В уголках его, чётко очерченных губ, легла угрюмая складка, а в глубине чёрных глаз сверкнул серебристый отблеск. Джонрако же, оказался слишком поглощён собственными воспоминаниями, обращаясь к девушке, которая слушала его с открытым ртом.
  - Хорошо помню это время, - сказал Собболи, опираясь о борт судна и раскуривая трубку, - Лично мне не довелось участвовать в боевых действиях, но моя посудина частенько оказывалась в распроклятых уголках, где сражались эскадры Твайра и Карта. Да, разбитые корпуса кораблей, выброшенные на скалы, обглоданные рыбами тела и крабы ползающие в черепах, это - жутко и отвратительно. Но самым кошмарным оказалось зрелище боевых кораблей Карта, угодивших под магические удары колдунов Магистра. Те ещё говнюки! Они никогда не использовали чего-то простого, типа огня или заморозки; всегда - что-то жуткое, не просто убивающее, а пугающее выживших, до смерти. Людей превращали в лохмотья, в кровавое месиво, иногда оставляя в живых. Я своими глазами видел монстров, которые не должны существовать в природе, а ведь прежде они были обычными людьми. А ещё появлялись ночные твари, покидавшие поле боя с рассветом, при взгляде на них кровь стыла в жилах, - Джонрако замолчал и провёл ладонью по лицу, точно пытался стереть жуткое воспоминание, - Наверное, именно с тех пор я усвоил, что самой страшной и беспощадной силой, в нашем мире, является Магистр со своими прихлебателями. И именно тогда я понял, что ненавижу лысого чародея. Никто не позволял ему управлять нашими судьбами и вершить свой беспощадный суд.
  - Мне кажется, капитан, что в этих словах звучит нечто личное, - заметил Хастол, - Война ужасна, но она не способна вызвать столь продолжительную и постоянную ненависть. Ваш отец...
  Джонрако взглянул на него, с некоторым раздражением, а потом стукнул кулаком по бедру.
  - Вот же сукин сын! Хорошая память, да? - он покачал головой, - Всё запомнил? Язык мой - первый предатель, но ты абсолютно прав, приятель: дело, действительно, в моём отце.
  - А что с ним? - живо поинтересовалась Шания. Очевидно, для девушки, после гибели её близких, чужие родственники становились особенно интересны.
  - Его уже нет. Давно нет. Погиб гораздо раньше твоих родителей, малышка, - Собболи выпустил огромный клуб дыма, полностью скрывший его лицо, - Я имел неосторожность упомянуть при этом болтуне, что его казнили за шпионаж в пользу Карта во время войны двух островов. Но это - неправда. Точнее - правда, но не вся. Официальная версия, которую озвучили на суде и во время казни, - дым рассеялся и Волли увидела капитана, постаревшего от неприятных воспоминаний, - Мой отец не был шпионом. Много позже, я обнаружил его тайник, пропущенный гвардейцами. Там лежал секретный дневник. Чёртова писанина оказалась зашифрована, от и до. Если бы я не потратил столько времени на изучение древних трактатов (Шания уставилась на капитана так, словно видела его первый раз), то просто выбросил бы эти непонятные каракули. Целых пять лет я сверялся с "Зименем Тартифика" и переводил строчку за строчкой, пока не прочитал всё, до последней точки.
  - "Зимемнем Тартифика", - задумчиво пробормотал Хастол, - "Основы смены Сезонов". Старая книга.
  - И о чём говорилось в дневнике? - Шания не могла дождаться окончания рассказа, - Кем же был ваш отец?
  - Эмиссаром Чёрного Круга Лесных Братьев, - провозгласил капитан с какой-то, непонятной и самому, гордостью, - Посланцем на материке. Много лет они готовили заговор против Магистра, который должен был совпасть с началом войны. Но всё пошло наперекосяк: Войну начал сам Магистр, стравив между собой два дружественных острова, а среди Братьев оказался предатель, открывший все подробности заговора. Всех повстанцев на материке истребили, Карт потерпел поражение, а Братья укрылись в лесах. Но мне, честно говоря, плевать на это! Главное, это то, что мой отец был казнён на площади, точно какой-то жалкий преступник и я видел шрамы, от пыток, на его теле. Столько лет прошло, но я ещё помню всё это и жажду мести. Если бы эта лысая тварь угодила ко мне в руки - я бы не колебался ни секунды!
  Хастол слушал откровения капитана так же внимательно, как и девушка, но его реакция была совершенно иной. Он неожиданно хмурил брови или согласно кивал, а в самом начале, когда Джонрако сказал, кем был его отец, физиономия пассажира просветлела точно недостающая часть головоломки стала на место. Стоило мореходу завершить рассказ, Черстоли щёлкнул пальцами и обратился к Шании:
  - Я уже успел понять, что ваша ненависть к Острию Тьмы весьма похожа на подобное чувство направленное на Магистра?
  Ошеломлённая Волли недоумевая уставилась на него, а затем, словно ожидая поддержки, повернулась к капитану. Наконец девушка сумела выдавить:
  - Да. Но я не понимаю...
  - И почему же вы так не любите Магистра? - перебил её парень, утрачивая присущее ему чувство такта, - Ваша ненависть к чародею должна иметь под собой столь же веские основания.
  Капитан продолжал окутывать себя облаками дыма, но в них проступало его заинтересованное лицо.
  - Я уже упоминала, - Волли откашлялась, - О том, что большая часть наших земель была конфискована. Это было сделано по приказу Магистра. Мы утратили всё: богатство, влияние и даже большую часть друзей. Не удивительно, что меня воспитали в ненависти к этому негодяю. А учитывая то, что именно наша бедность послужила поводом к знакомству с Остриём...Честно говоря, я даже не знаю, кого, из этой парочки, убила бы в первую очередь.
  Хастол задумался, постукивая себя пальцем по лбу. По лицу парня словно скользили тени, а его собеседники смотрели на Черстоли с некоторым недоумением. К чему эти вопросы? Откуда подобное возбуждение? Но не успел Джонрако поинтересоваться, в своей обычной грубоватой манере, какого дьявола пассажир устроил допрос, тот словно очнулся.
  - Просто странное совпадение, - пояснил он, - Вы, двое, точно персонажи старого трактата, где говорится о противоположностях, которые сойдутся на почве ненависти к единому противнику и станут неразрывны, в близости. Награда, ожидающая их, способна погрести обоих, если они не сумеют найти достойный путь среди острых скал. Так сказано.
  - Похоже на чепуху! - фыркнула Шания, определённо ожидавшая чего-то другого, более ясного, чем смутное пророчество, - Откуда эта белиберда?
  - Священная книга Лесных братьев, - неожиданно, для неё, ответил Джонрако, покусывающий нижнюю губу, - "Порт Нумон Тор" - "Тайная книга Леса Перемен". У моего отца был экземпляр. Чёртова книжица полностью состоит из подобной ерунды, непонятной здравомыслящему человеку.
  Внезапно мореход полностью утратил интерес к разговору и запрокинув голову, уставился на паруса, которые прекратили изображать обвисшее тряпьё и начали наполняться ветром. Посвистывающий бродяга обретал свою силу, с каждым мгновением, увеличивая скорость шхуны и разгоняя туманную мглу. В просветах серых полотнищ уже проглядывало голубое небо.
  - Ветер, чёрт побери! - радостно воскликнул Джонрако, - Достаточно мы плелись, словно обожравшийся кит!
  Шания поморщилась было, от громкого крика, но смеющийся капитан прижал её к себе и пару раз прокрутил вокруг. Волли сопротивлялась, но не так сильно, как могла бы.
  - А я уже, черти бы меня взяли, думал, что несчастья станут преследовать меня весь распроклятый день! - весело сообщил Собболи, - после такого то сна, это было бы немудрено.
  - Сна? - нахмурился Хастол, - Какого сна?
  В этот миг на палубу выкатился маленький жирный человечек и оглядевшись, со всех ног припустил к Джонрако. На капитана уставились глаза, полные ужаса, а щёки тряслись, точно медуза. Задыхаясь от быстрого бега и пережитого потрясения, кок выдохнул:
  - Капитан! Вода, - он потоптался, переминаясь с ноги на ногу, - Вода, несчастье!
  - Что? - с лица Собболи разом слетела улыбка, - Какого чёрта ты мямлишь? Говори, чтоб тебя разорвало!
  - Вода непригодна для питья, - сглотнув слюну, выдохнул повар, - От неё несёт фекалиями, а матрос, который пытался её пить, лежит в лазарете!
  ГЛАВА 11.ТВАЙР
  Пока корабль выполнял маневры, готовясь к швартовке, капитан угрюмо смотрел на пристань. У Джонрако возникла мысль, что если бы полицейские проводили спонтанные парады, то они выглядели бы именно так, с изобилием начищенных значков, блях и оружия. Поначалу Собболи вообще решил, что стражи порядка собрались на пристани по их душу, но чем дальше он наблюдал, тем яснее становилось отсутствие интереса синих мундиров к швартующемуся кораблю.
  Пятеро рядовых, возглавляемых рослым капралом, лениво обыскивали дряхлый баркас, владелец которого, понуро стоял рядом, покорно наблюдая за потрошением своего судёнышка. Ещё трое легавых медленно перемещались о кнехта к кнехту, простукивая тумбы деревянными молотками. Остальные слонялись без видимой цели или общались, пуская дым из коротких прямых трубок.
  - У них тут парад, что ли? - озвучил Далин мысль, посетившую голову капитана и широко зевнул, - Чёртовых легавых больше чем докеров!
  Джонрако повёл широкими плечами, не зная, что ответить помощнику. Впрочем, того не сильно интересовал правильный ответ. После вахты он успел подремать всего пару часов, после чего поднялся, чтобы принять участие в швартовке. Должно быть, единственной мыслью, которая его искренне волновала, была мысль о родной койке.
  - А здесь, совсем не так, как в Ченсе, - сказала Шания, с интересом разглядывая приближающийся берег, - Как то тесно, да и высоких домов я не вижу.
  - Их и нет. Черз - самое натуральное захолустье, если сравнивать с любым городом большой земли, - ответил Собболи, наблюдая за работой швартовочной команды, - Все остальные города - такие же, если не хуже. Твайр всегда был заштатным островком, а после войны и вовсе превратился в сплошной отброс.
  Они умолкли, разглядывая, каждый - своё. Девушка рассматривала одно и двухэтажные здания города, которые подступали к самому порту. Большинство построек напоминали грубо сработанные деревянные сараи, но попадались и дома с претензией на элегантность. Впрочем, и те, и другие, выглядели равно старыми и неухоженными. Окна большинства строений закрывали мощные ставни.
  Вдоль ряда портовых построек тянулась длинная широкая лавка, на которой сидели люди в живописных лохмотьях. Полицейские настойчиво игнорировали оборванцев, а те, похоже, боялись даже приблизиться к стражам порядка. Некоторые бродяги лежали под лавкой и понять, спят они или умерли казалось решительно невозможно.
  - Кто эти люди? - спросила Шания, указав на странных людей, - Нищие?
  - Думаешь, большинство жителей Черза чем-то отличается от этих голодранцев? - невесело усмехнулся капитан, - После войны Твайр вынужден сам себя обеспечивать, а с учётом того, что большинство территории острова занимают каменистые пустоши, это весьма нелегко. Раньше им помогали с Карта, но теперь прежние союзники превратились в смертельных врагов, а материк забыл про Твайр сразу после окончания удачной кампании. Такова извечная участь всех предателей. Вообще-то, это - местные докера, портовые грузчики.
  - Ужас! - искренне пожалела Шания, сочувственно глядя на оборванцев, - Несчастные люди!
  Джонрако внимательно посмотрел на неё и задумчиво взялся за бороду.
  - Я бы не стал проявлять жалость к этим отбросам, - хмыкнул он и на вопросительный взгляд собеседницы ответил, - В своё время большинство этих "несчастных" одобрили предательство в отношении Карта и очень неплохо грабили мирные города Картианского побережья. А теперь...Жизнь впроголодь превратила местных в подобие ненасытных шакалов, которые не гнушаются никакой добычей. Будь я проклят, если некоторые из них не промышляют людоедством! - Шания округлила глаза и прижала ладонь ко рту, - Именно так! Здесь это не считается чем-то необычным. Так что, я советую вам всем оставаться на борту, пока я буду договариваться о воде.
  - Но я же первый раз оказалась в другом городе! - взмолилась Волли, умоляюще глядя на капитана, - Думаю, в случае неприятностей вы, с Хастолом, сумеете меня защитить. Хастол, вы же не окажетесь сопроводить меня на берег?
  - С огромным удовольствием, - парень отвлёкся от созерцания синих мундиров, снующих по пирсу и низко поклонился, - Всегда к вашим услугам.
  - Хорошо, когда рядом находится мужчина, способный выполнить любой дамский каприз, - бодро заметила Шания и многозначительно покосилась в сторону Джонрако, однако тот лишь рассеянно пожал плечами, пропустив прозрачный намёк мимо ушей.
  Вместо ответа, капитан обратился к боцману, который напряжённо всматривался в ряд пришвартованных судов:
  - Дружище, в чём дело? Такое ощущение, будто тебя встречает призрак твоей мегеры.
  - Что-то, вроде этого, - буркнул тот и показал заскорузлым пальцем на фрегат, расположившийся в самом дальнем углу акватории, - Ну ка, оцени вон ту лохань. Ничего в голову не приходит?
  Выслушав помощника, Джонрако прищурился, изучая военный корабль, притаившийся за парой старых баркентин. Узкий хищный корпус, окрашенный в светло-синий цвет. Палубная надстройка казалась необычайно низкой, так что спардек едва поднимался на линией борта, а вот все три мачты имели необычную, для кораблей подобного класса, высоту. Заострённый брус бушприта далеко выдавался вперёд, придавая фрегату некоторое сходство с северным нарвалом. Пушечная палуба оказалась одна, но Джонрако насчитал два десятка портов с одной стороны - почти максимальное количество.
  Сколько Собболи не рыскал взглядом, ему так и не удалось отыскать название загадочного корабля. Флаг оказался спущен и ни единого человека не наблюдалось на борту. Фрегат казался опасным хищником, затаившимся перед прыжком.
  Джонрако повернулся к помощнику и тот вопросительно вскинул кустистую бровь:
  - Ну и ?..
  - Готов поклясться, что мне уже встречалась эта посудина, - задумчиво пробормотал капитан и ещё раз бросил взгляд в сторону фрегата, - Правда, тогда она выглядела несколько иначе. Ну, в общем, корыто весьма напоминает "Непреклонный" - лучший военный корабль времён Войны Двух островов. Сам не видел, но знающие люди утверждали, что он развивал совершенно фантастическую скорость.
  - До двадцати узлов, - вставил боцман.
  - Точно. Это же безумное число называли и мне, - кивнул капитан, - А вот, что точно знал именно я, так это бой, где "Непреклонный" противостоял четырём фрегатам противника; утопил два, а остальные обратил в бегство. Правда, ходили слухи, что после войны он пришёл в полную негодность и отправился на дно. Во всяком случае, больше я его никогда не видел.
  - А если это он? - поинтересовался боцман, - Какого чёрта это значит?
  - Спроси у морского дьявола, - ухмыльнулся Джонрако, - Судя по тому, как складывается наше путешествие - ничего хорошего. Сам видишь: все неожиданности оказываются неприятными.
  Морской Чёрт коснулся бортом причала и матросы швартовой команды спустившись по канатам на берег принялись крепить концы на кнехтах. Ещё одна группа мореходов спешно распределила полученные от боцмана ружья и выстроилась на палубе, наблюдая за поведением местных жителей. Те наблюдали за вновь прибывшим кораблём, но не делали, как бывало, попыток направиться в гости.
  На берег спустили сходни и Джонрако тотчас сбежал вниз. Не успел капитан выдать и пары ругательств, приличествующих случаю, как возле него оказались люди в синих мундирах. Во главе полицейских шагали двое, напоминающие друг друга, точно близкие родственники. Они и выпирающими вперёд животами мерялись, словно братья и отличались лишь одеждой. Один носил свободный костюм таможенного чиновника, а второй щеголял многочисленными знаками отличия полицейского офицера.
  - Таможенный инспектор Вуузар Миин, - представился первый толстяк, отряхивая со светлой ткани костюма пушистые хлебные крошки, - Попрошу предъявить документы.
  Полицейский ничего не сказал, похлопывая пухлой ладошкой по рукояти палаша. Джонрако молча протянул руку и Далин тут же подал ему кожаную папку с документами. Таможенник одобрительно взвесил пакет и с медлительной важностью распутал завязки.
  - Что-то случилось? - поинтересовался капитан, в то время, как узкие глазки, утопающие в жирных щеках, изучали написанное, - Прежде оформлением прибытия всегда занимались в Береговой канцелярии. К чему такая спешка?
  Таможенник промолчал, но подключился полицейский, выговаривая слова необычайно высоким голосом:
  - Новое указание городских властей. Имеется перечень кораблей, чьё присутствие нежелательно в юрисдикции Твайра. В том случае, если ваше судно имеется в списке, мы будем вынуждены настаивать на его немедленном отплытии.
  Брови капитана поползли вверх.
  - Не понял: Твайр находится в состоянии войны? Почему такие строгости?
  - Не ваше дело! - отрезал служитель закона, надувая и без того пухлые щёки, превращающие его в хомяка-переростка, - Приказы городских властей не подлежат обсуждению!
  Бусинки глаз таможенника уставились на Джонрако, а вялый рот приоткрылся, выпустив вопрос:
  - Почему нет отметки об убытии? Не указано время и место, - он ткнул сосискообразным пальцем в пустую графу, - К тому же у вас не указан характер груза, что затрудняет определение размеров пошлины. Должен напомнить, что по законам Твайра контрабандный товар изымается с кораблём, на котором этот товар обнаружен.
  - У нас нет груза, - усмехнулся Джонрако, внутренне закипая от злости к этим перекормленным мздоимцам, - Если желаете, можете обыскать мою посудину. Под присмотром моих людей, естественно. А отметки нет, потому как ваши коллеги изволили праздновать день рождения кого-то, из сослуживцев. К сожалению, среди них не нашлось никого, способного взять перо в руки.
  Последние слова были чистой ложью, но сказать правду Собболи просто не мог, чтобы не вызвать шквал неудобных вопросов, которые могли и вовсе закончиться арестом шхуны.
  - Понимаю, всё понимаю, - елейно улыбнулся инспектор и тут же посерьёзнел, переходя к самой важной, для себя, части разговора, - К счастью, для уважаемого капитана, я всегда готов пойти навстречу человеку в затруднительном положении. Скажем, я сам мог бы заполнить эту графу, когда стану оформлять прибытие. Да и дело с грузом не настолько важное, чтобы прибегать к унизительному обыску корабля. Всегда можно полюбовно договориться, не так ли, уважаемый Лианир Муур?
  Полицейский важно кивнул и деловито поправил пояс с амуницией. На лицах подчинённых, внимательно вникающих в ход беседы, появились довольные ухмылки. Все понимали, о чём идёт речь, в том числе и Джонрако, который сталкивался с подобными людьми в каждом порту. Где-то они просили больше, где-то настаивали на меньшем, но если ты не желал обрасти ракушками у берега, то стоило идти на сговор с портовыми чиновниками.
  Не собираясь бороться с системой, капитан поманил пальцем помощника и сказал:
  - Я иду договариваться с поставщиками воды, а ты обеспечь этих достопочтимых всем необходимым, - он кивнул в сторону улыбающихся толстяков и перешёл на шёпот, - Смотри, чтобы живоглоты не залезли на голову. Объясни: корабль идёт без фрахта и денег - в обрез. Уразумел?
  - Может, как тогда, в Фире? - подмигнув красным глазом, хихикнул боцман, - Тогда всё свелось к паре бутылок вина и тройке шлюх.
  - Смотри, по обстановке.
  Хлопнув зевающего помощника по плечу, капитан бодрым шагом направился к пассажирам, терпеливо ожидающим, пока Собболи освободится. Далин же вовсю занялся жирными взяточниками. У него это действительно получалось много лучше.
  - Всё в порядке? - поинтересовался Хастол, когда капитан кивнул ему головой, - Чего они хотели от вас?
  - Взятку, чего же ещё? - пожал плечами Джонрако, - Эти дармоеды могли бы спокойно отдавать зарплату нищим и при этом безбедно жить на одни денежные подачки. Тут они особенно ненасытны. Вот именно по этой причине я и не желал заходить в Черз. Если бы не это непонятное дерьмо с водой...
  - Очень странная и неожиданная неприятность, - поддакнул Черстоли, - Кстати, я осмотрел испорченную воду и могу точно сказать: кто-то произвёл над ней магические манипуляции. Причём, совсем недавно и непосредственно, на месте. Среди ваших людей скрывается враг, капитан.
  - Мало верится, - отмахнулся Собболи, - Скорее - просто дурацкое совпадение, такое уже случалось. Например, полтора года назад сантрианская личинка превратила наши запасы солонины в труху. Но к чёрту, давайте немного пройдёмся по городу, я покажу пару приличных магазинов, а потом я отлучусь и часик вы погуляете без меня.
  Он прошли высокие покосившиеся ворота, над которыми мерзко скрипела, покачиваясь на ветру, табличка с полустёртой надписью: "Черз". Под названием было написано что-то ещё, но теперь это уже никто не смог бы прочитать. Около ворот стояла трухлявая деревянная будка, в которой двое стражников азартно переставляли шарики по лункам овальной доски. На троицу никто из охранников внимания не обратил.
  Под ноги легла булыжная мостовая, выглядевшая так же плохо, как и старые ветхие дома по обе стороны улицы. Древо построек, изъеденное червями и прогнившее, от сырости, требовало срочной починки, а лучше - замены. Заглянув в узкие переулки можно было различить рухнувшие здания, давно обратившиеся в груды обломков. Однако, как выяснилось чуть позже, это была лучшая часть города.
  Именно здесь, Джонрако показал спутниками те самые торговые лавки, больше смахивающие на крепости, из-за прочных дверей и мощных ставень на окнах. Однако ассортимент оказался неплох и Волли даже сумела подыскать себе кое что, из одежды, в том числе - нижнего белья. Под умоляющим взглядом зелёных глаз, Собболи расплатился с лавочником, но при этом ворчал, что он ощущает себя чёртовым мужем капризной тощей супруги. Шания оказалась так довольна покупками, что проигнорировала обидное прилагательное.
  Дальше стало хуже. Строения стали напоминать уродливые скалы, поросшие мхом. Среди расшатанных камней мостовой торчали какие-то колючие ветки, которые норовили порвать шипами одежду. Других растений почти не было. Теперь Черз производил впечатление давно заброшенного селения и если бы не редкие прохожие, ковыляющие в отдалении, то впечатление стало бы полным.
  Впрочем, лучше бы их не было вовсе. Жители Черза напоминали голодных оборванных призраков, недавно покинувших могилу. Голодные глаза во падинах тощих лиц, жадно взирали на пришельцев, точно видели не людей, а вкусное жаркое. Изредка в проёмах окон, свободных от досок и тряпок, появлялись бледные физиономии, внимательно следившие за троицей чужаков, с тем же гастрономическим интеерсом.
  Шания испуганно оглядывалась по сторонам, намертво вцепившись в руки спутников и даже Джонрако, неоднократно посещавший Твайр, ощущал себя не в своей тарелке. Один Хастол безмятежно рассматривал город и на его смуглом лице не отражалось ничего, кроме искреннего интереса.
  Чтобы отвлечься самому и оторвать Шанию от созерцания голодных глаз, жадно сверкающих из каждой подворотни, Собболи попытался вспомнить какие-нибудь забавные истории, но в голову, как на зло, лезли лишь чернушные истории, из тех, которые рассказывают в пивной, после пятого бокала.
  - Что-то мне здесь совсем не нравится, - дрожащим, от страха, голосом, пожаловалась девушка, - Я, конечно, очень рада, что мне удалось вырваться на свободу и повидать другой город, да ещё и купить кое-какую мелочь...Но это всё никак не сравнится с местным ужасом. Неужели в этом проклятом городе нет ничего красивого, каких-нибудь живописных мест?
  - Почему же, - пробормотал Джонрако, озираясь по сторонам и размышляя, как быстро ему удастся выхватить оружие, - Есть, очень даже живописные, но ты вряд ли захочешь туда сунуться. Храмовый район Культа Оборота, до войны был одним из красивейших мест, которые мне попадались. Во время боевых действий за прочными стенами храма местные скрывались от бомбардировок, а после победы поселились вокруг. Короче, там сейчас такие жуткие трущобы, что вот это всё - просто парадный проспект Ченса. А население тех халуп - отдельная песня! Бандиты, насильники, работорговцы, нищие и ещё какая-то колдовская мерзость, живущая в водостоке храма. Я бы не согласился сунуться туда вечером, даже при поддержке всей команды.
  - Пожалуй, я тоже больше не хочу экзотики, - с губ Шании сорвался нервный смешок, - И вообще, предпочла бы вернуться на корабль. Мне страшно и да, капитан, вы были правы: не стоило мне проситься на прогулку. Давайте вернёмся!
  Капитан пробормотал под нос какое-то ругательство и остановившись посмотрел на стремительно темнеющее небо. Потом достал из кармана механический хронометр. Шания умоляюще взглянула на морехода, но тот отрицательно покачал головой.
  - Будь я проклят, - сказал Собболи, - Но если мы сейчас вернёмся на Чёрта, то обратно придётся идти, взяв всех ребят с ружьями. А ещё этот чёртов фрегат...Никак нельзя терять время!
  - И нам придётся блуждать по этим тёмным улицам, полным жутких людей? - в ужасе выдохнула Шания, - Так похоже на вас, капитан, подставлять под удар слабую девушку! Если меня поймают и съедят, я буду на вашей совести!
  Судя по взгляду Джонрако, он готов был сам съесть спутницу.
  - Возможно есть другой выход? - спокойно заметил Хастол, - Должны же быть даже в таком городе какие-нибудь питейные заведения, пусть не рестораны, но места, где можно спокойно посидеть вечером? Места, где девушке не будет ничего угрожать, пока вы станете договариваться?
  Собболи, разрывающийся между необходимостью идти по важному делу и желанием помочь пассажирам, немедленно просиял, едва удержавшись от хлопка по лбу.
  - Конечно! - он хлопнул в ладоши, - Правда, это - единственная, более или менее приличная забегаловка во всём Черзе. Думаю, все моряки соберутся именно там, так что будет многолюдно.
  - Это же сущие пустяки, - Шания воспряла духом, - Зато, это будут нормальные люди, а не жуткие призраки. Пошли же быстрее, пока совсем не стемнело.
  - Да, надо бы поторопиться, - согласился Хастол и указал рукой на группу оборванцев, появившуюся из переулка, - Кажется, мы начали привлекать нездоровый интерес местных жителей.
  Джонраок бросил взгляд на аборигенов, которые скалили гнилые обломки зубов, то ли в радостном предвкушении, то ли просто от голода. Действительно, задержка казалось весьма нежелательной. Поэтому капитан устремился вперёд, увлекая свою небольшую группу в кильватере. Правая рука морехода намертво вцепилась в рукоять пистолета, а палец дрожал в опасной близости от спускового крючка.
  Оборванцы плелись следом, стараясь держаться в тени покосившихся домов. Иногда, в умирающем свете дня, были заметны лишь возбуждённо сверкающие глаза, а фигуры в лохмотьях напрочь исчезали из вида. Встревоженная Шания, то и дело оборачивающаяся назад, заметила, как в руках преследователей появились длинные палки с шипами на конце и блеснули лезвия ножей.
  Но и это оказалось не самым худшим. На Черз медленно, но верно, накатывались сумерки, выползая из узких переулков, разбитых окон и провалов в дряхлых зданиях. Щупальца мрака, поначалу робкие, с каждой минутой становились всё смелее, опутывая город паутиной сумрака. Жуткие полуразрушенные строения теперь пугали по-настоящему, нависая над улицей, подобно кошмарным призракам. Чёрные дыры пустых окон следили за каждым шагом путешественников, а беззубые пасти дверей распахнулись в ожидании добычи.
  Под прикрытием, набирающей силу, мглы оборванцы осмелели и принялись догонять путников. Уже хорошо различался их хриплый смех и грубые шутки, произнесённые нарочито громко. Теперь Шания боялась обернуться и увидеть, как скалят пасти эти двуногие шакалы, вышедшие на ночную охоту. Ноги у девушки подгибались от ужаса и Джонрако едва не нёс спутницу, прижимая к своему боку.
  К счастью, их путь оказался закончен. Стило капитану, выполняющему обязанности проводника, свернуть за угол чёрного остова, без начинки и глазам всех троих открылась отрадная картина. Яркий свет, от доброго десятка гигантских фонарей, вырвал из темноты массивное приземистое здание, с узкими бойницами немногочисленных окон. Строение оказалось обнесено высокой прочной оградой, а единственный вход охранялся пятёркой рослых парней, вооружённых кистенями.
  Сторожа пристально осмотрели пришельцев, оценивая: стоит ли угостить их шипастыми шарами. Но хорошая одежда и ухоженный вид говорили сами за себя, поэтому парни молча расступились в разные стороны, освободив проход. Испещрённые шрамами лица равнодушно повернулись вслед прошедшим гостям, но ни один из стражей так и не произнёс ни слова. Когда троица миновала ворота, охранники вернулись к работе, пристально вглядываясь во мрак.
  Оказавшись за оградой, Джонрако повернулся. Капитан ещё успел увидеть, как их преследователи, потоптавшись у границы освещённого пространства, начали уныло пятиться, растворяясь во тьме, точно части мрака воссоединялись с прародителем. Шания проследила за его взглядом и обратила внимание на последнего бродягу, нехотя покидающего наблюдательный пост. Внезапная мысль заставила девушку схватить капитана за рукав бушлата.
  - И как же вы собираетесь в одиночку идти через этот жуткий город, полный грабителей и убийц? - она вздрогнула от страха, - Это же - смертельная опасность!
  - Одному человеку гораздо легче проскочить, - пожал плечами Собболи, но его улыбка казалась натянутой, - К тому же я хорошо знаю закоулки Черза, у меня имеется оружие и я не дам спуску проклятым говноедам, если они вздумают напасть. Клянусь, не стоит беспокоиться, будь я проклят, если мне угрожает какая-то опасность!
  Тем не менее, капитан ощутил прилив теплоты в груди. Его очень тронула забота девушки. Давно никто о нём так не заботился. Было время...К сожалению, воспоминание тут же испортило ему настроение и он тяжело вздохнул.
  - Возможно вам было бы несколько легче, уважаемый капитан, - заметил Хастол, - Если бы я сопроводил вас. Всё-таки двум мужчинам легче одолеть шайку негодяев.
  - Ты совсем сбрендил, приятель? - ухмыльнулся Джонрако и покачал головой, - А девчонку мы, значит, оставим здесь одну? Куда, ты думаешь, мы пришли? В великосветский клуб? Чёрт меня побери, если это хоть на полпальца так! Стоит ораве пьяных мерзавцев увидеть цыпочку, брошенную на произвол судьбы и они тут же пустят в дело свои шаловливые ручонки и хорошо, если только их. Приятель, твоим делом будет охранять нашу дамочку и не думай, будто эта задача легче моей, - Собболи покровительственно стукнул Хастола по плечу, - Ну, не бойся! Съездишь одному-другому по мордасам и они оставят вас в покое. Будь я проклят, если вру.
  Однако Хастол и не выглядел испуганным или обеспокоенным. Парень лишь пожал плечами, не думая отвечать. Стараясь удержать дрожь в голосе, капитан, нарочито бодро, сказал:
  - Ну, нечего опасаться за мою шкуру. Готовьте кружку на мою персону и не слишком нарезайтесь сами. Скоро буду.
  Он уже повернулся, когда Шания остановила его.
  - Капитан, - сказала Волли, нерешительно улыбаясь, - я бы хотела...
  - Что? - спросил мореход, хмуря брови.
  Вместо ответа, девушка встала на цыпочки и потянувшись гибким телом, оставила на потрескавшихся губах мимолётный поцелуй, после чего, сразу же, отвернулась, направившись к дверям таверны. Хастол, загадочно улыбавшийся всё это время, предупредительно распахнул дверь, пропуская Шанию. Джонрако, впавшему в ступор, показалось, что парень подмигнул ему, но он не был уверен. Не оборачиваясь Волли нырнула внутрь, следом шагнул Хастол и дверь закрылась, отсекая звуки музыки и множества голосов.
  ГЛАВА 12 ВЕСЁЛЫЙ ВЕЧЕРОК
  Парочка гостей оказалась на крохотной площадке, нависающей над огромным залом, утопленной в земле таверны, Как выяснилось, снаружи они видели лишь небольшую её часть, фактически - крышу, а основная - уходила вниз. Почти у носа новых посетителей висели огромные чаши, откуда вырывались ослепительные языки синего пламени, почти не дававшего жара.
  Вниз опускалась спиральная лестница, напоминающая металлическую паутинку. При взгляде на неё становилось решительно непонятно, как человек, в состоянии даже лёгкого опьянения, сумеет подняться к выходу. Но эта проблема оказалась решена. Под лестницей, вдоль стен, обшитых закопчёнными деревянными плитами, висели гамаки, вроде тех, которые используют матросы на кораблях. Большинство сетчатых спальников оказались заполнены телами бражников, переценивших свои возможности. Судя по виду некоторых, они уже не первый день являлись пленниками непослушных конечностей и видимо будут оставаться таковыми, пока последний медяк из их карманов не перекочует в кассу трактира.
  Зал питейного заведения визуально чётко делился на две неодинаковых части, отгороженные друг от друга плотной тканью, некогда, вне всякого сомнения, работавшей парусом. В большей располагались четыре огромных стола, за которыми запросто могло поместиться (и помещалось, в данный момент) десяток корабельных команд, в полном составе. Матросы, пустившиеся во все тяжкие, хлестали ром, пели песни и общались, разрывая грязные тельняшки на груди.
  В меньшей части, разделённой на отдельные кабинки, всё той же парусиной, можно было получить какую-то видимость уединения. По крайней мере, не наблюдать десятки красных физиономий и полуголых торсов, не первой свежести. К счастью, как заметил Хастол, в кабинках имелись свободные места.
  Картину довершала длинная стойка, от которой непрерывным потоком отбегали крепкого вида парни с деревянными подносами, гружёными напитками и пищей. Рядом со стойкой, в виду больших столов, возвышалась площадка, где пытались танцевать, качая бёдрами, несколько худосочных красоток. Судя по неряшливым движениям, все были изрядно пьяны. Однако зрители, ещё способные видеть, одобряли даже эти никчёмные попытки, сопровождая их свистом и зазывными воплями. Кое кто даже пытался подражать нелепым пляскам. Тех, кого усталые ноги подводили, рослые мужчины крепкой комплекции отводили к лежакам. Желающих поспорить - предварительно оглушали.
  В общем, веселье шло полным ходом.
  Как бы подтверждая это, над стойкой переливалась огнями красочная вывеска, возвещавшая, что посетитель попал в: "Весёлый Вечерок" и никак иначе. Впрочем, даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: так оно и есть.
  - Ну, капитан ведь предупреждал, что людей будет много, - нерешительно протянула Шания, ощущая себя явно не в своей тарелке, - Честно говоря, я первый раз попадаю в такое заведение.
  - Не могу сказать, будто привык к посещению подобных мест, - усмехнулся Хастол и протянул руку, - Так что нам обоим предстоит получить новые впечатления. Прошу вас, следуйте за мной.
  Пока они преодолевали несчитанное количество крохотных металлических ступеней, спиральной волной бегущих вниз, никто не обращал на них внимание. Но стоило сделать первый шаг в сторону стойки и в необычных посетителей тотчас вперились десятки налитых кровью глаз. Ощущая нездоровый интерес к своей персоне, Шания старалась скрыться за Хастолом.
  Они не успели добраться до барной стойки, потому что откуда то слева, точно появившись из клубов табачного дыма, к ним подбежал невысокий лысый человечек с длинными вислыми усами на одутловатом жёлтом лице. В руке он держал опустевший поднос и вообще, судя по виду, принадлежал к обслуге "Вечерка".
  Поначалу он принялся тараторить нечто, гнусаво-непонятное, но сообразив, что гости не поняли ни единого слова, перешёл на диалект материка, правда с чудовищным гортанным акцентом.
  - Уважаемые, за совершенно символическую плату, могу предоставить вам отдельную кабинку, где господин сможет получить полное уединение с дамой, - он плотоядно оскалился, обнажив мелкие острые зубы, - Боюсь, в противном случае интерес остальных посетителей способен принести огромные неприятности.
  Монета, брошенная Хастолом, исчезла в длинных холёных пальцах с такой быстротой, точно лысый мужчина прежде обучался магическим наукам. Ухмылка на жёлтой физиономии стала ещё шире и Хастола с Шанией повели в самый дальний угол, где действительно оказалась свободная кабинка. Внутри нашёлся небольшой круглый столик и парочка стульев, претендующих на то, чтобы их называли мягкими. На столе уже стояли два прибора.
  - Чего изволите? - поинтересовался усатый, с тем же ужасающим акцентом, - есть очень достойное вино с южных склонов Симирда, урожай, должен заметить - Золотого Дракона и бутылка обойдётся совсем недорого, для этой марки - шестнадцать золотых.
  - Я, честно говоря, совсем не разбираюсь в винах, - улыбнулась Шания.
  Хастол пожал плечами.
  - - Давайте бутылку этого, вашего Золотого Дракона, - сказал он, - и ещё один прибор. К нам скоро присоединится ещё один человек.
  - Кроме вина могу порекомендовать, из блюд очень достойный...
  - Мы не испытываем чувство голода, - вежливо улыбнулся Черстоли, но его от улыбки повеяло таким холодом, что официант немедленно сник, - Если появится желание отобедать, мы сообщим.
  Полог, управляемый рукой шустрого мужчины закрыл выход и толпы орущих моряков пропали из виду. Как выяснилось плотная ткань отлично задерживала звуки, так что наступила почти полная тишина. Лишь изредка доносились взрывы особенно громкого хохота, да непрерывно бормотал чей-то унылый голос, из соседней кабинки.
  Не успели гости расположиться за столом, как появился давешний усач и торжествующе продемонстрировал пузатую бутыль, покрытую толстым слоем пыли. Мужчина тщательно обтёр бутылку и умело вскрыл пробку, поставив сосуд в специальный штатив, для удобства использования. После этого официант появился ещё раз, доставив третий стул и ещё одни прибор. Потом, пропал, в этот раз - надолго.
  Хастол налил в высокие бокалы золотистый напиток и острожное поднёс свой к лицу, вдыхая терпкий лёгкий аромат. На лице парня появилось удивление, точно произошло нечто, чего он не ожидал. Смочив губы Хастол улыбнулся и обратился к спутнице:
  - Не знаю, правду ли говорил этот проныра, Лично я никогда не слышал о названном сорте, но вино - действительно неплохое. Заслуживает, чтобы леди вашего уровня употребили его.
  - Ну, если вы так считаете, - Волли осторожно взяла тонкими пальцами фужер и с видимым опасением пригубила вино, - Действительно, очень вкусно. Мне очень редко доводилось пить вина, охранники запрещали. Мой тюремщик считал, будто спиртные напитки - порождение преисподней, а мне казалось, что дьявол, это - он сам! Да он и женщин считал адскими созданиями, о чём и говорил неоднократно. Очень странный и страшный человек. Временами я сама себя спрашивала: а человек ли он, вообще. Его люди сплетничали, дескать он - незаконнорождённый сын Магистра и демона. Может так оно и было.
  - Вряд ли, - усмехнулся Хастол, разглядывая жидкость в бокале, - Обычный преступник. Во все времена существовали люди, которым приписывали необычное происхождение.
  - Вы так уверены во всём, - пробормотала Шания и запнулась, словно у неё на языке вертелся некий вопрос, - Я ведь, до сих пор, не поблагодарила вас за тот совет, у корабля. Вы оказались правы: всё прошло просто великолепно.
  - Лучшей благодарностью окажется молчание, - широко улыбнулся Хастол, - Особенно при капитане. Боюсь, если он узнает об этом сговоре, то наши отношения могут немного испортиться.
  - Вы думаете? - в голосе девушки звучало соснение, - Я не могу быть уверена, но кажется Джо...капитан уже не так сердит на меня, как прежде. Иногда даже возникает впечатление, будто у него есть ко мне какие-то чувства. Впрочем, скорее всего это просто чепуха. Я прежде никогда не оказывалась в таких ситуациях, да и подруг не было, чтобы поделиться мыслями. Не знаю.
  - А что вы ощущаете, по отношению к нашему капитану?
  Хастол откинулся на спинку стула и его лицо скрылось в тени. Когда Шания, удивлённая вопросом, подняла взгляд на собеседника, то сумела рассмотреть лишь мутный абрис его лица. Попытка прочитать чувства собеседника оказалась тщетной почему-то вызвала смутное раздражение.
  - Я не считаю, что это вопрос стоит вносить на общее обсуждение, - пробормотала Волли, потупив взор, но после некоторого молчания, едва слышно сказала, - Честно говоря, я вообще не понимаю, что со мной происходит. Капитан...Он напоминает моего отца, если бы тот был много моложе. Когда я первый раз увидела Джонр...капитана, то просто поразилась их сходству. Поэтому мне показалось, что он просто обязан мне помочь и его отказ, да ещё в такой грубой форме...В общем, тогда я просто возненавидела его!
  - А к отцу вы испытывали похожие чувства?
  - Бывало, - невесело улыбнулась девушка, - И очень жалею, что не успела извиниться за все те слова, которые наговорила ему в порыве гнева, когда мы виделись последний раз. Мы частенько ссорились, но я всегда быстро прощала ему всё, а он прощал мне.
  - Интересно. А на капитана вы продолжаете сердиться? Или уже успели простить?
  - Как бы не так! Не дождётся! - Шания внезапно усмехнулась, - Когда он сказал, что назначит меня посудомойкой, я готова была вцепиться в его бороду и выщипать до последнего волоска. А потом он поцеловал меня и тут я точно решила убить его на месте! Но...
  Она залилась краской.
  - До этого меня ещё никто не целовал, - глухо пробормотала она, - Такое странное ощущение. Хотелось убить его и одновременно, чтобы он поцеловал ещё раз.
  Девушка встрепенулась, точно пробуждалась от глубокого сна и провела рукой по лицу, снимая невидимую паутину. Потом изумлённо взглянула на собеседника и ей показалось, что вместо на глаз, на смутно различимом лице - два бездонных провала, которые ведут в непроглядный мрак. Возникло ощущение падения в эту бездну и одновременно лучей, пронзающих её насквозь, не оставляющих места даже для крошечных секретов. Ужас, которого девушка ещё никогда не испытывала, охватил её, до самого последнего волоска, вставшего дыбом.
  Дрожа, словно в лихорадке, Шания спросила, запинаясь на каждом слове:
  - Почему я всё это расказываю? Я ведь и сама не понимаю...Что со мной?
  - Вы просто устали, - голос доносился из неведомого далека, но при этом стремительно приближался, - Долгое время вы н с кем не общались открыто, поэтому настало время кому-нибудь открыться.
  - Наверное, - Шания смахнула слёзы с глаз, - Вы совершенно правы. Как всегда.
  Она очнулась от непонятного наваждения и с некоторой опаской подняла взгляд на собеседника. Девушка опасалась вновь увидеть то загадочное существо, которое почудилось ей мгновением раньше. Но видение исчезло, как и не бывало; перед ней сидел обычный парень с грустными глазами на смуглом лице.
  - Однако, мне хотелось бы узнать и о вас, - сказала Волли, освобождаясь от тревожных мыслей, - Почему ваше прошлое погружено в тайну? Вы никогда даже не упоминаете о родителях, доме, друзьях. Даже капитан, с которым я никогда серьёзно не общалась, рассказывает о своей жизни, вы же - полная загадка. Зачем вы плывёте на проклятый остров, откуда родом, сколько вам, в конце концов, лет. Не ошибусь, если предположу, что Джонри знает о вас столько же, сколько и я.
  Однако, не успела девушка закончить фразу, как полог их кабинки отлетел в сторону, отброшенный огромной волосатой ручищей. Синяя наколка морского чёрта охарактеризовала своего владельца, ещё до его появления. И точно, на пороге появился толстый мужчина в потрёпанной куртке моряка, расстёгнутой до пояса. Крохотная голова с плоской физиономией, крепилась к телу короткой шеей, а ноги пьяницы проигрывали в длине мощным рукам. Серые глазки, имеющие тенденцию разъезжаться в стороны, попытались сфокусироваться на Хастоле и Волли, а слюнявый рот, с вислыми губами, громко плямкнул.
  После этого чавкающего звука, незваный гость попытался войти внутрь, но Черстоли уже был на ногах, преграждая пришельцу путь. На лице юноши не было заметно ни грамма страха, а руки он держал, сложив их на груди. Пьяница замер, покачиваясь из стороны в сторону и удивлённо уставился на неожиданное препятствие. Потом грязная ладонь небрежно отряхнула каплю с сизого носа.
  - Что вам угодно? - ледяным тоном поинтересовался Хастол, свысока разглядывая матроса, - Немедленно покиньте помещение.
  Однако тот был, либо слишком пьян, чтобы уловить угрозу, прозвучавшую в просьбе, либо дошёл до состояния "море по колено" и лишь рассмеялся. За его сгорбленной спиной появились ещё двое, столь же отвратительного вида присоединились к веселью товарища. Тот же, отхаркав последний смешок, выдавил, с трудом поворачивая одеревеневшим языком:
  - Уйду, уйду, хлыщ, но только после того, как трахну твою девку! - он попытался ткнуть грязным пальцем в Шанию, но Хастол брезгливо отбросил немытую конечность, - А, ты ещё драться! Тогда мы тебя немного подрежем, а уж потом трахнем девчонку. Ну, начнём веселуху, пацаны?
  - А меня не забыли спросить? - прогудел знакомый голос, - Может и я захочу развлечься?
  В следующий миг огромный кулак сбил с ног одного, из непрошенных гостей, причём удар оказался такой силы, что падающий матрос захватил на пол ещё и своего товарища. Падение оказалось настолько жёстким, что никто из парочки и не пошевелился, лёжа на грязном полу.
  Коротконогий пьяница, громко икнул и с выражением испуга, на перекошенной физиономии, уставился на Джонрако, который, недобро ухмыляясь, стукнул кулаком о ладонь. Не успел любитель чужих женщин поднять свои длинные руки, как огромная лапища капитана схватила его за воротник и выволокла наружу.
  - Я. - начал коротконогий, но его объяснение тут же завершилось
  Кулак Собболи встретился с небритой челюстью, которая издала негодующий треск. На этом веселье, как его понимали непрошенные гости закончилось: три тела неподвижно замерли на полу, а Джонрако стоял над противниками и потирал ушибленные костяшки пальцев.
  Почти тотчас рядом появились два огромным парня и совершено молча потянули прочь нокаутированных весельчаков. Буркнув им вслед нечто неодобрительное, капитан вошёл в кабинку и с некоторым трудом задёрнул надорванный полог. Потом мореход плюхнулся на свободный стул и с явным удовольствием, вытянул ноги. При этом он удовлетворённо крякнул и огляделся.
  - Капитан, - сказала Шания, положив свою изящную ладошку на загорелую кисть, - Мы вам так благодарны! Спасибо, что вы избавили нас от этой опасности.
  - Вы, действительно, появились крайне своевременно, - подтвердил Хастол, загадочно улыбаясь, - Боюсь я оказался в некоторой растерянности и не знал, как поступить дальше. Ваш приход разрешил наши проблемы.
  - Ерунда! - Джонрако махнул рукой, но его физиономия приобрела красный оттенок, - Думаю, ты и сам сумел бы управиться с этими уродами, лопни их пропитая печень. Они же еле держались на ногах; толкни - упадут. Просто не стоило вести с ними мудрёные разговоры: в челюсть - и на боковую, - тут он обратил внимание на бутыль, стоящую на столе и привстал, вдыхая аромат напитка, - Ого, южное Симирданское! Хорошая штуковина. Сколько с вас собираются содрать за это пойло?
  - Шестнадцать золотых, - сообщил Хастол.
  - Дорого, - Собболи наполнил свой фужер до края и сделал большой глоток, ополовинив бокал, - А впрочем, можно и заплатить. По вкусу весьма напомниает урожай золотого Дракона, а он ценится очень высоко.
  - Так официант и сказал, - подтвердила Волли, не спуская взгляда с капитана, - Мне тоже очень понравилось.
  - Этот прохвост знает, кому что предлагать, - проворчал Собболи, прокручивая вино в бокале, - Этим недоноскам они продают бурду из дряни, которую выращивают на самом Твайре. Редкостная мерзость, сбивающая тебя с ног и лишающая памяти. А на утро голова раскалывается так, что ты готов утопиться. Ну, а хорошим посетителям, с полным кошельком - южное Симирданское.
  - Как ваши успехи, капитан? - поинтересовался Хастол, наливая себе и девушке, - Удалось решить проблему с водой?
  - Конечно же, - ответил Джонрако, пожимая плечами, - Прямо сейчас на Чертяку уже везут около полусотни бочек. Хоть эти лодыри и хотели отложить погрузку на утро, мне-таки удалось уломать их начать немедленно. Так что, как только солнышко прыгнет на небо мы сможем сразу же выходить. Чего только они не плели! - Собболи расхохотался, - И лошади уже уснули, и телеги не готовы, а из-под Храма Оборота выбралась огромная тварь, которая четвёртую ночь бродит по улицам Черза и пожирает прохожих. Пришлось доплатить, чтобы размеры чёртового монстра уменьшились до разумной величины. Так что на этот момент наши проблемы решены.
  Стоило ему сказать последнюю фразу и занавес на входе вновь пополз в сторону.
  - Да какого чёрта! - взревел Джонрако, поворачиваясь к двери, - дадут нам спокойно посидеть или нет?
  Капитан не успел увидеть тех, кто нарушил их покой, но понял, что дело неладно: Шания вжалась в спинку стула, а глаза на бледном, точно мел, лице, расширились до предела. Предчувствуя недоброе, Собболи закончил разворот.
  Свободные, свисающие до пола одежды, скрывающие фигуры владельцев. Лысые головы, украшенные блестящими цепями и пустые, ничего не выражающие глаза на отрешённых лица. Предводитель гостей почёсывал пальцем чешуйчатое горло короткокрылого грифончика и приторно усмехался, рассматривая животного. Потом змеиный взгляд прошёлся по троице, сидящей за столом. Хастол его не заинтересовал, на бледной Волли взор задержался чуть дольше и тонкие губы тронула лёгкая улыбка, а на Собболи человек остановился.
  - Джонри, - ласково сказал Острие Тьмы и погладил грифона по голове, - Какая неожиданная встреча! Представляешь, я совершенно случайно прогуливался по Черзу и решил мимоходом заглянуть в "Весёлый вечерок". И вдруг, о чудо! Кого я вижу? Неужели это мой ближайший друг, Джонрако Собболи? Быть того не может! Да нет же, это - точно он! Да ещё и с моей пропажей, - взгляд бандита стал колючим, точно острие кинжала, - Ты же специально отыскал мерзавку, чтобы вернуть мне?
  Внезапно Джонрако, который прежде, при встрече с негодяем, всегда ощущал слабость в коленях, почувствовал, как привычный страх покидает его, сменяясь дикой яростью. Побагровев от злости, капитан крепко сжал кулаки и молчал, исподлобья разгадывая преступника. Ярость капитана лишь повеселила Острие, который улыбнулся ещё шире и продолжил:
  - Даже не сомневаюсь, что именно такими были твои намерения, мой любезный друг, - он прищёлкнул пальцами, словно вспомнил о чём-то, - Просто не могу поверить, что мой товарищ задумал скрыть от владельца его любимую суку. А теперь, я очень прошу тебя Джонри, выйти отсюда, прихватив своего симпатичного спутника и дать мне кое что растолковать этой гадине.
  Шания, дошедшая до последней стадии ужаса, бросила на капитана взгляд, который мог бы разжалобить камень. Почему то девушка решила, что её защитники не осмелятся перечить жуткому человеку и оставят её наедине с вернувшимся кошмаром. По лицу Волли было заметно, что надежды на счастливое завершение этой истории, покинули её.
  Бокал Собболи отлетел в сторону, рассыпаясь на десятки осколков и звон его показался оглушительным громом в наступившей тишине. Спустя мгновение на полу оказался и стул капитана, а сам мореход вскочил на ноги, направив пистолет в живот бандита. Истошно завопил испуганный грифон, вытягивая длинную шею и размахивая обрубками крыльев. Охранники Острия спешно извлекли из-под хламид ружья, а их главарю потребовалось несколько мгновений, чтобы убрать с лица выражение обезумевшего зверя и вернуть прежнюю фальшивую усмешку. Впрочем, в этот раз она выглядела совсем ненатурально.
  - Джонри, Джонри, - Острие, казалось давится собственными смешками, - Ну и что ты надумал, неразумный мальчуган? Да мои люди в момент отправят тебя туда, где не сможет отыскать сам морской дьявол.
  - Значит, ты поможешь ему в поисках, - неожиданно спокойно ответил капитан, - Потому как, клянусь ураганом, ты отправишься к нему в гости раньше, чем твои ублюдки успеют что-нибудь сделать.
  - Джонрако, - задушевным голосом проворковал бандит, в котором угроза смерти пробудила человеческие чувства, - Ну на кой чёрт тебе эта тварь? Хочешь, я подарю тебе десяток таких же? Даже лучше! Только дай знать и я найду девок, похожих на Верину. Да что там, я могу найти и саму Верину! По рукам?
  - Отправляйся в ад! - с необычной, для него, тоской сказал Собболи, - Будь ты проклят, мразь! Не смей касаться своими грязными пальцами моего прошлого.
  - Ух. Какая патетика! - ощущая за своей спиной множество телохранителей, Острие начал успокаиваться, - Ну раз ты ничего не хочешь, то ничего и не получишь! Оставайся в своём прошлом и подыхай, вместе с ним.
  Краем глаза Джонрако увидел, как его пассажир, отвлёкся от напряжённого противостояния и прислушивается. Внезапно одна из стен кабинки вздулась пузырём и лопнула пополам, рассечённая блестящим клинком, который тут же пропал из виду. Шания, у которой острое оружие появилось у самого лица, не выдержала и молча рухнула на пол. Нервы одного из бандитов, тоже не выдержали и он нажал на спуск своего оружия. Полыхнуло и занялась огнём одна из стен помещения. Казалось, вот-вот начнётся яростная стрельба и судьба Джонрако окажется решена. Однако из-за пылающей парусины донёсся громкий решительный голос:
  - Ещё один выстрел и я прикажу перестрелять всех!
  Внутрь ступил рослый человек в боевой форме Гвардейцев Магистра. Голову пришельца скрывал глухой шлем и лишь глаза яростно сверкали в узкой прорези забрала. В руке воин держал длинный палаш, явно изготовленный для решительных действий. Следом ввалились пятеро солдат с лазерными ружьями наизготовку и судя по гулу голосов, за их спинами, в наличие имелись ещё.
  - Оружие - на пол! - рявкнул человек с обнажённым клинком, - В противном случае все вы будете немедленно уничтожены!
  - Ещё чего! - прогудел Джонрако, прижимаясь спиной к пружинящей стене и отчаянно желая раскурить трубку, - Пусть сначала эти лысые говнюки, а уж потом - я. Хастол, что там с девчонкой?
  - Без сознания, - флегматично ответил парень, замерев у противоположной стены и внимательно рассматривая палаш в руке гвардейца, - Но повреждений у неё нет.
  - Ну и как поступим? - тихо спросил Острие, скаля остро заточенные зубы, - Может как-нибудь договоримся?
  - Хорошая идея, акула мне в печень, - проворчал Собболи, - Не то этот вечер может стать совсем весёлым.
  ГЛАВА 13. БЕГСТВО ИЗ ЧЕРЗА
  Видя, что ситуация находится под контролем, предводитель гвардейцев медленно стянул свободной рукой шлем. Поставив доспех на стол, Джабба Джинсерхуа, вперил пылающий ненавистью взор в Хастола и протянув вперёд руку с оружием, ткнул палашом в горло парня. Тот даже не вздрогнул, внимательно рассматривая лицо воина.
  - Ты! - голос Джаббы задрожал, от ненависти, - Наконец то ты в моих руках, проклятый негодяй! Теперь ты в полной мере расплатишься за гибель моих людей. Магистр велел доставить пленника живым, но я почему то не помню, чтобы он приказывал оставить его в целости и сохранности.
  - Ярость - плохое оружие, для желающего мести, - почти равнодушно, сказал Хастол, - Обычно оно скверно слушается своего владельца.
  Джинсерхуа глухо зарычал и слегка отвёл клинок назад, будто намеревался ударить юношу. Понимая, что в настоящий момент опасность скорее угрожает его пассажиру, Джонрако изменил цель, направив оружие на капитана гвардейцев. Тотчас солдаты, все, как один, взяли морехода на прицел своих ружей.
  "Ну всё!" - выдохнул тот, про себя, - "Теперь мне точно кранты! Вот если бы ещё прихватить с собой обоих ублюдков. Впрочем, обоих точно не успею. Одного...Но кого?"
  При этом он склонялся к тому, чтобы пристрелить Острие, на лице которого отропь постепенно сменялась кривой ухмылкой.
  - Господин гвардеец, - вкрадчиво произнёс преступник, - Как мне кажется, конфронтация не принесёт ничего конструктивного и стоит разойтись полюбовно.
  - Я видел тебя на фрегате, лысая башка и ещё разберусь с чёртовым каптенармусом, который пускает на военный корабль чёрт знает кого, - Джабба фыркнул, - Говори, да побыстрее!
  - Мне нужна вон та сучка, лежащая на полу, - убийца ткнул белым пальцем в бесчувственную Шанию, - А вам, насколько я понял - этот симпатичный мальчуган. Так почему же нам не взять то, что нужно и не разойтись мирным путём. Поверьте, у меня нет намерения конфликтовать с законной властью из-за подобных мелочей.
  - Ха, а я никому тут не нужен? - поинтересовался Джонрако, ощущая, как от бешенства у него леденеет загривок, - потому, как любого, из этих людей вы можете забрать только через мой труп!
  - С огромным удовольствием! - прошипел Острие, уставившись на капитана змеиным взглядом, - Невелика потеря.
  Однако, Джабба уже принял решение.
  - Вы все идёте со мной, - чётко скомандовал он и повёл палашом вокруг себя, - Потом мы разберёмся и отпустим невинных на свободу. Оказавшие сопротивление будут уничтожены.
  - Джонрако, - совершенно спокойно произнём Хастол, словно они продолжали безмятежный разговор за бутылкой вина, - Немедленно ложись на пол и следи, чтобы никто не причинил Шании вред.
  Все разговоры тотчас стихли и присутствующие, как один, уставились на парня. Причём почти все глядели на него, как на безумца. Да и Джонрако сперва решил, что у того, от пережитого потрясения, помутился рассудок. Однако взгляд чёрных глаз оказался отрешённо-спокоен и абсолютно разумен.
  - Поверь мне, - сказал юноша и обозначил уголками рта улыбку, - Делай так. Ложись.
  С огромным изумлением капитан обнаружил, как ноги перестали ему подчиняться и согнувшись в коленях, опустили мощное тело на пол. Но не успел мореход упасть, а остальные присутствующие задать себе вопрос: какого чёрта происходит, как Хастол начал двигаться. Впрочем, от простого движения здесь было весьма немного.
  Мгновение назад парень стоял, прижавшись спиной к стене, а в следующую секунду оказался за спиной Джинсерхуа. Клинок, выбитый из рук капитана гвардейцев, пролетел через всю кабинку и замер, воткнувшись в грудь одного из телохранителей Острия. Получив смертельное ранение, тот взвизгнул и свалился на пол, успев нажать на спуск оружия. Винтовка выстрелила дважды и если первый выстрел погасил светильник кабинки, то в сполохах второго, изумлённый Джонрако увидел Хастола в толпе гвардейцев, плохо понимающих, какая чертовщина происходит.
  Произошла ожесточённая перестрелка, в ходе которой выяснилось, что гвардия готовит стрелков много лучших, чем бандиты. Когда выстрелы прекратили слепить глаза, изумлённый Острие обнаружил, что остался без охраны и шлёпнувшись на четвереньки, пополз в сторону выхода. Стоило ему выползти наружу и пылающая деревянная балка рухнула на пол, окончательно отгородив кабинку от общего зала.
  Пока шипели лазерные винтовки, Джонрако сумел подчинить восставшие конечности и добрался до лежащей Шании. Путь вышел не из лёгких, ибо обугленные тела павших бойцов успели перегородить всё пространство пола. Оказавшись рядом с девушкой, Собболи первым делом осмотрел её. В этот самый момент Волли открыла глаза и недоуменно уставилась на капитана. Её губы шевельнулись, но абсолютно беззвучно.
  - Спокойно, - пришлось немного напрячься, чтобы голос можно было различить, сквозь оглушительный гам над их головами, - Всё будет хорошо, веришь мне?
  Шания слабо кивнула, а потом её глаза уставились на что-то, за спиной Джонрако и начали стремительно увеличиваться в размерах, точно там происходило нечто, поистине сногсшибательное. Поскольку шум резко утих, капитан посчитал нужным привстать и обернуться. Гм, откровенно говоря к такому он оказался несколько не готов.
  На ногах продолжал удерживаться лишь один гвардеец с пистолетом в дрожащих руках. Остальные, или вповалку лежали на полу, среди остатков изувеченной мебели, или свисали из дымящихся прорех в парусиновых стенах комнатки, напоминая некие экзотические украшения. Пламя, наступающее со стороны входа, полностью отрезало кабинку от общего зала и зевак, пытавшихся узнать, какого чёрта тут происходит.
  Перед клокочущей стеной огня замерла одинокая чёрная фигура в развевающемся плаще. В руках Хастол сжимал длинный тонкий предмет, весьма напоминающий древние шпаги, которые Джонрако как-то довелось видеть в историческом музее Карта. Правда, в отличие от тех, старых и ржавых, эта выглядела абсолютно новой и как ни странно, неприятно одушевлённой.
  Завизжав от ужаса, последний уцелевший солдат, почти не целясь, нажал на спуск оружия. С тихим щелчком, пистолет выплюнул сгусток плазмы метнувшийся в сторону Хастола. Однако тот, совершенно непостижимым образом увернулся от пущенного заряда и тот исчез, пролетев сквозь стену пламени. Тем не менее выстрел нашёл свою жертву: до ушей капитана донёсся чей-то голос, полный страдания.
  Продолжало происходить непонятное: смутный силуэт, мгновение назад бывший Черстоли сделал круг около ошалевшего воина и пистолет в руках солдата взорвался, окатив владельца огненным душем. Гвардеец истошно завопил, пытаясь стряхнуть пламя с одежды, но не успел.
  Силуэт Хастола обрёл плотность, и пальцы парня, сжатые в кулак, поразили челюсть противника. Джонрако и сам неплохо умел колотить врагов, и видел других бойцов, способных сшибить с ног, но такой удар наблюдал первый раз. Тело солдата два раза провернулось в воздухе, прежде чем столкнуться с упругой стеной кабинки. Материя не выдержала и лопнула, а лишённый сознания гвардеец повис без движения.
  - Ах ты выродок! - послышался глухой голос Джаббы, - Думаешь, ты один способен на такие штуки?
  Капитан гвардейцев спихнул с себя тело подчинённого и медленно поднялся на ноги, попутно подняв обронённый палаш. Хастол смотрел на него, не двигаясь с места и лишь острие его клинка описывало в воздухе некие замысловатые узоры. Джонрако, прикрывая Шанию своим телом, напряжённо следил за бойцами, направляющими оружие друг на друга. Напряжение между ними ощущалось, как начало грозы, когда воздух потрескивает от крошечных разрядов и вот-вот полыхнёт молния.
  Произошло нечто, не менее странное. Противники слегка шевельнулись, точно решили сменить надоевшую позу и...пропали. Шания издала тихий вскрик и капитан, на долю мгновения, отвлёкся. Однако грохот столкновения вновь привлёк его внимание.
  Хастол и Джабба почти рухнули на пол, после того, как сцепились в центре помещения, но в последний момент неведомая сила разбросала их в разные стороны. Больше напоминающие тени, чем живых людей, противники пролетели сквозь танцующее пламя и оттолкнувшись ногами от стен, вновь устремились один к другому. Казалось их клинки лишь слегка коснулись, но Хастол взлетел выше человеческого роста, а гвардеец почти распластался на полу.
  Чёрный плащ Хастола хлопал, как чёрные крылья, когда он хищной птицей рухнул вниз, сжимая шпагу точно диковинное жало. Джабба, почти не отталкиваясь ногами от пола, метнулся ему навстречу, отметая палашом клинок юноши. Ещё одно столкновение и Джонрако, до этого с трудом отслеживающий перемещения противников, потерял их из виду. В следующее мгновение оглушительно лязгнуло и Собболи увидел Джаббу, упавшего на пол и откатившегося в глубину ревущего пламени.
  Хастол обрушился на единственный уцелевший стул и разломал его на мелкие части. Плащ парня оказался разрублен в нескольких местах, а лоб пересекала длинная, но неглубокая царапина. Юноша тяжело дышал и вообще, казался вымотанным до предела. Тем не менее, даже тяжёлое падение не остановило его и Хастол тут же поднялся на ноги, напряжённо всматриваясь в стену огня, надвигающегося на них. Потом повернул утомлённое лицо к Джонрако.
  - Пора уходить, - выдохнул Черстоли, - И как можно быстрее.
  - Какого чёрта это было? - изумлённо поинтересовался Собболи, поднимаясь сам и помогая встать ошеломлённой Шании, - Никогда не видел ничего подобного! Я, конечно, наблюдал за высадкой гвардейского десанта, но такое...
  - Все вопросы после, - отмахнулся Черстоли, - Я же говорю: нужно срочно уходить.
  - Эй приятель, зачем спешить? Все злодеи на полу, - капитан повёл рукой, указывая на лежащих солдат, - Не бойся, огонь нам не страшен. Прежде, чем он успеет опалить мою бороду, ты успеешь выспаться и позавтракать.
  - Да идём же! - почти умоляя, попросил Хастол, - Это же - не единственные гвардейцы, я то знаю! Да и бравый капитан - цел и невредим. Скорее всего ожидает, пока огонь загонит нас в угол.
  - И что же нам делать? - растерянно спросила Шания, опираясь на руку морехода.
  Вместо ответа, тот вскинул своё оружие и направив на ближайшую стену, нажал на спуск. Материя, и без того дырявая, не выдержала и лоскутами слетела на пол, открыв убранство соседней кабинки. На полу лежали стулья, опрокинутые бежавшими посетителями, а на столе стояла початая бутыль вина. Огонь успел добраться и сюда, жадно облизывая дверь и ещё одну стену.
  Путешественники быстро преодолели остатки уничтоженной стены, после чего Джонрако повторил свой фокус. Пролезая в следующую кабинку, Собболи проворчал:
  - Надеюсь, никто не догадается, какой дорогой мы уходим.
  - Ну, как мне кажется; капитан гвардейцев весьма неглупый человек, - заметил Хастол, - Подозреваю, что наша сегодняшняя встреча - далеко не последняя.
  - Угу, - согласился мореход, помогая девушке перебраться через лохмотья стены, - Чёрт меня побери, если его зуб на тебя не становится всё больше.
  Стена в следующей кабинке полыхнула и разлетелась огненными клочьями. Тотчас в огромной дыре мелькнул блестящий, отражённым светом пожарища, шлем гвардейца и поднялся плазменный пистолет. Джонрако, который оказался ближе остальных к отверстию, молча стукнул солдата по голове и тот исчез из виду. После этого мореход продолжил путь, едва не волоком увлекая за собой девушку.
  Впрочем, теперь группа оказалась не в плену тесных сот узких комнатушек, а в огромном зале, где прежде так шумно пировали матросы. Кое кто и сейчас пытался продолжать пьянку, другие шумели у места первой стычки, из-за угла доносился грохот солдатских сапог и звуки отрывистых команд. Некоторые из бражников, которых события заставили протрезветь, изумлённо разглядывали эту суматоху, а сквозь их ряды резво пропихивался жирный мужчина, в сопровождении группы вышибал. Здоровяки засучивали рукава рубах и готовили длинные палки.
  Оглушительно взорвалось и обернувшись на звук, Джонрако обнаружил, что пламя пожара взметнулось к самому потолку, словно желало оцарапать его когтями своих языков. Жалобно затрещало дерево и кабинки начали рушиться, превращаясь в ничтожную груду обломков, на которой победно плясал исполинский костёр. Густой смрадный дым начал расползаться по залу, напоминая гигантского спрута, протягивающего щупальца во все углы несчастной таверны.
  Из душного облака показались блестящие шлемы гвардейцев, спешащих на перехват беглецов. Впереди, прихрамывая на правую ногу, бежал высокий черноволосый человек с длинным палашом в руке. Глаза Джаббы яростно сверкали, зубы скалились в злобном оскале и даже через оглушительную какофонию катастрофического пожара, можно было расслышать его рычание.
  - Как мне кажется, мы немного задержались, - хладнокровно заметил Хастол, - Самое время продолжить бег.
  - Я не могу! - жалобно пробормотала Шания, с трудом удерживаясь на подгибающихся ногах, - Чувствую, что вот-вот упаду. Послушайте, я ведь не нужна солдатам, поэтому оставьте меня и спасайтесь.
  - Какая ерунда, разрази меня гром! - рявкнул Джонрако и взвалил девушку на плечо, после чего бросился в сторону лестницы, - Вечно они придумывают какую-то чепуху!
  Хастол бежал следом за ним, не забывая, время от времени, оборачиваться, чтобы убедиться в том, что преследователи ещё далеко. На их счастье, жирный великан, очевидно - владелец "Вечерка" попытался преградить дорогу солдатам, чтобы выяснить, кто оплатит сегодняшнее "веселье". Красная пятерня вцепилась в доспех капитана гвардейцев и сиплый голос прогундосил:
  - Что вы натворили? Вы же обещали, что будет тихо!
  Рык взбешённого Джаббы мог бы напугать даже демонов, появись они здесь. Потом жирное тело, точно пушинка, взлетело в воздух и пролетев внушительное расстояние, обрушилось на лавку, разнеся её вдребезги. Вышибалы, не сумевшие сообразить, в чём заключалась соль продемонстрированной пантомимы, постарались отомстить за поруганную тушку хозяина и были мгновенно сметены потоком солдат, устремившихся за командиром.
  Всё это продолжалось не так уж и долго, но даже небольшой заминки хватило беглецам, чтобы благополучно добраться до лестницы-паутинки.
  Здесь выяснилось, что Шания, которую продолжал тащить капитан, окончательно лишилась сил и не сможет даже встать на ноги. Глаза девушки закатились и она вновь потеряла сознание. Глухо рыкнув, Собболи поудобнее уложил деликатную ношу и точно экзотический краб пополз вверх. Сквозь крепко сжатые зубы он подробно излагал все свои соображения по поводу родственников строителей таверны, устроивших эдакую шутку с несчастными посетителями. Хастол неслышно следовал за ним, точно шагал по ровной дороге, отвлекаясь лишь на взгляды вниз.
  Троица успела добраться до входной двери, когда отряд гвардейцев начал подъём. Впрочем Джабба, шагавший впереди, внезапно уставился вверх и громко выругавшись, скомандовал отступление. Глаза Джинсерхуа, казалось, метали огненные стрелы и не мудрено: Хастол, отставший от товарищей, задержался на верхней площадке и в его руке вновь появился длинный чёрный клинок. Одного взмаха хватило, чтобы две, из четырёх стоек, крепивших лестницу к стене, оказались перерублены. Хрупкое сооружение затрещало, но выдержало. Тогда парень нанёс второй удар, покончивший с непокорной паутиной ступеней. Серебристая конструкция, застонав, рухнула вниз, в полёте рассыпаясь на отдельные элементы, которые со звоном падали на пол.
  Чертсоли посмотрел вниз и наткнулся на взгляд Джаббы. Две пары чёрных глаз; одни - пылающие ненавистью и другие - абсолютно спокойные, установили краткую связь. По губам Хастола скользнула лёгкая улыбка и он бросился следом за спутниками.
  Но Джабба не выглядел сломленным или побеждённым: он тотчас повернулся к подчинённым и начал отдавать приказы. Часть гвардейцев направилась к чёрному входу, а остальные остались рядом с командиром. Вперёд выступили несколько бойцов с огромными арбалетами в руках. Залп - и абордажные крючья впились в площадку, нависающую на пылающим залом таверны, протянув к ней натянутые верёвки. Не медля ни секунды, солдаты начали подъём вверх.
  Однако их командир не стал торопиться. Джабба достал из поясной сумки маленький чёрный куб с белыми точками в центре каждой грани. Инструкции, полученные капитаном от Магистра были весьма чёткими и непротиворечивыми. Чародей предусмотрел, что арест преследуемых может столкнуться с определёнными трудностями, поэтому предоставил своему посланцу особое оружие.
  Джинсерхуа изучил предмет и нашёл точку, которая, в отличие от остальных, была не белого, а золотого цвета. Гвардеец ткнул в неё пальцем, ожидая получить болезненный укол или ожог, как это частенько случалось с другими устройствами Магистра. Вместо этого он ощутил, как его ноготь продавил нечто, напоминающее оболочку медузы. Кубик тотчас лопнул, превратившись в крохотное чёрное облачко, исчезнувшее в густом дыму горящей таверны. Дело было сделано.
  Громыхнуло и пламя пожара охватило новый участок зала, жадно пожирая лавки и столы. Полупьяные посетители испуганно метались среди обжигающих языков, не в силах отыскать спасительный выход. Помещение, мало-помалу, превращалось в огненную ловушку для обезумевших, от страха, гостей. Некоторые уже начали гореть.
  Почти все гвардейцы благополучно покинули "Весёлый Вечерок" и капитан торопливо вскарабкался по верёвке вверх. Когда Джабба оказался на площадке, он бросил прощальный взгляд на погибающий трактир. Внизу неистово плясало целое море огня; лопнувшие бочки выпустили наружу спиртовую заготовку и та тотчас занялась. Пылающая жидкость растеклась повсюду, проникая в самые отдалённые щели. Некоторые из посетителей, то ли самые трезвые, то ли самые разумные, карабкались по верёвкам, а остальных поджидала неминуемая гибель.
  Пожав плечами, Джабба вышел на улицу, где его подчинённые ожидали дальнейших приказов. Вообще то Магистр сказал оставаться на месте, после использования кубика, но улыбка Хастола не давала покоя деятельному гвардейцу. Мысль о том, что его враг может благополучно добраться до корабля, приводила Джинсерхуа в бешенство.
  - Вперёд! - скомандовал он, - В порт.
  Джонрако начал уставать: дыхание его сбилось давным-давно, а теперь и ноги, время от времени, норовили подцепить одна другую. Едва не свалившись на грязные булыжники мостовой, он остановился и осторожно сняв Шанию с плеча, привалился спиной к стене ближайшего дома. Шедший сзади Хастол тоже остановился и вопросительно посмотрел на спутника.
  - Возможно я мог бы чем-нибудь помочь? - поинтересовался он, возвращаясь к привычной манере разговора, - Боюсь, сейчас - не самое лучшее время, для остановок.
  - Да иди ты! - беззлобно ругнулся Джонрако и повёл ладонью по лбу, стряхивая капли обильного пота, - Чего пристал? Вот передохну пару чёртовых минут и пойдём дальше.
  - Разрешите мне немного понести девушку, - попросил парень, но без уверенности в голосе, точно заранее подозревал отказ, - Это позволило бы вам отдохнуть.
  - Может ты и силён в своих штучках, чтоб мне лопнуть! - выдохнул Собболи и помотал головой, - Но не думаю, будто ты сильнее меня, приятель. А если ещё и ты свалишься, мне как - вас обоих тащить? Тогда нам точно крышка!
  - Но, капитан, - начал Хастол, - Вы не...
  - Вопрос закрыт, - отрезал тот, - Я немного отдыхаю и мы продолжаем...Что это, чёрт побери?
  Они стояли на одной из замусоренных улиц ночного Черза, под нависающими стенами дряхлых зданий. Ни единого огонька в окнах, из-за чего казалось, будто путь пролегает между скал, неведомой прихотью поставленных в виде ровной улицы. Вокруг стояла мёртвая тишина, не свойственная даже самой глубокой ночи. Даже обычные, для подобного времени, насекомые не устраивали назойливых концертов и молчали ночные птахи. Куда-то исчезли и бродяги, которых язык не поворачивался назвать горожанами. Тишина и мрак.
  \И вот, среди этого безмолвия, послышался странный скрежещущий звук, от которого мурашки бежали по коже и дыбом вставали волосы на загривке. Больше всего странный скрежет напоминал дребезжание закрылков гигантского насекомого, которое готовится к полёту. Поначалу тихий, он становился всё громче точно его источник приближался. Теперь к первоначальному скрежету примешивалось отвратительное хлюпанье, будто кто-то ступал в насквозь промокших сапогах. Совокупность этих звуков вызывало ощущение дискомфорта и нарастающего страха. Джонрако ощутил в груди неприятную тяжесть.
  - Что это? - ещё раз спросил он, нащупывая рукоять пистолета, - Чёрт, я не вижу эту хрень, но уже чувствую очередную задницу! А ты, как считаешь, приятель?
  Он посмотрел на Хастола, который напряжённо всматривался во мрак.
  - Думаю, вы - правы, - согласился тот и совсем тихо произнёс несколько неразборчивых фраз, из которых капитан смог различить только, - Никак не могу вспомнить. Как он сумел?
  Скрежет приблизился настолько, что стало ясно; кто бы его не издавал, он находится совсем близко. Кроме того, к неприятному треску и отвратительному хлюпанью прибавился ещё один звук: едва ощутимое монотонное посвистывание, от которого кровь стыла в жилах.
  А затем Джонрако увидел...
  Во тьме словно протаяло зелёное окошко, но свет в нём больше всего напоминал омерзительное мерцание старых склепов. Это мерцание всё больше приближалось к группе путников, пока не приняло чёткие очертания. Теперь Собболи сумел в полной мере оценить облик твари, бредущей по булыжникам и его желудок тотчас попросился наружу. Пальцы капитана задрожали и он, с огромным трудом, сумел сомкнуть их на рукояти пистолета.
  Отчасти, порождение ночного кошмара, бредущее в их сторону, действительно напоминало насекомое. Видимо своими членистыми конечностями, покрытыми чёрной бахромой и выпуклыми, ничего не выражающими, глазами. Тело твари походило на медузу, содрогаясь при каждом шаге, точно желе. В глубине этой трясущейся массы, глаз Джонрако уловил полуразложившиеся остатки человеческого тела, опутанные чем-то, похожим на верёвку. Подобные же отростки висели по обоим бокам чудовища, слабо шевелясь и хлопая по камням мостовой.
  За собой монстр волок длинный хвост, похожий на крысиный, а на спине твари чернели перепончатые крылья, то поднимающиеся, словно парус, то обвисающие, как две бесформенные тряпки. Но самой жуткой оказалась голова, очень напоминающая человеческую, только гигантских размеров. Вместо волос на черепе извивались крохотные щупальца, а из слюнявой пасти торчали плоские ленты со множеством присосок по всей длине. С этих языков непрерывно капала мутная белая слизь. Кроме того, монстр слабо светился тем самым, кладбищенским, сиянием и распространял вокруг омерзительный смрад древней могилы.
  - Могильщик, - внезапно сказал Хастол и Джонрако, с некоторым удивлением, различил в голосе парня нотки тихой грусти, - Это существо живёт на очень старом кладбище, в самом глухом его участке.
  - Так что, - тяжело дыша, спросил капитан, который никак не мог вытащить оружие из кармана, - Оно нам не опасно?
  - Смертельно опасно, - совершенно спокойно ответил Черстоли, - Тот, кто его вызвал, знал, что делает. Могильщик способен прикончить любого человека, если подойдёт на близкое расстояние. Кстати, попытайтесь сделать хоть шаг.
  Джонрако попытался сдвинуть с места хотя бы одну ногу, но ощутил в ступнях такую тяжесть, точно туда залили свинец. А настоящий ужас охватил морехода, когда он понял, что странное онемение поднимается всё выше, сковывая всё тело. Хастол посмотрел на его напряжённую физиономию и понимающе кивнул.
  - Этот свист, - пояснил он, - Когда Могильщик защищается или охотится, он начинает свистеть. Жертва постепенно цепенеет, пока не становится абсолютно неподвижной и тогда Могильщик спокойно пожирает добычу.
  - Но руки то у меня ещё действуют, будь я проклят! - яростно взревел Джонрако и направил, пляшущий в холодеющих пальцах, пистолет на чудовище, - Получай, проклятая медуза!
  Ослепительный луч вырвался из дула оружия и угодил в трясущееся желе, пронзив его насквозь. Могильщик продолжил приближаться, словно ничего и не произошло. Рана в теле, оставленная смертоносным лучом, затянулась, как и небывало. Джонрако выстрелил ещё раз, но с тем же результатом; луч проходил сквозь тело монстра, не причиняя ему никакого вреда. Из последних сил капитан направил заряд в голову твари, но зеленое сияние, поглотило луч без остатка.
  В этот миг руки отказали Джонрако и пистолет выпал из пальцев моряка. Глухое ворчание вырвалось из мощной груди, когда капитан понял, что от смерти их отделяет всего несколько шагов чудовища. Трупная вонь наполнила воздух, не давая дышать, а мертвенное сияние накрыло весь мир.
  - Успокойся, - послышался тихий голос Хастола, - Всё будет хорошо.
  С трудом повернув голову, Джонрако увидел, что парень стоит в непринуждённой позе, словно проклятый свист не оказывал на него никакого воздействия. В своих длинных пальцах юноша сжимал странный предмет: маленькое чёрное колечко, с которого, на золотистых цепочках свисали три серых кубика с белыми точками в центре каждой грани. Парень одел кольцо на указательный палец правой руки и качнул ладонью, отчего кубики принялись вращаться. Только теперь стало ясно, что одна точка у всех кубиков, не белая, а золотистая. Однако не успел Джонрако осознать это, как начало происходить ещё более странное: при каждом обороте какой-то из кубиков исчезал, чтобы появиться после следующего.
  Заворожённый этим зрелищем, Собболи не сразу обратил внимание на стихший звук шагов приближающейся твари. Лишь когда исчез цепенящий свист, моряк очнулся от наваждение и посмотрел на чудовище. Могильщик стоял на месте и его тело сотрясала мелкая дрожь. Отвратительный зелёный свет мигал, время от времени исчезая вовсе. Потом, продолжая трястись, тварь начала отступать назад, переступая членистыми лапами так, словно они одеревенели. Внезапно существо принялось подвывать, а кладбищенское мерцание погасло совсем.
  Джонрако ощутил, как способность двигаться возвращается к его конечностям и тут же подобрал обронённое оружие. Вонь разверстой могилы к этому времени окончательно исчезла и теперь мореход смог вдохнуть полной грудью. Хастол снял кольцо с пальца и спрятал его в карман. Потом вытер тряпицей кровоточащую царапину на лбу и тяжело вздохнул.
  - Могильщик может вернуться, - сообщил парень, - И боюсь, второй раз мне не удастся обратить его в бегство. Ещё раз настойчиво рекомендую спешно вернуться на корабль.
  - Чёрт меня побери, если в этот раз мне потребуется пинок под задницу! - буркнул Джонрако, - Встречи с этой гадостью вполне достаточно и в единственном экземпляре. И так чувствую, что кошмарами я себя обеспечил лет на десять вперёд.
  Он поднял всхлипнувшую Шанию и вновь положил себе на плечо. После этого капитан быстрым шагом устремился в сторону порта.
  Хастол задержался, вглядываясь во мрак, поглотивший Могильщика. Если предположить, что человеческие глаза могли бы видеть на таком расстоянии, то парень смог бы наблюдать интересную и жуткую сценку.
  Отступивший Могильщик столкнулся с отрядом гвардейцев, который преследовал беглецов. Солдаты так спешили вперёд, что не сразу сообразили, в чём дело, когда чудовище оказалось перед ними. Щупальца, до этого безвольно свисавшие по бокам монстра, внезапно выстрелили в разные стороны, опутав недоумевающих людей. Схватив добычу, чудовище потащило её к себе.
  Немедленно мрак ночи разорвали яркие вспышки выстрелов. Солдаты почти в упор расстреливали кошмарное существо, пытаясь освободить пленённых товарищей, но их выстрелы пропали втуне, как прежде заряды Джонрако. Тем временем, Могильщик подтащил кричащих гвардейцев ближе и желеобразная субстанция его туши поглотила человеческие тела. Некоторое время несчастные ещё шевелились, а после замирали, без движения.
  Если предположить, что Хастол сумел всё это рассмотреть, то надо признать, увиденное ему не понравилось. Парень покачал головой и побежал следом за капитаном, чьё громкое сопение было способно разбудить весь Черз. Тёмные переулки мелькали один за другим. Тощие, словно скелеты, обтянутые шкурой, коты, чудом уцелевшие в голодном городе, шарахались в разные стороны, испуская злобное шипение, а столь же худые крысы, пронзительно пищали, ныряя в чёрные провалы трещин. Собак в Черзе, страдающем от хронического недоедания, не осталось: их всех пожрали голодные горожане.
  Собболи Хастол догнал у самого порта. Капитан, у которого ещё не выветрились воспоминания от встречи с Могильщиком, торопился из последних сил. Тяжело дыша и пошатываясь, мореход пытался напевать неприличные морские песни, перемежая их сочными ругательствами. Если бы девушка, лежащая на его плече, могла услышать хотя бы половину, то стала бы ярко пунцовой.
  - Эй, приятель! - буркнул Собболи, скорее почуяв, чем увидев Хастола, - Мы вроде бы почти добрались?
  - Совершенно верно, капитан, - подтвердил тот, - Осталось не более сотни шагов и мы на месте.
  Пирс, по сравнению с тёмным городом, казался настоящей выставкой света из за обилия огромных факелов, поэтому маленькую группу заметили сразу же. На "морском Чёрте" яростно затрубила боцманская дудка и несколько десятков матросов, с ружьями наперевес, бросились на помощь своему капитану. Собболи некоторое время не мог сообразить, что за чертовщина происходит и пытался сопротивляется, пока подбежавший Далин не устранил недоразумение.
  Шанию положили на парусину, намотанную на вёсла и понесли на корабль. Джонрако замер на месте, отдуваясь и покачивая головой. Боцман терпеливо стоял рядом, ожидая распоряжений, а Хастол с тревогой поглядывал на выход из порта.
  - Воду погрузили? - между выдохами, выдавил капитан.
  - Давно, - ответил помощник, поглаживая бороду, - Ребята работали так, словно за ним сам чёрт гнался, да ещё и чертенят прихватил. Травили байки, дескать ночью по улицам шастает тварь, от которой спасения нет. Выдумки...
  - Хорошие выдумки! - проворчал Джонрако и его передёрнуло, - Одна такая чуть нас всех не отправила к чёртовой бабушке. Ладно, потом расскажу. Командуй отправление, да поживее.
  - Сейчас? - изумился боцман, - Ночь, как никак...
  - До утра на борту будет прорва чёртовых гвардейцев, - буркнул Собболи и с трудом поднимая ноги, побрёл к кораблю, - Или ты предпочитаешь отсидку ночному плаванию? Тогда просто немного подожди.
  Они уже начали подниматься по сходням, когда произошло сразу несколько событий. На входе в порт появилась группа вооружённых людей, во главе которых мчался Джабба Джинсерхуа. В то же мгновение в воздухе поплыл громкий звон колокола, заглушивший все остальные звуки. Видимо это был условный знак и огромные светильники, которые Джонрако считал давно испорченным ослепительно вспыхнули, превратив ночь акватории в ясный день.
  В свете этого искусственного дня стало ясно, что не только "Морской Чёрт" готовится к спешному отплытию. Фрегат, в конце причала, который боцман принял за исчезнувший "Непреклонный", торопливо отдавал концы. По его палубе метались матросы, раздавались громкие свистки и звучные команды.
  Увиденное вернуло Джонрако утраченную энергию. Капитан в один прыжок оказался на борту шхуны и бросился на своё место. Далин сообразил, что им грозит немедленный плен и принялся отдавать команды с такой скоростью, что о смысле некоторых матросам оставалось только догадываться. Если бы команда Чёрта соревновалась со всем флотом Ченса, то выиграла бы соревнование с огромным отрывом. Так быстро шхуна ещё не отчаливала никогда.
  Не успел боцман рявкнуть привычное: "Всех перевешаю на рее", как корабль уже покачивался на волнах и ловил поднятым парусом попутный ветер. Однако фрегат уже двигался в их сторону, разрезая волну хищным носом.
  - Нам не уйти! - взвыл Далин, внимательно наблюдая за маневрами "Непреклонного", - Они на полном ходу, да и скорость у них поболее!
  - Уйдём! - рявкнул Джонрако, сцепив зубы, - Уйдём, чёрт меня дери!
  Огромный кулак капитана обрушился на рычаг, утопленный в корпусе нактоуза и боковая крышка деревянного ящика отскочила, открыв нишу с двумя маленькими штурвалами и полосатой рукоятью, между ними. Капитан яростно рванул одно колесо и палуба у правого борта вздыбилась, выпуская наружу небольшое тупорылое орудие.
  - Их пушечные порты закрыты? - спросил Джонрако у боцмана и получив утвердительный ответ, криво ухмыльнулся, - Тем хуже для них!
  Он потянул второй штурвальчик и пушка послушно повернулась в сторону приближающегося фрегата. "Непреклонный" в этот момент шёл носом к шхуне и даже если на нём и заметили опасность, то уже ничего не смогли бы предпринять. Нацелив жерло орудия на ватерлинию военного корабля, Джонрако потянул за полосатую рукоять.
  Багровый шар вырвался из дула пушки и вонзился в борт фрегата. Ослепительная вспышка и поднявшийся фонтан пара возвестили о том, что попадание состоялось. "Непреклонный" рыскнул носом и с его борта донеслись крики бессильной ярости. Матросы шхуны тотчас ответили на них радостными возгласами, улюлюканьем и неприличными жестами. Собболи опустил орудие под палубу и скомандовал:
  - Полный, самый полный вперёд!
  В паруса ударил свежий ветер и корабль начал набирать ход, увеличивая разрыв с врагом. Фрегат полностью потерял скорость и сделал крен на повреждённый борт. Продолжать преследование оказалось невозможным, но военные не торопились сдаваться. Хастол хлопнул капитана по плечу и молча показал на открывающиеся порты орудийной палубы.
  - Проклятые ублюдки! - проворчал Собболи, - Хотят отправить нас кормить крабов? Ни черта у них не получится. Лево руля!
  Чёрт заложил крутой поворот и скрылся за скоплением старых рыбацких лодок, сгрудившихся посреди бухты. Что-то хрустнуло и шхуна, дёрнувшись, продолжила движение.
  - Порвали сеть, - спокойно заметил Собболи, - Будет рыбачкам работы на завтра. Пусть уж простят.
  Выстрелов с "Непреклонного" так и не последовало.



Добавить в закладки:

Метки новости: {news-archlists}

Автор: Fidelkastro | 22-12-2019, 13:49 | Просмотров: 104 | Комментариев: 0






Добавление комментария


Наверх