Константин Васильев: fantasy art как повод
Скажу сразу, в общем и целом, эстетика творчества Константина Васильева мне не нравится: не очень понятны его увлечения нордическими мотивами, помноженными на тематику древнего Рима и ницшеанства (коктейль иногда получался, мягко говоря, отдающий искусством известного агрессора середины XX века). Однако, нужно сохранять объективность: Константин Васильев был весьма начитанным человеком, воплотившим на своих холстах ряд популярных и, что самое главное, не очень популярных фольклорных сюжетов. Я считаю это позитивным в его творчестве.
Введение

Скажу сразу, в общем и целом, эстетика творчества Константина Васильева мне не нравится: не очень понятны его увлечения нордическими мотивами, помноженными на тематику древнего Рима и ницшеанства (коктейль иногда получался, мягко говоря, отдающий искусством известного агрессора середины XX века).

Однако, нужно сохранять объективность: Константин Васильев был весьма начитанным человеком, воплотившим на своих холстах ряд популярных и, что самое главное, не очень популярных фольклорных сюжетов. Я считаю это позитивным в его творчестве.

О нескольких таких сюжетах предлагаю побеседовать ниже.

1. Известный в узких кругах Илья Муромец

Есть у Васильева картина "Голь кабацкая":

- где Илья Муромец угощает горячительными напитками местный контингент. Композиция картина слегка навевает ассоциации, но мне кажется, это такой элемент юмора художника, нежели какое-то философское высказывание.

Есть еще одна картина, которая называется  "Илья Муромец сердится" (если верить этой ссылке, там же есть доказательства того, что картина настоящая):

И обе они в общем-то относятся к одному сюжету о ссоре Ильи Муромца с князем Владимиром:

Славныя Владимир стольне-киевской
Собирал-то он славный почестен пир,
На многих князей он и бояров,
Славных сильныих могучиих богатырей,
А на пир ли-то он не́ позвал
Старого казака Ильи Муромца.
Старому казаку Илье Муромцу
За досаду показалось то великую,
Й он не знает, что ведь сделати
Супротив тому князю Владимиру.
И он берет-то как свой тугой лук разрывчатой,
А он стрелочки берет каленые,
Выходил Илья он да на Киев-град,
И по граду Киеву стал он похаживать
И на матушки божьи церкви погуливать,
На церквах-то он кресты вси да повыломал,
Маковки он золочены все повыстрелял,
Да кричал Илья он во всю голову,
Во всю голову кричал он громким голосом:
Ай же пьяницы вы, голюшки кабацкие!
Да и выходите с кабаков, домов питейныих,
И обирайте-тко вы маковки да золоченые,
То несите в кабаки, в домы питейные,
Да вы пейте-тко да вина досыта».
ИсточникИлья Муромец в ссоре с князем Владимиром // Былины: Сборник. — Л.: Сов. писатель, 1986. — С. 103—106. — (Б-ка поэта. Большая серия).
Там же есть интересный, дополняющий комментарий (в примечаниях):

Не позвал... Ильи Муромца. Причины конфликта богатыря с князем излагаются в разных редакциях сюжета по-разному: князь «забывает» о богатыре, «не учествует» (см. предыдущую былину), верит клевете бояр (см. вар. I), ему не нравится прямота высказываний богатыря и др.
Он не знает, что ведь сделати и т. д. В вар. Илья в противовес княжескому пиру устраивает свой пир с «голями кабацкими» — на городской площади возле теремов князя.
На церквах-то он кресты вси да повыломал. В вар. Илья сбивает «золоченые маковки» с княжеских «теремов златоверхиих». Ср. также: «С колоколов языки-то он повыдергал» (Парилова — Соймонов. № 2).
Короче говоря, после того, как былинный князь Владимир пренебрегает обществом одного из своих лучших воинов, этот самый воин прозрачно намекает князю, кто тут на самом деле что-то решает и с кем лучше не ссориться.

Вот лично я до знакомства с картинами Васильева об этом сюжете не знал. Художнику спасибо.

Однако, Илья Муромец, крушащий христианские святыни, конечно же, стал героем целого поколения неоязычников, постивших эту картину налево и направо... Оно и понятно: один из самых популярных для современного обывателя фольклорных персонажей берет и уничтожает сакральные для христиан вещи - очевидно, что Илья Муромец был язычником!

Однако, нет - не очевидно. Пока искал на форумах, что вообще пишут по данной теме люди, наткнулся на ссылку на работу историка церковной жизни. Цитирую:

Мож. быть ругательный Феодорец что-ниб. и в прямом смысле сказал богословски-нестерпимое, а может быть и просто надо это понимать о конкуренции соборных храмов Богородицы — Успения во Владимире и в Киеве (Десятинная). Войска кн. Андрея грабили Киевскую и украшали добычей Владимирскую. В драку и в перебранку кощунственно вовлекались и эти святыни.
ИсточникКарташев Антон Владимирович "Очерки по истории Русской Церкви". Том 1 - С.184

То есть даже в христианскую эпоху и даже в реальной жизни (а не в эпосе, хоть и передающем, судя по всему, умонастроения именно воинской верхушки общества того времени) имеет место вполне себе специфическое понимание сакральности того или иного. Вопрос тут, скорее не в том, кто и какой конфессии принадлежал, а кто и как ее ценности понимал.

Поэтому неоязычники слегка погорячились с выводами, на мой взгляд. А сюжет интересный.

2. "Основной миф" Топорова и Иванова

Есть такая интересная концепция середины XX века - Теория основного мифа [индоевропейцев] за авторством двух именитых советских филологов: Владимира Николаевича Топорова и Вячеслава Всеволодовича Иванова.

Состоит теория примерно в следующем (очень сильно буду сейчас утрировать):

- есть в балтской мифологии демоничесский персонаж Вялняс/Велс;
- он противостоит громовержцу Перкунасу;
- с Перкунасом можно сопоставить славянского Перуна;
- c Вялнясом/Велсом - славянского Волоса/Велеса (возможно);
- в ведийской мифологии громовержец Индра противостоит змею Вритре/Вале;
- Вялняс/Велс, Волос/Велес, Вала - слова однокоренные;
- складываем похожесть сюжетов балтской и ведийской мифологии;
- складываем лингвистические пересечения всех трех указанных мифологий;
возможно, основным мифом индоевропейцев является противостояние бога Громовержца с хтоническим Змеем.

Концепция не без нареканий (см. доводы Клейна, например).

Причем здесь художник?

У Васильева есть целых три картины на тему змееборчества (а точнее на сюжет борьбы Добрыни Никитича со Змеем Горынычем):

- вариант, наиболее близкий к стилистике его других былинных и легендарных сюжетов ("Садко", "Вольга и Микула Селянинович", "Бой Пересвета с Челубеем", "Авдотья Рязаночка" и т.д.) - как мне кажется, стилизованный под книжные иллюстрации;

- вариант перекликающийся с васнецовским (на мой взгляд);

И да, я думаю художник был знаком с концепцией Основного мифа.
Прямым текстом подтверждения правда, не нашел, но по крайней мере его друзья в разных интервью и роликах на ютубе часто говорят о том, что Константин был очень начинаным по всяким мифологическим древностям. А сюжету он посвятил аж несколько работ.

Конечно, в картинах заложена не только идея проиллюстрировать научную концепцию - но повод о ней поговорить подвернулся прекрасный.

3. Легенда ордынского времени

Если кто-то бывал в Казани, то, наверное, слышал легенду о Сююмбике, правительнице Казанского ханства в эпоху Ивана Грозного. Ей же посвящена слегка "наклонившаяся" башня в Казанском кремле. Сюжет легенды примерно такой:

Сююмбике была женой казанского хана, которого Иван Грозный убил во время взятия Казани. Сююмбике была видной красавицей, и поэтому русский царь не стал отказывать себе в удовольствии подомогаться к завоеванной царице. Сююмбике не стала отвечать резким отказом, однако попросила царя возввести для нее башню (якобы ту самую). Царь согласился, свою часть выполнил, однако до свадьбы дело не дошло. С этой самой башни Сююмбике и сбросилась, оставшись верной своему покойному мужу до конца.

Я как житель Казани слышал эту легенду очень много раз. Правды в ней, конечно, не так много (и башня младше, и Сююмбике счеты с жизнью не сводила, и Иван Грозный Сююмбике в жены присмотрел не себе, а Шах-Али хану) - но на то она и легенда для туристов.

Интереснее другое. У Васильева есть такая вот картина:

И посвящена она Евпраксии Рязанской, которая сбросилась с большой высоты вместе с сыном, после взятия Батыем Рязани, гибели своего мужа и дабы не быть поруганной захватчиками. Deja vu!

Судя по всему, сюжет сугубо мифологический (интересно было бы почитать еще про параллели - но с ходу не нашел). И что самое интересное лично для меня, узнал я о нем тоже благодаря картине земляка Васильева. Интересно, слышал ли он в советское время легенду про Сююмбике...

Заключение

Я не отрицаю, что Константин Васильев - это талантливый художник, сделавший достаточно много для развития тематики русского фольклора и мифологии в целом.

Однако, мне не близки мысли о том, чтобы называть его пророком или гением. Изучая его картины, можно нехило так подтянуть эрудицию, да. Но в рамках мировой и русской живописи Васильев все-таки не самая знаковая фигура - и по технике исполнения, и по заложенным смыслам.

Так или иначе, спасибо художнику за интересные темы! Буду рад, если какая-то информация оказалась полезной!




Внимание! У Вас нет прав для просмотра скрытого текста.






Автор поста
Кир Эл(L) Ф.
Создан 4-01-2022, 11:22


213


0

Оцените пост

Теги


Похожие посты

Картины Константина Васильева
Картинки

Работы Владимира Васильева
Картинки

Драконы улыбаются 2
Приколы

Илья, это для тебя!
Стихи

Художник Константин Арчибасов (Matariil)
Картинки


Популярное



ОММЕНТАРИИ






Добавление комментария


Наверх